Участок печати был грубо и успешно взломан, все прочие чары стали стремительно расплетаться.

Картинка с замком за три секунды стала прозрачной до полного исчезновения, открыв тёмный проход с лестницей выше.

- Вау… - кто-то выдохнул запоздало.

- Вперёд старост не лезть! Мы проверим на безопасность! – засуетился Рон.

- Всего две минуты, - заявила Грейнджер, походя подвесив в воздухе циферблат Темпуса с зарядкой отсчёта на пару минут ровно.

- Маджикус Экстремус Люмос Максима, - тем временем спереди раздался голос Поттера, взбежавшего по т-образной лестнице наверх и включивший общий свет, хотя был день.

За спиной ринувшегося вверх Золотого Трио загалдели все разом. Но парни с шестого и седьмого дружно перекрыли проход, хотя им самим очень хотелось тоже подняться по нему вот прям сейчас, а не через две минуты. Они бы и так не услышали, что творилось там, дальше, в открытых помещениях, но убежавшие туда перестраховались с заглушкой.

Троице предстала действительно оставленная впопыхах гостиная в древесно-зелёных цветах с серебряной отделкой, с одной полукруглой стеной и одной прямой, посередь которой располагался огромный камин, с боков которого подъёмы в женские и мужские спальни, а ближе к стенам высокие двустворчатые арочные двери в два других помещения. Массивная английская мебель, кожаная обивка, размеры для удобства подростков. Чары Хогвартса давно справились с проклятьем и поддерживали некоторую чистоту. На стенах там и тут дремали портреты, ставшие просыпаться от света и громких голосов, но толком не успели: мощное Акцио сорвало сразу все картины, которые стал заглатывать волшебный мешок. Второе Акцио женским голосом призвало все книги, полетевшие в женскую сумочку.

- Там тренировочный зал, ещё портреты и книги! – доложил Рон, довольный миссией разведки.

Гарри и Гермиона побежали туда, позавидовав огромному залу со множеством манекенов и мишеней. Почти четверть круга, как и гостиная.

- Там раздевалки и бассейн, - доложился Рон, чуть запыхавшийся от быстрого бега по залу, эхо его топанья по камню долго не стихало. – Представляете, из душевых можно и сюда, и в коридор со спальнями попасть!

- Значит, и у нас так тоже сделано. Я видела подходящие фрагменты магии, - обрадовалась Гермиона.

Во вторую дверь из гостиной они попытались сунуться, туда, где располагался злополучный салон с далеко не самым удачным местом кровавого ритуала. Дверь не шелохнулась, в свете трёх колдозвёзд густо сияя множеством запирающих чар.

- Харлей!

- Харлей прибыл, сэр Поттер, - прянул ушами домовик, исподволь с интересом оглядываясь.

- Держи, развесь их по мансарде, чтоб видели Лондон, - передавая свой мешок с живыми портретами.

- И этот тоже, - Гермиона нехотя протянула свой мешок.

- Тут книги, Харлей, позаботься и каталогизируй, пожалуйста. Хозяину я сообщу Патронусом.

- Харлей всё исполнит, сэр Поттер, - поклонился домовик, радуясь работе помимо стирки.

- Свободен, - отпуская домовика. - Отлично, друзья. Впускаем остальных?

Рыжий и кудрявая кивнули, вихрастый отменил свою заглушку.

- Сонорус. Можно входить!

- Ай! Предупреждать же надо! – заворчал Рон, у которого зазвенело в ушах.

- Так я же сказала вербальную формулу, - пожала плечами Гермиона.

- Экспекто Патронум. Сириус, Гриффиндор только что вломился в запечатанную с наполеоновских войн общагу Слизерина в шапке Лестничного Донжона. Все книги и живые портреты переправлены в Блэк-хаус. Пожалуйста, приобрети печатный станок для тиражирования домовиками знаний двухвековой давности. Ещё бы древним живым портретам сделать живые копии, а то Фадж сожжёт экспозицию еретиков. Извини, крёстный, что как обычно всё внезапно! Счастливо.

Пока Поттер наговаривал послание, народ толпой ввалился в светлую и просторную гостиную, площадью примерно как теперешняя, расширенная гостиная Башни Гриффиндор. Мальки пронырливо сунулись в приоткрытую дверь в тренировочный зал, ни о каком шухере думать уже не думавшие. Многие из детей ринулись посмотреть на спальни. Коническая крыша подразумевала тот же принцип уменьшения площади спален от старших курсов к младшим. Так дела и обстояли, акромя количества. На каждый курс у мальчиков и девочек приходилось по три спальни, отделанных в дереве и малахите. В каждой вдоль одной стены стояло по три обычных для Хогвартса кровати с балдахинами, у стены напротив одёжные шкафы, у окна стол с табуретками. Освещение состояло из двух висящих на цепи чаш с пылающим огнём, также дающим много тепла и никакой копоти на зеркальных отражателях. Всё добротно и красиво, если не считать истлевшее бельё и оставленные нараспашку тумбочки да шкафы. Никаких личных вещей магия не оставила, упаковав всё.

Никто из грифонов не следил за тем, как бегом бежал по чётко выстроившимся лестницам Дамблдор с Макгонагалл и Снейпом на буксире. Если бы не Распределяющая Шляпа, сообщившая о факте открытия изначального общежития факультета Слизерин, взрослые бы ещё долго продолжали молоть языками о том, стоит ли и как реагировать на выходку Гриффиндора с дарением живых портретов Слизерину. Естественно, некоторые дети, идущие по своим, несомненно, важным делам, заметили бегущих взрослых. Если взрослые бегут, значит, где-то катастрофа, значит, там интересно, значит, надо следом и можно ещё позвать других…

Среди поднимавшихся по главным лестницам оказалась и делегация факультета Слизерин к факультету Гриффиндор. Присутствовавший в общаге на момент «дарения» Теодор Нотт не сдержался, заржав гениальному решению грифонов, тогда как сами змеи тоже чего только не придумывали из-за собственных соглядатаев, к которым теперь добавились возмущённые гриффиндорские живые портреты, начавшие хорохориться, возмущаться или ныть сразу же, как Зупи снимал с них чары, пока только приставляя картины к стене. Новых, да ещё таких гоношистых и говнистых постояльцев факультет аристократов терпеть готов не был абсолютно. Вот и пришлось старосте брать свиту и шествовать разбираться с придурками, посмевшими решить свою проблему за счёт других – посмевшими выкинуть свой мусор не туда.

Некоторые гриффиндорцы остались таращиться на светлую гостиную прежнего Слизерина, в основном глазея на потолочную роспись, где студенты с гербами Слизерина и Гриффиндора вместе что-то планировали у столов с макетами замков, вместе дрались против стаи болотно-зелёных драконов, вместе получали какие-то награды. Оба герба факультетов были красиво расположены рядом над камином, занимая важный центр внимания. Вот на них-то с расспросами, что да как, и напали-насели влетевшие в гостиную взрослые с палочками наизготовку, словно тут скрывался ужас-ужас, от которого вот прямо сейчас всему миру настанет каюк.

А позади директора с двумя деканами остались расколдованные ими портреты, увидевшие отпертый вход в изначальную гостиную Слизерина, который всю неделю ранее гриффиндорцы пытались вскрыть, даже директор как-то днём приходил и палочкой долго махал. Нарисованные люди разбежались по другим портретам, запустив по Хогвартсу молнию жаренной новости, взбудоражившей всех живых обитателей, в свою очередь, со всех ног помчавшихся тоже отхватить порцию приключений и тайн школы.

Снейпу, Дамблдору и Макгонагалл не удалось выгнать детей из, по их мнению, опасных помещений, потому что взрослые слова про безопасность натыкались на детское недоумение: колдозвёзды высвечивали абсолютную чистоту вокруг, совершенно никаких опасностей нет, так зачем же уходить?! А тут так здорово! И виды из окон великолепные! Взрослым, из-за доброго директора не предпринимавшим жёсткие меры, оставалось собой защищать подступы к последней закрытой двери, к которой Филиус Флитвик гордо и независимо подлетел у всех над головами на своём новомодном матово-синем щите с чёрным вороном, с пятницы даже на своих занятиях профессор Чар открыто пользовался заклинанием Мобилискутум от Поттера - вместо стопок книг.

Так бы и длилась оборона взрослых от наплыва детей, не шепни кое-какой очкарик кое-какому рыжему кое-что на ухо. Подзуживаемый другом староста набрался смелости:

- Сонорус. Гриффиндор! Айда искать игровой салон и тренировочный зал в Башне Гриффиндора!

Мантии с анимированными грифонами дружной толпой, галдя и отдавливая ноги, направились на выход, запруживая проход, по которому наверх стремились любопытные школьники с других факультетов. Благо т-образная лестница помогла упорядочить активное движение.

Минерва Макгонагалл потёрла висок разболевшейся головы. Альбус Дамблдор печально и напряжённо выдохнул. Снейп являл играющую желваками бледность. Флитвик скалился, едва ли не носом водя по запертой двери со множеством древних запирающих чар, бросающих профессиональный вызов современному профессору Чар.

- Минерва, дорогая моя, будь добра, проследи, - тревожно обратился начальник Альбус к подчинённой. – Они ведь найдут и проникнут…

Профессор трансфигурации молча уменьшилась, превратившись в пятнистую трёхцветную кошку, ловко метнувшуюся между детских ног.

- Следующей вскроют вашу горгулью, директор, - мрачно предрек-пошутил Снейп.

- Смею надеяться, Северус, я не всему факультету насолил… - ещё печальнее выдохнул Дамблдор, покосившись на увлечённого изучением Флитвика, подающего сейчас плохой пример школьникам.

Тут какой-то первогодок в мантии с синими воронами встал на цыпочки и дотянулся до какого-то украшения на стоящем напротив камина между окнами солидном серванте, где раньше на полках стояли книги. Горгулья от его настойчивого щупанья повернулась.

- Ой! – упав на попу из-за внезапно отъехавшей в сторону мебели. - Ого!!!

- Потайная дверь!!! – звонко заорал его подельник.

Десятки детских взглядов тут же нашли источник и приковались к новому.

- Алохомора! – в представшую перед всеми дверь сразу ударило более десятка отпирающих заклинаний.

- Дети, осторожно! – спохватился Дамблдор.

Обитый металлическими полосами массив двери открылся… Проход явил заднюю стенку какого-то шкафа.

- Депульсо! – Алохомора! – Иктус! – дети были скоры на руку с палочкой.

Шкаф с жуткими звуками грохнулся, открыв… кабинет директора с фениксом, который слетел с жёрдочки защищать вотчину от внезапного вторжения с неожиданной стороны.

Снейп нервно зашёлся каркающим смехом. Горгулья была? Была. Вскрыли? Вскрыли.

- Дети, это мой кабинет. Пожалуйста, не входите, я позже для всех желающих проведу экскурсию. И лимонными дольками угощу, - пообещал Дамблдор, оказываясь рядом.

Почему-то все отпрянули только после упоминания лимонных долек. Что не помешало кому-то с колдофотоаппаратом наоборот сунуть нос внутрь и сделать снимок, и это точно был не Криви, уже сделавший серию снимков и побежавший обратно в Башню Гриффиндора, дабы не пропустить ещё одно эпохальное открытие в школе.

- Спасибо, Фоукс. Репаро Максима, - произнёс директор, направляя чары на упавший шкаф, сам собой поднявшийся вместе со всем содержимым, никому не видным.

Дурной пример заразителен. Школьники с удвоенным усердием принялись всё щупать и осматривать в поисках других механических тайников, которые, безусловно, имелись, были найдены и вскрыты. Тут уж Снейп не зевал и реквизировал бутылки спиртного более чем двухсотлетней выдержки.

Тем временем гостиная Гриффиндора наконец-то была избавлена от никому не нравящихся гобеленовых обоев, за которыми обнаружилась отделка из красного дерева с золотом, а также гербы Слизерина и Гриффиндора как двух тесно друживших факультетов. И да, прямое подключение к замку старосты Грейнджер и невольное подражание за Гарри, ходившему туда-сюда и разглагольствующему о том, как здорово было бы найти истинную гостиную Гриффиндора, игровой салон и тренажёрный зал, дали свои результаты – в стенах внезапно проявились широкие двухстворчатые двери: самая большая на главной стене напротив входа, одна у стены близь входа в женские спальни, одна у стены справа от входа к парням.

Первая дверь действительно вела в просторную и настоящую гостиную, которая оказалась совершенно пуста, а на камнях стен, пола и потолка виднелись следы боя. Отсюда имелось ещё два выхода, надо полагать, в библиотеку и салон, но повсюду запустение, словно всё приготовили к ремонту после массового заруба, но так и не начали ничего восстанавливать. Окна выходили на запад и были ниже всех спален, размещение угадывалось сходу – Западно-дворовая Башня напротив Виадука.

Два других прохода по лестницам спускали с разных сторон на одну и ту же тройку залов, по золотой пропорции поделённых между тренажёрно-заклинательным залом для медиков и для боевиков. Сперва для младших курсов с обычными мишенями. Минус второй этаж для средних курсов: механические манекены, затупленное учебное оружие на стенах, всякие интересные приспособления. В медицинской части было куда скуднее, словное многое растащили перед тем, как запереть. Никаких флаконов с зельями, ингредиентов и прочего. Окна позволяли однозначно утверждать, что оба зала размещены в стволе Башни Гриффиндор, точно под холлом с камином, ранее более полутора веков служившего крохотной гостиной факультета. В самом низу для старших курсов один большой пустой безоконный зал куполообразной формы с рунным полом и стенами. Всюду символы грифонов и герб школы, яшма и янтарь, красная и золотистая древесина – приятные глазу оттенки цветов факультета Гриффиндор. И да, с каждого этажа тренировочного комплекса мальчикам можно было попасть в знакомые душевые мальчиков, а девочкам в их вотчину, - удобные петли.

Макгонагалл успела вбежать кошкой в гостиную до сдёргивания красных обоев и не узнала её. Доклады и реальность существенно различались. Запрыгнувшая на спинку одного из трансфигурированных диванов кошка особенно долго пялилась на каменную инсталляцию, пока колдозвёзды не подсветили подписи. Почему-то кошачьи глаза увлажнились, и тогда рядом с пёстрой кошкой с понимающей рожей сел рыжий кот по кличке Живоглот, который ежедневно драл когтями гобеленовую завесу, но та всегда чинилась. Стоило только грифонам добиться успеха с проявлением дверей, как оба зверя, словно наперегонки, метнулись вслед за толпой, хлынувшей в центральную. Декану оставалось чуть выждать, показать себя открыто и закрепить волшебные переходы. Как профессор Трансфигурации, Минерва Макгонагалл спокойно справлялась с ремонтом помещений, быстро и отточено выдавая заклинания, напоказ. Такой её грифоны никогда не видели, но детям и подросткам определённо понравилось проявление заботы об их нуждах и публичное разрешение пользоваться всеми открытыми помещениями по назначению. Минерва едва сдерживала слёзы, слушая, как за её спиной девчонки недовольно защебетали о том, сколько же ещё им нужно трансфигурировать мебели из дров, чтобы новыми помещениями можно было пользоваться, и что к Мерлину библиотеку и салон: слева будет женский будуар, а справа мальчишеский свинарник, пусть пацаны сами там устраивают всё, что захотят.