Бэллард хотела приступить к работе первой, но, войдя в архивное помещение, услышала ритмичные механические звуки многостраничной печати в копировальной комнате. Она заглянула внутрь и увидела, что Босх укладывает документы через три кольца папки, пока печатались новые.

—Гарри, что ты здесь делаешь?

Он долго смотрел на нее, прежде чем ответить.

—Я здесь работаю. Если только меня не уволили, а мне не сказали.

—Нет, я имела в виду, что тебе требуется некоторое время для того, чтобы прийти в себя.

—Двух дней было достаточно. Я в порядке. У меня все хорошо.

—Когда я видела тебя в последний раз, твое колено выглядело не очень.

—Я купил один из этих компрессионных рукавов в CVS[32]. Он отлично работает. Но ты бы видела, какой след он оставляет на моей ноге.

Бэллард подошла ближе и заглянула в папку. Очевидно, он составлял отчет об убийстве.

—Что это?—спросила она.

—Я копирую файлы по делу семьи Галлахер, которых у меня нет, — ответил он.—Я собираюсь вернуться к нему.

—Я думала, мы договорились о копировании файлов, и вот ты здесь.

Босх ничего не ответил, укладывая стопку документов обратно на обложки одной из книг по расследованию убийств. Бэллард поставила коробку, которую несла, на стол рядом с папкой, которую составлял Босх.

—Поговори со мной, Гарри. Что происходит?

—Послушай, я давно не работаю в департаменте, но я все еще умею гадать на кофейной гуще. Они собираются посоветовать тебе избавиться от меня. И это нормально. Я не хочу создавать тебе еще больше проблем, чем уже есть. Но когда я уйду, кто будет работать с этим?

Он указал на семь лежащих на прилавке папок с документами.

—Так что, я думаю, я возьму это с собой,— он продолжил говорить.— И я продолжу работать над этим. Я позвоню тебе, когда найду МакШейна.

—Гарри, я не собираюсь вешать тебе лапшу на уши и говорить, что все в порядке,—сказала Бэллард.—Но я сказала им, что если ты уйдешь, то уйду и я. Я сказала это напрямую шефу.

Босх кивнул.

—Я ценю это,—сказал он.—Я действительно ценю. Но тебе не следовало этого делать. Это не помешает им сделать то, что они хотят.

—Посмотрим,—ответила Бэллард.

—Обязательно сделают, и, вероятно, очень скоро.

—То, что было в "Таймс" сегодня утром, нам не помогает. Ты читал статью?

—Я не читаю "Таймс".

—Они узнали много такого, о чем не говорилось на пресс-конференции шефа.

—Это их работа.

—Эта Кейша Рассел, репортер… Ты ее знаешь?

—Да, но последнее, что я слышал, она перешла в Вашингтонское бюро. Это было, ну, я не знаю, очень давно. Годы назад. Я удивлен, что она все еще здесь.

—Да, так и было, но сейчас она в Лос-Анджелесе, и она все изложила в статье. То, что Роулз находился в этом подразделении, и что его туда направили из офиса члена городского совета. Вот почему я пришла пораньше—потому что Нельсон Хастингс позвонил мне сегодня в шесть утра.

—Уверен, он был в ударе. Это коробка из машины Роулза?

—Он был в ударе и остается таким до сих пор. И не меняй тему. Кто бы ни рассказал Рассел эту историю, я действительно оказалась в глубоком дерьме.

Копировальный аппарат закончил свою работу, и в комнате воцарилась тишина.

—Мне жаль это слышать,—наконец заговорил Босх.—В статье никого не было названо по имени?

—"Источники сообщили"—и это все, без указания авторства, — сказала Бэллард.—И Нельсон считает, что я один из этих источников. Я имею в виду, она действительно звонила мне. На самом деле, три раза. Но я так и не поговорила с ней, даже не перезвонила, чтобы спросить, откуда у нее мой номер, и никаких гребаных комментариев. Нет ничего лучше, чем когда тебя обвиняют в том, чего ты не совершал.

—Я знаю, как это бывает. Мне жаль. Но, может быть, это и к лучшему, что об этом стало известно общественности. Ты так не думаешь?

—Нет, если они снова закроют отдел. То, что Перлман дал, он может и отнять. А почему бы и нет? Дело его сестры раскрыто. Он уже получил от этого то, что хотел.

—Ты действительно думаешь, что они закрыли бы это дело из-за Роулза?

—Мы оба видели, как принимались решения и похуже. Вот почему ты можешь пока забыть о Галлахере.

—Что ты имеешь в виду?

Бэллард взяла коробку и повернулась к двери.

—Роулз по-прежнему является приоритетом номер один, —сказала она.—Если мы свяжем его с другими делами и начнем расследовать их, то, возможно, они не станут сокращать нас. А если они попытаются, возможно, кто-нибудь сообщит об этом Кейше Рассел. Тогда они будут выглядеть плохо, и им придется отвалить на хрен.

Бэллард вышла из комнаты, оставив Босха наедине с собой. Она не сомневалась, что за историей в "Таймс" стоит он. Когда она не узнала имя репортера, которое Хастингс выкрикивал по телефону в 6 утра, она поискала на веб-сайте "Таймс" предыдущие статьи Расселл и увидела, что в девяностых она освещала работу полиции. Несколько ее статей были посвящены расследованиям, которые вел детектив по имени Гарри Босх.

Она была недовольна Босхом. Не столько за то, что он сделал, — она должна была признать, что выложить всю историю на суд общественности—это то, что Департамент должен был сделать в первую очередь. Просто ей хотелось, чтобы он сначала пришел к ней и они вместе все спланировали. Кроме того, ей хотелось, чтобы он признал свою роль в этой истории. Это свидетельствовало о том, что он не доверял ей так сильно, как она думала.

Она отнесла коробку в комнату для допросов. Прошло больше часа, прежде чем другие следователи начали расходиться по своим местам в отделе. К тому времени Бэллард уже сидела на своем месте, а Босх - на своем, не поднимая головы, хотя Бэллард знала, что он там. Коллин Хаттерас первой из всех явилась на работу и сразу же засыпала Бэллард и Босха вопросами о Роулзе, стрельбе и других аспектах дела. Она тоже упомянула историю из "Таймс", но ее вопросы были в основном связаны с тем, что она впервые увидела Бэллард и Босха после воскресной перестрелки. Босх отсутствовал, а Бэллард заняла рабочее место в ЗАП и находилась там в понедельник и вторник, чтобы следователи ОРПС, а также сотрудники по связям с СМИ и командный состав могли легко связаться с ней.

—Коллин, подожди секунду, —сказала Бэллард.—Я не хочу четыре раза отвечать на одни и те же вопросы, когда будут приходить другие. Так что давай подождем, пока все соберутся здесь, и тогда я расскажу всем, что мне известно и над чем я хочу, чтобы все работали на этой неделе. Хорошо?

—Хорошо,—ответила Хаттерас. —Я поняла. Но я просто хочу заявить для протокола, что у меня сложилось плохое впечатление о Теде Роулзе. Я не хотела ничего говорить раньше, потому что он был моим коллегой. Но я почувствовала это, когда он бывал здесь — очень мрачную ауру. Должна признаться, я думала, что это может исходить от Гарри, но теперь я знаю. Это определенно был Тед.

—Слава Богу,—сказал Босх.—Какое облегчение узнать, что моя аура не очень мрачная.

Бэллард услышала, как Босх сказал это, но не смогла его увидеть из-за перегородки. Она наклонилась над своим столом, чтобы Хаттерас не видела, как она улыбается в ответ. Затем она стала серьезной.

—Хм, знаешь что, Коллин?—сказала она. —Мне придется написать отчет о дальнейших действиях по Роулзу и всему этому делу. Итак, я не хочу, чтобы ты останавливалась на теме СГГ. Продолжай работать над этим и посмотри, сможешь ли ты в дальнейшем установить генеалогические связи. Если мы сможем показать ценность этого в данном случае, я думаю, это окажет большое влияние на командный состав.

—Приступаю, босс,—ответила Хаттерас. - И теперь, когда мы знаем, что в генеалогическом древе Роулзов есть лос-анджелесская ветвь, я могу начать работать в обратном направлении.

—Это хорошо, Коллин. Дай мне знать, когда соберешь все воедино.

—Принято.

Бэллард закатила глаза. Это слово стали ее самой большой головной болью.

К половине девятого Массер, Лаффонт и Агзафи уже были на месте, и Бэллард встала, чтобы все могли ее видеть.

—Итак, ребята, слушайте внимательно, —начала она.— Прежде всего, я ценю, что вы все пришли так быстро, потому что мне нужна помощь всей команды. Мы еще не закончили с тем, что сейчас известно, как дело Теда Роулза. Когда он покончил с собой в воскресенье — возможно, это было одной из причин, по которой он это сделал, — в багажнике его машины была коробка. Мы нашли ее, и в ней находятся личные вещи, которые, возможно, принадлежали другим жертвам. Я говорю об украшениях, расческах, пудреницах для макияжа, маленьких статуэтках и безделушках — о самых разных вещах.

—Сувениры,—сказала Хаттерас, констатируя очевидное.

—Да, сувениры,—согласилась Бэллард.—И я хочу, чтобы все мы посмотрели, что мы можем сделать, чтобы связать эти предметы с другими жертвами. Все, что мы знаем наверняка, это то, что он убил Сару Перлман в 94-м и Лору Уилсон в 05-м. Это большой разрыв. И это большой промежуток между пятым годом и этим воскресеньем, когда Роулз, благодаря Гарри Босху, был выведен из строя.

—Слушайте! Слушайте! —воскликнул Массер.

Он встал и протянул руку через перегородку, предлагая Босху дать "пять". Босх подчинился, хотя Бэллард показалось, что это было сделано неохотно и без энтузиазма.

—Я разложила эти предметы на столе в комнате для допросов,— продолжила Бэллард.—Я хочу, чтобы вы зашли туда, просмотрели их, возможно, выбрали один или два предмета и приступили к работе. Я знаю, что это маловероятно, но давайте посмотрим, сможем ли мы сопоставить что-то из этого имущества с некоторыми делами.

Она указала на архивные полки, где хранились все нераскрытые дела.

—Мы все знаем, что многие семьи ждут ответов на свои вопросы, — сказала Бэллард.—У вас у всех может быть другое мнение, но я бы сосредоточилась на годах, между Перлман и Уилсон. Мы знаем, что Роулз перенес операцию после убийства Уилсон—ему пересадили почку—и это, возможно, заставило его уйти из бизнеса смерти. Но я думаю, что он, вероятно, был активен в течение нескольких лет между этими двумя убийствами. Я пригласила члена городского совета Перлмана приехать сюда, чтобы посмотреть на эти вещи на случай, если он сможет опознать что-то, принадлежащее его сестре, но я не знаю, примет ли он мое предложение. Тем временем, вчера, после того как лаборатория взяла мазки и проверила отпечатки пальцев, я упаковала все по отдельности. У нас на столе лежат предметы, которые не были исследованы судебно-медицинской экспертизой. Есть вопросы?

Лаффонт поднял руку, как ученик в классе.

—Том? —сказала Бэллард.

—А как насчет его дома и офиса? —спросил Лаффонт.— Там что-нибудь есть?

—Хороший вопрос, —сказала Бэллард.—Детективы из ОГУ провели почти весь понедельник, обыскивая его дом, офис и складское помещение, которое он арендовал. Они не нашли ничего, что имело бы доказательную ценность. Большинство из вас, вероятно, знают, что он был женат и у него была маленькая дочь, и, похоже, он держал эту часть своей жизни в секрете. Излишне говорить, что они по-прежнему в полном шоке от всего этого. Похоже, что Роулз хранил свои сувениры в своем офисе в Санта-Монике, и именно поэтому он был там в воскресенье—чтобы забрать их и уехать. В машине также был собранный чемодан. Он собирался уйти.

—Есть какие-нибудь предположения, куда он направлялся? — спросила Агзафи.

—На данный момент нет,— ответила Бэллард.—Ни в его телефоне, ни в карманах, ни в машине не было ничего, что указывало бы на то, куда он направлялся. Его паспорт был у него в кармане, так что, возможно, в Мексику или Канаду. Мы думаем, он просто пытался скрыться, когда понял, что мы за ним следим.

Бэллард посмотрела на всех, ожидая дальнейших вопросов.

—Если это все, то давайте перейдем к делу,—сказала она.—Слоном в комнате является то, что Роулз был одним из нас, и объективность в этом вопросе не очень хороша. Итак, давайте продолжим и посмотрим, сможем ли мы улучшить эту объективность, закрыв больше дел. Давайте покажем им, чего мы стоим.

Бэллард снова села, в то время как остальные встали, чтобы пройти в комнату для допросов. Все, кроме Босха. Он подождал, пока остальные войдут в комнату, чтобы посмотреть на сувениры, затем обратился к Бэллард с другой стороны перегородки.

—Кейша Рассел была единственной, кто назвал меня "стрелком" на пресс-конференции,—сказал он.—И я сказал ей об этом. Я не знал, что она вернулась в город и снова работает с полицией, а потом я услышал, как она называет меня стрелком, просто чтобы позлить шефа. И затем… Я проговорился. Я сказал, что у нас в курятнике завелась лиса, потому что с той пресс-конференции я знал, что они собираются делать. Они собирались просто замять это дерьмо, как обычно, и... Я не продумал это заранее, Рене. Я должен был догадаться, что это обрушится на тебя, и я облажался. Мне жаль.

Бэллард слегка кивнула. Не потому, что Босх подтвердил то, что она и так знала, а потому, что он был откровенен с ней и признал это. Доверие, которое, как она думала, было подорвано, теперь восстановилось.

—Все в порядке, Гарри, — сказала она. —Просто зайди туда и найди что-нибудь, что закроет для нас дело.

—Ты справишься, босс,—сказал он.

Она улыбнулась.