Вернувшись на свое рабочее место, Бэллард делала заметки о своем разговоре с Крамером, когда сзади к ней подошел Босх и положил пакет с уликами, в который был вложен значок кампании.

—Что это?—спросила она.

—Улики,—ответил Босх.— Тебе нужно как можно скорее отправить это в лабораторию печати.

—Я вижу, что это такое. Как ты это получил?

—Я не хотел ждать, пока закрутятся колеса бюрократии. Я слетал в Чикаго и получил их.

Теперь Бэллард повысила голос.

—Ты летал в Чикаго?

—Я только что сказал, что летал.

Бэллард бросила ручку, которую держала в руках, на стол. Это движение, а также ее повышенный голос, несомненно, привлекли внимание присутствующих.

—Гарри, следуй за мной.

Она встала и направилась в комнату для допросов, чтобы поговорить наедине. Босх последовал за ней, опустив голову, как приговоренный к смерти. Они вошли, и Бэллард громко захлопнула дверь. Она тут же поднесла руку ко рту, чтобы подавить смех.

—Это было так здорово, —прошептала она.—Они все смотрели.

—Что ж, тебе нужно передать этот значок экспертам, —сказал Босх.

—Я передам. Ты позвонил своему парню в Сент-Луис?

—Да, но его там больше нет. Теперь это она. Я поговорил с ней, и она пообещала перезвонить в течение суток. Посмотрим. Тот мой парень бросил бы все, и он достаточно доверял мне, чтобы не редактировать материал.Посмотрим, что будет с этой новой.

—Хорошо, дай мне знать, что ты услышишь. Ты готов вернуться туда?

—Да. Но тебе не кажется, что стоит еще раз повысить голос?

Бэллард улыбнулась и снова подняла руку, прежде чем это перешло в смех. Затем она опустила руку и произнесла достаточно громко, чтобы ее было слышно за дверью.

—Иди домой. Сейчас же!

Босх кивнул и прошептал.

—Это должно сработать.

Он открыл дверь и вышел, все с тем же опущенным лицом. Бэллард наблюдала из дверного проема, как он обошел свое рабочее место и направился прямо к выходу. Она покачала головой, как будто была до предела расстроена проступком Босха.

После ухода Босха она вернулась к своему рабочему месту, но осталась стоять, убирая ноутбук и пакет с уликами в рюкзак. Она чувствовала, что Коллин Хаттерас наблюдает за ней.

—Коллин, если меня кто-нибудь будет искать, я еду в центр города, в лабораторию,—сказала она.

—Хорошо,—ответила Хаттерас.—Ты вернешься?

—Скорее всего, нет.

—Я хотела сообщить тебе последние данные по СГГ.

—Ты установила связь?”

—Нет, пока нет.

—Тогда давай посмотрим в понедельник утром, как у тебя дела. Мне нужно в лабораторию.

Хаттерас нахмурилась. Она ждала подходящего момента.

—Может быть, к тому времени что-нибудь прояснится, Коллин,— сказала Бэллард.—Поговорим об этом в понедельник.

—Хорошо,—сказала Хаттерас и спросила:—Ты только что уволила Босха?

Она выпалила последнюю фразу, и Бэллард была рада узнать, что спектакль в комнате для допросов сработал.

—Я пока не уверена, —ответила она.

—Я думаю, что в душе он хороший человек, — сказала Хаттерас. — Я чувствую это.

—Что ж, он должен стать лучшим игроком в команде, иначе он вылетит.

—Я уверена, что так и будет. Мне кажется, он это знает.

—Тогда хорошо.

Бэллард перекинула лямку рюкзака через плечо и посмотрела на остальных в группе. Все они сидели, опустив головы, и вели себя так, словно были погружены в работу и не слышали перепалки с Босхом.

—Всем привет,—сказала она.—Я просто хочу сказать, что ценю все дни и часы, потраченные вами на этой неделе. Это было выше всяких похвал, и вы должны знать, что это не останется незамеченным. Хорошего вечера.

С этими словами она повернулась и направилась к выходу.