На Зону надвинулись сумерки. Опытный Нежить свернул с указанной провожатым на Флоре дороги и повел команду к заброшенной деревне. Выбрали дом, «заселились» в почти целую избу, но Кнопка запросилась устроить ужин на природе.

Двор, огороженный забором, пока еще не до трухи сгнившим под суровым небом Зоны, позволил устроиться с относительным комфортом. Пес сложил небольшой костер, притащил длинную жердь и эффектно запалил ее от поселившегося в углу участка «огнеплюя».

Разогретые консервы и горячий чай подействовали умиротворяюще. Костер мирно потрескивал, запуская искры в темнеющее небо. Ворон вставил наушники и включил музыку, но насладиться ему не дали.

– Что слушаешь? – спросил Графоман.

Александр без слов протянул один наушник Лехе. Тот подсел поближе, чтобы хватило провода, и замолчал.

– Ого, Розенбаум! Это кто его так переделал?

– Да есть тут умелец, кавери`т на досуге. – Ворон уже понял, что покоя не видать. Со вздохом он вытер усталые глаза и сделал чуток тише.

– Я тоже люблю стихи переделывать, – сообщил Графоман. – Так, разбавить текст юморком или грустинки подбавить. Зависит от сцены.

– Прикольно, – лениво отозвался сталкер. – Надо будет почитать.

– Да ну, тебе мои книги не зайдут! – уверенно заявил Леха.

Нежить ткнул локтем лыбящегося Пса, отложил взятый для спокойствия дробовик и поднялся:

– Пора уходить с открытого места, скоро мутанты выйдут на охоту.

– Здесь они тоже водятся? – испуганно пискнула Кнопка.

– Это Зона, они тут повсюду, – заявил Егор, чем вызвал восторг у Лехи. Тот уже успел забыть про понравившееся выражение.

– Да, пора, – кивнул Ворон. Он выключил музыку, отсоединил наушники, а затем направился к дому. – Пока костер затушите, а я там свет организую.

Молодежь теперь зябко ежилась, пока сталкеры разбивали горящие головни и крупные угли, рдеющие в пепле. Из-за этого стало гораздо прохладнее, а навалившаяся темнота казалась полной страшных существ.

– Ладно, без нас тут управятся, – поднялся дед. – Пошли, что ли, Злюка, у меня от сырости начинает поясницу ломить.

Пес проводил взглядом парочку и неопределенно хмыкнул, но внезапно сам почувствовал сквозняк, пробежавший по спине.

– Куда вы? – окрикнул Нежить молодежь, направившуюся куда-то в дальний угол двора.

– В кустики, – на ходу призналась Дарина.

Кустурица первым скрылся в тени, но скоро вернулся, довольный. Пришел черед Кнопки. Нежить нетерпеливо ждал, посматривая на топчущегося Вадима. Наконец Дара показалась из тени.

Девчонка пятилась, не сводя взгляда с чего-то невидимого. Сталкер-здоровяк всматривался в темноту, рука все никак не могла нашарить оружие – дробовик так и лежал в нескольких шагах, там, где его оставил хозяин.

Воздух перед Кнопкой пошел волнами. Девчонка в ужасе пятилась, поднятая рука пальцем указывала на движение.

– Живой «огнеплюй», – пролепетала испуганная Дарина и вдруг пронзительно завизжала.

Перед ней из воздуха появилась высокая тень, сделала шаг вперед, вновь растворилась. Кнопка опрометью бросилась прочь.

– Стой, там аномалия! – заорал Нежить, вскочил на ноги, кинулся наперерез, снеся оказавшегося на пути Леху.

Пес запоздало среагировал. Молодой сталкер подхватил тяжелый дробовик и прицелился в мелькающего мутанта, но матерый хищник держался поблизости от жертвы, не давая возможности выстрелить.

Визг оборвался, вместо него грозно загудела аномалия. Столб огня взметнулся в небо и скрыл Кнопку от оцепеневших людей.

В тот же момент грохнула дверь избы, слетая с проржавевших петель. Ворон, а за ним и Товарищ со Злюкой, выскочили наружу. Гудящий огонь утих, и в его меркнущем свечении в небо поплыло белое облачко пара.

Отчаянный крик Кустурицы перекрыл громкий рык, заставивший вздрогнуть даже Александра. Нежить в один прыжок оказался позади разочарованного мимика, схватил мутанта так, что от боли монстр вновь стал видимым.

Черная ручища сжимала ночного хищника за шею, вторая рука обвила тело и рывком воздела громадную образину над головой. Мутант трепыхался в смертельных объятиях, хоботок, предназначенный для высасывания из жертв крови, бешено хлестал мимика по щекам. С коротким рыком Нежить отправил тварь в «огнеплюй», и пламя приняло новую жертву, вмиг оставив от нее лишь хлопья горячего пепла.

Гигант в черном комбинезоне сам походил на ожившую тьму. Он рухнул на колени, поднял что-то с земли и с хрустом сжал свободную руку в кулак.

– Вот и посмеялись, – горько произнес держащийся за ушибленные ребра Графоман.

Когда до напарника добрались сталкеры, в свете фонаря они увидели в его пальцах полусгоревший листок из Мраколесья, все это время путешествовавший в петлице курточки юной девушки.

Ворон с Псом молча смотрели на лиловый предмет в форме сердца с обгоревшей кромкой. За сдавленными рыданиями Злюки они не сразу услышали шепот Нежити, повторяющего очень тихо:

– Я же предупреждал тебя об «огнеплюе», девочка. Я же предупреждал…

Ночью никто не спал. Злюка сидела в комнате, караулила Вадима, который то молчал, утирая слезы, то впадал в какое-то оцепенение. Со стороны казалось, что парень спит, опухшие глаза закрыты, тело неподвижно, но спустя недолгое время Кустурица выныривал из пучины сонной одури и сам не мог понять, сон это был или беспамятство милосердной психики.

Когда никто не видел, Агриппина сама начинала тихонько всхлипывать, тут же спохватывалась, платком вытирала мокрые щеки. За стенкой Пес с Товарищем пытались разговорить окончательно онемевшего сталкера. Обрывки фраз долетали до слуха женщины, но она не понимала ни слова.

Ворон тоже пытался привести в чувство замкнувшегося в себе Нежить, но в конце концов ушел. Александр подумал сменить Графомана, который вызвался в коридоре охранять вход: снесенную с петель дверь кое-как приладили на место, но эта ненадежная преграда вряд ли теперь могла задержать хоть кого-то. Леха отказался уходить, сидел рядом и не произносил ни слова. Саша не стал настаивать.

Тяжелые мысли прогоняли сон. Безумно жаль было девчонку. Молоденькая Кнопка стояла перед глазами – скромная, смешливая, живая.

Ворон вздыхал, пытался сосредоточиться на охране, прикидывал, как будет отстреливаться, случись что. Ведь мимики редко селились в одиночку, эти мутанты предпочитали и жить, и охотиться парами-тройками. Значит, еще одна тварь вполне могла сейчас шастать по округе. Тут удобнее было бы дробовиком отбиваться, а не палить из автомата, пытаясь задеть юркую тварь. Даже из двух: на коленях Лехи лежал «калашников» Нежити.

Иногда казалось, что возле дома раздаются шуршащие шаги голых ступней, слышится хриплое дыхание голодного мутанта, но даже возможное присутствие опасного хищника не могло вызвать у обоих сторожей хоть малейший испуг. Только злость пополам с грустью.

Ворон додумался до того, что начал обвинять себя в гибели девчонки. Тут же в памяти всплыли друзья, оставшиеся в Лесу. Саша зарычал, вскочил на ноги, заходил по раздражающе скрипящему полу старой прихожей. Но на эти звуки жаловаться никто не собирался. Даже сидящий рядом Леха смотрел куда-то в сторону и по-прежнему молчал.

Дед в это время спал, утомленный слишком коротким отдыхом на Флоре и долгим походом. Пес болтал что-то без умолку, пытался скрыть давящее чувство горя за сарказмом к себе, к напарнику, но сам понимал: Нежить его не слышит.

Гигант примостился на старом табурете, весь съежился, сгорбился. Сидел абсолютно бесшумно, похожий на полусдувшийся шар. Дробовик, о котором думал Ворон, валялся в углу, Нежить не захотел даже прикоснуться к любимому оружию. Как бы и вовсе не забросил мощный ствол куда-нибудь в заросли двухметровой крапивы, оставив ржаветь.

– Заканчивай, наставник! – Егор вдруг разозлился, от его громкого голоса за стеной вздрогнула Злюка. – Слышишь? Приходи в себя! Что нюни-то распустил? Думаешь, нам не жаль Кнопку?! Это Зона, здесь постоянно люди гибнут – близкие, хорошие друзья, практически уже родные! Что, что ты мог сделать?! А?! Молчишь? Ну молчи, а я не буду!

Нежить даже не пошевелился. Лишь лицо его в неярком свете садящегося фонаря заиграло желваками, челюсти начали ходить ходуном.

– Кустурицу можно понять – он любил эту девчонку! А ты-то куда полез? Думал, Кнопка тебя выберет? Стар ты для нее, дружище!

При этих словах гигант взвился. Огромная фигура в черном подскочила, пошла крушить все, до чего могла дотянуться. Остатки мебели с грохотом ломались об стены, катались по полу. Чудом сохранившаяся рама окна улетела во двор вместе с табуреткой.

Нежить остановился, когда в комнате не осталось ничего целого. Дыхание с хрипом рвалось из груди, застревало в сжатых зубах. Постояв, гигант рухнул на колени, издал клекочущий звук и от души приложился кулаками к половицам. В левой руке осталась торчать щепка, кровь тут же протекла сквозь лопнувшую перчатку, закапала на искореженный пол.

Зона смилостивилась, приняла жертву. Сердце будто отпустили сильные пальцы, и Нежить осел, привалился плечом к стене.

Пес тут же подскочил, приговаривая:

– Вот и хорошо, наставник, вот и правильно. Выпустил пар, полегчало. Давай, щепку вытащу. Да, тут обработать надо!

Молодой сталкер сдернул испорченную перчатку, протер рану антисептиком и заклеил пластырем. Потом приобнял друга, встряхнул его и заулыбался, когда в ответ получил короткое объятие, а вместе с ним шлепок по плечу.

– Ну вот, Товарищ, Нежить вернулся к нам. Задели его мои слова. А иначе никак. Ничего, скоро будет как новенький.

Пес залез в нагрудный карман черного «Зонохода», вытащил спрятанный лист с обгоревшим краем. Убедился, что листик не пострадал, аккуратно расправил его и снова убрал в карман друга.

– Что у нас на завтрак? Никто же спать уже не собирается? – хмыкнул молодой бродяга.

– Это верно. Пора дальше идти, – согласился дед. – Только сначала закусим, чаю попьем.

Благодаря хитрости Пса очнулся и Кустурица. Парень больше не плакал, Злюка подала ему ладонь и помогла подняться.

– Пришло письмо от Кельвина, – сообщил Ворон, входя в разгромленную комнату. – Пальчиков просит вернуться.

– Опять? Всем? – удивился Пес. – Зачем?

– Заканчивай рублеными фразами общаться, – посоветовал Александр. – Нас троих ждет. На мои вопросы не отвечает. Что делать будем?

– Завтракать, – ответил за всех Леха. Он наконец покинул пост и присоединился к группе.

Кто смог – наскоро перекусил, а когда на улице рассвело, команда покинула избу. Ни один из них не смог заставить себя хотя бы на секунду взглянуть туда, где виднелся колышущийся от жара воздух. Только Кустурица на миг притормозил, но Злюка с Графоманом настойчиво подхватили парня под руки и увлекли за собой.

Заросшая дорожка петляла среди сухостоя. Группа молчаливо двигалась к Заповеднику, огибая переполненный бандитами Полигон. Отсюда даже можно было увидеть радиоактивные горы хлама, возвышающиеся над унылым пейзажем этой местности.

Когда перевалило за полдень, сталкеры устроили небольшой привал в заброшенном лагере посреди жухлого распадка. Бетонные плиты и ржавые трубы образовывали какое-никакое укрытие, а натянутая на колья маскировочная сетка создавала подобие уюта.

Бочка с прогоревшими почти до земли бортами вновь запылала костром. Нежить пристроил сбоку котелок с водой, вскрыл оставшиеся чайные пакетики и распределил похожую на труху заварку по кружкам.

– Мы сейчас, – засобиралась куда-то Злюка. – Пройдемся перед чаем.

– Подожди, я с вами. – Ворон убрал наладонник и взялся за автомат, но женщина покачала головой.

– Не надо, мы быстро. Лишние глаза нам ни к чему.

Саша врубился. После короткого раздумья он кивнул и продолжил писать сообщение Колючему.

– Далеко не отходите. Тут полно мутантов и уродов всяких, – предупредил Егор.

– Вон до того экскаватора и обратно, – пообещал Товарищ. Немолодая пара направилась к темнеющей на фоне неба тяжелой технике, стоящей на холме невдалеке.

– Как-то они скорешились в последнее время, – заметил Пес.

– Тетка вообще странно себя ведет с недавних пор, – подтвердил Графоман.

– Это лучше, чем постоянно ссориться, – высказался Ворон. – Мудрая женщина, видать. Перестала портить дружелюбную атмосферу. Вадим, чай почти готов. Садись ближе.

Парень с каменным лицом послушно пересел к армейскому ящику, установленному под сеткой. Нежить разлил по кружкам кипяток и оставил настаиваться.

– А гулены где? – через некоторое время спохватился Ворон. – Все еще оправляются, что ли?

– Пошли проверим. – Здоровяк-сталкер подхватил автомат. – Стажер, на тебе лагерь!

– Опять как собакой командует! – возмутился Егор. – Ты бы еще сказал: «охранять»!

– Охранять! – гаркнул Нежить.

Сталкеры направились к экскаватору, рядом с которым вот только что крутились отошедшие пассажиры.

– Круто ты с парнем, – заметил Александр. – Не обиделся бы.

– Некогда рассусоливать. Обидится – отойдет. Или чая не получит.

Вот и экскаватор. Стоит на помутневших под осадками Зоны гусеницах, ржавый ковш поник, будто работяга загрустил без людского присмотра.

Взгорок, на который поднялись напарники, открывал вид на уходящий к Сумрачной пади перелесок. Небольшие хвойники здесь тянулись и к Заповеднику, избегая заполненные загрязненной водой овраги. По правую руку виднелись развалины Рынка, где одиночки торговали немудреным товаром вроде консервов и боеприпасов.

Левее Рынка в небо вздымалась фонящая свалка высотой в несколько метров. А еще левее, примерно в километре от экскаватора, где дорога в Заповедник огибала лесополосу, сталкеры разглядели огороженный бетонными панелями лагерь.

– Бандиты, что ли? – Нежить поднес бинокль к глазам. – Точно. Понаставили вагончиков и сидят, путников караулят. Твари.

– Нам до них нет никакого дела, обойдем, и всего делов, а там прямо к Яслям. Где эти старперы? Чувствовал же, не надо одних отпускать! Расслабился, идиот. – Приступ самокритики Ворона прервал негромкий стон.

Сталкеры разделились. Нежить под прикрытием Александра подобрался к небольшой рощице, зашел под тень высоченных сосен. Раздался свист.

Ворон снялся с места и быстро переместился вслед за напарником. Под засохшей сосной сидел Товарищ. Он морщился от боли, прижимался головой к стволу и никак не мог сфокусировать взгляд на Саше. Напарник его в это время удерживал одной рукой автомат, готовый спустить курок, второй – шарил в кармане на бедре.

– Дед! Дед! Что произошло? – Ворон вынул из рук Нежити протянутую аптечку, сорвал с нее пленку. – Злюка где?

Товарищ снова издал стон и съехал по стволу дерева в траву. На жесткой коре остались следы крови.

– Мутит меня что-то. Есть чем мозги вправить? – поинтересовался пожилой спутник. – Накапали бы. Для медицинских целей.

– Жить будет, – констатировал Александр.

Командир группы скрутил крышку антисептика, от чего дед активно зашевелил ноздрями, смочил салфетку и осторожно повернул пострадавшего на бок.

– Черт, ребра. Прикладом сунули, твари. Брось спиртягу переводить – затылок цел, только кожу содрали. Щиплет, – пожаловался Товарищ.

– Терпи. Где тетка-то? Жива?

– Жива, что ей сделается. Бандиты утащили. Человека четыре, подошли, сначала спросили, кто такие и что на их земле делаем. Фу, как затошнило. Погодите, надо чуток оклематься.

– Пошли обратно в лагерь, а то как бы и до ребят эти уроды не добрались, – после короткого раздумья отдал приказ командир.

– А Злюка? – с трудом выговорил пожилой.

– С ней чуть позже. Сейчас тебя в порядок приведем и за нашей теткой сходим, – пообещал Нежить.

Старика аккуратно поставили на ноги и повели к заброшенному лагерю. Дед кряхтел, но не жаловался, только раз задергался, его скрутило у одной из гусениц землекопа.

– Ух, полегчало, – проговорил Товарищ, вытирая рот рукавом. – Хорош, сам пойду.

И правда, оклемавшийся пассажир гораздо увереннее заковылял по направлению к приюту под маскировочной сеткой. Пес и Графоман вскочили с ящиков, на которых распивали чаи. Даже Вадим заинтересовался происходящим, хоть и не сдвинулся со своего места.

– Кто его так? – обеспокоенно спросил Леха. – Садись сюда, откинься. А Злюка где?

Остававшиеся в лагере спутники покрутили головами в поисках тетки и вопросительно посмотрели на сталкеров.

– Злюка у бандитов. Нас обступили, будто из-под земли выросли. Да и чем обороняться было? Привязались: мол, кто такие, почему женщина в Зоне. Ну, Злюку и понесло. Хамить начала, угрожать вами, сдуру прозвища назвала. Бандиты ее за шкирку, а мне говорят: передай своим, чтобы сами пришли. Тогда, говорят, отпустим вашу бабу. А нет – пристрелим ее или аномалии скормим. Я было дернулся, но тут же по ребрам получил и по голове. Хорошо – вскользь. Бандит то ли неумеха, то ли наоборот – слишком опытный.

– Да, быстро ты оклемался. Волосы все в крови, а говоришь бодро, – облегченно высказался Егор.

– Будто я в первый раз по тыкве получаю, – усмехнулся дед.

– Налейте ему чаю послаще. Только некрепкий, – распорядился Нежить.

– А вы куда? – спохватился Графоман, глядя, как сталкеры рассовывают по карманам запасные обоймы и прочие боеприпасы.

– Мы втроем пройдемся за Злюкой, – ответил Ворон. – Не скучайте тут.

– И мы с вами! Бандитов там как мух в деревенском сортире, помощь понадобится! – Товарищ сделал попытку подняться, но Нежить придержал его за плечо.

– Воевать – не ваше дело, – коротко проговорил гигант. – Ждите здесь. За рюкзаком моим присмотрите.

– Вовсе даже и наше! – не на шутку рассвирепел дед.

– Вы остаетесь! – непреклонно заявил Ворон.

Он только сейчас вспомнил, что кто-то из гражданских в силу родственных связей с высокопоставленным чином подлежит обязательному возврату в лоно семьи. Иначе обещаны неприятности.

Александр после гибели Кнопки плевать хотел на всех чинов сразу, но терять людей больше не собирался. Разумеется, не из-за боязни каких-то там неприятностей. Хотя где-то в глубине мозга мигала лампочка любопытства: кто же из пассажиров так дорог важному военному? Что ж, в любом случае это еще предстоит узнать. Если жив останется.

– Отдай Графоману «Винторез», – попросил Ворон Пса. – Мало ли что. И держите мой ПДА, я жду важное сообщение. Если не вернемся, адресату напишите, он вас заберет.

– А я думал засесть со снайперкой где-нибудь и прикрыть вас, – приуныл Егор.

– Зачем? Атаковать мы не будем – у них заложница. А если мы вдвоем заявимся, бандиты тут же поймут, что ты их на мушке держишь. Так что не вариант. Ну, хочешь, оставь карабин.

Пес взял в руки оба ствола, будто взвешивал их, подумал и протянул снайперку Лехе, провожая ее грустным взглядом.

– Небось рад, что Злюку похитили? – Егор не смог удержаться от саркастичного комментария. – Ты же ее недолюбливаешь, – Пес увидел, как вспыхнул Графоман и поспешил объяснить свои слова.

– Это она меня недолюбливает! – воскликнул Леха. – Теперь понимаю, почему Нежить тебя Псом прозвал!

– Не я – сама Зона моими устами одарила наглеца таким прозвищем, – поправил возмущенного писателя гигант. – Удивительно прозорливо, не правда ли? Пошли, командир. Пес, вперед!

Когда сталкеры покинули стоянку, Товарищ забрал у Лехи снайперскую винтовку, быстрыми движениями разобрал ее, осмотрел состояние и вновь собрал, после чего попросил чая.

Напарники расположились на возвышении и под прикрытием экскаватора наблюдали за бандитским лагерем.

– Да, многовато целей. – Александр водил биноклем по кипящей жизнью базе. – Какой у нас план?

– Злюка, скорее всего, вон в том сарае, который охраняют мародеры, – определил Нежить.

– Где? Где ты увидел? А, все, нашел. – Пес чуть высунулся над ковшом, но тут же тяжелая рука вернула его на место.

– Оружие у нас, понятное дело, отнимут. Будем ждать заключения под стражу? А если захотят шлепнуть тут же? – рассуждал Ворон.

– Насчет оружия ты прав, – согласился здоровяк. – Так что автомат я тут спрячу, запомните.

Нежить вытянул длинную руку и спрятал «калашников» далеко под днище экскаватора.

– Вот так, пусть здесь полежит. Может, пригодится кому из нас. Ну, пошли, что ли?

– Пошли. Только не лезь на рожон, а то я тебя знаю: как увидишь бандюг, тут же на них кинешься. И нам хана. – Егор оставил себе запасную обойму, остальное тоже запихал за гусеницу и поднялся.

– Не в этот раз, стажер. Кидаться буду потом, а сейчас придется действовать по обстановке. Выбора пока никакого. Двинули.

Через пару минут у ржавеющей техники выросли тени. Чья-то рука аккуратно извлекла оставленные бродягами вещи. Тени быстро скрылись в перелеске.

Сталкеры приближались к лагерю, старательно обходя овраги с отравленной химическими аномалиями водой и сами аномалии, разбросанные по усеянной мусором земле. Гнутые вышки линии электропередачи клонились к земле, с них свисали обрывки проводов и лохмотья паутины мизгиря – паука-мутанта, к счастью, довольно редкого в Зоне.

В маленьких прудах с застоявшейся ядовитой водой валялись куски строительных панелей, блоков, целые кирпичи и их осколки. «Верчушки» с «плотеломками» пульсировали хорошо заметными воздушными воронками, рядом светились «шипучки», отчего сканеры то и дело издавали предупреждающий писк. Иногда срабатывал сигнал, указывающий на наличие в аномалиях артефактов. Но Пес даже не дернулся, хотя бросать хабар душила жаба.

Когда до лагеря оставалось метров четыреста, троицу наконец заметили. Бандиты наблюдали за приближением сталкеров, укрываясь за бетонными блоками. Вперед вышел бандит в тяжелой куртке с закрытым маской лицом.

– Стоять! Оружие на землю! И без глупостей, вмиг изрешетим!

Бродяги повиновались. Оружие легло в траву, следом полетели ножи.

– Вот так! Руки поднимите и идите сюда! Не торопясь!

Троица прошла мимо посторонившегося мародера, миновала оставленный проход. Внутри периметра лагеря сталкеров обступили бандиты. Их было много, каждый держал в руках оружие – разное, от пистолетов до автоматических стволов.

– Заявились! Что, баба эта вам настолько дорога? – выступил вперед пузатый коротышка в летах. Именно такими и изображают главарей в криминальных сериалах. – Я поспорил, что вас след простынет, а эту шумную особу придется в какую-нибудь аномалию бросить!

– Кто-нибудь, метнитесь за их барахлом. И смотреть в оба – они могли привести подмогу, – приказал встречавший сталкеров бандит в маске.

Среагировал только один мародер, остальным было интересно, что произойдет с бродягами, за поимку которых пахан другой банды прислал неплохие деньги. Его представитель стоял позади пузатого главаря и злобно глядел на пленников.

Мародер проскочил между блоками, рысцой потрусил к валяющемуся оружию. Он сам торопился вернуться прежде, чем «гостей» начнут резать на ленты. Собрав брошенные вещи, бандит повернулся к лагерю. В этот момент крепкая рука зажала ему рот, по горлу прошлось острое лезвие. Бандит захрипел и упал на четвереньки, кровь оросила брызгами чахлую траву. Руки задрожали, тело опустилось на землю и замерло.

– Ну ты и душегуб, – проворчал Графоман. – И где только научился?

– В армии служил, в отличие от вас, – ответил Товарищ. – Хиляки.

– Что дальше будем делать? – Леха отдал Кустурице автомат Нежити, а себе забрал его же дробовик.

– Убираться с открытого места, пока нас не заметили. – Дед повесил за спину «Винторез», прибрал себе карабин Пса вместе с оружием Ворона.

Пассажиры потянулись за Товарищем, осторожно подобрались к периметру базы и притаились в ожидании.

– По сигналу начинаем стрельбу. Вперед не лезть, прикрываете друг друга. И в наших не попадите! – раздал инструкции Товарищ. – А пока ждем. Да, и патроны не тратьте. Кустурица, понял? Одиночными.

– Понял! Не переживай, я уже из «калашникова» стрелял, умею пользоваться, – прошептал Вадим. – Лучше Графоману покажи, как перезаряжать.

– Мне Нежить уже показывал, – мотнул головой Леха.

– Вот и хорошо. Все, держитесь рядом. Скоро начнем. – В руке старика появилась трофейная граната, только что изъятая у мертвого мародера.

– А не многовато их? – запоздало обеспокоился Кустурица.

– Ничего, справимся. К тому же подмога на подходе. Так что отставить лишние разговоры! Во, уводят сталкеров, полная готовность! – предупредил Товарищ.

Троим «спасателям» связали руки и повели в охраняемый вагончик со снятыми колесами, стоящий прямо на земле. Рядом находился такой же, но бандитов с автоматами возле него не было.

– Понеслась, – негромко объявил дед и выдернул чеку. – Один, два… – Граната улетела в толпу не спешивших расходиться мародеров. – Работаем!

Никто даже не успел рассмотреть, что за предмет прилетел под ноги. Наступательный боеприпас рванул, сея осколки. Оказавшаяся рядом шпана падала, пронзенная горячим металлом или пораженная взрывной волной.

Совершенно неожиданно для пассажиров что-то чуть в стороне шумно взорвалось, унося новые жизни. Паника сыграла на руку, Товарищ начал без помех отстреливать цели, Вадим помогал в меру своих возможностей, он тоже свалил пару врагов.

– Не блевать, боец! – Старик бодро и метко стрелял по неумело прячущимся бандитам. – Потом будешь муравьев кормить!

– И не думал даже, – зло ответил Кустурица, с перекошенным лицом выцеливая следующего мерзавца. – А насекомых тут нет!

– Как нет? Тараканов вон сколько!

Графоман крепко сжимал в руках дробовик, но бездействовал. Пара залпов не нанесла обороняющимся ощутимого вреда, дробь на таком расстоянии бесполезна, хотя и хлестнула болезненно по ногам одного из бандитов, и пока он с воем тер ляжки через плотные брезентовые штаны, дед свалил его выстрелом в голову.

Леха не готов был служить отвлекающим врага фактором. На его просьбу поделиться оружием Товарищ только отмахнулся и продолжил обстреливать угол, где засел какой-то бандит, явно подготовленный гораздо лучше. Он грамотно бился, при этом показывался из укрытия на какие-то доли секунды.

– Жаль, гранат больше нет. Надо было в рюкзаке у Нежити поискать. Вот я старый дурень! – посетовал дед.

Кустурица вдруг подскочил на месте и опрометью бросился внутрь периметра базы. Он проскользнул за наваленные друг на друга блоки бетона и исчез из вида.

– Куда! Пацан глупый! – заорал Товарищ и вновь пальнул по опасному стрелку.

Рядом со стариком шлепнулась граната. Дед в страхе отпрянул, но разглядел торчащее кольцо. Через мгновение Вадим выметнулся из-за своего укрытия и кинулся обратно на позицию.

Шумно приземлившись, паренек протянул сумку с боеприпасами.

– Не сразу удалось снять, под животом оказалась. А где граната, которую я вам кинул?

– Ты обурел, боец! – побагровевший дед бешено глянул на Вадима. – Кто так делает? А если бы она рванула?!

– Прости, больше не буду, – виновато пробубнил Кустурица. – Я не знал, что так нельзя.

– Не знал он! – Граната взмыла в воздух и приземлилась аккурат за препятствием, где засел умелый мародер.

Фигура в камуфляжной куртке очумело выскочила из-за укрытия, но не успела сделать и шага. Взрыв отшвырнул бандита на открытое место, где окровавленный противник заскреб землю, пытаясь ползти. В затылок ему ударила пуля.

– В расчете, – пробурчал старик и провел рукой по голове. – Нечего женщину по лицу бить.

– Это тот, что тебе затылок разбил? – спросил Кустурица.

– Он. Но я уже простил. Давай остальные гранаты. Сейчас мы их…

– А Графоман где? – озадачился Вадим.

В пылу сражения оба не заметили, как пропал Леха. Спутники переглянулись, Товарищ сплюнул в траву.

– Я даже не понял, когда он свалил! Наверное, на тебя отвлекся!

– А что я-то? Он с тобой был, пока мне пришлось за гранатами бегать!

Графоман в это время перезаряжал дробовик, сидя за толстыми трубами. Ему удалось свалить вставшего на пути бандита, но сгоряча Леха потратил целых три выстрела. Коробка с остатком патронов закончилась, да и в приемник больше не влезало. Ладно, в рюкзаке еще какие-то заряды есть, потом разберется.

Тяжело дыша, грузный писатель на ноющих от боли ногах гусиным шагом переместился к концу трубы. Отсюда совсем недалеко было до входа в вагончик с пленниками. Словно услышав мысли Графомана, тут же раздался выстрел, упал один из автоматчиков, охранявших вход. Второй прятался за пустой бочкой и пока оставался невредим.

Леха сглотнул, затем выпрыгнул из укрытия. Гудящие ноги подвели, колени подогнулись, и пуля прошла над головой. Графоман неловко заковылял к вагончику, поднимая дробовик. Его выстрел откинул второго охранника, открытого с фланга. Отчаянный прыжок внес тяжеловеса внутрь.

Грузное тело снесло кого-то внутри, мародер с руганью повалился на пол и получил прямо в грудь заряд дроби. Выстрел жуткого дробовика в замкнутом пространстве оглушил и напугал еще больше, понадобилось несколько секунд, чтобы успокоиться.

Внутри вагончик оказался пустым, вырезанная в правом боку прямоугольная дыра вела в соседний. Леха осторожно прокрался в него. С одного торца виднелась дверь, заваленная тяжелыми балками. В другой стороне оказался вход в подземелье.

– Нарыли тут нор, крысы, – прошептал Графоман и начал спускаться в черный лаз, полого уходящий вниз.

Спуск уперся в поворот, из-за него лился неяркий свет. Короткий коридор заканчивался стеной, с каждой стороны находилось по три помещения. Охраны не видно.

Леха прошелся вдоль неширокого прохода. Судя по тяжелым дверям, укрепленным в бетоне, здесь бандиты организовали тюрьму. Значит, сталкеры и Злюка где-то тут. Графоман повернулся и начал обследовать все двери подряд.

Первые не поддались, из-за металлических створок не доносилось ни звука. Из средней камеры справа слышались невнятные голоса. Быстрая проверка следующих дверей тоже не дала результата – тихо и заперто. Оставался только один вариант.

Створка тихо приоткрылась, за ней Графоман увидел двоих вооруженных мародеров, стоящих спиной к двери. Мощный кемпинговый фонарь на столе освещал камеру и фигуру какого-то недомерка. Сначала показалось, что это карлик, но когда неизвестный задвигался, Леха понял – там просто малорослый мужик, к тому же довольно толстый.

– Что, барышня, обманули нас твои спасатели? Привели кого-то на подмогу, но это им не поможет. И тебе не поможет. Скорее, навредит. У нас ведь к тебе не было никаких вопросов, после сдачи этих сталкеров мы бы тебя отпустили с богом, все равно в Зоне сдохнешь, – раздавался вкрадчивый голос.

– Не поминай имени… – начала своим обычным склочным голосом Злюка, но коротышка мигом сжал ей челюсти, сдавил пальцами щеки.

– А теперь, – как ни в чем не бывало продолжил бандит, – ты умрешь, быстро и с гарантией. Судя по твоей одежде, впервые в Зоне, правильно? Правильно. И не знаешь, как артефакты получаются. Я тебе сейчас расскажу: когда что-то попадает в аномалию, иногда оно превращается в тот или иной артефактик. В зависимости от вида. Но лучше, если попадет не что-то, а кто-то. Понимаешь, куда я клоню?

Злюка что-то невнятно пробубнила. Толстяк ухмыльнулся:

– Сообразительная. Из тебя, конечно, вряд ли что-то дельное и дорогое получится, но я не стану жадничать. Что выйдет, то выйдет. Хоть так ты мне денег принесешь. За моральный вред. А бродяг этих уже хорошо оплатили, им без вариантов хана.

Коротышка замолк и наклонился к женщине, будто хотел подарить на прощание поцелуй. От этого движения натянутая ткань кожаного плаща пошла морщинами под воротником, чуть ниже складок лысого затылка.

Время шло, бандит не двигался, и охрана забеспокоилась.

– Шеф! Эй, ты чего там? Все нормально? – Один из мародеров несмело шагнул вперед, автоматически подставляя руки валящемуся на него главарю.

Злюка вскочила с деревянных нар, резко взмахнула рукой, охранник судорожно, с всхлипом, вздохнул и начал оседать. Рука в знакомого цвета кофте обвила клонящееся на пол тело. Второй охранник пришел в себя и щелкнул предохранителем автомата. Злюка ощерилась. Такого лица Леха у нее никогда не видел.

Грохот выстрела раскатился по камере. Бандита швырнуло вперед, он повалился на бездвижного главаря. Агриппина вгляделась в полутьму и с облегчением отпустила тело первого охранника. Труп с перерезанным горлом растянулся на полу.

– Надо было мне руки связать. Хотя я бы все равно развязалась, – произнесла Злюка.

Леха бросился к ней. Под трупом с развороченной дробью спиной лежал мертвый коротышка, в толстом щетинистом подбородке виднелась неширокая рана, покрытая влажно блестящей кровью.

– Откуда у тебя нож? Бог послал? – вырвалось у Лехи.

– На Бога надейся, а сам не плошай, – весело заявила Агриппина. – У этого шара на ножках вытащила, нечего было наклоняться к честной женщине!

– Но как ты их почикала! Тебе же нельзя, что там заповедь говорит…

– Кстати, ты-то как здесь оказался? Вот уж кого не ожидала увидеть!

– Нас дед привел. Хитрец такой, он из бывших военных оказался. И молчал! Вот, пока они там вместе с Кустурицей воюют, я спустился сюда.

– За мной, что ли, прибежал? Как так? Я же мракобес, религиозная фанатичка, сам постоянно говорил.

– И что? – Графоман решил не говорить правду о поисках сталкеров, ведь и Злюку он тоже искал. – Не понимаешь? Какая мне разница, в кого ты там веришь? Главное – своя, кровь у нас с тобой одна! Вот что вы никак не можете усвоить! Не религия ваша людей объединяет, а родство! Мы один народ, хоть и разные все немного!

– Не кричи. Понимаю я все, Леш. Спасибо тебе за помощь. Без тебя кто знает, как бы оно все получилось.

– Ну, у самой-то тоже ловко вышло. – Алексею стало стыдно за свою реакцию. – Случайно не в одном полку с дедом нашим служила?

– Нет, – ответила Злюка. – Не в одном. В разных. Но служила.

– А, вот ты как… в церковь подалась, – протянул озаренный Графоман. – Служба, видать, нелегкая попалась. Не при штабе писарем.

– Верно мыслишь. Может, потом как-нибудь расскажу. Давай выбираться отсюда, нашим помочь надо. – Агриппина ловко стащила разгрузку с одного из охранников, напихала туда обойм и сграбастала оба автомата.

– Погоди, надо сталкеров найти! – засуетился Леха. – Скоро должен Колючий с отрядом подойти, Ворон нам свой телефон оставил. Вот мы и сообщили, что как.

– Отлично! Пошли, найдем наших спасателей! Ключи у борова в кармане должны быть!

Злюка с Графоманом выбрались в коридор. Стук прикладом не помог, пришлось потратить время на отпирание всех подряд дверей. За одной обнаружились сталкеры. Все еще связанные, они сидели на полу, веревки от рук уходили во вделанные в стену кольца.

– А мы тут гадаем, кто это грохочет! Вот уж не думали, что это наш Графоман бандюков мочит! Ого, Злюка, а ты чего с оружием? – удивился Пес.

– И ты тоже меня слабой бабой считаешь? – Нож в руках Агриппины опасно свистнул, когда она резанула по натянутым путам.

– Ну, ты женщина все-таки, чего сердишься? – сглотнул Егор.

– Еще какая! Палец в рот не клади – зарежет, – весело отозвался Графоман.

Дробовик перекочевал к хозяину, сталкеры разобрали автоматы. В коридоре послышались громкие голоса, из-за поворота выбежал бандит и застыл, глядя на вооруженных пленников. Выстрел швырнул его прочь, он сбил еще кого-то позади и остался лежать с огромной дырой в груди.

– Ты чем зарядил? – поинтересовался Нежить у Алексея.

– Да не знаю, в коробке патроны кончились, из мешочка взял, – развел руками тот. – Какое-то животное на них нарисовано.

– Ясно, «барашками». – Гигант направился дальше, на ходу пояснил: – Это артефакт такой, если его мелко растолочь и добавить в обычный патрон, усиливает энергию, убойность заряда повышается.

– Здорово усиливает, как я погляжу. – Леха забрал у мертвецов оружие и боеприпасы. – Вот, лучше обычными патронами воевать.

– А второй автомат зачем? – спросил Пес. – На случай, если первый заклинит?

– Второй Кустурице отдам. Они же там вашим оружием пользуются. Теперь свое будет. Научите чистить?

– Научим, – кивнул Нежить.

– Аккуратно, выход рядом, – предупредил Ворон. – Что-то выстрелов не слышно. Бандиты кончились, что ли?

– А, забыл предупредить! – Леха хлопнул себя по лбу. – Там, наверное, Колючий подошел!

– Откуда он взялся? – изумился командир. – И какого черта вы-то полезли воевать?

– Да только вы ушли, запиликал мобильник, – начал объяснять Леха. – Мы глянули сообщение, написали, обрисовали текущую обстановку. Колючий говорит: сейчас будем, уже рядом. Ну, мы за вами побежали, чтобы предупредить. Мало ли, вдруг план поменяете. Но за такими разве угонишься? Еще пришлось вещички ваши подбирать, так что не успели мы.

– Ну-ну, предупредить они бежали, – хмыкнул Пес.

– Зато вы со Злюкой теперь не заложники, – обиделся Графоман. – Не зря старались!

– Понятно. Ждите здесь, я погляжу. – Саша прокрался в вагончик с открытым выходом, огляделся и сказал, уже не таясь: – Чисто! Идем!

Компания выбралась из наземной части тюрьмы. Их встретила тишина – бойцы Колючего во главе с полковником столпились посреди лагеря, в молчании окружив что-то. Или кого-то.

Приветствие застряло в горле, Ворон подскочил к военсталам, принялся проталкиваться в середину.

– Что-то с дедом? – встревожилась Злюка. – А Кустурица где?

Бойцы, расположившиеся напротив вагончика, расступились, и команда увидела стоящего на коленях Товарища. Спутники бросились к нему.

Перед пожилым воякой лежал окровавленный Вадим. Дед пытался зажимать рану на груди, тормошил мальчишку, уговаривал не закрывать глаза, но пытавшиеся помочь сталкеры Колючего уже отступили, держа в руках бесполезные аптечки.

– Товарищ! Живой? Что с ним?! – крикнул Саша, падая рядом на колени. – Аптечку давайте!

– Я живой, – бесцветно ответил старик. – Я-то живой.

– А с парнем что? – Ворон осознал глупость вопроса еще до того, как закончил говорить.

– Вадька наш – боец настоящий, – глухо ответил дед. – Прикрывал меня, старого, за гранатами бегал… – голос окончательно сорвался. – Не уберег я его, с меня спрос.

Товарищ замолчал. Злюка обняла его за плечи, прижалась к спине и что-то шептала.

– Да знаю я, – отмахнулся старик. – Только не легче от этого. Мы сразу заметили, что обстановка изменилась – бандитов как волной смыло. Они пытались бежать, но вояки всех за считаные минуты положили. Почти всех. Один-два остались, а Кустурица выскочил и руками замахал. Вот его очередью и…

– Ворон, прости, – подал вдруг голос окровавленный парень. – И вы, ребята…

– Молчи! Береги силы! – Александр оглянулся на военсталов. – Дайте уже чертову аптечку! Кустурица!

– Без нее солнце не взошло, – произнес Вадим и замолчал.

Похоронили парня в Заповеднике. Тело положили на носилки, всю дорогу несли на своих плечах Нежить с Псом и Ворон с Товарищем. Злюка и Колючий пытались освободить деда от нелегкой ноши – не дался.

Возле блок-поста сталкеров, стерегущих проникновение бандитов в Заповедник, вырыли могилу, вложили в руки смартфон Кнопки. Злюка даже на крест не взглянула, только повесила на него респиратор, которым Кустурица пользовался с Мраколесья, и отвернулась.

Постояли молча, потом вернулись к проходной. Один Нежить задержался, вынул из кармана горелый лиловый лист и пристроил в щель деревянного креста. Секунду постоял и двинулся к своим.

Налетевший ветер взъерошил волосы гиганта, сдул листок на свежевскопанную землю, его тут же накрыла легкая тень. Никто не видел, как над могилой повисло небольшое облачко белого цвета и закапало дождем, опускаясь все ниже. Белая тучка постепенно растаяла, едва не коснувшись холма, остался только листок в виде сердечка с целыми, без ожогов, кромками. Это Зона.

Немногочисленная команда собралась в здании проходной, когда к ним подошел Колючий.

– Ворон, вас троих Пальчиков просил как можно скорее вернуться к нему. Сказал, дело не терпит отлагательств, нужно срочно решить какой-то серьезный вопрос. Просил передать, что вся дымка у него, – туманно объяснил полковник, чтобы гражданские не поняли.

– Хорошо. – Александр безучастно смотрел мимо Колючего. – Сейчас доведем выживших пассажиров до «Точки-один» и вернемся.

– Профессор сказал – срочно. Мы сами доставим их, я лично пойду с частью отряда, доведем прямо до точки эвакуации за Периметр. А вас эскорт на Флору сопроводит, собирайтесь.

– Никуда мы без них не пойдем, – твердым голосом заявила Злюка. Не склочным, к какому команда привыкла, а стальным, с непробиваемой уверенностью.

– Правильно говорит, – кивнул старик, и Графоман встал рядом с Агриппиной, молча подтверждая решение. – Вместе шли и до конца будем всем отрядом держаться.

Колючий посмотрел на деда сурово, увидел что-то в его глазах, о чем-то задумался. Затем оглядел поредевшую команду и заговорил:

– Ладно, все равно на вас троих охота идет, вот и побережем сразу всех. Значит, идем к Пальчикову, вы с ним заканчиваете, а потом на Искорку. Там и сдадите гражданских. Ближе к завершению оповещу руководство о планах.

– Да, точно, нам же обещали неприятности, – безэмоционально протянул Ворон.

– Разберемся, – усмехнулся Колючий.

– Что за неприятности? – спросил Графоман. – За что?

Ворон махнул рукой, отвернулся и пошел прочь.

– Бойцы! Построение во дворе, идем на Флору! Смотреть в оба, пассажиров защищать любой ценой! – приказал полковник.

– Конечно, нас-то никто защищать не собирается, – притворно вздохнул Пес. – Не толкайся, наставник.

– Вы тоже наши пассажиры, – успокоил молодого сталкера давний знакомый, военстал Фомин по прозвищу Фома. – Приказано всех троих в целости довести!

– Ого, ты уже кэп! – разглядел Пес знаки отличия. – Растешь!

– Так точно! Капитан Фома, – улыбнулся тот.

Команда в сопровождении военных сталкеров вновь оказалась на Полигоне. Теперь шли прямо по дороге, приминая растущую сквозь щели в асфальте траву. Показалась бандитская база. Отряд миновал разоренный лагерь, из покосившихся вагончиков над тюрьмой все еще поднимался дым: страшное подземелье подорвали гранатами, обрушившими земляной свод.

Отряд прошел мимо экскаватора и вновь вышел на хоженый тракт, огибающий Полигон стороной. Команда двигалась в середине, под защитой бойцов.

– А ты кем служила? – поинтересовался Графоман у Злюки.

Два когда-то непримиримых оппонента теперь с удовольствием общались друг с другом.

– Снайпером. В отставку подала, когда во время операции погибли дети.

– Снайпером? – снова вмешался вездесущий Пес. – Тогда это тебе!

Егор снял с плеча «Винторез» и отдал его женщине. Тут же на ходу порылся в рюкзаке, достал патроны и запасную обойму, но понял, что Злюке некуда сложить все это, убрал обратно.

– Напомни, потом отдам.

– Так, стажер, а откуда у тебя запасной магазин? Я же говорил – не трогай, – сощурился Нежить. – Мародера воспитал на свою голову.

– Чего сразу мародера-то? – надулся Пес. – Значит, винтовку брать можно, а запаску нет? Как мне с одним управляться? Вот и забрал для комплекта!

– Ладно, не бухти! И зачем, спрашивается, Злюке твой «Винторез»? Она уходит скоро.

– На всякий случай! Вон, у Графомана оружие есть, он и Товарищу автомат притащил, одна Злюка у нас безоружная! Да с такими навыками ей снайперка в самый раз!

– Не каркай, – ответил дед и посмотрел на Ворона.

Командир их всю дорогу молчал, даже сторонился своей поредевшей группы. Мысли в голове копошились одна мрачнее другой.

Потеря молодых пассажиров висела на душе тяжелым грузом. Совсем как тогда, после смерти друзей в Мраколесье. Нет, теперь конец! Окончательно и бесповоротно уйти за Периметр, чтобы разорвать все нити, связывающие с Зоной! Больше никогда сюда не возвращаться, хватит губить чужие жизни!

Эти тягостные размышления прервала не иначе сама Зона. Отряд попал в засаду. Несколько шедших впереди бойцов успели поднять тревогу и упали, сраженные пулями. Бахнула граната, брошенная Фомой. Напарники выхватили оружие, бросились в укрытие, видя, как впереди Злюка с Товарищем тащат Леху прочь с линии обстрела.

– Давай свою запаску! И патроны! Графоман, держи, будешь обоймы снаряжать! – командовала Агриппина.

Она заняла место на заросшем кустами пригорке, рядом залег Алексей. Остальная команда расположилась вокруг, прикрывая отступающих военсталов.

Колючий свалил двоих противников. Судя по одежде, на отряд напали бандиты. Эхо от выстрелов металось по окрестностям, лес оглашался криками и руганью.

Многочисленная банда наседала, но военные сталкеры грамотно и метко выбивали мародеров целыми группами. Злюка работала спокойно, размеренно, будто не было этих лет на гражданке. Выстрел – труп.

Исход боя невозможно было предугадать – обе стороны несли потери. Но вмешалась третья сила. Кто-то зашел бандитам в тыл, тихо ликвидировал арьергард и принялся методично добивать в спины остальных.

В пылу сражения напавшая сторона не сразу поняла, что происходит. Часть мародеров вынужденно перенесла огонь на нового врага, но неизвестные очень профессионально уничтожали цели в кожанках.

В прицел Злюке попалась группа, пока не принимавшая участия в бою. Какой-то тип раздавал команды по рации, активно жестикулируя. Вокруг него собралась охрана, то и дело подбегали бойцы, получали указания и вновь занимали боевые позиции.

Голова типа попала в перекрестье прицела. Злюка сделала вдох и выстрелила, но пуля миновала вражеского предводителя: за мгновение до этого очередь прочертила в его спине кровавую дорожку. Тип свалился на землю, вокруг попадала охрана.

Наконец все завершилось. Колючий отправил бойцов зачистить территорию.

– А это еще кто? – произнесла Злюка, рассматривая в прицел четверых человек в камуфляже.

Старик бесцеремонно забрал у Нежити бинокль, поднес к глазам, покрутил настройку и ахнул. Очень быстро для своих лет Товарищ преодолел расстояние до полковника и принялся что-то объяснять, тыча пальцем туда, где четверка неизвестных сидела на поваленном стволе. Бойцы одной рукой придерживали поставленные на приклады автоматы, а второй – махали окружившим их военсталам.

– Фомин, не стрелять. Пожилой гражданский их знает, сейчас подойдем. Держи на прицеле, но огонь не открывать!

– Понял, ожидаю, – донеслось в ответ.

Товарищ чуть ли не бежал, Колючему даже пришлось удерживать рвущегося вперед деда. При виде его четверка поднялась с мест, оставила оружие и отправилась навстречу.

– Здорово, Батя! – прогудел крепыш.

– Старлей! Значит, я не ошибся! – ответил Товарищ. – И сержанты твои тут? Вот уж никогда бы не подумал!

– А что делать, Батя? Жить как-то надо, – развел руками Болдырь.

– Вы же присягали Родину защищать, а теперь что? – завелся дед. – В наемники подались?

– С кем там наш воинственный спутник общается? – поинтересовался Пес. – Видать, знакомцы его.

– Это те наемники, которые напали на нас возле Мраколесья, – невозмутимо заметил Нежить. – Здоровяк – Сенька, как его там, слово такое новомодное?

– Харизма, – подсказал Ворон. – Прозвища остальных не помню. По-моему, Кельвин их не называл.

– Так Товарищ наш знает этих субчиков? – ахнула Злюка. – Вот это поворот! Дает, полковник!

– Кто полковник? Дед? – в свою очередь удивился Графоман. – Каких же войск?

– Воздушно-десантных. Только, чур, не я вам сказала, он мне по секрету шепнул, – предупредила Агриппина.

– ВДВ? Круто. Во компания в вагоне подобралась – десантник, снайпер женского полу и Леха, – высказался Пес. – А после боя в бандитском лагере у меня вовсе язык не повернется назвать Товарища бывшим военным.

– Погодите, что-то он рассердился. Жалко, не слышно ничего, – заметил Ворон.

– Может, поближе подберемся? – предложил Егор. – Он все-таки с нами.

– Теперь уже скорее мы с ним, – возразил Нежить. – И со Злюкой. Ты ведь тоже не из простых, как я понимаю.

– Балтийские мы, черные береты, – обыденным голосом пояснила тетка.

– Офигеть, – вырвалось у Графомана. – Значит, я тут теперь главный слабак? С другой стороны, это вам не повезло – в случае чего я как боец вряд ли смогу изобразить что-то серьезное. А вот сам я в шоколаде среди опытных сталкеров, десантника и морской пехотинки с навыками снайпера. Шах и мат!

– Как же тебя в церкву занесло? – Егор и так уже относился к Злюке уважительно после того, что произошло в подземной тюрьме, а теперь ее авторитет взлетел до небес.

– Так и занесло, с горя, – призналась крутая тетка. – Накопилось, гибель тех детей стала последней каплей. Я ведь не сразу в религию погрузилась: сначала пыталась забыть, потом – забыться. А когда осознала, что так и себе, и окружающим вред приношу, к богу обратилась. Постепенно из элитной убийцы стала чуть ли не монашкой. Раньше я Родину защищала с оружием в руках, а стала с пеной у рта насаждать ценности, будто одна такая, а вокруг черти с грешниками, На самом-то деле это в меня бес вселился.

– Какая же ты убийца, – вскинулся Графоман. – Правильно говоришь – защищала Родину. Ты прости, что осуждал, не понимал я, кто ты и зачем так поступаешь. Наверное, там, на боевых рубежах, каждому необходимо во что-то верить.

– Так и есть. Только нужно не забывать, что вокруг тебя не враги, а люди. Как ты сказал – одна кровь. Надо же было в Зону попасть, чтобы голова снова работать начала.

– Еще раз убеждаюсь – Зона любого меняет, – заметил Пес. – В ту или иную сторону, это уж какой человек ей попадется. Всю душу насквозь видит. Как святыня сектантская, только не глупые желания исполняет, а помогает стать опять человеком. Или уничтожает, если нет больше вариантов.

– Вот и я снова стала собой, – кивнула Злюка. – Оказывается, мне этого так не хватало – защищать людей от всяких уродов. Не словами – делом.

– Смотрите, старик разошелся! Неужели подерутся? – воскликнул Нежить, внимательно наблюдавший в бинокль за переговорами с наемниками.

Товарищ в это время наседал на бывших салажат, которых собственноручно гонял в учебке. Думал воспитать из этих оболтусов достойных людей, а вон что вышло.

– Батя, ну угомонись, выслушай ты нас! – взмолился Бредень, стоящий позади Филофей про себя радовался, что служил в другом месте.

– Кого затыкаешь, сержант! Про субординацию, я смотрю, забыли! – Дед набрал воздух и рявкнул: – Смирно! Я полковник ВДВ!

– Полковник в отставке, Батя, – примирительно заговорил Сенька. – Хотя, конечно, десант и в отставке десант. А тебе, боевому офицеру, разве не обидно вспоминать, что в стране тогда творилось? Самого чудом оставили в наших вооруженных силах, а такой молодняк, как мы, вышибли без сожаления.

– Так точно, – подтвердил Бредень. – Помыкались вдоволь: на работу не устроиться, ее и гражданским не хватало, кто не первый год руками работал. А мы что? Узкие специалисты. До последнего держались, но в криминал не пошли.

– Не пошли? Да вы же у бандитов заказ на сталкеров взяли! Ради денег! – продолжал кипеть дед.

– Именно так это и работает, – согласился Болдырь. – Мы в Зоне уже несколько лет, только, вон, следопыт наш – новичок здесь. Но парень опытный, даром что молодой. Тяжелых ран только слегка не выносит, это пройдет.

– И потом, Батя, мы ведь пособить пришли, не сталкеров согласно контракту мочить, – заметил командир наемников. – А ты нас тут распекаешь, будто пацанов зеленых.

Дед по-прежнему хмурился, насупленно глядел на бывших курсантов, но понимал, что старлей прав. Кто знает, какие еще потери понесли бы бойцы Колючего и, не дай бог, их команда. Или как тут говорят? Не дай Зона?

– Ладно, стервецы, занесло меня, признаю. Не мне вас судить. За помощь благодарю! Только как вы с заказчиком объясняться думаете?

– Так это и был заказчик, – мотнул головой в сторону трупов Сенька. – Ты ж на Полигоне лагерь пострелял вместе с посланником от этой банды, да еще и с немалым вознаграждением за ваших бродяг, тут-то их шеф не на шутку взбеленился, пошел сам разбираться.

– А вы откуда про лагерь знаете? – прищурился дед.

– Считай – случайно. Компания ваша, оказывается, уже в научном городке находилась, когда нас туда один странный персонаж притащил. Тоже, кстати, из этой шайки, еле ноги от него унесли. А на ночевку мы остановились аккурат в той же деревне, что и вы, – признался старший наемник

– Как же это я вас не почувствовал! – схватился за голову полковник в отставке. – Старый я дурень, совсем нюх потерял!

– Зато мы вас хорошо разглядели, – вставил слово Болдырь. – Но, должен признаться, только благодаря Филофею. Сами на радостях, что свалили от этого придурочного Хорька…

– Прозрачного накатили? – перебил дед. – Вот что наемничество с бойцами делает! Забыли, чему я вас учил?

– Плохо, Батя, ты о нас думаешь все-таки! – укоризненно покачал головой Сенька. – Мы на задании не употребляем. И с собой этого добра не имеем.

– А радиация как же? Артефактами выводите?

– Да ты уже в курсе! Нет, для этого антирад имеется. В общем, проверили обстановку, легли отдохнуть, а тут следопыт наш вбегает, – продолжил Болдырь.

– Мы даже не заметили, когда парень из дома вышел. – Бредень показал Филофею большой палец.

– Да, тогда тебя, Бать, и приметили. Так бы сталкеров попытались прижать. Удачно, ты с ними оказался, иначе и не скажешь, – сказал Сенька. – Кстати, что тебя-то сюда занесло? Решил на Зону посмотреть или здесь вояк тренируешь теперь?

– Темная история. Сел в метро на Купчаге, и на тебе: красная вспышка, грохот, очнулись с соседями по вагону в Зоне. В самом центре Мраколесья!

– Так эти сталкеры за вами туда, что ли, пошли? – наконец подал голос Филофей. – Командир, а если бы мы их положили? Что бы с гражданскими стало?

– Зона миловала, – серьезно ответил Сенька. – Не зря мы, значит, решили вас поддержать.

– Да, с чего это вы вдруг перешли на нашу сторону?

– Шли следом, наблюдали. Ты, Батя, – сам по себе уже железный аргумент группу не трогать. Еще девчонка эта ваша. Жаль ее, – посочувствовал командир, наемники согласно кивнули.

– И парень погиб. На моей совести его смерть, – признался дед.

– Видели. Но ты ни при чем, Бать, не думай. Если так разобраться – мы сами сплоховали, решили не вмешиваться, даже когда ты возле лагеря объявился. А потом поздно стало – военсталкеров принесло. Зато здесь успели. – Сенька виновато поглядел на бывшего наставника.

– Куда теперь-то отправитесь? – спросил Болдырь. – Помощь нужна?

– Да снова на Флору. Что-то ученым от сталкеров понадобилось. Нас хотели на какую-то точку эвакуации отправить, но мы отказались. Потом спасатели отведут и сдадут, куда надо. Если снова что-нибудь не помешает, в этой вашей Зоне ничего наверняка знать нельзя.

– Тогда давай прощаться, Батя. На Флору очень не хочется возвращаться после того, каким макаром мы туда попали. Мороз по коже, – признался здоровенный командир. Слова его с трудом вязались с внешностью.

– Ну, если у тебя мороз, значит, на самом деле не стоит. Ничего, с нами Колючий идет. А вы, как будете в Петербурге, забегайте, адрес тот же. Не забыли?

– Что ты! – заулыбались наемники.

– Вот и хорошо. Жду всех четверых! И не балуйте тут мне! – погрозил дед-полковник пальцем.

Возвращаясь к команде, Товарищ улыбался. Он передал спутникам разговор, неугомонный Пес тут же высказался:

– Вот зачем так рано признался? Теперь военсталы нас на полдороге бросят и уйдут по своим темным делам! Останемся без охраны!

– Болтун! – усмехнулся присутствовавший тут же Колючий. – Ладно, пора выдвигаться. И так задержались тут, Пальчиков наверняка рвет и мечет.

Но задержаться все равно пришлось. Павших бойцов похоронили, а бандитов оттащили подальше, чтобы не привлекать к могилам голодных мутантов.

Через два часа миновали деревню, где команда оставила часть своего сердца. К удивлению сталкеров, «огнеплюя» на месте не оказалось – исчез, будто его и не было. Пока бойцы остановились на короткий привал, шестеро спутников собрались во дворе.

– Если бы не этот лысый пятачок, кто бы мог сказать, что аномалия здесь была? – задумчиво высказался Пес. – И чего бы этой заразе раньше отсюда не сгинуть?

– Может, она потому и сгинула? – предположил Нежить.

– Ну, может, и так. Наставник, а давай ты пройдешься своим детектором? Вдруг что попадется? – предложил Пес.

– У тебя тоже есть детектор.

– У тебя рука легкая. – Егор решил не признаваться в недоверии к тому, что на маленькой лысине среди травы может оказаться артефакт, хотя любопытство разбирало.

– Ладно, уговорил.

Нежить извлек прибор, включил сначала режим обнаружения аномалий. Детектор молчал, не фиксируя излучение. Стоило переключиться на обнаружение артефактов, как в нижней части экрана появилась зеленая точка. В тот же момент прямо под ногами раздалось тихое шипение, и из ничего вдруг возник необычный предмет.

Он напоминал стеклянную сферу, внутри которой билось живое пламя. Пульсировало, переливалось, словно подмигивая черным глазком из самого центра.

– Это что за чудо? – зачарованно спросила Злюка.

Товарищ наклонился, чтобы рассмотреть поближе. Даже пальцем хотел коснуться

– Голой рукой артефакты лучше не трогать, – предупредил гигант. – Это «сполох», легкое повышение радиации нейтрализует.

– Легкое? Лучше тогда вместо него антирад иметь! – блеснул дед знаниями.

– Зачем тебе эта химия, когда есть прозрачное? – возразил Ворон. – Кроме того, антирад – штука опасная, с побочками. Нежить, вот контейнер, спрячь находку. Будем считать, что Кнопка нам подарок сделала.

Сталкер-здоровяк бережно подхватил «сполох» на ладонь в перчатке и перенес в открытый контейнер. Желтое свечение исчезло, когда крышка опустилась на место. Спутники помолчали.

– Какие еще у артефакта свойства? Не верится мне, что Кнопкин подарок, только радиацию убирает, – заметил Леха.

– Еще «сполох» хорошо заживляет раны. – Пес поначалу клял собственную лень, но после раздумал: такая вещь принадлежит всей команде. – Мы его сохраним на память, правда?

Нежить только кивнул и убрал контейнер в рюкзак, словно это была хрустальная ваза. Команда вернулась к Колючему.

– Пошли, что ли? – спросил понимающий полковник. – Бойцы, подъем!

По дороге сталкеры собрались вместе.

– Как думаете, зачем мы Пальчикову понадобились? – Ворон задал вопрос, мучивший всех троих.

– Если предупредил о том, что обе непонятные формы жизни у него, – значит, хочет что-то уточнить, – пожал плечами Пес.

– Хорошо, если так, – коротко отозвался Нежить.

– А что еще? – удивился Егор.

– Думаешь, не поверили ученые в байку, что мы отыскали проход в стене? И теперь будут выпытывать правду? – высказал собственную догадку Ворон.

– Думаю, ты прав.

– Мы же им не расскажем, как все было, правильно? – Пес смотрел на обоих с надеждой в глазах.

– Пассажиры видели, что происходило. Они, конечно, не поняли ничего, но если их спросят, расскажут о неких огненных мотыльках, – протянул Александр.

– Так попросим их держать языки за зубами. Тем более что пассажиров не звали, только нас троих, – продолжил искать варианты молодой.

– Ладно, разберемся. Не берите в голову, – ответил владелец «Зонохода». – Пальчик – не такой человек, чтобы сталкеров нагибать. Он скорее грудью встанет, лишь бы отмазать.

– А Кельвин? – поинтересовался Ворон. – Если он от Конторы работает, отвертеться будет сложно.

– Кельвин женат на бывшей секретарше Пальчикова. По любви, – возразил Нежить.

– И откуда ты все знаешь? – поразился Егор. – А если это прикрытие? От Конторы всего ожидать можно!

– Они до сих пор вместе, стажер. На кой черт ему фиктивная жена-осведомитель, если сам ее из Зоны увез? Женщина теперь не в курсе происходящего внутри научного городка. Нельзя быть таким подозрительным, – укоризненно покачал головой сталкер в черном.

– Ну, не знаю. – Пес прищурился. – А если все совсем не так, как мы тут накручиваем? Просто ученым нужны уточнения. Кто, кроме нас, может рассказать о том, что происходило с гражданскими? Конечно! В этом дело!

Напарники замолчали. Тишину нарушил неугомонный Егор.

– Слушай, наставник, давай Ворона себе оставим, – заявил Пес, будто Ворон не шел сейчас рядом. – Он смышленый.

– Да я-то не против. Только, кажется, он собрался уйти из Зоны, – ответил Нежить. – Смурной ходит, задумчивый.

– Опять?! – воскликнул Пес. Александр пожал плечами и не ответил.

– Если что, я только за. Останется – с удовольствием приму в группу. Так что дело за ним самим.

– Что скажешь? – с надеждой спросил Пес.

– Прости, сейчас ничего определенного. Давай после Пальчикова поговорим, – откликнулся Саша.

На Флоре уже знали о появлении в поле зрения камер отряда военных сталкеров. Начальник лагеря примчался, будто скинул прожитые годы по мановению какого-нибудь артефакта. Даже Лева отстал.

– Наконец-то! Как я рад вашему появлению! Позвольте, а что здесь делают гражданские? И где остальные? Домой вернулись? Но почему…

– Все, кто остался, – тут, – прервал поток вопросов Александр. Профессор оглядел команду и помрачнел.

– Простите, я не знал. Очень жаль. – Пальчиков помолчал. – Тем не менее время не ждет. Ваших спутников вновь разместят в административном корпусе. На этот раз обязательно сдайте вещи на чистку! Обязательно, вы слышите? Таскать на себе зараженную радиацией и еще Зона знает чем одежду в высшей степени безответственно! Более того, опасно! Временную замену получите, я распоряжусь!

– Нам, если можно, один номер на троих, – попросил Графоман. – Так и спокойнее, и веселее. Пока спасателей ждем, хоть будет с кем поговорить.

– Понимаю. Раз вам так хочется, почему бы и нет. А вы, сталкеры, идете со мной в лабораторию. – Пальчиков еле сдерживался, чтобы не схватить троих бродяг в охапку и не пуститься бегом.

– А уколы делать не будут? Я страсть не люблю всякие прививки, – опасливо уточнил Пес. – И лаборатории не люблю! Разве что из уважения к вам, профессор.

– Посмотрим на ваше поведение. Шучу! Пошли уже, а? Колючий, размещайте людей!

Профессор чуть ли не вприпрыжку спускался к лабораторному комплексу. Сталкеры позади хмурились, каждый из них дорого бы дал, чтобы оказаться подальше от непонятного «дела», об участии в котором их согласия никто не спрашивал.

– Что происходит? – решил прояснить ситуацию Ворон. – Зачем мы снова здесь?

– Сейчас я вам все объясню! Только прежде нужно кое-что увидеть!

Так ничего и не поняв, сталкеры размышляли, не стоит ли совершить побег. Но, во-первых, подобное поведение вызовет подозрения, и пока неясно, стоит ли портить отношения с научниками. Во-вторых, пришлось бы бросить пассажиров, а это уже ни в какие ворота не лезло.

В лаборатории сталкеров встретили Лева, лаборант Вениамин, еще двое незнакомых молодых людей, на вид – записных ученых, и… Кельвин.

– А зачем тут начальник вашей охраны? – с подозрением спросил Пес, при этом смотрел на друзей с видом, означавшим «я же говорил».

– Осуществляю безопасность, – искренне и открыто улыбнулся тот. – Вещи куда-нибудь сложите, чтобы не мешали.

Сталкеры пожали плечами и свалили рюкзаки прямо на пол. Так, чтобы легко добраться до них в случае необходимости.

– Итак, приступим! – торжественно провозгласил Пальчиков и махнул рукой.

Вениамин переключил рубильники – шторки на боксах поползли вверх.

– И что? Ту дымку вы уже показывали. А это что за мужик? – недоуменно поинтересовался Пес.

Сталкеры переглянулись, но пока воздержались от вопросов. Лева задохнулся от такой наглости Егора. Кельвин же приложил немалые усилия, чтобы не расхохотаться.

– Внутри этого человека находится вторая сущность. Следует уточнить – мужская, так что вы были правы, когда назвали его мужиком. – Пальчиков заложил руки за спину и остановился перед боксом с охранником внутри. – Ранее обнаруженное существо, напротив, является женщиной, и, как мы поняли, подругой создания-мужчины.

– Рады за отечественную науку, – заговорил Ворон. – Но при чем здесь мы? Ничего нового рассказать никто из нас не сможет, так объясните, для чего нужно наше присутствие?

– Дело в том, что мы с коллегами приняли решение вернуть невольных гостей нашего мира в их естественную среду обитания. Если выражаться точнее – домой.

– А почему бы просто не уничтожить? – ляпнул Пес.

– Это не представляется возможным, – быстро ответил ученый, стараясь не замечать набычившегося Митяя. – В принятом решении мы руководствовались не только опасением в небезопасности нахождения обладающих разрушительными способностями существ в нашем мире, но и вероятностью, что этими способностями заинтересуются военные.

– Правильное решение. Кто его знает, для каких целей дымки эти понадобятся начальникам! – поддержал профессора Нежить. – Обязательно надо избавляться, и как можно скорей!

– Значит, вы нас понимаете! – вдохновился ученый. – Но каким образом это сделать?

Сталкеры напряглись. Они переводили взгляды с Пальчикова на Леву, с зама на лаборантов, на Кельвина. Безопасник сидел в кресле и изображал скуку, утомленность научными премудростями.

– Уважаемый Митяй, как представился нам второй гость, для удобства использующий позывной охранника, которого он… в которого он вселился, подсказал нам выход.

– Он сказал, что мы должны найти человека, сумевшего открыть проход в защитном поле. Вы об этом в прошлую встречу упомянули. – Кельвин понял, что руководитель «Флоры» еще долго не рискнет перейти к сути.

– Ну и как, нашли его? – изобразил любопытство Ворон. – Так в чем же дело? А этот Митяй после отъезда гостей будет жив?

– Нет, – ответило за всех существо. – Мне жаль, но человек погиб, живо лишь тело. Я обману, если скажу, что не хотел этого. Но я боялся потерять ее, поэтому и приложил руку к смерти нескольких людей.

– Руку, которой у него нет, – вполголоса съехидничал Пес. Он был ошарашен не меньше остальных и теперь пытался скрыть замешательство.

– Да, в вашем понимании рук у нас нет. Но мы не рвались сюда, не собирались оказаться в незнакомом и полном опасностей мире. И уж тем более наносить вред! Мы только хотим вернуться домой, – эмоционально объяснил Митяй. – А ключ к возвращению – кто-то из вас. Ведь это вы смогли создать проход в моем Заслоне.

– И кто же, по-вашему, такой кудесник? – саркастически спросил Ворон.

– Этого мы не знаем. Надеемся, вы сами расскажете, – признался Пальчиков.

– А если нет? – уточнил Пес.

– Но послушайте, вы же согласились, что настолько опасные существа не должны попасть в дурные руки! – воскликнул ученый. – Неужели вы не хотите исправить эту чудовищную ошибку, совершенную, как мне ни прискорбно, моими коллегами?

– Предположим, мы раскроем карты. Что будет потом с этим самым «ключом»? Вы ведь не сможете скрыть такое знание от руководства. – Палец в черной перчатке указал куда-то вверх.

– Лично я ни о чем докладывать не собираюсь! – решительно заявил Пальчиков. – По соображениям безопасности наших сограждан здесь и за Периметром, если хотите!

– Я тоже. Просто отправьте их домой, и забудем уже об этом кошмаре, – заявил Лева.

– Я, представьте, полностью согласен с учеными. Но вот поверите ли вы мне – это сложный вопрос. – Кельвин поднялся из кресла и встал перед тремя хмурыми бродягами.

– Хорошо. Если вы действительно беспокоитесь о нечистоплотных вояках, внезапных пропажах вагонов, появлениях очагов радиации и прочих опасных проявлениях, тогда признаюсь – проходы сделал я, – сказал Нежить. – Только, пожалуйста, никаких расспросов. Меньше знаешь – дольше работаешь, – остановил гигант бросившегося к нему профессора.

– Он врет! Это я открывал проходы! – выступил вдруг Пес.

– Прекрати, момент упущен, – осуждающе глянул на него Ворон, и Егор стушевался.

– Делайте как знаете! Вечно не слушаете меня! – обиженно пробурчал Пес.

– Что ж, осталось только откалибровать аппаратуру, и приступим к финалу. Митяй, вам есть что еще сказать? – Пожилой ученый получил отрицательный ответ и кивнул. – Тогда покиньте тело, мы начинаем. Ох, снова мигрень разыгралась. Никак не отучусь нервничать!

Пальчиков извлек из футляра лечебную «таблетку» и пристроил на виске.

– Это что? – подозрительно спросил Митяй. – Надеюсь, вы сдержите данное обещание и не попытаетесь обмануть!

– Что вы, конечно нет! – Ученый отправился к боксу, на ходу отдирая от кожи маленький артефакт. – Вот, можете проверить.

– Фу, уберите! – Митяй мгновенно побледнел и отшатнулся. – Простите, я верю вам.

– Молодые люди, несите сюда «излом», – распоряжался руководитель. – Лева, излучатель готов?

– Готов и проверен, – доложил зам. – Можно начинать.

Два лаборанта вернулись, аккуратно неся в руках куб с артефактом внутри. Когда они проходили мимо сталкеров, с интересом наблюдавших за приготовлениями, «излом» шевельнулся и заблестел, излучая красноватое свечение.

– Это что за новости? – удивился Пальчиков. Лаборанты замерли.

– Опять алое свечение! – поморщился Александр. – Интересно, воро́ны уже слетелись?

– Какие еще вороны? – не понял Пес.

– Ах да! Я же забыл рассказать! Перед тем, как вагон пропал из метро, я видел неслабую такую воронку из птиц. Они кружили над платформой «Купчино» как приклеенные, но, похоже, никто, кроме меня, их не видел. А может, просто не обращали внимания. Потом алый сполох и – вжик, вагон исчез. Это как-то связано, профессор?

– Раз никто больше этого не видел, как вы говорите, – нетерпеливо ответил ученый, – я склонен думать, что сыграло ваше подсознание. Этакое сталкерское чутье. Вы – Ворон, вот и увидели стаю. Так, вернемся к артефакту! Что с ним…

– Это если бы я был на его месте, мне стая кружащих собак бы привиделась? А Нежити? Даже подумать страшно! – оборвал Пальчикова Пес.

– Не знаю, не могу сказать, – раздраженно бросил ученый и притронулся к вискам, проверяя, на месте ли «таблетка». – Молодые люди, подойдите к сталкерам. Нет, вот отсюда начните.

Два парня пожали плечами и отошли в сторону, артефакт тут же замер, свечение погасло. Когда куб оказался рядом с Вороном, изменений в его поведении не произошло, артефакт «молчал». То же самое повторилось и с Псом. Но как только лаборанты приблизились к Нежити, артефакт подскочил и засиял. И чем ближе он оказывался к гиганту в черном комбинезоне, тем ярче его «Зоноход» окрашивался в алый цвет, становясь похожим на форму группировки «Фронт».

– Значит, это действительно вы, – удовлетворенно произнес ученый. – Все, ставьте «излом» к излучателю! Вот так.

– Нет, не так. – Нежить шагнул к кубу, отщелкнул крышку и рукой вынул артефакт из контейнера, не слушая возражений обоих ученых.

Сталкер в черном направился к боксу с существом-женщиной. Артефакт в его руке полыхнул, и внутри «тюрьмы» создания возникла маленькая воронка. Дымка отпрянула, но потом все же несмело подплыла к темной дыре и пропала в возникшей вспышке.

В этот момент у Кельвина, ошарашенно наблюдающего за происходящим, сработала рация. Тревожный голос сотрудника громко прозвучал из динамика:

– Шеф, не знаю, что там снова надумали эти ученые, но у нас тут вороны с ума сошли! Прямо над лагерем в небе кружит огромное кольцо! Сколько же их! Со всей Зоны, что ли, слетелись? Шеф, вы бы сказали им заканчивать эксперименты! Это реально пугает!

– Принял, иду в лабораторию. – Рация отключилась.

– Ну, чье тут подсознание птиц вызвало? – ехидно спросил Александр.

Тем временем Нежить, убедившись, что существо-женщина исчезла в открытом портале, повернулся к соседнему боксу. Над бездвижным Митяем металось в воздухе второе создание. Оно тыкалось в стекло, пытаясь пробиться к опустевшему боксу.

Сталкер поднес «излом», вновь зажегся портал. Существо-мужчина отскочило назад, но тут же решительно скользнуло в клубящееся кольцо. Новая вспышка, и в боксе остался лишь мертвец.

– Исчезновение двух сигнатур подтверждаю. Сканеры больше не фиксируют никакого присутствия. Призраков в том числе, – сдавленно отрапортовал Вениамин. – Осталась еще одна, но она совсем не такая.

– Какая еще одна? – Пальчиков очнулся и бросился к компьютеру. – Действительно, новая сигнатура. Наверное, это «излом».

Нежить повернулся к напарникам и подмигнул им.

– Счастливо, ребята. Может, еще увидимся. Но я не хочу рисковать. – При этих словах перед черной фигурой возникло пятно портала. Оно растянулось в стороны, пока не достигло размеров Нежити.

Сталкер шагнул внутрь, Пес с Вороном, завороженно наблюдавшие за манипуляциями друга, с криками сорвались с места, но было поздно. Портал схлопнулся, на металлический пол лаборатории с грохотом свалился медленно затухающий артефакт.

– Сигнатура исчезла. Значит, это не «излом»… – начал Веня.

– Это была его сигнатура, – перебил лаборанта Пальчиков. – Нежити.

– Так, мальчишки, вы должны кое-что подписать. – Возник рядом начальник службы безопасности. – Это стандартный документ о неразглашении. Ставьте свои закорючки и живите спокойно, но молчаливо. Давайте я пока отвечу на вызов.

– Спасибо, шеф! – произнесла рация. – Вороны разлетелись, все нормально! Больше никаких происшествий не было!

– А ведь сталкер нам не до конца поверил, – высказал общую мысль Кельвин, когда лаборанты ушли. – Ну, Нежить можно понять. Слишком много людей узнали его тайну. Ладно, пойду, еще сотрудника похоронить надо. Профессор, я пришлю ребят за телом?

– Да-да, – рассеянно сказал профессор, с какой-то тоскливой жалостью глядя на притихших напарников.

Ворон удерживал Пса, словно боялся, что парень наделает глупостей. Молодой содрогался всем телом, безумные глаза шарили по лаборатории, не задерживаясь нигде. Александр и сам ощущал лишь горечь. Эта утрата окончательно добила его.

– Простите, я не хотел, чтобы все кончилось именно так. – Пожилой ученый опустился в кресло и судорожно вздохнул.

Напарники молчали. Ворон повел не сопротивляющегося Егора прочь из лаборатории.

Через несколько минут сталкеры постучались в номер к пассажирам. Открывший дверь Графоман в зеленом халате радостно улыбнулся:

– Наши вернулись! Ну, как все прошло? А где Нежить?

Леха вгляделся в застывшие лица спасателей и отошел в сторону, пропуская в номер. Там Злюка с дедом накинулись на них с расспросами.

– Мы знаем не больше вашего. Нежить пропал, – мертвым голосом Ворон еще больше напугал пассажиров.

– Как пропал? Совсем? – ахнула Злюка.

– Мы не знаем, – повторил Саша. – Ничего не знаем.

Оцепеневших сталкеров усадили в кресло. Агриппина захлопотала над «спасателями», больше походившими сейчас на нахохлившихся воробьев, чем на опытных бродяг. Дед молчал, глядя в пол, Леха мерил шагами номер, не зная, что сказать.

– Налейте Псу чая, я должен рассказать Колючему о случившемся, – произнес Ворон и вышел из номера.

Полковник-военстал встретил Александра в дверях выделенного ему кабинета, усадил сталкера за стол.

– Я уже знаю, что случилось, безопасник рассказал. Как там Пес? – Колючий тараторил в несвойственной ему манере, но и он не мог найти подходящих слов.

– Завтра с утра идем на Искорку. Надо оповестить военных, пусть встретят гражданских за Периметром. И я тоже ухожу с ними, – совершенно бесцветно произнес Ворон.

– Так, – выдохнул Колючий. Он побарабанил пальцами по столу, затем поднялся и заходил по кабинету.

– Ладно, вас можно понять – потеряли друга. Но ведь нужно выяснить все до конца. Куда он исчез, когда вернется… Нежить жив, пока нет доказательств обратного. Слышишь меня?

– Слышу. Но больше я не могу здесь находиться. Как я жалею, что поддался на твои уговоры, полковник. А теперь снова потерял людей, ставших мне близкими! – Сталкер ударил кулаком по столу так, что стоящие на нем предметы подпрыгнули. – Ведь ушел уже, начал в себя приходить, и на` тебе, опять смерть. Опять душа на куски! Все, не могу больше!

– Хватит ныть! – Колючий тоже повысил голос, заговорил громко и зло. – Нюни распустил! Он ушел, только послушайте! А злые дяди бедного мальчика заставили вернуться и страдать! Ты спас троих людей, которые без тебя тоже погибли бы еще там, в этом драном Лесу! Я все понимаю, но не твое нытье! Да эти пассажиры мне уши прожужжали о том, какие замечательные люди вытащили их из беды! А ты… – полковник удержался от грубого выражения, только махнул рукой. – Послушай, Ворон, ты теперь не только за этих троих отвечаешь. Пес горюет не меньше тебя, да о чем я, конечно, гораздо больше! Они уже давно вместе, как братья друг другу! Сам подумай, каково ему сейчас! А ты все из Зоны бегаешь, как мальчишка, что при любой беде прячется и скулит, жалеет себя!

Ворон вскинул голову, ярость в глазах горела пламенем. Колючий не отводил взгляда. Постепенно Александр осознал, что военный сталкер прав.

– И что ты предлагаешь? Мне ему теперь нос вытирать? – пробурчал Саша.

– Не предлагаю, а прошу! Ну уйдешь ты, и что тогда? Парень совсем один останется со своим горем. Поддержать надо! – Колючий почувствовал перемену в настроении сталкера. – Вам обоим помощь нужна, вот и помогите друг другу! Вместе вы справитесь со своими бедами, а там, глядишь, и друга вернуть сможете! Я верю, найдете способ! Пальчиков поможет, без сомнения!

Теперь Ворон и сам видел, насколько глупо чуть не поступил. У него появилась цель. И надежда.

– Спасибо тебе, полковник, – с чуть заметным сарказмом произнес Александр. Крепкое рукопожатие завершило беседу.

В номере Пес медленно звенел ложкой, размешивая остывший чай. Вернувшийся сталкер подсел к столу, плеснул себе крепко заваренного напитка и захрустел печеньем.

– Что тебе Колючий сказал? Не томи, ирод! – произнесла Злюка. Дед с Лехой смотрели на уплетающего вкусности Ворона, в их глазах плескалась надежда.

– Да что, нахамил, солдафон! А потом кучу советов надавал, ценных. В общем, распорядок дня такой: ужинаем, ложимся спать, утром ведем вас домой, а сами тут остаемся искать нашего здоровяка.

Пассажиры заулыбались, Пес оторвался от своего занятия и поднял глаза на напарника.

– Вот так, – подмигнул ему Ворон.

Наутро отдохнувшая команда разыскала Колючего. Полковник оглядел бодрую Злюку, гладко выбритого Товарища, задумчивого Графомана, кивнул сталкерам и скомандовал своим военсталам строиться. Через несколько минут он повел отряд по направлению к Искорке.

На «Точке-два» Колючий оставил пятерых спутников и пошел договариваться о проходе за Периметр.

– Все, прощайтесь, через пятнадцать минут нас будет ждать Проводник, – сообщил вернувшийся полковник.

– Ну вот, скоро будете дома, – необычно тихо начал Пес. – Не забудьте, там станция рядом, как раз в Купчино доедете, а дальше на метро.

– Я на трамвае, – усмехнулся дед. – А то мало ли.

– И я, – сказала Злюка. – Провожу его, вдруг хулиганы какие-нибудь привяжутся. Еще поломает кого. А ты, Леш?

– Да, согласен, – рассеянно ответил Графоман. Он как-то странно вел себя, постоянно отвечал невпопад.

Колючий вновь ушел и вернулся уже не один, с каким-то военным – лысеющим немолодым дядькой с большими звездами.

– Алексей! Живой! Ну, спасибо, полковник! Я этого не забуду. – Дядька полез обниматься к насупившемуся вдруг Лехе.

– Да что я, товарищ генерал-лейтенант? Это вот, сталкеров благодарить надо, – показал на бродяг Колючий.

– Я вам признателен, – сухо произнес генерал. Злюка громко и невежливо хмыкнула. Товарищ сурово разглядывал высокопоставленного чина.

– Прекрати, дядя! – вспыхнул вдруг Графоман. – Ты зачем все это устроил? Я слышал, грозился какими-то неприятностями, а теперь даже поблагодарить нормально не можешь! Эти ребята рисковали собой, чтобы нас спасти! Впрочем, чему я удивляюсь? Ты всегда был таким! Пес, Ворон, не поминайте лихом! Спасибо вам!

Алексей порывисто обнял Ворона и Пса, покраснел и дал дяде себя увести.

– И от нас спасибо, сталкеры, – за себя и вытирающую слезы Злюку сказал дед. – Адреса и телефоны у вас есть. Ждем встречи! Очень ждем, ребятки.

Разрыдавшаяся Агриппина повисла на спасателях, пятная «лесники» мокрыми солеными каплями. Те в ответ крепко обняли тетку. Дед только и смог кивнуть на прощание, потащил Злюку за маячившим в другом конце зала Колючим.

– Ну вот и закончился квест, – тоскливо сказал Пес. – И остались мы вдвоем.

– Один закончился, второй уже начался, – улыбнулся Ворон. – Теперь нам с тобой надо Нежить отыскать. Так что давай, возвращай наглого Пса, он нам пригодится, пока поисками занимаемся!

Егор улыбнулся, две ладони громко встретились, по пустому залу разнеся звук хлопка.

В это время гражданские собрались возле выхода за Периметр. Проводник раскрыл двери, пропустил вперед генерала, не отходящего от Графомана, следом зашли пожилой мужчина и неопрятно одетая женщина.

– Осторожно, двери закрываются! – привычно произнес Проводник. – Следующая станция – Петербург!

Алексей, переминавшийся с ноги на ногу, поймал взгляд Злюки, вырвал руку из генеральской хватки и выскочил наружу, крикнув на прощание:

– Я остаюсь! До встречи, друзья!

Товарищ перехватил рванувшегося следом генерала.

– Оставь его, он правильно поступил. Я за него спокоен, – сказал дед, твердо и чуть презрительно глядя в глаза дяде Лехи. За его спиной вновь хмыкнула Злюка. Через секунду вокруг них запорхали огненные мотыльки.