До этого момента я не понимал, почему греки вторглись в Трою из-за Елены. Проснувшись, я был готов развязать пару войн, если это означало, что мой член снова окажется между пухлых губ Фэрроу. Я рано начал утро и половину этого времени гадал, когда смогу все это повторить. После тренировки я отправился в свой кабинет, надев лучший костюм. Позорно ходить дома в сшитом на заказ костюме-тройке, чтобы произвести впечатление на чертову домработницу, но я уже давно оставил гордость. (С тех пор как вкусил киску Фэрроу, я многое оставил в прошлом.) Я провел пальцем по телефону, заметив пропущенные звонки. Три от мамы. Два от Эйлин. Меня охватило раздражение. Мы включили в наш договор пункт, ограничивающий общение. Я мысленно отметил, что нужно отправить ей копию договора с примечаниями.
Я не стал перезванивать, ответил на несколько электронных писем от адвокатов и связался с частным детективом. К этой операции необходимо приложить совместные усилия. Осьминожка заслуживала уничтожить Веру, и я намерен сохранить мое наследие с Фэрроу. Все ее наследство, дом, клининговую компанию и выходное пособие, которое поможет ей развить бизнес до невероятных масштабов. А еще лучше – отойти от дел. Мысль о том, как она драит дом очередного ублюдка в своей сексуальной униформе, вызвала желание спалить весь город.
– Мистер Сан. – Натали вышла из уборной и поспешила ко мне, стуча каблуками по полу. – Доброе утро. – Я позволял носить обувь в этой части особняка, поскольку проводил деловые встречи в этом крыле.
– Спорно. – Я не сбавлял шага. – Что там у тебя?
Я продолжил копаться в телефоне в глупой надежде на… Что? Что Фэрроу захочет быстро перепихнуться в прачечной? Мне нужно разобраться со своими ожиданиями. Два дня назад я умолял разрешить мне трахнуть ее без защиты. А если бы она забеременела?
Начнем с того, что ты освободился бы от оков брака с Эйлин.
Я покачал головой, не позволяя мыслям уноситься так далеко от реальности. Эйлин – действительность, а не вариант. Она осчастливит маму. Поможет мне исполнить обещание отцу. Даже невзирая на все это, с ней безопасно. С ней я бы никогда не рискнул оказаться голым в лесу, пока мне делают минет, как похотливому подростку. Никогда бы не пырнул кого-то ножом за то, что он только помыслил к ней прикоснуться. Никогда не был бы поглощен каждым ее вздохом, каждой улыбкой, каждой ее причудой.
– В десять часов у вас встреча по зуму с CIRPE Corp, в половине двенадцатого бранч в центре города с акционерами TechT, а в два часа рейс в Чикаго для подписания контракта, завершающего сделку с GoProBono. Помимо этого, у вас под вопросом ужин с Констанс и Селестой в новом индонезийском ресторане на Роквилл Пайк, если вы сможете. – Натали умудрилась перечислить весь список моих дел на одном дыхании.
– Я не смогу. Передай им мои извинения. Оплати счет с моей карты. – Я уже сутки не видел Фэрроу. Мне было критически важно забраться к ней в трусики. Важнее, чем дышать и выполнять прочие обязательные функции. Я купил столько презервативов, что их хватит всему кварталу красных фонарей на целое десятилетие. Я открыл двери своего кабинета. – И будь добра разобраться с документами, химчисткой и покупками до пяти часов. Хочу, чтобы дом был в моем полном распоряжении.
Иными словами: я хочу спокойно домогаться Фэрроу в разных уголках своего дома, чтобы меня при этом не выставили извращенцем перед всем миром.
Натали наморщила нос.
– А если я не успею закончить?
– Закончишь завтра.
– Но я…
– Я не прошу, Натали. Я распоряжаюсь. – Я остановился на пороге. – Если тебя не устраивают условия работы, я всегда могу предложить твою должность кому-то столь же некомпетентному.
Она надулась.
– Когда Фэрроу возражает, вам будто все равно.
Потому что она командует парадом, а ты в нем всего лишь массовка.
Вместо ответа я захлопнул дверь у нее перед носом. А прежде чем устроиться в своем рабочем кресле, вернулся ненадолго к нашей с Фэй бесконечной партии в го. Прошлым вечером она поставила новый камень, а значит, в какой-то момент возвращалась домой. Мысль о том, что она спит в комнате напротив, приносила странное удовлетворение. Я взял камень из чаши и поставил его на доску. Захватил два ее камня. Все же в ближайшие дни я одержу победу.
– Глупая Осьминожка. Такими темпами я завоюю все твое королевство. – Я подавил горькую улыбку, в глубине души понимая, что сам угодил в плен.