- Подозревать и уличить разные вещи. Я поняла, мистер Поттер. Я спрошу мистера Филча по этому поводу, - хмуро сказала молодая девушка, поправив чёрную прядь.

- Спасибо. Извини, что отвлекаю, Таиз, много времени не займу. Скажи, что такое Патронус? – сев на приставленный к столу мягкий стул с подлокотниками.

- Это магическая сущность, принимающая вид какого-либо животного, соответствующего характеру волшебника или ведьмы, - выдохнула Блэк-Тонкс, укоризненно глядя на юношу, улыбнувшемуся примерно как директор, уличавший собеседника в глупости. Ещё репетировать и репетировать!

- Тебе лучше самой исправиться, прочтя мой конспект Астрального мира, чем сомневаться в словах пятикурсника, - заявил Гарри Дайлен, протягивая подшитые заклинанием несколько листов.

- Мистер Поттер, вы уверены, что это важно для меня? – скептично глядя на наглого мальчишку.

- Для нас с тобой, в том числе и в учебном вопросе, - внёс добавку Гарри, дабы обет не давил на Таиз.

- Если это будет напрасной тратой времени… - подвешивая угрозу и принимая-таки протягиваемую писанину.

- Уверен, к пользе.

В кабинете наступила тишина. Гарри водил глазами по массивному деревянному шкафу с резными дверцами, по каменной кладке замка, по стрельчатой оконной раме. Живые портреты отсутствовали, к его радости. Минут через десять Таиз вернула конспекты, задумчивое выражение овладело её лицом.

- Думае…те, мистер Поттер, Патронус – это малое воплощение чувства Веры в себя?

- Именно. Также я думаю, что анимаг в животном виде избавлен от клятв и обетов, данных в человеческом облике, - оттачивая важное поправление очков.

- Ах вот оно что! – догадалась Таиз со странным выражением лица.

- Именно. Я полагаю, все эти наркотические жевания мандрагоры и ритуальные танцы с зельем можно отбросить тем, кто, во-первых, владеет Патронусом, а во-вторых, трансфигурацией живого в живое. Я полагаю, заклинание «Amato Animo Animato Animagus» можно повторять целыми днями по несколько раз в любое время, пока не будет достигнут эффект на сердце, который можно проконтролировать визуально в одном из астральных зеркал, показанных профессором Дамблдором. А дальше в спокойной обстановке ещё раз это заклинание и сразу следом трансфигурация себя в известное животное. Выращенная внутри анимагическая форма Патронуса сама вольётся в сосуд, а Патронус потом можно легко взрастить вновь по накатанной.

- А как же аппарация? Я не хочу лишаться аппарации из-за анимагии, мистер Поттер, - Таиз была интересна тема Анимагии как метаморф-магу. В школьные годы она не притрагивалась к соответствующей книге в Запретной секции, но в общих чертах представляла себе сложности, которые умножились бы из-за её плохого контроля своих способностей к превращениям. Ныне всё дело обстоит по-другому.

- Патронус призывается изнутри нас, там он живёт и будет жить в анимагическом воплощении. А зелье принудительно воплощает двойника Патронуса, взращенного с жевания мандрагоры и далее по ритуалу, воплощает рядом с нами. Если приглядеться к профессору Макгонагалл в свете колдозвезды, можно заметить её кошку; лучше её в астральных зеркалах рассмотреть. Поэтому находящееся внутри аппарирует вместе с нами, а о находящемся рядом нужно помнить, настраиваться и производить парную аппарацию, чтобы не разлучаться. Вот, всё логично же.

- Допустим, мистер Поттер. Скажите, как вы себе представляете, гм, любование зайца и дракона? – невесело хмыкнула Блэк-Тонкс, чуть наклонив голову на чудесной шее, на которой Поттеру захотелось оставить свой засос.

- Экспекто Патронум Дуо.

В качестве доказательств к ответу Поттер призвал одновременно двух Патронусов, двух разных – дракона и оленя.

- Э-э?!

- Верю я, что и олень, и дракон оба царственны льву подобно, - вычурным слогом усмехнулся Поттер. – Так и ты, Таиз, можешь вторым Патронусом вырастить себе драконицу, заимев вторую анимагическую форму по тому же принципу, а там и с метаморф-магией сообразишь да меня просветишь. Олень с зайчихой просто гулять вместе могут, а драконы уже и любиться, и воевать. Учти, Таиз, я в любом случае сперва драконом должен стать. Будешь ты заниматься Анимагией или нет, Таиз, я с этого дня начинаю апробацию своего метода. Могу итоговое превращение совершить при тебе для подстраховки, но только при тебе.

- Я подумаю, мистер Поттер, - совладала с собой Таиз, метая взгляд между летающим у потолка драконом с голубя размером, важно шагающим по узорчатому коричнево-жёлтому ковру оленя с собаку размером и юношей, довольным произведённым эффектом и, в свою очередь, пожирающим её саму похотливым взглядом. – А зайцем сами вы не хотите стать?

- После дракона могу и американским зайцем заняться. Они же, вроде, тоже, как кролики, размножаются? – пошло заулыбался юноша, мило зардевшись от мыслей разложить её прямо на массивном столе, пусть сам ещё и не дорос до его высоты.

Таиз фыркнула, краску на лице она не удержала, а раньше бы и волосы тоже вспыхнули розовым. Всё-таки Гарри отчего-то заводил её круче Габриэля, с которым она целовалась ещё на их седьмом курсе, но дальше у них дело застопорилось.

- Всего хорошего, мистер Поттер.

- До встречи, Таиз, - юноша еле удержался от шалости с воздушным поцелуем, тихо закрывая за собой дверь.

Гарри струсил ясно обозначить свою позицию словами, оставляя пространство для манёвра им обоим. Для такой развитой метаморф-ведьмы, как Таиз, Анимагия в масть, как говорится. Он сделал ей шикарный подарок, указав лёгкий путь развития. Всего один подарок, да и тот корыстный: проверять теорию на практике лучше дать опытной ведьме, прежде чем предлагать Анимагию для освоения Гермионой и Полумной.

Оставшийся получас с гаком до обеда Гарри провел на прогулочном дворике у Большого зала, притянув Акцио камень примерно с голову, зачаровав его ещё среди недели данными Гермионой чарами веса и став тягать при помощи Вингардиум Левиоса.

- Здравствуй, Гарри. Балуешься или занимаешься? – поинтересовался Финч-Флетчли, за счёт идеального пробора с правой стороны выглядевший более опрятным.

- Привет, Джастин, - напряжённо здороваясь с барсуком. – Тренируюсь. Давно пора было начать.

- Хм… Акцио камень, - подойдя к оконному проёму, сын богатых простецов призвал схожий по размерам камень с красивым лишайником звездой. – Локомотор.

- Не, в данном случае Вингардиум Левиоса. Фух… Попробуй свой и мой.

Джастин не постеснялся насмешливых взглядов других школьников помладше и постарше, подтягивающихся на обед.

- Экх! Это как так? – удивился барсук, сумев только вызвать дрожь у чужого камня.

- Это утяжеление магией, Джастин. Давай твой сделаю весом с полтонны – сразу ощутишь разницу в подъёме. Отличный тренажёр магической мощи.

- Действуй, Гарри, - дружелюбно разрешил важно выглядящий Финч-Флетчли.

Гарри взмахнул палочкой и по новой зачаровал. Джастин проверил, натужно подняв камень вверх и запыхтев, как чайник.

- Какой простой тренажёр, - восхитился барсук, красиво расшитым золотой нитью платком вытерев капельку пота со лба.

- Пользуйтесь, лентяи, - пошутил Гарри. – Вингардиум Левиоса. Уф!

- Мы не лентяи, Гарри. Просто барсуки умеют распределять время, - улыбчиво заметил Джастин. - Вингардиум Левиоса. Уф! – повторяя за грифоном.

Больше никто не стал повторять: младшие курсы не знали трудное Акцио, старшие не знали редкое Пондус.

Увы, за обедом вновь только Хаффлпафф и Слизерин получили по гигиен-баллу. Старост Гриффиндора и Ровенкло такая ситуация напрягла – эдак их факультеты окажутся в хвосте из-за смешной и позорной банальщины.

После трапезы Гарри скрылся в Выручай-зельеварне. Первый котёл – удовлетворительно. Второй – выше ожидаемого. Один фиал для Слагхорна, в оставшееся содержимое котла Поттер опустил паутину акромантула. Пока клубок размокал, юноша потренировался в чарах веретена для сматывания шёлковой нити из паутины. Мотать пришлось долго и аккуратно. Крепкую паутину трудно порвать, и в данном случае важен процесс разделения на тонкие волокна. Поскольку сама по себе паутина акромантулов очень толстая, а Гарри не имел станка на сотню заколдованных катушек, ему пришлось сперва делить на три, потом смотанное с одного веретена вновь размачивать и повторно делить на три, ещё дважды повторяя, пока не получилось три веретена с приемлемой толщины шёлковыми нитями. Четыре веретена Гарри упаковал для Слагхорна. Сразу и отправил ему достигнутые результаты драконом-Патронусом.

До ужина оставалось более часа, которые теневой маг провёл в глубине Запретного леса. Гарри Дайлен составил план, обречённый на успех.

Оглядевшись, нет ли поблизости фестралов или кого слишком фонящего магией, Гарри выпустил из лакуны во лбу Духа Знаний, своими методами осмотревшего область совмещения волшебного мира и Тени. Убедившись, что один, юноша обернулся мышью и выбрался из вороха одежды, среди которой остался и медальон.

Паук – его первый облик оборотня. Амелл часто сталкивался с моровыми пауками, которые за счёт скверны могли магически плеваться кислотой и кидаться ловчими сетями. Сам начинающий оборотень на Тедасе не успел развить эту свою специализацию до такой степени, чтобы стать моровым пауком – чтобы пользоваться магией после оборота. Обретение облика почтовой совы стало поворотным моментом, за прошедшие полтора месяца накопилось достаточно опыта применения магических способностей летать через Тень, чтобы попытаться и форму паука сделать магической.

Для увеличения шансов на успех затеи теневой маг выбрал идеальное место, где Явь и Навь сходятся. Он избавился от всего лишнего и отвлекающего, чтобы заслуга была чистой. Он активировал Магическую мощь, активировал Боевую магию с Аурой силы и завернулся в Покров тени, - всё это увеличивает шансы на успех. Он дисциплинировал ум и умозрительно создал в памяти желаемый образ акромантула с более толстым хитиновым панцирем, с более подходящими для прокалывания передними конечностями, с более могучими жвалами, с более ядовитыми железами, с более качественной паутиной, а главное – с двумя магическими способностями.

Импульсом выпустив часть скопившейся внутри тела магии в ауру и окружающее пространство, оборотень перекинулся из человека в матёрого паука, вместе с воздухом втянувшего в себя ранее выпущенную магию. На Тедасе бы именно канал в Тень стал связующим между магией в теле матёрого паука и магией в человеческом фантоме, а тут всё настолько близко и без преград, что удалось сходу!

Переступив лапами, матёрый паук харкнул желто-зелёной слизью, словно ошпарившей замшелый валун и быстро разъевшей ветви кустарника рядом с ним, трава от брызг тоже пожухла, теневые сущности растворились без следа. Ещё раз переступив всеми лапами, матёрый паук приподнялся на задних и двинул брюшком, выпуская магический комок паутины, в полёте развернувшейся гораздо большей по объёму ловчей сетью, которая оплела повалившийся кустарник со всех сторон, как если бы обычный акромантул с четверть часа работал над этим.

Оставшийся довольным Поттер ещё дважды менял обличье на человеческое и обратно, закрепляя обновлённый облик и овладевая его новыми способностями. Потом оделся, вылил зелье на куст с паутиной, принял обратно Духа Знаний, убрал все поддерживаемые заклинания и вновь перекинулся в матёрого паука, плюнувшего метров на двадцать и метнувшего примерно на ту же дистанцию комок паутины, развернувшийся в полёте и накрывший траву классического вида паутиной метров пяти в диаметре. Передние лапы подбросили в паутинную ловушку трухлявую корягу – её оплело со всех сторон. Точно так работают и способности арахнецов в Тени.

Матёрый паук внезапно смешно подпрыгнул, превратившись в сову, сделавшую круговой вираж и как-то странно пропавшую, только чтобы вернуться сюда через несколько минут и стать человеком, затёршим следы своей магией заклинаниями Антимагической вспышки и Рассеянием магии. Перебравшись поближе к дебрям у гор, где реальность и Тень разделялись так же чётко, как у Хогвартса, Поттер ещё раз превратился в матёрого паука и испытал его магические способности. Только так и не иначе можно освоиться быстро и гарантировано. Последний на сегодня раз Поттер оборачивался в матёрого паука в Выручай-комнате, где за горами хлама достал из расширенного кармана и увеличил более-менее плоский валун, трансфигурировал его в плиту и навалил в центре всякое дрянное тряпьё, которое не жалко растворить в кислоте, а также из обломков совсем рассохшейся мебели соорудил кучу для опутывания магической паутиной. Вот уж когда нужны эксперименты, так это когда познаёшь способности. Измерить уровень кислотности и степень едкости, диагностировать сцеженный яд, проверить устойчивость и долговременность снаряда магической паутины, ознакомиться с новыми свойствами обычной паутины, как в реальности, так и в Тени.

На ужине к Поттеру прилетел самолётик с короткой запиской: «И.о.п. проявила убедительность».

- Это от кого, Гарри? – как обычно влезла не в своё дело Гермиона, заглянув в содержание.

- Это от завхоза. Теперь все совиные посылки будут досматриваться в совятне.

- У них нет на это законного основания, Гарри.

- Докажи это им сама, я другим методом воспользуюсь.

После ужина дети толпой повалили на дискотеку. Диджей к этому времени при помощи разновидности щитовых чар накрыл двор куполом от дождя, высушил почву, трансфигурировал траву в чудной паркет, приготовил освещение и музыку. Габриэль постарался на славу, угождая всем, начиная с медленных танцев, уместных с набитыми животами, и постепенно переходя к заводному хип-хопу.

Гарри учил Полумну вальсировать, тому мизеру, что сам знал. А с середины дискотеки они сбежали к теплицам, где и целоваться можно было, и диву даваться, наблюдая за животными и растениями, обитающими в Тени. Им обоим понравился вечер, умеренно весёлый, в меру романтичный, закончившийся тихо и мирно.

Глава 45, турне.