За ужином Большой зал гудел тремя факультетами – у Слизерина словно траур. Уизли. Гриффиндор. И этим всё сказано. Вся выпестованная за последние полвека идеология ненависти рассыпалась карточным домиком перед историческими фактами, запечатлёнными в интерьерах. Вслед за Гриффиндором - и Ровенкло, и Хаффлпафф обнаружили у себя закрытые помещения, в отличие от других факультетов, запертые просто из соблюдения равенства, ведь два других факультета по схожим причинам лишились своих помещений и пользовались теперь общими на занятиях. И у Ровенкло, и у Хаффлпафф сохранилась на местах мебель и остались книги начала второй половины девятнадцатого века, только живых портретов не нашли, их всех вынесли перед закрытием. И тренировочные залы вместо манекенов и мишеней у Ровенкло содержали рунические круги для отработки новых чар, а у Хаффлпаффа ещё оказалась своя кухонька, прядильный и ткацкий станки, столярная и кожевенная мастерская. А вот Слизерин как ни старался, ничего не смог найти, даже пресловутых шахт.
Работающий по понедельникам Клуб Журналистики ожидала грандиозная работа по сочинению статьи, наброски которой начали делать члены клуба с каждого факультета, в том числе и со Слизерина, где после ужина состоялось срывающееся на истерики и крики общее собрание факультета, посвящённое переезду из подземелий на самую верхотуру. Да, профессор Флитвик таки вскрыл чары и отпер салон, где остался лишь слой праха: ни паркета, ни мебели, ничего, только толстый и неровный слой праха, кучками обозначавшего места, где высились столы или шкафы, где стояли люди. Даже металлические предметы и те обратились в прах, убранный директором. Бывший салон оказался пуст и безопасен. Всё исконное общежитие Слизерина в Лестничном Донжоне проверили и признали совершенно безопасным и пригодным для жизни. Светлое, тёплое, просторное, удобное. Если не считать «любви» с Гриффиндором и прямой потайной двери в кабинет директора, то вариант всем бы понравился. Да и так больше половины слизеринцев пожелало покинуть противно-грязные в свете колдозвёзд подземелья и заехать в чистейшие и просторнейшие спальни по двое-трое, а некоторым комната достанется и вовсе в единоличное пользование. Споры получались жаркими. И декан Снейп мало в них вмешивался, поскольку сам толком не мог решить, стоит ли ему переезжать следом в имевшиеся неподалёку от входа в общежитие апартаменты, явно некогда принадлежавшие декану Слизерина и ныне пребывающие в законсервированном виде, а вот класс зельеварения наверху отсутствовал. В общем, слизеринцы перецапались друг с другом, покусали словами и расползлись спать по своим мрачным норам.
У преподавательского состава, квасившего в учительской, настроение было ничуть не лучше, ближе к похоронному, в том числе по той причине, что на Кухне погибло более двадцати домовых эльфов – мгновенная смерть мумификацией из-за экстренного высасывания магии и отключения подпитки со стороны Хогвартса.
В то время на трёх других факультетах перед отбоем устроили грандиозные вечеринки с тортами и другими сладостями из кухни Хогвартса.
Третья учебная неделя в Хогвартсе закончилась эпично и бурно.
Глава 47, чрезвычайное происшествие.
Поутру в понедельник квиддичисты и ребята пятого курса впервые занимались в полноценном спортзале, идеально проветриваемом, слегка прохладном и умеренно суховатом. Школьники разошлись осваивать новьё, потерявшись на просторах. Без физрука каждый сам составлял программу в меру своего уразумения.
Вчера Поттер самолично обратился к декану, попросив переделать первый тренировочный зал в спортивный, перенести и утроить спортинвентарь из влажного помещения бассейна сюда, добавить к потолку канаты и кольца, добавить простых механических тренажёров (журналы с примерами у Гарри нашлись), создать обручи со скакалками, кеглями, мячами, волейбольной сеткой. Дети вспомнили и про батут – две штуки теперь стоят! И прорезиненное напольное покрытие вместо камня или дерева. Получилось организовать достойно обставленное помещение, где по центру ещё оставалось место для подвижных игр. Второй зал обозвали «колдозалом» и оставили как есть. Заклинательный зал тоже не трогали: старшекурсникам на вновь ломающих программу занятиях у Флитвика предстояло учиться пользоваться такого рода помещениями. Все три зала физически располагались в Башне Гриффиндор, под холлом-гостиной, потому магия домовика легко распространялась на них, радуя Тоби, и Вонки к бассейну получил расширение зоны ответственности в виде новой гостиной.
Поутру в Большом зале директор Дамблдор важно стоял у пюпитра с совой, ожидая, когда все соберутся на завтрак. Школьники шептались о радостной речи, но началось всё с выцветания красок в траур.
- Здравствуйте, дети. В связи с известными событиями вчера замку Хогвартс не хватило магии, из-за чего погибло двадцать два домовых эльфа, - директор сделал драматическую паузу, чтобы все прониклись сказанным. - Безответственное поведение приводит к трагедиям, - веским тоном изрёк Дамблдор и вновь сделал перерыв в речи. – Замок стар. В обеспечение работы открытых вчера помещений необходима магия, ресурсы которой ограничены. К сожалению, я вынужден отдать приказ об изгнании части привидений и усыплении части живых портретов, которые тоже потребляют магию Хогвартса. Сегодня ужин не начнётся и все мы не отправимся спать, пока каждый ученик не принесёт в Большой зал живой портрет на усыпление, - властно постановил директор, возлагая ответственность за случившееся на детей. – Насыщайтесь, - разрешил Дамблдор, и еда на столах появилась, а сам он пошёл к своему трону.
Всё праздничное настроение школьников сменилось подавленностью.
Поттер знал истинную причину. Теневой маг позавчерашней ночью расплатился этими паразитами с демоном Желания из больницы Святого Мунго за своё обучение на примере исцеления фантомов Фрэнка и Алисы Лонгботтом, а также за посредничество в договоре с дементорами Азкабана за выпивание души у всех с Чёрной Меткой – всего десять человек. Сам демон Желания не может подцеплять «пуповины», но научил Гарри Дайлена подхватывать связь с Источником Магии, хоть домовика, хоть ученика. И это Поттер в число идеально убиенных на Кухне включил сумасшедшего Добби, мнившего себя свободным, и Винки, вместо работы целыми днями горевавшую по жизни у Краучей, а остальных тунеядцев и халтурщиков подсказал школьный дух Долга.
- Что за уныние, друзья? – оптимистично произнеся и с удовольствием кладя в рот вторую ложку обалденной овсянки со сметаной, просто пальчики оближешь!
- Гарри, как ты можешь? Если бы мы не вскрыли старые помещения, эльфы были бы живы, - хмуро упрекнула Гермиона.
- Туда им и дорога. Может быть, это из-за кого-то из них мне не хватило прямого подключения к замку, - заявил Гарри и отправил в рот следующую ложку.
- Это не доказано и вообще, тебе их вообще не жалко, что ли? – давила Грейнджер.
- Герми, а тебе разве не жалко манекен, которого ты долбишь оглушающими? Или трансфигурированных мышек?
- Это другое!
- Это из одного ряда. Вот Букля или Живоглот – да, другое дело, но не эти искусственные создания, пусть и с некоторым разумом, - переубеждал Поттер.
- Чёрствый сухарь, - вынесла вердикт Гермиона, отвернувшись.
- Кстати, Колин, передай дальше по столу, пожалуйста, пусть Джинджер, Метти, Глен, Уоллес прямо сейчас проверятся, не появилась ли у них ниточка к полу, - попросил Поттер, доподлинно зная, что демон Желания подключила всех первогодок и некоторых второкурсников, кто прежде не имел связи с замком.
- Сейчас, Гарри, - вскоре откликнулся Криви и передал просьбу дальше.
Гарри Дайлен намеренно так поступил, зная, что после слов директора каждый с такой ниточкой вместо былой гордости испытывает страх за свою жизнь и боязнь самого Хогвартса. Магия - это Желание. Когда все дети поголовно сами отключатся от подпитки, артефакт сработает по алгоритму, при полном отсутствии обучающихся реально уменьшив насыщенность магией всех своих помещений. Директору придётся проводить повторное надевание Распределяющей Шляпы с полным карт-бланшем той на то, кого и куда отправить, чтобы все были подключены и чтобы замок вновь ожил; но вряд ли Дамблдор на такое решится, когда колдозвёзды не просто подпитывают магией подобно прямому подключению к Источнику Магии, а помогают организму самому быстрее восстанавливаться, что гораздо полезнее. Просто так висящие живые портреты в магически бедной среде сами уснут, а ещё «лишний» свет отключится, очищение кроватей и шкафов, лестницы встанут намертво и прочее, что вполне можно пережить… как-нибудь… Что сложнее пережить, так это гибель вообще всех домовиков, когда их связи тоже будут свёрнуты. После такого дети ни за что не дадут надеть на себя Распределяющую Шляпу, даже если директор публично покается в свершении им чудовищной ошибки. Пусть в школе работает штат реальных людей! Самое главное, что матёрым Демонам будет плохо в бедной магией среде, они покинут Хогвартс, чтобы их место заняли более слабые. Поттер даже подумал, а не в этом ли истинная цель Дамблдора, который ценой своей репутации очистит школу и спокойно отойдёт от дел, сдав пост директора Макгонагалл? Ещё вопрос финансирования открыт…
- Рон, а ты чего скис? У тебя разве нет на примете портрета, который тебе досадил? – пристал Гарри к убивающемуся соседу.
- Есть… но это не избавит меня от клейма убийцы домовиков… - с лёгкой паникой произнёс Уизли, услышавший разговоры за столом Ровенкло.
- Ты это брось, друг. Это взрослые виноваты, что запустили замок, в котором раньше действовало гораздо больше помещений, чем несколько вчера задействованных. Видите ли, нет денег для найма артефактора и взломщика проклятий, чтобы починить те же лестницы. Это косяк взрослых, который они без стыда вешают на детей, думаю, желая привить ответственность за свои поступки. По мне так крайне неудачно…
- Ай-яй! Ой, мамочки! – взвизгнула первокурсница, у которой появилась ниточка к полу. – Я теперь тоже умру-у-уи-уи-и… - горько разревелась девчонка.
- Вот, что я говорил, - заметил Гарри.
За первой впечатлительной особой и все другие первогодки, у кого раньше отсутствовала связь, целенаправленно проверились, ужаснулись и заревели. За младшими и более старшие испугались внезапной смерти, когда Хогвартсу вдруг не хватит магии. Весь такой многоцелевой урок Дамблдора обернулся против него, фактически сорвав завтрак и первые уроки.
- Герми, а ты-то чего испугалась? – ободряюще приобняв бледную соседку, которой тоже кусок в горло не лез. Раз взрослые продолжают воспитательный урок, стоило направить ситуацию в желаемое теневым магом русло.
- Т-тебе хор-рошо, нет связи… - с заиканием выдала Грейнджер, готовая пустить слезу как другие девчонки.
- Ох, Герми, Магия – это Желание. Не хочешь эту нить? Так порви её палочкой и успокойся, - посоветовал Гарри Дайлен. – Только потом не пожалей.
Грейнджер решительно взялась за дело, как и другие соседи за столом, слышавшие слова Гарри. За первым успехом последовали другие. Судорожно оборвавшие свою связь с замком дети быстро успокаивались.
Примерно через четверть часа не осталось ни одного ученика, который был бы астрально связан с Хогвартсом. И тут внезапно все ощутили убыль магии. Знаменитая иллюзия неба на потолке угасла, волшебный свет потух, некоторые блюда из золотых стали деревянными и не удержали часть содержимого, повально заснули живые портреты. Вопреки наличию преподавателей, без учащихся замок активировал протокол консервации перед давно назревшим перезапуском всей магической системы.
- Господин Директор! Господин Директор! – раздался верещащий голос домовика, появившегося прямо на столе перед Дамблдором, заламывая уши. – Все домовые эльфы стали каменными, только Сонкей остался! Сонкей теперь один! Совсем один! А все каменные, живые, но каменные! Господин Директо-ор! Хнык-хнык…
Вставшему с места Дамблдору явно было не до домовика. Старик скороговоркой в усы проговаривал заклинания и активно махал волшебной палочкой, та аж свистела от скорости, извергая разноцветные потоки, сгустки, лучи, летящие то к потолку, то в пол, то к погасшим светильникам.
- Дети, - предельно строгим и сухим тоном громко обратилась заместительница директора, очень бледная и очень суровая. – Наедайтесь скорее и на занятия, уроки никто не отменял.
- Гарри, Гарри, что происходит? – тревожно зашептал Рон, без проблем различая у декана предельную тревогу, проскальзывающую и на лицах всполошившихся преподавателей, особенно не сдержанной была Трелони, предсказавшая крах и прах.
- Все ученики отключились от замка. Без учеников школа выключилась, - так же тихо ответил Гарри.
- Как выключилась? – ошарашенно переспросил Уизли.
- Как ночник Невилла, который сам включается при его бодрствовании и сам выключается при его засыпании.
- С чего ты это взял, Гарри? – строго спросила Гермиона, поджимавшая губы и нервно комкавшая мантию.
- Обычная логика, Гермиона. Как ноет Сонкей, домовики стали каменными, но живыми. Анимированные картинки тоже застывают, когда в них остаётся мало магии, но стоит добавить, как рисунки оживают. Замок – артефакт. Как особняк Блэков или мэнор Малфоев, только громаднее и функциональнее. Эм, всем рекомендую наесться, пока еда на столах есть, а то обед и ужин сейчас некому готовить.
- Точно, - оживился Рон и зашумел столовыми приборами, набивая рот.
Дин, Симус, Невилл последовали его примеру.
- Тут такая трагедия, а вы только о еде и думаете, мальчишки, - попеняла Лаванда, промакивая мокрые глаза платочком.
- Не обижайся, Лаванда, но посмотрим, как ты запоёшь, когда живот к полудню заурчит, а кушать будет нечего. Наедайтесь впрок и тосты соберите, хоть с водой ими закусим в течении дня. Готовьтесь к суровым временам, - предрёк Поттер.
- Ты так уверен, Гарри, что директор ничего не сможет сделать? – спросил Финниган, сглотнув. Уважение к Дамблдору у него рухнуло ниже плинтуса.