– Мэм, мэм, – Елена очнулась от того, что капрал тряс ее за плечо. Джордан аккуратно забрал из рук девушки карабин с опустевшим магазином, быстро перезарядил, протянул обратно.

Машинально взяв его в руки, пилот подняла бешеные глаза на морпеха.

– Все уже кончалось, мэм…

Не понимая, о чем он говорит, лейтенант перевела взгляд на поле боя. Нет, ад только начался. По крайней мере, для Елены. Все пространство между холмом и пирамидой было завалено телами людей и оборотней. Подобрав отлетевшее мачете и держа оружие наготове, лейтенант и капрал приблизились к павшим. У них на глазах тела зверей превращались в человеческие. Все, к кому они прикасались, были мертвы. Девушка склонилась над мужем – Андрес лежал неподвижно под телом ягуара. Она попыталась спихнуть кошачью тушу и, зверь зашевелился. Не раздумывая, пилот взмахнула мачете, и голова ягуара отлетела в сторону. На грудь мастер–сержанта упало ожерелье из металла и кости. В агонии ягуар вырвал Андресу горло. Девушка машинально сгребла ожерелье в горсть и, упав на грудь любимого, зарыдала. Только сейчас она осознала, насколько все ужасно.

– Мэм, нам надо идти, – на плечо Елены легла тяжелая лапа Джордана. Девушка немедленно ткнула стволом в его грудь. – Я уже собрал почти все жетоны.

– Да, конечно, – вытерев влажные глаза, кивнула пилот. Взяв себя в руки, она сняла жетон с шеи мужа и обыскала его вещи. «Прощай, любимый, я позабочусь о нашем ребенке». Подумав, девушка стащила с тела Андреса разгрузочный жилет, надела его на себя и, распределив найденные предметы и ожерелье по карманам, поднялась. Джордан выбрал направление, и они отправились в путь.

Глава 1. Потеряшки

Июнь 2012 года. Непризнанное государство Шан, Бирма, Индокитай

Потрепанный джип проехал по единственной улице маленькой деревни, застроенной плетенными из бамбука лачугами, стоящими на сваях и крытыми пальмовыми листьями, и остановился на центральной площади, в утренние часы становившейся местом торговли. Из машины вылезла пухленькая и круглолицая девушка с легкомысленным хвостиком на затылке, одетая в куртку и шорты цвета хаки. Она слегка поклонилась подошедшим на шум двигателя мужчинам и поприветствовала их на местном наречии шанов. Селяне ответили на приветствие и поинтересовались, зачем белая женщина к ним пожаловала, настороженно поглядывая на оставшихся в джипе двух здоровых китайцев, лениво курящих хорошие сигареты.

– Наша экспедиция ведет раскопки княжеского дворца в трех километрах отсюда, и нам нужны рабочие. Я приехала нанять несколько молодых сильных мужчин, – убедительно соврала девушка, устало рассматривая собеседников. Выученная наизусть фраза отскакивала от зубов, не вызывая внутреннего протеста.

За неделю в этом регионе она вдоволь насмотрелась на традиционные шаньские костюмы, состоящие из распашной куртки, широких штанов, тюрбана и деревянных сандалий. Шаны зашумели, обсуждая ее заявление. Меланхолично облокотившись на капот джипа, пришелица спокойно ждала ответа на свое предложение, лениво скользя взглядом по пыльной улице, по которой гуляло несколько индеек. Наконец, мужчины пришли к какому–то решению. Один из селян куда–то ушел и вернулся, ведя за собой высокого грязного парня, одетого в какие–то обноски.

– Хороший работник, сильный и выносливый, – седой, но еще крепкий шан толкнул своего спутника к девушке.

Парень поднял на нее давно немытое, заросшее, изможденное лицо. В отличие от невысокого раскосого хозяина, предлагаемый работник был белым мужчиной с выразительными карими глазами и квадратным лицом, наполовину скрытым густой черной бородой. Его одежда при ближайшем рассмотрении оказалась ношенной американской военной формой.

«Ты только посмотри, он же мне бывшего сержанта предлагает», – подумала пришелица, заметив на его рукаве чудом сохранившуюся нашивку.

– Купите меня, мэм. Я могу много работать, – тихо по-английски попросил парень, умоляюще глядя на нее.

Девушка окинула его оценивающим взглядом и потрогала мышцы. Она вела себя так, словно выбирала лошадь. Продавец одобрительно кивал на ее действия.

– Годится, но мне нужно три–четыре человека, – сказала пришелица и хлопком по спине направила парня в сторону джипа.

В этот момент селяне привели еще двух своих работников. Вновь прибывшие, также оказавшиеся американскими пленными, подверглись такому же осмотру белой покупательницей и были признаны годными.

– Мэм, у хозяина есть еще работник, но он сегодня упал в поле и не смог подняться, – шепнул ей бывший сержант.

– Я возьму любого, кто сможет дойти до машины, – объявила покупательница на местном наречии и повторила по–английски.

Парень переговорил с хозяином и после кивка последнего ушел. Вскоре он привел такого же грязного доходягу, положив его руку себе на плечи и буквально таща на себе. Начались переговоры. Девушка предлагала по двадцать долларов за здоровых, а за больного – десять. Селяне требовали за каждого по шестьдесят. Тут зазвонил спутниковый телефон.

Девушка приняла звонок и выслушала сообщение с каменным лицом.

– Вас поняла, – отчеканила она в трубку, убрала телефон и обернулась к селянам. – Моя последняя цена: пятьдесят долларов за каждого здорового и двадцать пять за полудохлого.

– А если мы просто отберем у тебя деньги, женщина, и пешком выгоним из деревни? – поинтересовался шан в богато украшенной вышивкой куртке.

– Не советую. Перестрелять вас у меня рука не дрогнет, – девушка лениво достала из–под сидения автомат Калашникова и наставила на опешивших селян. Китайцы спрыгнули наземь и заняли круговую оборону с автоматами наперевес.

Предложение цены немедленно приняли единогласно. Девушка расплатилась и, загнав «покупки» на заднее сидение, покинула деревню.

***

Уже стемнело, когда джип подъехал к знавшему лучшие дни двухэтажному коттеджу в викторианском стиле, окруженному высоким забором. Из машины вылезли китайцы и, получив свою плату, скрылись в ночи. Девушка посигналила и въехала в распахнувшиеся ворота.

– Ким, найди аптечку и полотенца, постели на диване в гостиной, – приказала она невысокому, одетому в джинсы и майку пареньку–китайцу, запиравшему ворота, и припарковала машину под навесом.

– Идите за мной, – бросила хозяйка работникам и вошла в дом. Парни последовали за ней в гостиную с линялыми зелеными обоями, состоящую из старого потертого дивана, стола со стульями и телевизора на тумбе. Ким стелил постель на диване, аптечка и полотенца уже лежали на столе.

– Полудохлого в душ и на диван, остальные тоже в душ. Одежду оставите там же. Душевые находятся на первом, – она распахнула дверь ванной комнаты и пропустила двух доходяг. – И на втором этаже справа от лестницы.

Поднявшись на второй этаж, девушка загнала оставшихся парней в ванную и ушла в свою комнату. Покайфовав под душем и смыв пот и дорожную пыль, она сменила шорты и куртку на удобные брюки с футболкой и спустилась в гостиную. В углу лежали грязные обноски, тщательно упакованные в пакеты. При ее появлении трое парней, завернутые в полотенца, поднялись со стульев. Четвертый тоже сделал попытку встать, но рухнул обратно на диван. Девушка взяла аптечку и подошла к лежащему на диване. Измерив температуру и давление, уточнив, когда последний раз питался, она велела принести высокую вешалку, стоящую у входа. Получив требуемое, хозяйка поставила больному капельницу и, махнув рукой одному из парней, чтобы шел за ней, удалилась на кухню. Через несколько минут она внесла тарелку сэндвичей и пригласила парней к столу. Ее помощник принес упаковку минеральной воды.

После трапезы хозяйка уточнила у парней размеры одежды и обуви, написала записку и окликнула подростка:

– Ким, бегом к Ли Хо. Купи штаны, футболки, носки и ботинки из старых армейских запасов, скажешь для меня. Вот деньги.

Парнишка взял записку и мгновенно исчез. Девушка задумчиво оглядела парней.

«Хороши работнички, нечего сказать, кожа да кости», – мысленно хмыкнула она.

Под ее взглядом бывшие пленные выпрямили покрытые многочисленными синяками спины и расправили плечи.

– Я, Елена Смирнофф Куинн. Этот дом я арендовала на две недели. Планировала провести здесь отпуск в этой стране. Старый друг попросил, если случится оказия, поискать его пропавших сослуживцев. Сегодня по телефону сообщили, что он погиб при крушении вертолета, – объяснила молодая женщина, теребя ожерелье из кости и металла, тяжело вздохнула и призналась. – Ваша покупка – мой возврат другу долга жизни. Посмертно.

Мужчины слушали молча, не рискуя даже вздохом перебить речь спасительницы.

– Как вас возвращать домой без его протекции я пока без понятия. Поэтому, пока поживете здесь, – Елена выпрямилась в кресле и изложила свои правила. – Ко мне следует обращаться: мэм или миссис Смирнофф или миссис Куинн. До решения вопроса с вашей отправкой на родину регламент такой: территорию дома без моего разрешения не покидать, меня и Кима не задирать и не обижать, в мою комнату не входить. В остальном чувствуйте себя как лагере скаутов. Готовить и убирать будем по очереди. Все понятно? Вопросы есть?

– Так точно, мэм, – гаркнули нестойным хором «покупки». – Нет, мэм

– Теперь представьтесь, – Елена откинулась на спинку и сделала глоток минералки.

– Мастер–сержант Рой Доусон, сержант–специалист по оперативным и тактическим вопросам, спецвойска, – вскочив и вытянувшись по стойке смирно, проорал первый купленный ею парень. В душе он привел себя в порядок и теперь выглядел симпатичным широкоплечим брюнетом.

– Сержант первого класса Дэвид Митчелл, сержант–медик, – раздался голос с дивана. После мытья доходяга стал похож на типичного англосакса.

– Штаб–сержант Терренс Маршалл, сержант–техник, – высокий крепкий блондин поднялся со стула.

– Штаб–сержант Лукас Тревис, сержант–связист, – коренастый шатен отдал честь.

– Сколько вы пробыли в плену? – полюбопытствовала она, разглядывая парней с живым интересом. «Ну и дела! Съездила за рабочими, называется. Своих забот мало? Так нет, завела себе команду А».

– Где-то полгода, мэм, – доложил Доусон, беря с тарелки очередной сэндвич.

– Мне нужны номера ваших личных жетонов, – девушка достала из лежащей на полу сумки фотокамеру и сделала несколько снимков парней и в увеличенном виде жетонов. После этого, она распахнула дверь в комнату. – Спать будете в этой комнате, и кто–то должен присмотреть за Митчеллом. Если что–то случится, моя комната на втором этаже в конце коридора. Ким утром принесет одежду. Доброй ночи, джентльмены.

В своей спальне Елена пробила в интернете номера личных жетонов и выяснила, что ее подопечные действительно уже полгода считаются пропавшими без вести «зелеными беретами». Фотографии в интернете совпадали с «оригиналами», спавшими в ее доме. Девушка отправила письма родственникам, что располагает сведениями о пропавших и легла спать.

***

Утром Елена спустилась в гостиную в отличном расположении духа. Завтрак уже лежал на столе, а Митчеллу явно было лучше, так как он сидел за столом вместе со всеми. Парни были одеты в футболки и брюки цвета хаки, из-за чего со спины выглядели как горошины в стручке. Увидев хозяйку, они немедленно поднялись и хором произнесли: «Доброе утро, мэм». Девушка села за стол, и перед ней появилась полная чашка ароматного чая и пара сэндвичей.

– Вернусь вечером. Поправляйтесь, парни. Кухня в вашем распоряжении, можете смотреть телевизор и помните мои правила. Нарушителя я пристрелю как собаку или продам местным авторитетам, – объявила она и, мило улыбнувшись, отбыла.

Вечером Елена вернулась с несколькими вариантами решения проблемы под названием «вывоз бывших пленных на родину». Днем она ездила в горы и пообщалась с «контактом», оставленным другом. Тот ничем помочь не смог, но подкинул идею.

Девушка вошла в дом и ахнула: гостиная сверкала чистотой, парни чинно сидели на диване и смотрели спортивный канал. Услышав входную дверь, Терри и Люк унеслись на кухню. И через пару минут хозяйку уже кормили вкусным ужином.

– С завтрашнего дня я свободна как ветер, а потому у меня сообщение. Утром я еду в американское посольство, двоих из вас возьму с собой. Сами решайте кого. Попробуем ввести вас в штаты по официальным каналам, – объявила Елена, перед тем, как подняться в свою комнату.

Утро началось с неприятного случая. Едва хозяйка в синем брючном костюме, белой блузке и синих туфлях спустилась в гостиную, ее немедленно прижал к стене и облапал Терри Маршалл. Парень явно изголодался по женскому обществу и вел себя довольно грубо. «Ничего себе заявочки. Пару дней назад умолял купить его, а сегодня мачо себя возомнил». Елена обняла Терри за шею, крепко поцеловала и сильно ударила коленом между ног. Блондин с руганью рухнул на пол. Добавив сложенными вместе руками по загривку, она перешагнула через упавшее тело и вошла в комнату.

– Доброе утро, мэм. Вы сегодня потрясающе выглядите, – заметил Митчелл и остальные, включая приковылявшего Маршалла, согласно закивали.

– Доброе утро, спасибо, – хозяйка села за стол и пододвинула к себе чашку с чаем. – Похоже, Терри временно выведен из строя, поэтому со мной поедут Доусон и Тревис.

Позавтракав, они поехали в посольство.

***

– Он издевается. – Люк ударил кулаком по капоту джипа. – Откуда у нас документы, если мы провели полгода в плену? «США не воюет с Бирмой, значит и пленных солдат в том регионе быть не может». Ублюдок!

– Это же Азия, Люк. Тут сплошная бюрократия и коррупция, – попытался урезонить его Рой, хотя и сам злился на сотрудника посольства, отказавшего в помощи. – С какой стати посольство станет возиться и посылать запросы на счет тебя в военное ведомство? У них и так забот с туристами хватает. Нас с тобой формально здесь нет и быть не могло. Ты сам поверил бы свежевыбритому чисто одетому парню, что он бывший пленный солдат? Я – нет. А именно так мы сейчас и выглядим. Спасибо миссис Смирнофф.

– Успокойся и садись в машину, – сказала Елена с водительского сидения. – Я предполагала и такой ответ, поэтому нам нужно заехать еще в одно место.