- Это интересное предложение, - вынужден был согласиться Кселс. – Цена?

- За сорок один обелиск, по одному на каждом из одиннадцати континентов и на дне каждого из тридцати обитаемых морей, мы хотим с каждого нераида по килограмму чистого триниума, округлённо двести тысяч тонн. Обелиск у звёздных врат в подарок. За следующие торг уместен, - изложил Итачи свою драконовскую цену. Для сравнения - на Земле железо добывается сотнями миллионов тонн в год.

- Я передам ваше предложение нашему правительству.

- Выплата не вся сразу, разумеется, - добавила Саманта, смягчая условия. – Мы установим сразу все сорок два обелиска, а выплату за них вы растянете на десять лет. В день установки только первый платёж в тысячу тонн триниума.

- Я вас услышал.

- Эм, Сэм, в день установки? – неуверенно переспросил Дэниэл.

- Учиха всяко осилит переброску глайдера внутри себя, - уверенно заявила Саманта. – Так ведь?

- Вероятно. Точно скажу, когда все мы испытаем обратный переход из внутреннего мира Кселса в реальный, - уклончиво ответил шиноби. – С морем поможет Фиса, - специально для брата, кивнувшего, дескать, понял.

- Есть одна проблема - у меня не осталось сил для того, чтобы выпустить вас, - Кселс мрачно сгустил краски.

- У твоего ворона их достаточно, чтобы долететь до Такайи. Заодно она ЗВ-одиннадцать выпустит. Наши коллеги у неё, ведь? – для протокола уточнил Итачи.

- Да. Но мне нужны гарантии, что вы здесь, во мне, ничего больше не сделаете, - набычился Кселс, глянув на кристаллический туннель.

- Извини, минутку.

Итачи взялся за Фису, вытянувшуюся над головами и выстрелившую в туннель, вызывая откат.

- Никаких следов не осталось, - констатировал шиноби спустя ровно минуту.

- Верно, - напряжённо кивнул нераида, прислушавшись к себе. – Это тоже, - проведя рукой над столом и указывая на кресла.

- Пожалуйста.

Все встали, после чего стол, кресла, демонстративный обелиск - исчезли.

- При успешном заключении торгово-дипломатических отношений мы можем поделиться с вашим народом адресом мира, где живут те самые Нокс из ваших легенд, но я не уверен, что вы сможете дозвониться или пройти. Ещё поделимся доступным адресом мира, где живут вот такие земноводные разумные, тоже отстоявшие свой мир у гоаулдов и технически развитые, - Дэниэл смог сам вообразить Нема, слишком хорошо запомнившегося ему. – Фундаментом отношений послужит наша честность – мы обещаем ничего тут больше не делать, - за всех высказался командный дипломат.

- Гм… - Кселс явно заинтересовался адресами превыше транспортников. – Этих гарантий мне хватит, - он не ощутил лжи и потому доверился, ибо его могли и поработить, однако допросили об общей картине мира и вернули свободу воли для разговора. - Для ответа моему народу понадобится время, от недели до месяца.

- Это приемлемо, - согласилась капитан, довольная вербальной сделкой, которая ляжет в её личное дело приятной и весомой характеристикой.

- Тогда ждите.

Кселс порывисто прошёлся до саркофага-ванны и лёг внутрь, чтобы вернуться к управлению вороном, без его внимания взлетевшего с тотема в патоку воздуха. Никто из четырёх «непрошенных» гостей не кинулся изучать саркофаг - не польстился на способность превращаться в кого-либо.

- Пока всё складывается в лучшую сторону, - довольно заметила капитан, стоя перекатываясь с пятки на носок в ожидании перемещения в реальный мир.

- Вот что значит разговор по душам – недоразумение улажено, - согласился Дэниэл. – Лучше сразу бы так, без крайних мер.

- Действительно, - поддакнул Тилк, внутренне радуясь возможности во всех следующих миссиях переносить рюкзак внутри себя, а не снаружи, когда он изнуряет и существенно стесняет движения.

- Сосредоточьтесь, друзья, сейчас будет пример переливания сил и потом перенос наружу, - заострил внимание Итачи, махая рукой на зеркало, где время понеслось вскачь на своей обычной скорости.

Это было поучительно.

Как и ожидалось, освобождённая четвёрка ЗВ-11 ничего не запомнила и была ошеломлена своим появлением в другом месте. Тем не менее, капитан Коннер признал старшинство за ЗВ-1 и подчинился приказу свернуть лагерь. В восемь пар рук справились задолго до истечения часа. По предложению Итачи – Дэниэл, Саманта, Тилк опробовали свои новые способности на камнях из развала после взрыва, демонстрируя ЗВ-11, как с ними обошлись «Духи» индейцев, покровительствующие кочевому народу людей. Наквада не триниум, но кое-какой объём выдерживала. После испытаний каждый из четырёх ЗВ-1 забрал внутрь себя какую-то часть барахла, чтобы не париться с перетаскиванием и показать новую высоту мобильности и уникальности ЗВ-1.

- Слава богу, вы все вернулись! – обрадовался Хаммонд, лично выбежавший встречать обе команды, за спинами которых портал погас. Генерал мысленно списал всё оборудование. – Вам удалась вторая часть задания, капитан Картер?

- Так точно, сэр. Мы достигли устного соглашения о продаже сорока одного обелиска и двух звёздных адресов за двести тысяч тонн триниума.

Чернокожий капитан Коннер аж присвистнул, только сейчас услышав про объёмы.

- Превосходно! Брифинг через полчаса.

- Сэр, ещё кое-что. Позвольте показать, - обратилась гордая Картер.

- Разрешаю, капитан.

У взвода охраны, у операторов, у самого генерала глаза на лоб полезли, когда от соприкосновения рук перед и с боков пандуса стали появляться коробки со всеми вещами ЗВ-11.

- Это такая благоприобретённая способность, сэр, сродни доступу к кеш-устройствам, - Итачи спокойным голосом обогнал вопрос, отобразившийся на лице.

– Бонус за душещипательные отношения с духами, - выразился Тилк, чем вызвал ухмылки на лицах друзей.

- К доктору Фрейзер сразу после брифинга, - заключил впечатлённый Хаммонд.

- Есть, сэр. Мы спасём полковника О’Нила, - Картер позволила себе пошутить.

Хаммонд хмыкнул и направился налево, а обе команды пошли направо, сдали кровь с мазками из ротовой полости и отправились в раздевалку.

Полный чакрой Итачи оставил вместо себя клона плоти и поспешил в альтернативную реальность. Он оставил Кселсу достаточный намёк, что продаётся нечто большее, чем долговечная транспортная система. Обелиски – это ещё и тренажёры, которые помогут нераида обучиться самостоятельной телепортации, сперва по родственным связям, потом произвольно. Это стоит двухсот тысяч тонн триниума. К тому же, Итачи был уверен, что в утверждённом руководством обеих сторон варианте будет значится полная оплата всего в две тысячи тонн и сразу после установки транспортной системы с доставкой приобретённых ресурсов по этой самой транспортной системе обелисков. И перемещение даже таких объёмов сырья похоронит рестрикцию Пентагона касательно расположения транспортных модулей – лифтовая система базы Шайенн не справится с таким объёмом за приемлемые сроки, так что в двух залах за кольцами на двадцать восьмом уровне поставят по обелиску, а вот гоаулдский модуль заменят на выращиваемые кристаллами кольца ТокРа, доступ к которым возможен только с других таких же колец.

Переместившись в альтернативный мир Нераида и благополучно сбежав до того, как прибудут «духи», Итачи в десятке с лишним километров остановился на ранее разведанном призывными воронами ручье с каменистым дном. Шиноби вырастил свыше тысячи зёрен обелисков. Призвав всю стаю из Мира Животных, ниндзя поделился со всеми чакрой на создание каждой особью девяти теневых клонов. Каждая птица взяла в клюв кристаллическое семя. Группами по десять вороны разлетелись в разные стороны, принявшись растить обелиски на нынешних стоянках индейцев, у озёр и берегов рек, в чащобах, с обеих сторон горного хребта, у удобных для рыболовства бухт на океаническом побережье и так далее. Эдакая милость великого ворона Кселса. Учиха надеялся, что населяющие материк сэлиш без технологических шор на сознании быстрее научатся самостоятельной телепортации, нежели нераида. А даже если и нет, то не суть важно: обладателю копирующих глаз хватит любого примера. Не мытьём, так катаньем…

Глава 31, шпионский романс.

Увы, напарники и О’Нила не спасли, и сами застряли. Доктор Фрейзер задалась целью измерить все возможные показатели с разного вида нагрузками: сперва подзавязку «напихаться» обычными булыжниками и пройти МРТ, ЭКГ, сдать все анализы, выполнить упражнения на гибкость и выносливость, в общем полный спектр. Вечером рядом с озером Грум, представлявшим собой луговое пастбище для коней, кое-кто воплотил элемент плана в виде чаши пруда. Эта огромная ёмкость послужила хорошим измерительным инструментом для выяснения объёмов внутреннего пространства в литрах поглощённой воды. Правда, лишь для трёх из четырёх. После воды во вторник нагружались тоннами продуктов питания и проходили все те же тесты, затем очередь за простыми пороховыми боеприпасами, следующая по списку атомная бомба, за ней лава. В общем, доктор Фрейзер уточняла все нюансы, закабалив на всю неделю.

Тем временем в среду на Земле грянула публичная сенсация для узких научных кругов. Работающий в Калифорнийском университете знаменитый химик мексиканского происхождения в понедельник слетал на Гавайи и взял пробы лавы и газов для анализа по заказу Департамента Национальной Разведки, раскошелившегося аж на услуги авторитетного Марио Молина, получившего три года назад Нобелевскую премию по химии. Во вторник в лабораториях солидного университета обнаружили новый химический элемент и назвали его наквада. В ночь со вторника на среду спецрейсами доставили образцы лавы и дыма вулкана Килауэа в Массачусетский технологический институт и в Гарвардский университет. В среду CNN сняла горячий репортаж прямо с места открытия, запечатлев бурные эмоции первооткрывателей и выпустив в эфир, но без нагнетания ажиотажа вокруг открытия. В среду же образцы отправили в Европу. В четверг Гарвард и МТИ подтвердили сенсационное открытие. В пятницу и европейские химики выявили миллиграммы нового вещества с необычными свойствами. Название наквада прилипло как приклеенное, хотя предлагали поименовать марио, молиниум, гавайний, тихоний и так далее. В общем, обывателей это мало коснулось, разве что туристический сезон на Гавайях оказался сорван из-за высокой активности военных и наплыва всяких химиков и физиков, устроивших суету вокруг прославившегося на весь научный мир вулкана, устойчиво рождающего новый химический элемент.

О’Нил со вторника курировал изучение хатака на Абидосе. Дэниэл в свободное от тестов и медицинских мероприятия время зависал в Интернете, по большей части общаясь с коллегами по темам тех статей, которые Кэтрин Лэнгфорт помогла издать и которые вызвали интересные отклики; после редактур Итачи он стал разборчивее в словах и формулировках. Саманта тратила время на программу адресного набора, вместе с двумя кодировщиками создавая режимы для адресации восьми шевронов и для трёх выборочных шевронов. Тилк занимался кунг-фу в компании с клоном плоти Итачи, чаще вдвоём, поскольку Шишантонг имел своё расписание, включающее проводимые для него курсы английского языка.

Выдавшиеся «свободными» будни шиноби провёл за освоением ниндзюцу чидори, красиво названного «тысяча птиц» из-за чириканья электричества, собираемого в руке. Этот приём разработал Хатаке Какаши, которому когда-то умирающий напарник подарил шаринган в левый глаз, выколотый в бою. Копирующий Ниндзя, как прозвали Хатаке Какаши за открытое воровство чужих ниндзюцу в пользу АНБУ Конохи, попытался на свой манер воспроизвести Райтон Чакра Модо, покров из стихийной чакры Молнии, которым в совершенстве владели правители Кумо в Стране Молний. Пусть райтон концентрируется в руке, однако стихийная чакра Молнии присутствует во всём теле, ускоряя его близко к преодолению звукового барьера. Высокая концентрация райтона в одной точке позволяет пронзать большое количество защит.

Ниндзюцу чидори передалось от сенсея к ученику, последнему представителю клана Учиха в Конохе. Обладатель родового додзюцу улучшил переданный ему приём, сумев придать различные формы. Старший брат перед смертью разглядел в деталях, но за отсутствием разработанного родства со стихией Молнии не использовал. Как видел мангекё шаринган Итачи во время срежиссированного сражения с его младшим братом, Саске довёл чидори до логического конца: во-первых, сразу генерировал райтон с нужным свойством, которое Какаши достигал за счёт объёмов и силы сжатия, тем самым Учиха резко снизил нагрузку на тело и общие траты чакры; во-вторых, он «обул» эту особенную стихийную чакру в разные формы, в которые обычную стихийную чакру Молнии замаешься загонять.

Итачи овладевал ниндзюцу чидори в расчёте на несколько форм. Копьё – для преодоления личных защит гоаулдов и стационарных силовых полей, таких как заслонка на звёздных вратах священного мира Дакара. Сенбоны – для одновременного убийства отрядов из десятков джаффа. Иглы – для болезненной парализации противников, как малыми группами, так и батальонами. С той паралитической «кометой», которую Итачи разработал для харакеш, массовых атак не произвести. И переложенных на харакеш выстрелов затниктель тоже не сделать больше одного за раз. А ниндзюцу чидори позволит разгуляться.

Применяя кеш-устройство, Итачи без удивления выяснил, что харакеш в случае с ниндзюцу чидори заменяет шаринган, позволяя создать чакру с нужным свойством и придать ей форму того же пучка сенбонов или луча-копья. Памятуя о Райтон Чакра Модо, в котором райкаге оказывались быстрее аналитических способностей додзюцу шаринган, Итачи спалил десятки клонов плоти, пробуя ускорить мышление и реакции за счёт чакры «птичьей молнии». С харакеш не удалось, эксклюзивные кольца даже за счёт сочетания кристаллов тоже не справились. Ниндзюцу чидори под другое заточено, для себя и для «курьерского запуска» сверхзвуковых призывных ворон нужно заново изобретать покров из стихийной чакры Молнии либо как-то откатывать завершённую версию чидори от Саске до варианта Какаши и завершать с акцентом на ускорение.