Площадь Свердлова у большого фонтана была почти пуста в этот серый мартовский день. Никитин стоял у каменного парапета, курил и ждал. После вчерашнего провала он плохо спал, мучили мысли о предательстве в рядах милиции.

Варвара появилась ровно в назначенное время. Она быстро шла по площади, прижимая к груди небольшую сумочку. Когда она подошла ближе, Никитин увидел, что лицо у нее взволнованное.

— Аркадий Петрович, — сказала она, слегка запыхавшись, — простите за вчерашнее. Я повела себя глупо.

— Ничего страшного, — ответил он. — Это я должен извиниться. Повел себя неподобающе.

— Не будем об этом. — Варвара достала из сумочки потертую записную книжку. — Я нашла то, что вы просили.

Никитин взял книжку. Она была почти чистой. То есть записей в ней было очень мало, всего пара страничек. Телефоны каких-то магазинов, пожарная, скорая, напоминание вызвать газовщика…

— Вот здесь, — показала Варвара, перелистывая страницы. — Элеонора.

На отдельном листке было записано: «Тр. № 3, ост. «Водники», второй дом справа, 2 пд., 3 этаж, кв. 7».

— Странно, — пробормотал Никитин, разглядывая запись. — Почерк, похоже, женский… А это точно записная книжка отца?

— Да, — кивнула Варя. — Я ее в своих вещах случайно нашла.

— Трамвай номер три, остановка «Водники», — проговорил Аркадий. — Это где-то в районе Свиблово.

— Да, мы в те края как-то с девчонками за грибами ходили.

— Отлично. Поедем прямо сейчас.

— Сейчас? — удивилась Варвара.

— Чем быстрее, тем лучше. Эта женщина может быть ключом к разгадке.

Они направились к трамвайной остановке. Как раз подходил трамвай номер три. Никитин поспешил к нему, прихрамывая. Варвара побежала следом.

— Быстрее! — крикнул он. — Сейчас уйдет!

Варвара прибавила шаг, но на подходе к трамваю столкнулась с встречным прохожим — мужчиной в темном пальто, который шел ей навстречу. Удар был сильным, Варвара пошатнулась и выронила сумочку.

— Простите, барышня, — пробормотал мужчина, помогая ей подняться.

Содержимое сумочки рассыпалось по тротуару. Никитин, уже стоявший на подножке трамвая, увидел обычные женские вещи — носовой платок, пудреницу, расческу. Но среди них что-то блеснуло металлом.

— Варя, быстрее! — крикнул он. — Трамвай отходит!

Варвара поспешно собирала вещи, явно нервничая. Никитин сошел с подножки и помог ей.

— Ничего не потеряли?

— Нет, кажется, все на месте, — ответила она, застегивая сумочку.

Но Никитин успел разглядеть то, что она пыталась спрятать. Среди рассыпавшихся вещей лежал орден Красной Звезды — боевая награда, которую давали за подвиги на фронте.

Следующий трамвай они ждали в молчании. Варвара стояла рядом, нервно поправляя волосы. Никитин украдкой поглядывал на нее, обдумывая увиденное.

— Варвара Валерьевна, — сказал он наконец, — не хотите объяснить, что это было?

— Что именно?

— Орден в вашей сумочке.

Варвара покраснела и отвернулась.

— Я не знаю, о чем вы говорите.

— Я же видел. Орден Красной Звезды. Откуда он у вас?

— Это… это не мой орден, — сказала она тихо.

— Понятно, что не ваш. А чей?

— Купила на барахолке, — ответила Варвара, не поднимая глаз. — Для детей в библиотеке. Хотела показать им настоящий боевой орден, рассказать о войне.

Никитин внимательно посмотрел на нее. Голос дрожал, руки тряслись — явные признаки того, что она говорит неправду.

— Варя, — сказал он мягко, — вы же понимаете, что я следователь? Я умею отличать правду от лжи.

— Но я же сказала правду! — вспыхнула она. — Купила для детей!

— Боевые ордена не продают на барахолке. Их хранят как святыню.

— Ну, может быть, кто-то был вынужден продать. Нужны были деньги.

Никитин не стал настаивать. Было ясно, что Варвара что-то скрывает, но принуждать ее к откровенности он не хотел. Слишком много тайн всплыло в последние дни.

— Хорошо, — сказал он. — Не будем об этом.

Подошел трамвай. Они сели у окна, и Никитин достал записную книжку Краснова. Нет, почерк не мужской. Телефоны и адреса явно записаны женской рукой. Причем наспех, кое-как.

— Расскажите еще раз про Элеонору. Что она за человек?

— Умная, образованная. Хорошо одевается, красиво говорит. Отец был от нее без ума.

— А вы что о ней думали?

— Честно? Не доверяла ей. Что-то в ней было… неискреннее. Слишком правильная, что ли.

— Как долго она встречалась с вашим отцом?

— Долго. Не могу сказать точно.

— И все это время работала в нотариальной конторе?

— Да, вроде бы. Хотя… — Варвара задумалась. — Теперь, когда вы говорите, что ее там не было, я начинаю сомневаться.

— В чем сомневаться?

— А может, она вообще там не работала? Может, просто так говорила?

— Но на что она жила?

— Не знаю. Отец ей помогал, это точно. Дарил подарки, давал деньги.

Трамвай подъехал к остановке «Водники». Они вышли и огляделись. Небольшой жилой массив, несколько пятиэтажных домов, построенных еще до войны.

— Второй дом справа, — прочитал Никитин из записной книжки.

— Тут не разберешься, где второй дом, а где пятый. Смотря откуда считать, — ворчала Варя.

Дом был типичным для того времени — кирпичный, с деревянными рамами и облупившейся штукатуркой. Во дворе играли дети, на скамейке сидели старушки.

— Второй подъезд, третий этаж, — повторил Никитин.

Они поднялись по скрипучей лестнице. Квартира номер семь находилась в конце коридора. Никитин постучал в дверь.

Никто не ответил. Он постучал еще раз, сильнее.

— Может, никого нет? — предположила Варвара.

— Или не хотят открывать.

Никитин приложил ухо к двери. Изнутри не доносилось ни звука.

— Элеонора Сергеевна! — позвал он. — Откройте, милиция!

Тишина.

— Попробуем у соседей, — предложил он.

В соседней квартире дверь открыла пожилая женщина в халате.

— Что вам нужно? — спросила она подозрительно.

— Мы ищем Элеонору Дубинину. Она живет в седьмой квартире.

— Как? Дубину э-э-э-э…

— Элеонору Дубинину! — громче повторил Никитин. — Дубина у нас своя есть.

— Какое странное имя… — произнесла женщина. — А вы, собственно, кто?

— Мы из милиции.

— Ну да, — кивнула женщина. — Так я сразу и поняла. То есть вы хотите уединиться в этой квартире?

— Гражданка! — теряя терпение, произнес Аркадий. — Мы с вами тут не шутки шутим! Если в вашей голове только уединение крутится, то я могу предложить вам камеру для задержанных…

— Да не знаю! Не знаю я никакую вашу Дубину! — вспыхнула женщина. — Нет тут такой. В седьмой Зорин живет с женой Светой. Все! Адью!

С этими словами она захлопнула дверь.

— Мимо, — пробормотал Никитин, возвращая Варе записную книжку. — Не тот адрес. Ошибка какая-то.

— Да, похоже, ошибка, — ответила Варя, пунцовея.

Они спустились во двор. Варвара была расстроена.

— Будем искать другими способами, — подбодрил ее Никитин.

Никитин задумался. Элеонора Дубинина исчезла сразу после убийства Краснова. Это не могло быть случайностью. Либо она испугалась, либо получила приказ скрыться.

В любом случае она была связана с бандой. И теперь нужно было найти ее любой ценой.

— Варя, — сказал он, — вы, может, еще что-нибудь вспомните? Любые детали.

— Дайте подумать… — Варвара прикрыла глаза. — Она любила дорогие духи. Французские. И у нее были тоненькие золотые часики.

— Что еще?

— Говорила с легким акцентом. Не московский говор.

— Откуда могла быть?

— Не знаю. Может, с юга? Или из-за границы?

Постепенно складывался портрет загадочной женщины, которая могла быть ключом к разгадке.

Но главное — он все еще думал об ордене в сумочке Варвары. Откуда у библиотекарши боевая награда? И почему она так откровенно лжет?

Слишком много тайн окружало это дело. И каждая из них могла стать смертельной.