Если что и нравилось Сталину так же сильно, как чтение, так это редактура. Его пометки красным и синим карандашами были знакомы советским чиновникам столь же хорошо, как и его лицо. Это же можно сказать и про современных исследователей сталинской эпохи. То, как Сталин работал с проходившими через его кабинет документами, имеет ключевое значение для понимания его образа мышления и принципов принятия решений. Почти все документы и черновики, попадавшие к нему, несут на себе его замечания, пометки или подчеркивания.
Редакторский стиль Сталина отличался журналистским подходом[792]. Заполняя партийную анкету в октябре 1921 года, он написал «журналист» в списке своих навыков[793]. Его политическая карьера основывалась на написании и редактуре агитационных материалов – листовок, брошюр, речей, заметок и статей, и это наложило отпечаток на то, как он подходил к правке текстов. Его работу с ними трудно назвать выдающейся, но тем не менее Сталин был компетентным редактором, и тексты, которые он писал и правил, всегда были прозрачны и доступны целевому читателю, будь то партийные кадры, иностранные лидеры и специалисты или массовая аудитория. Невероятно уверенный в себе, Сталин прекрасно ощущал себя в роли главного редактора СССР[794].
В основном Сталин вносил правки упрощающего и уточняющего толка. Но порой считал необходимым изменять и содержимое текстов, особенно когда речь шла про работы, важные с политической точки зрения. Именно на такие случаи мы обратим внимание в этой главе – на примере пяти ключевых текстов, прошедших сталинскую редактуру: Краткий курс истории ВКП(б) (1938), посвященный межвоенному периоду раздел второго тома «Истории дипломатии» (1941), второе издание его краткой биографии «Иосиф Сталин» (1947), полемический буклет «Фальсификаторы истории» (1948) и советский учебник по политэкономии 1954 года.
Первым опытом Сталина в редактировании крупного книжного проекта стало его участие в ранних этапах работы над многотомной «Историей Гражданской войны в СССР», первые два тома которой были посвящены дореволюционной истории и революции 1917 года.
Идея проекта принадлежала Максиму Горькому и его целью было создание популярной и доступной истории подвигов и жертв простого народа, вставшего на сторону большевиков[795]. Сталин был наиболее высокопоставленным членом редакционной коллегии, которую возглавлял И. И. Минц, специалист по истории Гражданской войны. Позднее Минц участвовал в работе над книгой «История дипломатии» (см. ниже), а также входил в правительственную Комиссию по истории Великой Отечественной войны. Минц был евреем и в конце 1940-х годов попал под удар кампании по борьбе с космополитизмом, направленную против предполагаемых сионистов, в результате чего лишился всех академических должностей. Однако ему повезло избежать более суровых репрессий.
Сталин активнейшим образом участвовал в дискуссиях и консультациях с создателями первых двух томов истории Гражданской войны. В 1934 году Горький направил ему макет первого тома, который вождь тщательно отредактировал, внеся сотни поправок. Минц вспоминал, что Сталин проявлял педантичный интерес к формальной точности. В одном месте он заменил «Питер» на «Петроград», заголовок главы «Февраль в деревне» (ему показалось, что тот навевает пейзажные ассоциации) – на «Февральскую буржуазно-демократическую революцию»… Всегда находилось место и дополнительной высокопарности. «Октябрьская революция» менялась на «Великую Октябрьскую революцию», подобные исправления Сталин вносил десятками[796].
Сталин-педант также строго следил за точностью дат, правильностью подписей и информативностью подзаголовков, а также щедро добавлял эпитеты вроде «буржуазный» и «пролетарский». Он настаивал на том, чтобы в названии книги обязательно присутствовало указание на страну, где происходила гражданская война, – то есть СССР[797]. Сталин остался доволен результатом и летом 1935 года написал Минцу и его команде поздравление: «Вы хорошо поработали – книга читается как роман»[798]. Элейн Макиннон[799], автор подробного исследования ранних этапов работы над этим проектом, с ним согласна:
Первые два тома были определенно общедоступны по форме – с красочными иллюстрациями, фотографиями и стилем прозы, характерным более для художественного повествования, чем для научного трактата. Образы персонажей были упрощенными и передавались в живой манере, четко различая добро и зло, плохих и хороших. Повествование напоминало роман – с короткими фразами и постоянными попытками нагнетать напряжение и драму в развитии событий. Враги указаны однозначно. Акцент делался на роли рабочих, солдат и крестьян – несмотря на бесчисленные упоминания Сталина и других большевистских лидеров[800].
В хвалебной статье о предстоящем выходе первого тома Минц раскрывал читателям журнала «Большевик» подробности редакторской работы над проектом. Участие Сталина подчеркивалось отдельно, однако без деталей. Тем не менее Минц привел в пример некоторое количество правок, сделанных анонимным «главным редактором», так, фразу «Россия – тюрьма народов» заменили на «Царская Россия – тюрьма народов», а «Октябрьская революция» на «Великая пролетарская революция». Правки «главного редактора» заслуживают отдельного внимания, заключает Минц, указывая, что они являются образцом глубокого анализа, ясности и тщательного внимания к формулировкам[801].