Бэллард хотела уехать из Ахмансона, чтобы подумать. Она поехала на Эббот Кинни в Венис и заказала в "Дочери мясника" миску с овощами. После разрыва с Гарретом Синглом, фельдшером скорой помощи, она старалась питаться вегетарианской пищей, когда оставалась одна. Сингл гордился своим мастерством приготовления барбекю, и это было неизменной частью их отношений. Последние три месяца она провела в отказе от него и всего красного мяса. Теперь она предпочитала арбузную редьку грудинке и, подобно дочери мясника, не могла представить, что снова станет есть красное.

За едой она составляла список. В это время ей позвонил один из тех, кто был первым в списке. Нельсон Хастингс.

—Просто проверяю,—сказал он,—не могу ли я что-нибудь предложить члену городского совета сегодня.

—Я собиралась позвонить вам, —сказала в ответ Бэллард.

—В самом деле? В чем дело?

—Я хотела спросить вас, как давно ведутся записи о предвыборной кампании члена городского совета?

—Если вы имеете в виду наши ОПК, мы ведем их с самого первого дня. В чем дело?

—Что такое ОПК?

—Отчеты о пожертвованиях для кампании. Мы оформляем их в соответствии с законом. Но, опять же, в чем дело, детектив?

В его голосе звучали настойчивость и повышенная тональность, чем обычно. Бэллард предположила, что наиболее вероятным местом, где избранные политики нарушали закон, была денежная сфера. Она быстро попыталась развеять беспокойство.

—Это не имеет ничего общего со взносами в избирательную кампанию,—сказала она. —Я хотела спросить о персонале, волонтерах и тому подобном. Как давно вы ведете записи?

—Ну, мы кое-что ведем, —ответил Хастингс.—Мне нужно проверить. Есть ли что-то конкретное, что я бы искал?

Бэллард отметила, что его голос вернулся к своему обычному, ровному звучанию.

—Лора Уилсон,—сказала Бэллард.—У нее в ящике стола лежал значок "ДЖЕЙК!" избирательной кампании, и я просто подумала, не могла ли она стать волонтером для него. Я не думаю, что у нее было бы достаточно денег, чтобы сделать пожертвование на избирательную кампанию, но ее родители активно участвовали в политической жизни Чикаго. Я подумала, что, возможно, она могла бы принять участие, когда приехала сюда.

—Мне казалось, вы говорили, что она была убита через одиннадцать лет после Сары, —сказал Хастингс.—Это было, когда, в 05-м? 06-м? Джейк попал в совет только шесть лет назад.

—Верно, но в 2005 году он безуспешно баллотировался на внеочередных выборах, чтобы занять то же место, что и сейчас. Лора жила в округе, где он баллотировался, поэтому я подумала, может быть...

—Ну, это было до меня. Мне нужно посмотреть, какие у нас есть записи. Что бы это значило, если бы это было так, и она участвовала в кампании?

—Я пока не знаю. Мы ищем связи между жертвами, и если она работала на Джейка, то это довольно интересная связь. Нам нужно посмотреть, к чему это приведет.

—Да, я понимаю, что вы имеете в виду. Позвольте мне сделать вот что: я посмотрю, что у нас есть в наших записях, и свяжусь с вами, как только смогу. Хорошо?

—Это было бы здорово. Сейчас меня нет в офисе, но, когда я вернусь, я могу прислать вам ее фотографию, если это поможет.

—Возможно, я думаю, что член городского совета узнает. Он никогда не забывает лица своих сторонников.

—Хорошо. Если вы сможете узнать у него имя…

—Не волнуйтесь, я это сделаю.

—Спасибо.

Бэллард повесила трубку и сразу же позвонила Дарси Трой в лабораторию ДНК. Она понимала, что, возможно, наступает на пятки Тому Лаффонту, поскольку поручила ему заниматься медицинскими вопросами, но она хотела держать все в движении.

—Дарси, это Рене. Ты что-нибудь слышали от Тома Лаффонта сегодня?

—Э-э, нет, а должна была?

—Не обязательно, но я подумала, что он мог позвонить. Что касается дела Уилсон, ты можешь узнать, сохранились ли у них образцы мазков, из которых они взяли ДНК?

—Я могу проверить. Они должны быть там, если только не поступило распоряжение окружного прокурора уничтожить их, а это должно произойти только после закрытия дела.

—Хорошо. Ты можешь посмотреть, что там? И потом, мне нужна твоя помощь.

—Ты хочешь провести дальнейший анализ.

—Да. Я хочу узнать больше о крови. В 2005 году они были заинтересованы только в поиске ДНК. Я хочу знать, почему у этого парня была кровь в моче. Отчеты в журнале расследований убийств носят очень общий характер. Может быть, заболевание почек, может быть, мочевого пузыря. Я думаю, что спустя столько лет мы могли бы узнать больше с помощью серологии, понимаешь?

—Да, и я посмотрю, что у нас есть.

—Как долго?

—Я этим не занимаюсь, но думаю, что смогу что-нибудь придумать. Если еще есть материал. Иногда они используют все, что можно, для анализа ДНК.

—Скрестим пальцы. Спасибо, Дарси.

—Я поняла.

Бэллард отключилась и напомнила себе, что нужно сказать Лаффонту, что она уже включила это в игру. Она собрала все, что было на столе, в рюкзак, положила на чек наличные и вышла из ресторана.

Ей потребовалось двадцать минут, чтобы добраться до центра Ахмансона. Когда она выходила из машины, ей перезвонил Нельсон Хастингс.

—Вы что-нибудь выяснили, Нельсон?

—Ничего такого, что, по моему мнению, могло бы помочь следствию. Наши штатные расписания, справки о доходах и списки доноров являются полными на момент успешного избрания Джейка Перлмана в совет шесть лет назад. Все, что было до этого, очевидно, не сохранилось, потому что он проиграл выборы. Я навел справки в офисе и даже у члена городского совета, чтобы узнать, помнит ли кто-нибудь Лору Уилсон, но ничего не услышал.

—Это был рискованный шаг. Был ли у члена городского совета руководитель предвыборной кампании в 2005 году? Может быть, он или она вспомнит, была ли Уилсон волонтером или что-то в этом роде.

Когда Бэллард задавала этот вопрос, она увидела, как зеленый "Чероки" Босха въезжает на парковку центра.

—Я дам вам имя и контактную информацию, —сказал Хастингс.—Но я думаю, что член городского совета вспомнил бы, если бы кто-то из сотрудников его предвыборной кампании был убит. И, честно говоря, афроамериканского волонтера или сторонника тоже бы запомнил.

Бэллард кивнула.

—Я думаю, вы, вероятно, правы, —проговорила она. —Спасибо за ваши усилия. Было бы здорово, если бы вы могли отправить мне электронное письмо с именем и номером менеджера кампании 2005-го, это было бы здорово.

Бэллард увидела, как Босх открыл дверцу своей машины и начал вытаскивать коробки. По красной ленте на них она поняла, что это коробки с вещественными доказательствами из отдела имущества. Она направилась в ту сторону.

—Детектив Бэллард, могу я обсудить с вами один деликатный вопрос?—спросил Хастингс по телефону.

—Э-э, конечно,—ответила Бэллард.—Что случилось?

—Кажется, вы идете по пути, связывая смерть этой женщины с советником или кампанией, и я просто хочу предупредить вас, чтобы вы действовали осторожно. Любой намек на то, что член городского совета мог быть замешан в этом, нелеп, и я уверен, вы согласитесь, но, если информация просочится в СМИ, это может привести к взрыву. Так что будьте осторожны, детектив Бэллард. У вас всего лишь десятицентовый значок, которых, вероятно, были напечатаны сотни, если не тысячи.

Бэллард остановилась посреди парковочной полосы, чтобы ответить. Она увидела, что Босх заметил ее приближение и ждал на заднем сиденье "Чероки".

—Конечно, мы действуем осторожно, Нельсон. И мой вопрос по этому поводу никоим образом не касается члена городского совета. Вы можете сказать ему об этом.

—Я так и сделаю, детектив.

Хастингс отключился, и Бэллард направилась к Босху. Он прочитал выражение ее лица, когда она приблизилась.

—Что?—спросил он.

—Ничего,—ответила Бэллард. —Просто очередная чушь от сторожевого пса члена городского совета. Я вижу, ты побывал в отделе имущества.

—Да, и они подарили мне коробку из дела Уилсон. Они сказали, что ты ее заказала, и я смогу сэкономить на курьере, если доставлю. Ты сможешь донести одну коробку?

—Конечно.

Бэллард закинула рюкзак на плечо и наклонилась к заднему сиденью "Чероки", чтобы достать коробку из дела Уилсон. Она была размером 24 х 24 х 24 дюйма и не тяжелая. Она подняла ее, затем поставила на бампер и посмотрела на Босха.

—Ты разговаривал с наркоманом, употребляющим метамфетамин? — спросила она.

—Да,—ответил Босх.—Сейчас он чист, но почти признался, что совершил кражу со взломом в доме своей матери. Теперь, когда я знаю, что это был он, мое мнение о МакШейне изменилось. Он мог находиться в том доме в любое время между убийствами и кражей со взломом.

—Послушай, Гарри, ты не можешь этого делать.

—Что делать?

—Уходишь по своим делам, когда я специально сказала тебе, что ты нужен на дело Уилсон.

—Своим делам? Четыре человека—целая семья—убиты и закопаны в яме в пустыне, и это свои дела?

—Послушай, это большое дело, это важный случай. Но Уилсон должна быть в приоритете в данный момент. Я не мешаю тебе работать по Галлахерам, но ты в ближайшее время нужен мне в деле Уилсон. И я не хочу быть какой-то мегерой, которая тобой командует. Ты можешь просто сделать это для меня?

—Я здесь. Я готов к работе. То, что я сделал сегодня, заставит Шейлу Уолш задуматься: что же делает Босх? Что он задумал? Я обдумаю это, пока буду работать с Уилсон, а потом вернусь. Я играю с ней в долгую игру. Итак, что ты хочешь, чтобы я сделал?

—Давай разберемся с этим, а потом поговорим.

—Отлично.

—Хорошо.

Затем Бэллард подняла свою коробку и отступила назад, чтобы Босх, удерживая стопку из двух коробок одной рукой, другой мог закрыть дверцу.

—Давай оставим это в капсуле, а потом мы с тобой пойдем куда-нибудь поговорить,—сказала Бэллард.—Я хочу услышать твое мнение о паре вещей.

—Принято.

—Ты должен перестать так говорить. Все должны перестать так говорить.

—Что в этом плохого?

—Когда влиятельные лица говорят это на TikTok, они перепрыгивают через акулу[13].

—Я не знаю, что это значит.

—И это хорошо. Ты справишься с ними?

Ей показалось, что Босх с трудом справляется с весом двух коробок.

—Я в порядке, —настойчиво ответил он.

—Хочешь кофе?—спросила Бэллард.

—Ты читаешь мои мысли.

—Хорошо. На втором этаже есть комната отдыха, о которой пока никто из команды не знает. Это для тренеров академии, но они все сегодня в Элизиуме на выпускном вечере. Мы пойдем туда.

—Принято.