–Позвольте, голубчик, но вы же не маг!

Я оторвалась от чертежей и закатила глаза. Снова-здорово!

Из кабинета Кларенса послышалось какое-то шипение, потом бульканье и изумлённый возглас посетителя. То-то же.

Создание бюро мы решили не откладывать: купили вчетвером в складчину особняк в центре столицы, наскоро привели в порядок и сразу принялись проектировать полигон для свадьбы, на которую решили позвать как можно больше народа: показать, на что мы способны, и сразу раздать всем визитные карточки бюро.

Особняк мы выбрали, чтобы устраивал все вкусы: старинный, с лабиринтом лестниц и тёмных коридоров, в которых прекрасно смотрелась пара фамильных призраков. Их я быстро уговорила предупреждать нас о ворах, шпионах и «случайно заблудившихся» посетителях. Но на первом этаже дом мог похвастаться анфиладой светлых залов, где мы разместили шикарную приёмную и образцы наших разработок. Банни и Эльза – служанка Карлайлов, которую Кларенс сманил от них, как только подписал бумаги на должность управляющего бюро, – заняли место за полированной стойкой у входа, и каждую свободную минуту Кларенс натаскивал их правильно разговаривать с посетителями.

Снаружи задняя стена особняка заросла диким виноградом, который залезал в окна и на балконы. Самую озеленённую комнату с окнами в сад мы определили как кабинет Маккорна, а совершенно свободную от винограда напротив – для меня. Из моего окна открывался вид на перекрёсток и улицу, ведущую к торговому кварталу, и на этой стороне дома ничего не росло, так что в моём кабинете всё было опрятно и чисто. Кларенс обосновался в смежном помещении, из-за двери которого я теперь и слушала странные звуки.

Не утерпев, я подкралась к двери и заглянула в щёлку. На столе перед Кларенсом плясал язык пламени, рядом клубилось облачко водяного пара, закручивался вихрь и прорастала лоза. Левую руку Кларенс незаметно под полой сюртука держал в прицепленном на пояс саше, где хранил накопители всех видов магии. У нас теперь у каждого было такое – мало ли что пригодится в работе.

– Так вы маг какой стихии? – спросил наконец господин в посетительском кресле, по виду – фабрикант средней руки.

– А принципиально ли это? – Кларенс лёгким движением руки смахнул со стола все магические явления – на самом деле он деактивировал артефакты в саше, но выглядело впечатляюще. – Мы решим вашу проблему наиболее подходящими методами. Природа магии для нас второстепенна.

Во всей стране заведено по вопросам водопровода обращаться к магам воды, а по вопросам вентиляции – к магам воздуха, с отоплением – к огневикам и так далее, и потом мучительно терпеть их ругань друг на друга, потому что свои действия они и не думают согласовывать. Поэтому от такого поворота фабрикант ненадолго потерял дар речи.

Пока он его искал, в кабинет вплыла Банни в деловом тайере с подносом, на котором уютно расположился сверкающий чайный сервиз. Я тихонько попятилась: не стоило мешать Кларенсу творить его магию. Вместо этого я подхватила правки чертежей и пошла к Лирою согласовывать, но в его кабинете столкнулась с Джессаминой.

Та в искрящемся ультрамариновом костюме, дополненном золотыми украшениями, восседала в кресле и изображала утомлённость всем миром, но при виде меня открыла один глаз.

– Кларенс там скоро освободится?

– Да он только начал, – разочаровала её я и присела на подлокотник к Лирою, вывалив чертежи на его и без того захламлённый стол. Лирой, не отвлекаясь от чтения техномагического журнала, обхватил меня рукой и погладил по бедру. Джессамина сделала вид, что не смотрит в нашу сторону, но щёки её порозовели.

– Как визит в обувную мастерскую? – спросила я, чтобы её отвлечь.

– О, я жду Кларенса, чтобы рассказать, – отмахнулась она. – Не хочу два раза. Но вкратце: у них снабженец ворует, а торговый представитель перекуплен конкурентами.

Я поморгала.

– Выходит, им не инновации нужны, а людей поувольнять? То есть это не для нас работа?

Джессамина сделала элегантный жест рукой.

– Ну почему же? Мы им предложим решение для слежки за работниками!

Лирой оторвался от журнала.

– А это вообще законно?

– А вот об этом мы поговорим с Кларенсом! – Джессамина в предвкушении потёрла руки. Мы с Лироем переглянулись и решили, что лучше при разговоре не присутствовать.

– Ну, ты, главное, спецификации для системы слежения нам напиши, – сказал Лирой, – а в подробности внедрения можешь не посвящать. О, Марго, это же чертежи полигона? А чем тебе этот контур не понравился?

* * *

Полигон в итоге превратился в целый испытательный комплекс – огромный, как стадион, с будками для наблюдателей и прозрачным силовым куполом, сквозь который небо казалось фиолетовым и переливалось перламутровыми разводами. Под ногами слегка проминалось каучуковое покрытие, а под ним в земле отдыхали огромные магонакопители.

– Хорошо, что мы пригласили генерала Томски, – заметил Лирой, заворожённо рассматривая наше творение. – Армия в первую очередь заинтересуется, и лучше, чтобы комплексом, а не нами.

– Как думаешь, наши гости-природники тут выживут? – спросила я, придирчиво оглядывая расположенные по периметру будки из стекла и металла.

– Ну, мы на время свадьбы арендуем деревья в кадках, – решил Маккорн. – И прикроем всё техногенное.

Так мы и сделали.

Свадьба свадьбой, а о бюро надо было заявить всему свету, поэтому мы разослали приглашения всем, до кого смогли дотянуться, включая, конечно, газетчиков. В результате испытательного комплекса едва хватило, чтобы всех уместить, а Лирой даже не стал спорить, когда герцог Фремантль настоял на том, чтобы покрыть половину расходов на банкет. Пока Банни помогала мне с последними штрихами к наряду в одной из будок, я оглядывала собравшуюся толпу и думала, что найти Лироя здесь смогу только благодаря телепатии.

Мои родители поначалу неловко жались в углу между кадками, смущённые таким широким обществом, – всё же они деревенские жители, а тут весь бомонд…

– Вы выглядите прилично, – в сотый раз заверила я. – Джессамина вас у своего портного одела, а она в этом знает толк.

Мама снова одёрнула жакет и спрятала руки за спину, ей всё мерещилось, что у неё земля под ногтями, хотя вчера она так их отскребла, что пришлось кожу наращивать магией.

– Время, – сообщил Кларенс и помог папе правильно взять меня под руку, а то он всё никак не мог понять, чей локоть должен оказаться сверху.

И меня повели к Маккорну.

Он явился во всей красе своих противоположностей: чёрный костюм с белым живым цветком в петлице. Мама навтыкала таких же мне в причёску, но у меня не хватило терпения разглядывать их в два зеркала. Однако, судя по заворожённому взгляду Лироя, моя внешность соответствовала случаю. К счастью, это всё, что беспокоило мою некромантскую натуру в плане свадебных нарядов. Я хотела побыстрее разделаться с церемонией и заняться проектами бюро, тем более что теперь к нам должны хлынуть клиенты, впечатлённые комплексом.

– Не гони волну, – шепнул мне папа, похлопав напоследок по руке. – Не каждый день замуж выходишь, да и жених на невнимание обидится.

Я тихонько вздохнула. Да, конечно, природникам такое важно, надо хоть ради Маккорна постараться. Я мужественно улыбнулась ему и подала руку.

Стоило нам отойти от папы на два шага, как Маккорн склонился ко мне и шепнул:

– Как думаешь, а не стоит ли ещё повыше под куполом будку подвесить? Чтобы сверху за экспериментами наблюдать?

Я закусила губы, чтобы не прыснуть.

– Это ты сейчас всерьёз или потакаешь моей натуре?

Маккорн ничего не ответил, только заговорщицки подмигнул. Вот и гадай с ним!

Но я была не против заниматься этим хоть всю оставшуюся жизнь. Слишком уж Лирой интересная загадка. К счастью, именно затем мы сегодня здесь и собрались, чтобы узаконить уникальные права разглядывать друг друга.

– Вот вечно у меня так, – делано вздохнул Лирой, надевая мне кольцо. – Затеешь халтурку на пару месяцев, а она превращается в проект всей жизни.

– Вот вечно у меня так, – передразнила я, отражая его действия, как зеркало. – Решишь денег подзаработать, а находишь своё призвание.

Он усмехнулся и провёл пальцами по моей щеке.

– Что мы всё о работе да о работе? Мы тут вроде бы по другому поводу.

– А я и не о работе, – тихо поправила я, чувствуя, как горячеет щека под его рукой.

Лирой склонился ближе и прошептал мне в самое ухо:

– А я тоже.

И, не дав мне опомниться, скрепил наш союз поцелуем.

Стоило отгреметь музыке, как под купол полетели пробки из шампанского, зазвенели бокалы, а толпа взорвалась гомоном и выкриками. Кто-то даже свистел. Краем глаза я заметила герцога Фремантля, с кислой миной косящегося в сторону балагуров. Не успела я проследить за его взглядом, как на Лироя налетели его братья – все пятеро. Оттеснили меня и принялись лупить его по спине и шумно поздравлять с продвижением по социальной лестнице.

– Наконец-то как человек! – хвалил Гарек. – Давно пора!

– Детей в крепость привози, – подхватил Дерек. – Чтоб драться учились по-людски, а то в Гдельске все какие-то снулые и слишком порядочные!

– Сам-то крепость будешь строить? – добавил третий, которого мне ещё не представили.

Ответить Лирой не успел: толпа братьев раздвинулась, пропуская солидного мужчину среднего роста с немного старомодными вощёными усами, обнаруживающего явное сходство со старшими Маккорнами.

– Папа, – улыбнулся Лирой. – Ты доехал!

– Ещё бы я не доехал на свадьбу своего сына, – размеренно произнёс мой свёкор, подкручивая ус. – Это важное событие для нашего рода.

У меня над ухом кто-то возмущённо откашлялся.

– Для нашего рода, – поправил герцог Фремантль.

Я очень захотела схватиться за лицо, но вовремя вспомнила про макияж.

– Папа, это герцог Фремантль, – холодно процедил Маккорн, тут же надев свою тёмную личину. – Ваше сиятельство, майор мракконтроля по Йельскому уезду Маккорн.

Не знаю, как ему это удалось, но звание майора прозвучало более помпезно, чем герцогский титул. От Фремантля, судя по кислой мине, это тоже не укрылось.

– Вы, значит, и есть, – начал он, но Маккорн-старший тоже заговорил:

– Это и есть тот самый природник, от которого Кэт сбежала, теряя туфли?

– Я бы попросил, – заледеневшим голосом произнёс Фремантль.

– Папа, почему ты решил, что она сбежала? – тихо спросил Лирой. – В её дневнике это так не выглядело, я только недавно…

– А думаешь, она мне не говорила, что ли? – фыркнул майор. – Все уши прожужжала, Тони то, Тони это… Мы как втроём жили!

– И что же она про меня говорила? – прошелестел герцог. Краем глаза я заметила, что нас обступили гости. Как бы тут до драки не дошло… Лирой, конечно, хотел, но не с Фремантлем же…

– Что-что, – пробурчал Маккорн-старший. – Что тебя кондрашка хватит, когда младенчик заплачет. А не дай хтоническая матерь он ходить научится и упадёт! Или слово неправильно скажет и расстроится. Нельзя так мужика растить, – подытожил майор и шарахнул Лироя по плечу огромной лапищей. – Кэт хоть баба была слезливая, а с пониманием. Не просто же так она мне его подсуропила.

Мы с Лироем остолбенело переглянулись. Он тут же повернулся к отцу.

– Так она тебя просила?! Ты не по ошибке меня взял?

Маккорн-старший смерил его уничижительным взглядом.

– Ты за кого меня принимаешь, малец? Я человек серьёзный, ты мне тут не балуй! Я твоей матери обещал тебя в люди вывести – я вывел.

Лирой таращился на него, как будто увидел впервые.

– А почему… ты раньше мне об этом не говорил?

– А зачем? – пожал плечами майор.

– Я же спрашивал! – воскликнул Лирой с характерной интонацией природника, к которому мир оказался несправедлив.

– Да ты много всяких глупостей спрашивал, – отмахнулся Маккорн-старший. – На все отвечать – жизни не хватит. Так. – Он заглянул в пустой бокал в своей руке. – Я не понял, мы за молодожёнов пить будем или тут все жрать пришли?

Возникшая невесть откуда мама тут же сунула ему новый бокал, а папа подволок к нашей группе официанта с подносом, чтобы и остальные не с пустыми руками стояли. Майор звякнул своим бокалом о зажатый в руке онемевшего Лироя.

– За продолжение рода!

Братья Маккорны дружно его поддержали. Лирой выпил, не заметив, что делает. Сейчас ведь надумает себе, что из-за него мать бросила Фремантля и потому не вылечилась. Мне наконец удалось подобраться к нему поближе и ухватить за свободную руку.

– Ты ни в чём не виноват, – прошептала я на всякий случай.

Это наконец выдернуло его из оцепенения.

– Конечно! – согласился он горячо. – То есть меня тогда ещё на свете не было! Она сама решила. – Он допил шампанское и ущипнул себя за переносицу. – Я бы никак не смог на неё повлиять. На моём месте мог быть любой другой ребёнок.

Я держала его за руку и ждала, пока природническая натура выплеснет первую реакцию и уляжется, позволив рациональному мышлению перехватить контроль. У меня за спиной мама с папой успокаивали Фремантля, который и в самом деле чуть не упал в обморок от таких новостей.

– Ве-ехте, – раздался из-за плеча смутно знакомый голос.

Я обернулась и прищурилась, вспоминая, где видела это лицо. Память на внешность у меня всегда оставляла желать лучшего. Но рядом с первым лицом тут же возникло второе и третье, и, судя по костюмам, это были некроманты. Однокурсники! Точно. Теперь всплыли и фамилии.

– Что, Моррис, пришёл пожрать задарма? – усмехнулась я, поворачиваясь, чтобы загородить Маккорна. Он пока не в том состоянии, чтобы с некромантами препираться.

– Конечно, – не смутился тот. – И полюбоваться, как ты без мыла напялишь титул. А заливала-то, заливала, ради науки она!

Окружившие его однокашники глумливо заулыбались. Друзьями они никогда не были – некроманты обычно не испытывают потребности в друзьях. Но вместе подразнить кого-нибудь – святое дело.

Я поджала губы. Как-то за всеми событиями этих месяцев я и забыла, почему не хотела выходить замуж. Конечно, эти дурачки меня от Лироя бы не отвратили, но, может, не стоило их приглашать…

– Титула у меня не будет, – пояснила я спокойно. – Он перейдёт мужу сестры Лироя.

– А чего, – встрял второй, кажется, Торнделл, – полноценного герцога заарканить не потянула, только байстрюка?

Я открыла рот послать его подальше, но не успела издать ни звука – мимо меня скользнула чёрная молния, а в следующее мгновение Торнделл уже валялся на полу, держась за челюсть.

– Ты охтонел, природник! – рявкнул Моррис, призывая некротику.

И тут бы половина гостей отправились прямо в госпиталь, но на то мы и справляли свадьбу на полигоне. Накопители мгновенно поглотили магию, как не было, она не успела и на пару сантиметров распространиться. Моррис застыл, раз за разом пытаясь призвать сгусток силы, но ничего не добиваясь.

– Ах вы так! – возмутился он наконец. – Ну так я и по-простому могу!

Сказал и замахнулся на Лироя кулаком.

– Наших бьют!!! – завопил Гарек.

Братья Маккорны стеной кинулись на моих однокурсников, половина которых даже не поняли, в чём суть конфликта, но через секунду это стало неважно – некромант, которому прилетело, уже не разбирается, он даёт сдачи.

Я быстро осмотрелась, чтобы удостовериться, что до моих родителей и Фремантля потасовка не дотянется, и благоразумно отошла подальше. Жалко портить платье и причёску, да и вообще, Лирой хотел подраться – вот пускай и развлекается. Как хорошо, когда можно делегировать неприятные задачи!

– Они же поубивают друг друга! – возопил поблизости какой-то незнакомый молодой природник. Вокруг него стенала и ахала толпа таких же. Эге, а вот и однокурсники Лироя.

– Ничего страшного, – выдавила мама, закрываясь рукой, чтобы не смотреть на драку. – Просто отвернитесь, всё будет хорошо!

– Это сотрудники мракконтроля, – вторил ей папа. – Они умеют справляться с такими ситуациями без жертв.

Маккорн-старший оценил ситуацию, поправил ус и встал так, чтобы широченной спиной загородить природникам обзор. К нему примкнул возникший из ниоткуда генерал Томски с двумя бокалами, один из которых он сразу сунул майору.

– А неплохо дерётся, – заметил генерал, чокаясь с мракоборцем.

– Ещё бы, – хмыкнул тот. – Моя школа.

Я тоже следила за дракой с интересом. Некромантов было человек пятнадцать, но университетские некроманты – народ непуганый, в детстве самое большее соседских детей стращали, а после университета они уже слишком солидные, чтобы часто драться. Мракоборцы же тренируются всю жизнь, и Лирой братьям почти не уступал, только цветок в петлице берёг и потому совсем уж на рожон не лез. Через несколько минут моих однокурсников скрутили и уложили ровным рядком.

– Наручники! – скомандовал Гарек, шаря рукой у пояса.

Лирой хлопнул его по плечу в классической маккорновской манере, чуть не прибив к полу.

– Ты не на задании. Просто брось их.

– А, точно! – спохватился Гарек, поднимаясь. – Тогда шампанского! А лучше чего покрепче, надо же победу отметить!

Подоспевший официант тут же раздал всем Маккорнам по бокалу и усвистел за следующей порцией.

Рядом с майором и генералом возник слегка отошедший Фремантль.

– Там, наверное, подлечить надо?

– Обойдутся, – махнул рукой майор. Фремантль вздрогнул. – Некроманту по роже получить полезно для здоровья, – майор постучал пальцем по виску.

Фремантль открыл рот поспорить, но его перебил генерал.

– Магистр Маккорн – уникум во всех отношениях. Я предлагаю выпить за успешное продолжение его карьеры!

Оба папаши горячо согласились. Бокалы зазвенели по новой.

– Кстати, никого лечить сейчас у вас не получится, – продолжил генерал после тоста. – Комплекс поглощает и магию жизни тоже.

Фремантль недоверчиво нахмурился и сделал пасс, но никакого эффекта не получил.

– Зачем это? – удивился он.

– Затем, – важно пробасил Маккорн-старший. – Думаете, ваши заклинания все безобидные? Если б не поглотители, Лирой бы этих балбесов всех единолично скрутил. Он знаешь какие фортели выкидывает? Дерек мне рассказывал, как он их с Гареком повязал – вырастил посреди города клетку из деревьев! Так что верно всё, а то тут вон, – он кивнул на группу природников, которых мои родители успешно увели от места стычки, – толпы вашего брата ходят, мало ли кому чего взбредёт, на свадьбе-то.

– Природники не дерутся на свадьбах, – огрызнулся Фремантль.

– И зря, – пожал плечами Маккорн, ничуть не смутившись.

Фремантль желчно глянул на него и осушил бокал.

Виновник торжества наконец выпутался из поверженных тел и поздравлений братьев и подошёл ко мне, довольный, как Гоблин, забравшийся в кладовку. Под его левым глазом стремительно исчезал синяк – использовать магию внутри своего тела Лирой мог даже в комплексе.

– Всё как ты хотел, – усмехнулась я, поправляя ему воротничок.

Вместо ответа он приподнял меня над землёй и поцеловал. Вокруг одобрительно загомонила толпа, но я на некоторое время вовсе забыла, где мы и кто на нас смотрит.

Когда я вернулась в реальность, нас обступила толпа природников, сбежавших из-под маминого надзора. Они тут же полезли к Лирою обниматься, вопя, какой он смелый и сильный, и я отошла на пару шагов, чтобы не попасть под горячую руку. Мне тут же сунули бокал – обернувшись, я увидела Торнделла, который смотрел на меня со странным выражением.

– Ты, Вехте, всё не оставляешь надежд сделать из природников людей? – сказал он, прикладываясь к своему напитку.

– А что, скажешь, у меня не получается? – прищурилась я.

– В том-то и проблема, – скривился некромант. – Получается.

– И что тебе не нравится? – хищно улыбнулась я, уже догадываясь, что ему завидно.

Торнделл сжал губы в сложную линию.

– Да так, знаешь. Я уже пару лет преподаю у нас на кафедре теорию некромантии, а тут сверху спускают разнарядку, мол, в обязательном порядке читать такую-то статью. Открываю – а там мало того, что твоя фамилия, так ещё Маккорн этот. Ты же понимаешь, что хоть кому-то из вас я должен был врезать!

Я пожала плечами.

– Что толку бить мага жизни? Он всё мгновенно залечивает.

Торнделл покачал головой, всё так же странно меня разглядывая.

– Я его давно знаю, – сознался он наконец. – Он меня убеждал пооблучать его некротикой. Я отказался – на кой мне этот малахольный? А он, выходит, и не малахольный. Вот как ты поняла?

Ага, значит, не только зависть, но и досада. Ну сейчас я его ещё подогрею!

– У меня родители природники, – напомнила я. – Они меня научили разбираться в людях.

Взглядом Торнделла можно было паять металл.

Однако насладиться маленькой победой мне не дали: на меня налетел алый вихрь – Джессамина в очередном немыслимом наряде.

– Они напоили папеньку! – взволнованно зашептала она. – Я пыталась его увести, но они мне не позволили!

Пришлось мне снова разыскать генерала и обоих отцов Лироя. Сам он подошёл одновременно со мной. Фремантль и правда сидел с расфокусированным взглядом и покачивался, пока оба силовика хлопали рюмку за рюмкой. Как настоящий природник он наклюкался с одного бокала. Вокруг них вился Кларенс, пытаясь выцепить и увести герцога, но тот отмахивался от его опеки.

– Никто не доказал! – спорил герцог неизвестно с кем, размахивая указательным пальцем.

– А то сам не видишь, – буркнул майор. – У тебя ж дочь ещё есть, много у неё силы?

Фремантль зарычал.

– То-то! – ткнул его пальцем мракоборец. – Это всё от неправильного воспитания!

Герцог сник.

– Да вы не расстраивайтесь, – успокоил его генерал. – У нас в армии и не таких исправляли. Некроманту если сильно потакать, он зверем вырастает, а мы потом возись… Но, знаете, у большинства и во взрослом возрасте купируется.

– Чем её купировать-то? – пробормотал Фремантль.

Джессамина набрала побольше воздуха, чтобы возмутиться, но генерал успел первым:

– А она замуж не собирается?

– Да вон собралась! – пьяно возмутился Фремантль. – За зомби!

– Ну вот, – одобрительно кивнул майор. – Перестанет от каждой тени шарахаться, тут, глядишь, сила и пойдёт. Она ж это, сила-то, боится. А мужик должен быть храбрым!

– Я не мужик! – возмутилась Джей.

– Неважно, – отмахнулся Маккорн-старший. – Суть та.

Мне вспомнились слова Лироя: крупные мазки, малярные.

К спорщикам бочком-бочком подсела моя мама.

– Майор Маккорн? – позвала она осторожно. – А вы никогда не думали открыть школу для маленьких магов? Вы ведь знаете, как трудно бывает детям-некромантам вписаться в общество, а маленьких природников родители часто чересчур опекают… У нас с мужем давно уже зреет один проект, но не хватает мастера тёмных искусств с пониманием…

– Пошли отсюда, – прошипела я Кларенсу, ухватив его и Джессамину за рукава. – Пошли быстрее, пока нас в это не втянули!

– Но герцог… – заикнулся было Кларенс, но Лирой, который вместе с моей мамой планировал свадьбу, зажал ему рот и уволок силой в гущу гдельских мракоборцев, где мама с наименьшей вероятностью нас отыщет. Мастера тёмных искусств ей надо, видите ли, с пониманием! Как бы мне эмигрировать не пришлось…

Среди мракоборцев неожиданно обнаружилась виконтесса Майлоу.

– Совершенно с вами согласна, – говорила она старшине в тот момент, когда я втащила Джессамину в их круг. Заметив её, виконтесса тут же обратилась за поддержкой: – Правда же, леди Фремантль?

– А… о чём речь?

– О том, чтобы лоббировать более строгое привлечение к уголовной ответственности магов жизни, – торжественно произнесла виконтесса, сверкнув глазами. – Мы со старшиной Кроксом составляем текст петиции, вы не хотите подписаться?

– Хотим! – решил за всех Лирой. – Давайте прямо сейчас напишем и пустим по рядам на подпись, здесь множество влиятельных людей, с которыми я работал по военным проектам.

– Заодно и про дирижабли для некромантов можно, – заметила я.

– А бумажка найдётся? – спросил старшина, не отрывая масляного взгляда от виконтессы.

Та достала из портмоне свёрнутый в рулон надушенный лист гербовой бумаги и протянула ему.

– Милости прошу, старшина.

– Кажется, мы тут лишние, – прошептал Кларенс.

Джессамина закатила глаза, а мы с Лироем противно, по-некромантски, захихикали.

* * *

– Лирой, мальчик мой, разве мне нужно подводить доказательную базу под простую мысль, что ребёнка не стоит облучать некротикой?

Лорд Фремантль сидел в гостиной нашего гдельского имения, болтая кубики льда в бокале с вишнёвым компотом, и с неодобрением косился в окно, где на террасе майор Маккорн присматривал за тем, как наш маленький сын играет с пескухой.

– Ребёнка-природника, возможно, – флегматично покивал Лирой, не отвлекаясь от научного журнала. – Хотя мне не повредило.

Я вообще ничего не стала говорить. Мы и так пошли навстречу обоим дедам и приглашали их по очереди повоспитывать внука. Воспитание нас в планы не входило, как не входило в них и то, что они нагрянут одновременно.

– Но твой сын, конечно же, будет магом жизни! – в очередной раз безосновательно заявил герцог.

Лирой только пожал плечами. Спорить с герцогом на эту тему не имело никакого смысла. История не знала случаев успешного совместного размножения магов жизни и смерти, поэтому никто не знал, чего ждать от маленького Адальберта, но на всякий случай мы дали ему имя, подходящее любому магу.

Дети разных стихийников всегда получали только одну магию, обычно – того родителя, который был сильнее или чей род порождал больше магов. Фремантль со свойственной ему гордыней полагал, что в нашем случае это означает превосходство магии природы, ведь его семейное древо развесисто, а Лирой – очень могущественный шаман. Однако я ему вовсе не уступала, а что до рода, так моя настоящая фамилия неизвестна, и сколько некромантов её носят – кто бы знал.

Однако пока Адальберту было всего два годика, и склонности ни к какой магии он не проявлял, с одинаковым любопытством следя за любым колдовством, а потому оба деда пользовались свободой спорить об этом до хрипоты. Мои родители благоразумно устранились от обсуждения: мама полагала, что слишком много природников в окружении ребёнка – неполезно в любом случае, во всём должен быть баланс. Да и после того, как Фремантль проспонсировал им строительство детского дома для сирот-некромантов в Йельске, времени на разъезды у них не осталось.

– Ваше сиятельство, – вздохнула я, решив увести герцога с любимой темы, – вы когда утром с Берти гуляли, не обратили внимание, мы всего короеда вычистили?

Фремантль поморгал.

– А вы чистили?

– Ну да… – Я нахмурилась. После истории с лошадьми Фэнни уехал из поместья, и оно начало потихоньку приходить в упадок, отчего в мой сад то и дело пробиралась какая-нибудь зараза: то садовые паразиты, то брошенный пёс. – На прошлой неделе десяток деревьев нашли, но вдруг есть ещё поражённые, а мы проглядели?

Фремантль фыркнул:

– Так что их искать, они где стояли, там и стоят, а короед разрешения не спрашивает.

Я сурово посмотрела на мужа.

– Я же предлагала их испепелить. Ты сказал, ты сам. И?

Лирой прикрылся от меня журналом.

– Я собирался!

– И что же тебе помешало, дорогой?

Он отложил журнал, и стало видно, что скрывал он широченную улыбку.

– Я решил показать Берти, как буду это делать, а он захотел сам. Ну мы с ним одно дерево вылечили, а потом ему стало жалко короеда.

Герцог внезапно просиял.

– Вот! Значит, он точно маг жизни! Жучков пожалел, а вы ещё сомневаетесь!

– Да нет, – ещё шире оскалился Лирой, – там не жучки, а личинки, и Берти стало жалко их просто так уничтожать. Папа собирался завтра взять его на рыбалку, им прикормка нужна. Я обещал ему их собрать!

Фремантль пробормотал что-то про извергов и нелюдей и потряс головой. Ладно-ладно, пескуху вон природница заделала, а тоже небось считала рыбаков чудовищами. И, кстати, её таки посадили, виконтессина газетная кампания принесла плоды.

С террасы раздался повелительный голос майора, и я подскочила. Чего он там на Берти орёт? Тут же заверещала пескуха. Э, как бы он её там не упокоил!

Я выскочила наружу, осматриваясь. Маркиза лежала на досках, пришпиленная сетью для ловли демонов. Я открыла рот спросить майора, с чего вдруг он решил поймать мою пескуху, когда до меня дошло: сеть для ловли демонов – это не обычная мракоборческая сеть, её даже мне пришлось в книжке смотреть, а майор-то откуда знает? Да и вообще, какая-то она была странная и кособокая…

Тем временем пескуха снова заверещала.

– Эй, Берти, не надо! – крикнул Лирой, возникший рядом со мной.

Ребёнок поднял на него озадаченный взгляд.

– Почему?

Лирой присел рядом и взял его за руки.

– Понимаешь, Маркиза – не обычная собачка. Она пескуха. Пескуху нельзя трогать магией жизни, ей от этого больно.

– А, ой! – Берти тут же обернулся к Маркизе. – Пласти!

– Я же говорил!!! – взвыл Фремантль, только что не подпрыгивая. – Конечно, мой внук владеет магией жизни! Небесный отец, да уберите же наконец от него это мерзкое создание!

Я только открыла рот сказать ему что-нибудь язвительное – не то чтобы меня сильно беспокоило, какой магией будет владеть Берти, в конце концов, я давно признала за природниками право на уважение, но стенания герцога по этому поводу порядком надоели, – как меня опередил майор Маккорн.

С глумливой улыбочкой он повернулся к Фремантлю всем корпусом, сложил руки на груди и, только что не пританцовывая, спросил:

– А кто, по-вашему, сеть из некротики наложил?

– Что? – не понял герцог и на всякий случай попятился. – Некротика? Где?

– Я случайно! – покаялся Берти. – Мы иглали в догонялки! Я хотел поймать!

– И случайно сплёл сеть для ловли демона, – хмыкнула я, чувствуя, что у меня тоже уголки губ неумолимо разъезжаются.

– А потом решил её убрать, так, зайчик? – спросил Лирой. – И для этого использовал магию жизни?

Берти закивал.

– Как папа колоеда доставал… Ключком.

Мы с Лироем торжествующе переглянулись. Он поднял ладонь, и я с размаху по ней шлёпнула.

– Вот оно экспериментальное доказательство! – объявил он обоим дедам. – Мы так и знали! Правда, Марго?

Я, на самом деле, сомневалась, но теперь, конечно, ни за что не сознаюсь.

– Доказательство чего? – пролепетал Фремантль, с омерзением таращась на пескуху, всё ещё примотанную к полу.

– Того, что магия жизни и смерти – две стороны одной стихии, – пояснила я.

– Но позвольте, – нашёл в себе силы возразить герцог. – Почему же тогда мы не видим магии друг друга? И почему нам плохо от некротики? И вообще…

– А вот это, – довольно оскалился Лирой, – вопросы для дальнейших экспериментов!

Я солидарно закивала. У нас такой фронт работ! Надо увеличивать штат бюро, и вообще…

– А, – вклинился Маккорн-старший. – Значит, деток ещё парочку заделаете?

– Э! – возмутилась я.

– Парочку – это маленькая выборка, – поморщился Лирой. – Надо бы хоть десяток.

– Э!!!

– Десяток – тоже не очень большая, – подхватил Фремантль, мгновенно сообразивший, к чему дело идёт. – Но вообще идея правильная. Ваши академические изыскания приносят замечательные плоды!

Он подмигнул растерявшемуся Берти.

Маккорн-старший тоже понял, куда эти паразиты клонят.

– А что, – пророкотал он довольно, подкручивая ус. – По-моему, это был бы замечательный академический обмен!

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 1 5

Глава 2 16

Глава 3 24

Глава 4 37

Глава 5 48

Глава 6 71

Глава 7 95

Глава 8 106

Глава 9 119

Глава 10 130

Глава 11 142

Глава 12 153

Глава 13 167

Глава 14 178

Глава 15 194

Глава 16 216

Глава 17 233

Глава 18 251

Глава 19 262

Глава 20 276

Глава 21 297

Глава 22 316

Эпилог 357