Дорога к дому Айдара заняла намного больше времени, чем утром, — большие пробки, как оказалось, удел и совсем небольших городишек в час пик. Жара накаляла обстановку. Голодные и злые люди торопились, подрезая друг друга, сердито огрызаясь на сигналы.

Да, все то же, как и в Тарасове: те же люди, те же житейские проблемы. Айдар ловко маневрировал по небольшим улочкам, стараясь максимально объехать большие перекрестки.

— Ничего, Танюша, скоро будем дома, — ободряюще подмигнул он мне.

— Да я и не спешу. После Катиного кофе я все еще пребываю в некоей эйфории. — Я томно прикрыла глаза.

Все-таки как хорошо, что Айдар оказался хорошим хозяином и в салоне его автомобиля не только кожаная обивка, но и замечательный климат-контроль.

— Если честно, то к кофе я так и не привык, — пытался поддержать беседу Айдар. — Лучше чая с молоком и толканом (пшеном) нет ничего, особенно в такую жару.

Что ж, на вкус и цвет….

Мы действительно сравнительно быстро добрались до дома Айдара, в котором временно расположилась штаб-квартира Князева. Ох уж этот Иван, сколько секретов у такого, казалось бы, самого обыкновенного компьютерщика.

Во дворе дома расположились две машины: внедорожник Теплякова и серенькое такси с ярким желтым ярлычком и черной надписью «Международные перевозки».

— Привет, ребята, мы уже вас заждались, — выбежал нам навстречу Алексей. — Тимура еле уговорил приехать, пришлось пообещать, что заплатим. Правда, если честно, в душе не чаю чем, своих-то денег у меня немного.

Как всегда — слово «заплатим» Алексей произнес так, будто с него кожу дерут. Видимо, с расставанием с кровными у него давний конфликт.

— Не дергайся, разберемся, — коротко сказал Айдар.

В доме царила приятная прохлада, которая бывает только в настоящих кирпичных домах, плюс практически в каждой комнате работал кондиционер, кроме кухни. Как я поняла, Аяжан-апа не любила сильных перепадов температуры и предпочитала легкое дуновение от лопастей вентилятора зимнему дуновению сплит-систем.

Решив, что перед обедом нужно обязательно принять душ и переодеться, я быстро поднялась наверх. Ничто так не восстанавливает силы, как контрастный душ и хороший гель. Наскоро ополоснувшись, выбрала более легкий наряд — тонкую персикового цвета футболку без принта и белые приталенные шорты.

Выйдя в коридор, едва не столкнулась с Князевым, который с угрюмым лицом вышел из кабинета Айдара.

Явился не запылился. По виду дела его не ахти какие.

— Иван, какие новости? Все нормально? — решила я разговорить бедолагу.

— Ох, Таня, не спрашивай. Понимаю одно, что я полный кретин и мне срочно нужно ехать домой. — Сказав это, он рванул по лестнице с такой силой, словно собрался прямо сейчас добежать до Тарасова.

Не спеша спустившись в холл, я вошла на кухню, слава богу, обед был накрыт в традиционном стиле за столом. Все уже заняли свои места, среди знакомых лиц появился и новый знакомый. Молодой человек, лет тридцати с хвостиком, с виду ничего необычного, если только взгляд суетливый и пальцы все время подрагивали на чашке с чаем.

— Присаживайтесь, Таня. — Айдар отодвинул стул и пригласил присесть возле Князева. — Знакомьтесь — Тимур, тот самый таксист, который вез наших друзей из Тарасова в Аркальск.

Молодой человек часто закивал головой и расплылся в улыбке, показав крепкие белоснежные зубы.

Боже, какой контраст, прямо реклама зубной пасты, не иначе.

— Очень приятно, Тимур, — начала я было.

Но тут же меня жестом руки остановил Айдар:

— Таня, прости, пожалуйста, но давайте сделаем так: сначала обедаем, а потом беседуем, хорошо? — вопросительно-утверждающе произнес он.

Так, начинается.

— А что нам мешает совместить полезное с полезным, — пошла я в контратаку. — Можно прекрасно поговорить и за столом.

В ответ я получила молчаливый и укоризненный взгляд Айдара.

— Кушай, детка, успеете, наберись терпения, — словно из воздуха появилась Аяжан-апа, неся в руках большое блюдо с пловом.

Что ж, война войной, обед обедом. Так и быть. Едва почувствовала запах пряностей и мяса, как мой желудок предательски заурчал. Да, подкрепиться не помешает.

В очередной раз удивилась хлебосольному застолью и манере есть не спеша, словно время само по себе должно остановиться и подождать, пока гости этого дома вдоволь наедятся.

Еда действительно была выше всех похвал, но мне уже не терпелось поговорить с Тимуром, чтобы двигаться дальше.

— Это Казахстан, детка, — словно уловив мое нетерпение, сказал Тепляков. — Здесь все немного не так, как у других. Мы никуда не спешим, и даже если приглашают на какое-либо торжество к семи, то, как правило, большинство гостей приходят с опозданием, часам к девяти.

М-да, манеры здесь у некоторых точно не в чести, и это факт.

— Алексей, я что-то подзабыла, мы с вами когда коров пасли, что вы меня деткой называть стали? — улыбнувшись улыбкой крокодила, спросила я.

Тепляков мигом подобрался и убрал со своей лоснящейся физиономии довольную улыбку. То-то же, знай свое место. Больше за столом не было произнесено ни слова. Лишь после того как все поели, мы перешли в комнату наверху возле кабинета Айдара. Как я поняла, это малый зал для приема гостей.

Удобно расположившись в мягких креслах, мы начали разговор с Тимуром.

— Тимур, мы хотим уточнить детали той поездки — как все было, — начал разговор Айдар.

— Да, конечно, что вы хотели узнать? — неожиданно по-деловому ответил Тимур.

— Просто расскажите, как все происходило. Кто вас вызвал и так далее, — пояснил Айдар.

Тимур поерзал в кресле, словно решил загнездиться в нем надолго.

— Да что рассказывать, — начал Тимур. — Я уже лет пятнадцать занимаюсь перевозками пассажиров Россия — Казахстан, туда-обратно, также перевожу различные посылки, мелкие грузы. Ивана Романовича Князева я знаю давно. Он не просто мой хороший клиент, я ему многим обязан.

На наши вопросительные взгляды он решил пояснить.

— Еще когда я только начинал заниматься извозом, в моей семье случилась беда, — продолжил он. — Моя мама серьезно заболела. И у нас помочь ей не могли. Врачи напрямую посоветовали везти ее на обследование в Россию. Тарасов я еще толком не знал, спросил у кого-то дорогу к клинике. Вроде бы парень неплохой оказался, говорит, давай покажу. А сам указал на тупик, там влезло еще трое, ножом пригрозили, все деньги, собранные на лечение, забрали, маму напугали. Хорошо, живыми оставили. Только шины все прокололи. А тут маме плохо стало. Темнеет, что делать? Я выскочил на улицу, кричу, прошу помощи, а от меня все как от прокаженного шарахаются. Видимо, думали, что я пьяный.

Тимур выдохнул и продолжил:

— И не знаю, чем бы дело закончилось, но я стал стучаться во все двери, витрины и буквально ввалился в каморку, где тогда Иван Романович работал. Он сразу понял, что я не просто так ору, не сдуру. Схватил меня за руку, только и сказал — веди. И мою маму на руках к себе принес, вызвал «скорую», а потом помог в центре ее устроить хорошем. Денег за это с меня не взял, сказал, потом рассчитаешься, как сможешь, главное, матери помогли вовремя. С тех пор он у нас как ангел-хранитель.

Со слов Тимура, Князев прям герой дня получается. Видимо, обостренное чувство ответственности за жизнь собственной матери дало такой эффект.

— С тех пор мы стали часто видеться, — выдохнул таксист. — Раньше он часто ездил к своей маме со мной, пока она была жива. А потом я стал ему привозить посылки: он заказывал детали всякие для компьютеров из Китая, а я получал и привозил. Так вот и живем бок о бок. Поэтому когда Иван Романович мне ночью позвонил и сказал, что ему срочно нужно в Уральск, я даже не раздумывал, документы в зубы и приехал за ним и его товарищем. Вот, собственно, и все.

Но нам нужна не душещипательная история, а детали той ночи.

— Скажите, возможно, в сауне или в поездке вы видели что-то странное, что вас могло насторожить? — спросил Айдар.

Я молча слушала, пусть поиграет в следователя.

— Да вроде бы ничего такого, — растерянно произнес Тимур. — Приехал, загрузил пассажиров, так как они сами просто идти, извините за подробность, не в состоянии были. Особенно друг Ивана Романовича, у него глаза вообще закатывались, но мое дело отвезти, а не обсуждать.

— В сауне кто-то был еще?

— Да, парень какой-то, он там вещи собирал, бумаги — видно, тоже торопился куда-то.

— А не видели ли вы среди вещей часы, такие наручные, большие.

— Как не видеть, видел, он все пытался их Ивану Романовичу на руку надеть, но тот все отмахивался, мол, вези домой их.

— Куда этот парень их дел? — с нажимом спросил Айдар.

— Куда-куда, на руку себе нацепил, боялся потерять. Видно же было, что вещь дорогая.

Так, есть хоть одна зацепка, значит, действительно в сауне погиб Кирилл.

— Дальше, что вы делали дальше?

— Как что, сел за руль и поехал согласно маршруту в Аркальск.

Князев сидел в кресле и отрешенно смотрел куда-то вдаль, только сейчас я заметила, как он осунулся и постарел. Тепляков, удобно устроившись в кресле и подперев рукой голову, хлопал осоловелыми глазами, словно и не касалось это все его. Айдар присел на краешек стола и, скрестив руки на груди, продолжал задавать вопросы Тимуру:

— Хорошо, Тимур. А теперь вспомните, возможно, что-то вы видели, когда выезжали из комплекса или по дороге?

— Да ничего такого. Уже отъехав от комплекса, встретил курьера, крутился возле своего велосипеда, видимо, колесо проткнул. Оно и не удивительно, такая темень. Я еще остановился, спрашиваю, чем помочь, а он только рукой мне махнул, мол, езжай. Ну, было бы предложено. Я и поехал.

Так, значит, Князева спас лишь его величество случай. Если бы Сяоцин, при условии что это был он, не проколол колесо на дороге, то жарились бы в сауне, скорее всего, все трое: Тепляков, Князев и Кирилл.

— Тимур, а когда вы ехали по трассе до границы, возможно, что-то вас насторожило? — продолжал задавать вопросы Айдар.

— Был момент, когда пришлось притормозить. Там уже на приличном расстоянии от города ДТП произошло, в кювете лежал «Ларгус» перевернутый, видимо, горел, так как дымился еще, и рядом эмчеэсники кружили. Я еще малость скорость сбавил. В этом месте дорога узкая, практически обочины нет. Видимо, несся со скоростью и не вписался в поворот. А так все без приключений обошлось. Ребята в машине к границе уже проспались немного, так что обе границы прошли самостоятельно. А уже возле города вы их сами встретили.

Понятно, видимо, Тепляков и Князев родились под счастливой звездой. Ведь по итогу в этот вечер на небесах должны они были продолжать отмечать юбилей Князева.

Тепляков начал действовать мне на нервы — суетился, шептался, будто выпрашивал что-то срочное и личное. Все время крутился рядом с Князевым или Айдаром, словно ждал удачный момент.

Но Князев был где-то далеко в своих мыслях, а Айдар пытался выстроить диалог с Тимуром и лишь коротко повторял: «Позже, Алексей».

Интересно, что он у них вымаливает?

Уже прощаясь с Тимуром, Айдар попытался расплатиться, но тот шарахнулся от денег, словно они и правда были прокляты.

— Да вы что, разве можно? Уберите сейчас же. Я сюда приехал не из-за барыша, а чтобы Ивану Романовичу помочь. — Тимур уселся в свой серенький автомобиль и, резко газанув, уехал покорять дороги Приуралья.

Мы молча смотрели ему вслед.

— А ведь Тепляков так настаивал, чтобы расплатиться, — тихо пробормотала я, будто про себя.

— И все твердил, что должен отдать лично — мол, сам договорился, сам и рассчитается, — добавил Айдар.

Мы с Айдаром переглянулись.

Сомнение, как назойливая муха, снова закружилось у меня в голове. Оно пока не требовало ответов. Но я уже знала точно: придется вернуться к тому вечеру еще раз. Очень внимательно.

Да, ребята. Что ж, дружба дружбой, а дым от пожара не забудешь. Похоже, придется раскручивать этот клубок до самого конца.