Облаченная в пушистую, мерцающую на зимнем солнце мириадами льдистых огоньков снежную шубку, летняя кухня выглядела особенно торжественно. Аккуратно и со вкусом развешанные девичьими руками гирлянды весело переливались, мигали и искрились, напоминая о непростых, но полных обволакивающим теплом и домашним уютом днях тихого счастья. Счастья, которое рождается в незначительных, но памятных мелочах вроде ароматной кружки горячего шоколада, согревающего ненастным зимним вечером, или задорного смеха, пронизывающего серые снежные будни звонкой мелодией праздника.

Праздник давно прошел, но у Торена просто рука не поднималась убрать заботливо развешанные сестрой елочные игрушки и гирлянды. И даже свисающая с козырька дохлой гадюкой мишура, которую он постоянно задевал макушкой, оставалась абсолютно в том же положении, в каком ее поместила небрежная рука своенравной сумеречной, не имевшей ни малейшего представления ни о земных праздниках, ни о чувстве стиля.

Торен разлил горячее молоко в две чашки и потянулся к блюдцу с шоколадной стружкой, но, взглянув на пустующее кресло напротив, замер. Сердце гулко застучало.

– Скучаешь по ней?

Торен вздрогнул и мрачно покосился на появившуюся прямо из воздуха миловидную брюнетку с изумительной красоты кошачьими глазами.

– Я тебя не звал, – недовольно буркнул он, наблюдая, как Мирейна присела и принялась возиться с одной из чашек.

Торен вздохнул и потянулся к чашке с намерением забрать пока еще не испорченный напиток, но остановился, невольно залюбовавшись неуклюжими действиями Мирейны. Совсем как Листера когда-то, сотворившая свое первое шоколадное на вид и отвратительное на вкус пойло.

– Меня не обязательно звать – достаточно показать Переход, – хвастливо заявила Мирейна и посерьезнела. – Тебе нужно приготовиться. – Она бросила настороженный взгляд на заиндевевшие окошки кухни. – Если все пройдет не по плану – я стану наименьшей из твоих проблем. – Ее когти заострились, а явившийся из-под плаща кончик хвоста нервно задрожал.

– Если все пойдет не по плану – ты вообще перестанешь быть проблемой, – буркнул Торен и коснулся подавляющего браслета.

За окном потемнело, а легкая поземка сменилась злой хлесткой метелью. Стекла задрожали под чьим-то злым напором.

Торен и Мирейна вскочили и встали на изготовку, напряженно следя за вибрирующей деревянной дверью. Торен щелкнул браслетом и поднял запястье, наведя его на дверь. Внезапно зеркало на стене тихонько задребезжало и покрылось грязной мутной рябью, в которой мелькнули злые глаза.

Дверь с грохотом распахнулась, и в помещение ввалилась зловеще клубящаяся темнота.

– Я сдала! – радостно заорала темнота и с распростертыми объятиями кинулась на застывших ребят.

– Ай-о, Листочек! – первой пришла в себя Мирейна и устремилась навстречу.

– Мышонок, – выдохнул напряжение Торен, улыбнулся и, опустив запястье, поспешил к девушкам.

– Ну и кто говорил, что я не сдам? – с вызовом воскликнула Листера, обнимая Мирейну.

– Ты же сама и говорила, – тут же ответила та, отпуская Листеру к брату. – А этот, – она кивнула на Торена, нежно прижавшего к себе сестру. Ее растрепанные, с неровными, будто рваными концами, пепельные волосы небрежно разметались по плечам, – пытался тебя переубедить.

– И ты был прав, – счастливо улыбнулась Листера, отстранившись, и гордо выпятила грудь. – Я теперь страшный поисковый по влажным делам!

– Страшный… – Торен поспешил отвести взгляд, Мирейна изумленно застыла.

– Стесняюсь спросить, по каким делам?

– По важным, – раздалось у двери, и Торен мгновенно напрягся. – Расслабься, Райз. Старший поисковый по особо важным делам вполне способна сама за себя постоять.

– Угу, поэтому ты раскидал всю комиссию по алатарному залу? – недовольно отозвалась Листера и вперила испытующий взгляд в заполненный рваной темнотой угол.

– Если бы они держали хлеборезки закрытыми, я бы даже хвостом не пошевелил, – пожал плечами Андор и полностью материализовался. – Но эти гоблины начали посмеиваться над твоей пентагрой и шутить, что на такой дохлый призыв способен явиться только дохлый бес.

– Но явился ты? – хмыкнула Мирейна, с уважением взглянув на Андора.

– Прошу заметить, поначалу я был исключительно вежлив и учтив, – махнул рукой он. – Даже предложил исполнить любое их желание в обмен на всего лишь одну девственницу.

– И они, я полагаю, сильно обиделись твоей шутке, – предположила Мирейна, поглядывая на Листеру.

– Почти. Они начали выяснять, кто из них сойдет за девственницу, – недовольно отозвался Андор и скривился, погрузившись в неприятные воспоминания. – После чего подсунули мне какую-то бабульку.

Торен ошеломленно застыл, а Мирейна прыснула.

– Вообще не смешно, – буркнула Листера, сняла зимнее пальто и, небрежно швырнув его на кресло, поспешила к столу. – Председатель комиссии немного слеповата. Она даже не поняла, как оказалась внутри пентагры прямо под носом у демона.

– Я так понимаю, девственница тебе не зашла, – едва сдерживая смех, уточнила Мирейна.

Андор недовольно фыркнул.

– Я вытолкнул бабушку обратно и сказал, что, как добропорядочный и послушный демон, без приказа моей взывающей даже пальцем никого не трону.

– Ого! – Мирейна восторженно хлопнула в ладоши и повернулась к Листере. – Ну после такого они просто обязаны были тебя зауважать, Листочек!

– Не совсем. – Листера шумно плюхнулась в кресло и закинула ноги на стол. – Они обиделись, что попытка исполнить желание провалилась, и стали глумиться, дескать, в пентагре любой идиот может управлять демоном. – Поймав на себе удивленные взгляды, она встрепенулась и, тихо извинившись, поспешила убрать ноги со стола.

– Ну что за ущербные огрызки, – зло сплюнула Мирейна. – Надеюсь, ты сказала, куда им пойти?

– Я показала. И стерла часть пентагры. – Листера прищурилась и потянулась к ближайшей чашке. – И вот после этого, да, они меня зауважали. Один, по-моему, даже расплакался от избытка уважения.

– А потом этот избыток потек у него по брюкам, – поморщился Андор. – Багровый, я уже начинаю думать, что со мной что-то не так, раз у всех смертных на меня одинаковая реакция.

– Попробуй в следующий раз для разнообразия не обращаться демоническим псом с кровавой пастью, – посоветовала Листера и, отхлебнув напиток, поморщилась. – Вы что здесь намешали?

– Все, как ты показывала, – быстро нашлась Мирейна. – Конкретно в твоей – сахар и шоколад.

– Конкретно в моей – соль и перец, – севшим голосом поправила Листера и, чихнув, поставила чашку обратно.

– Поздравляю со сдачей. – Торен придвинул Листере свою нетронутую порцию, которую она с благодарностью приняла. – Теперь ты полноправный сотрудник Управления. Одного из сложнейших Управлений Департамента, – с нажимом повторил Торен и многозначительно посмотрел на сестру.

– Только не начинай, Торен! Мы ведь это обсуждали, – закатила глаза Листера, нервно сжав чашку. – Нам нужна лицензия на защитную печать, ты же знаешь. После помора на крыльях Велиала утратила свой статус и часть силы, но это вовсе не значит, что она перестала быть опасной. Даже наоборот!

– Это понятно, – не стал отрицать Торен и придвинул ей сахарницу. – Но складывается такое ощущение, что ты пытаешься защитить меня. В то время как сама все еще нуждаешься в защите.

– О, на этот счет не волнуйся. – К Листере приблизился Андор и по-хозяйски положил свою широкую ладонь ей на плечо. – Она под надежной защитой. – И он подмигнул Торену.

– Не сомневаюсь, – сквозь зубы выдавил Торен, глаз которого дернулся. Он вытащил из-под стола массивное распятие и аккуратно просунул его между сестрой и цербером, увеличивая между ними расстояние. – Держи дистанцию, приятель.

– В общем, как мы и договаривались, – Листера быстро встала и, ловко вывернувшись, отстранилась от Андора. Торен довольно кивнул и убрал распятие, – я получила лицензию, и теперь наш дом и твоя квартира будут под надежной защитой. А еще ты говорил, что, если у меня получится пройти экзамен, ты поверишь в мои силы и перестанешь меня опекать, помнишь? Ты обещал! А за свой запор всегда нужно отвечать.

В комнате снова повисла звонкая тишина.

– А можно я не буду?! – жалобно протянул Торен и, прикрыв рот кулаком, тихонько прыснул.

– Ай, ну ты понял, – с досадой махнула рукой сестра и закусила губу.

– Погоди, а я вот не понял. – Андор перехватил ее локоток. В его глазах застыли смешинки. – За чей запор он должен отвечать?

– Ой, ну вот только ты не начинай! – раздраженно бросила Листера и попыталась ударить Андора кулачком.

Тот словно только этого и ждал: он сгреб девушку в охапку и прижал к себе. Склонив голову, нежно коснулся ее лобика своим. Его рога тут же заискрили, одаривая сиянием ее жадно впитывающие чувства инфернальные рожки. Лицо Листеры осветилось перламутровым мерцанием.

– Так, ну все, пирожочки. Порезвились – и хватит, – первой не выдержала Мирейна и подскочила к Андору, пытаясь оттянуть его от Листеры. – Идем, красавчик, у них тут семейное совещание. Им еще с запором разбираться, не до тебя сейчас. – Лишь с пятой попытки ей удалось сдвинуть Андора с места, да и то потому, что он сам так решил.

Сумеречные исчезли в зеркале, оставив смущенную Листеру растерянно топтаться посреди кухни. Первым пришел в себя Торен.

– Это немного странно. Ну, знаешь, все эти ваши… – Он поводил ладонью над головой. – Никак не могу привыкнуть.

– Ну да, – робко отозвалась она, старательно пряча взгляд. – У предвечных так принято.

– Это я понял, – немного раздраженно отозвался Торен и вздохнул. – Впрочем, я рад, что этим все и ограничивается.

– Не всегда, – внезапно из зеркала показался торс Андора и потянулся к оторопевшей Листере. – Иногда мне этого недостаточно. – И он привлек ее к себе и жарко впился в ее губы.

– Пошел вон! – рявкнул Торен и, вскочив, швырнул в Андора белый песок, но тот ловко увернулся и снова исчез в зеркале. – Если я еще хоть раз увижу твою рогатую стельку по эту сторону зеркала, я порежу распятием твой хвост, посолю его и заставлю проглотить. Ты слышал меня? – орал Торен покрывшемуся рябью зеркалу.

Листера стряхнула с плеча белые крупинки и удивленно уставилась на Торена.

– Сахар?

– Первое, что оказалось под рукой, – недовольно ответил он, подходя к зеркалу с тряпкой.

Он достал из кармана ветровки пол-литровую зеленую бутыль и, открутив пробку, выплеснул все содержимое прямо на зеркальную поверхность.

– Слушай, Торен, – робко начала Листера и подсела к столу. – Я понимаю, что тебе это не нравится. Но, вообще-то, Андор неплохой.

– Ты права. Мне он не нравится, – отрезал Торен, сгоряча рубанув воздух ребром ладони. Но затем, немного успокоившись, кивнул на зеркало: – Но в то же время я не против, что он рядом с тобой, – Торен сделал паузу, чтобы сохранить пошатнувшееся самообладание, и выдавил из себя кислую улыбку, – потому что он способен защитить тебя там, где не смогу я. Так что я просто сделаю вид, что ничего не видел. Ну и еще помою все зеркала в твоем доме отчитанной водой с солью. – И он принялся с остервенением натирать зеркальную поверхность. – Ты как вообще себя чувствуешь после экзамена?

– Отлично, – обрадовалась Листера и задумчиво посмотрела на ладони. – Я, конечно, все еще привыкаю к этому воплощению и силе инферии в теле смертной, но с каждым днем мне удается все лучше себя контролировать. И голод больше не мучает. – И она усмехнулась, обнажив парочку острых клыков.

– Это… хорошо, – с трудом сглотнув, ответил Торен. – А твои отметины? Ты ведь так до конца и не отошла от проклятия.

– Я и есть проклятие, мой сладкий. – Губы Листеры растянулись в жуткой зловещей усмешке, а глаза налились пугающей чернотой. На ее голове снова появились полупрозрачные рожки.

Торен замер в нерешительности.

– Что? Мое лицо опять изменилось? – Листера встрепенулась и, прикрыв голову ладошкой, закусила губу. – Прости. Мне все еще сложно держать под контролем инферию. Видимо, прошло не так много времени с момента уничтожения Крифты, расколовшей душу, и я…

– Все в порядке, – мягко произнес подошедший Торен и накрыл ее дрожащие руки своими. – Ты все та же Мелис, какой была всегда, Мышонок. С инферией или без нее, ты по-прежнему моя милая любимая сестренка, готовящая лучший в мире шоколад.

И он крепко обнял тихонько всхлипнувшую Листеру.

– Ну что с тобой делать, – прочистив горло, отозвалась она и нехотя отстранилась. – Давай уже наконец-то приготовим этот чертов лучший в мире шоколад. – Она взглянула ему за плечо и прыснула: – Только нам понадобится больше молока.

– Зачем это? – Торен помрачнел и насторожился, а затем закатил глаза. – Они опять здесь, да? – Он развернулся.

Позади стояли Мирейна и Андор с пустыми кружками в руках.

– Да вы издеваетесь! – процедил Торен, вытряхивая из кармана ветровки бесполезные пузырьки с отчитанной соленой водой. – Как вы вообще это делаете?

Сумеречные расплылись в самодовольной ухмылке и молча стукнулись кружками.

– К этому я точно никогда не привыкну, – простонал Торен и махнул рукой. – Ладно, идите уже скорее к столу. В конце концов, мы все на одной стороне.

– Верно, – Листера подняла почерневшие глаза и обнажила клыки, – на моей.