Идеально сваренное зелье для пропитки кож Поттер разделил на четыре части, в каждую из которых добавил одну из эссенций. Три не дали особых внешних реакций, кроме заметно поменявшейся магии, а вот в четвёртой выпал чёрный осадок, который Поттер решил отфильтровать, прежде чем закупоривать и передавать результат Слагхорну. Поместив пронумерованные флаконы в трансфигурированную из листа пергамента шкатулку с рельефными грифонами, ученик при помощи Патронуса отправил результат учителю раньше договорённости, зато престарелому волшебнику не надо отныне изображать из себя простеца, гуляя в парке в ожидании почтовой совы.

В сопроводительной записке Гарри Дайлен сообщил, что секрет первой добавки он сохранит минимум год. По второй написал, что на идею его натолкнула шутка крёстного с эктоплазмой, которая может принимать в себя зелья с заклинаниями и которую он смешал с кровью обычного телёнка для получения эссенций.

Поттер не питал иллюзий относительно наставника. Он целенаправленно слил ему выстрелившую идею с эссенциями на основе эктоплазмы. Из уст признанного мастера и профессора Зельеварения эта новость прозвучит весомо, сродни открытию новой области в зельеварении, хотя наверняка кто-то ранее уже догадался до такого же, но приберёг для родового применения, а теперь это станет публичным. Поттер надеялся вызвать массовый интерес, чтобы ко времени его выпуска из Хогвартса в Гильдии Зельеваров накопились новые рецепты дорогостоящих зелий, которые ремесленнику останется только повторять, улучшая качество за счёт своих способностей и навыков да продавая дороже. Вдобавок, это был пас в ворота полукровок и тех, кто живёт на два мира, как Финниганы, которые при помощи эктоплазмы могут теперь превращать в магические компоненты колоссальное разнообразие производимых простецами эфирных масел, микстур, травяных сборов и мириады других продуктов, пригодных для зельеварения. А если Слагхорн окажется подельником гильдейской мафии и зажмёт рецепт, Поттер в октябре сольёт его через школьный Клуб Журналистики в редакцию «Новостей Волшебного Мира».

Как позже в утреннем письме восторженно писал Гораций, номер один получил десятипроцентное улучшение всех свойств, номер два отлично справился с дублёной кожей и размягчил задубевшую – идеал близок. Номер три работал только на телячьей коже, качественно её пропитывал и даже превращал обычную кожу в магическую, отчего на ней начинали исправно работать одно-двухсоставные руны. Номер четыре превращал обработанную кожу в живую, что требовало повторной обработки перед использованием по назначению, а это лишало приобретённых свойств. В общем, Слагхорн всю ночь не спал, но таки смог добиться почти полного повторения образцов под номерами три и четыре (как подозревал Поттер, добавлением крови единорога).

Перед самым ужином дракончик-Патронус нашёл старосту Грейнджер, попросив выгнать всех из башни и задержаться там. Гермиона сама догадалась, для чего, сама смекнула применить Нокс на картинах, погасив свет и по возмущённым крикам поняв, что для живых портретов наступила кромешная тьма. Гарри добавил на картины заглушки. Тоби попросили опросить всех грифонов, помыли ли они руки перед едой. Вдвоём Грейнджер и Поттер за четверть часа справились с наложением на гостиную Гриффиндора чар расширения пространства, вшестеро увеличивая площадь. И Поттер таки прокатил Грейнджер с ветерком, как до того Рона, только остановились они до входа в Большой зал, дабы лишний раз не нарываться. Девушке понравился полёт!

После ужина гостиная Гриффиндора бесилась, охотясь как на «кровавых мышей», так и на девчоночьих единорогов с кроликами и барашками. Теперь места всем хватало – свалили на декана! За этот вечер все первачки освоили чары Вердимиллиус. А уж как только не извращались более старшие курсы, в лучшем случае оставляя на стенах подпалины от Инсендио, отчего все живые портреты, за ужином пережившие «глухую ночь», предпочли трусливо сбежать на другие картины. У старосты Грейнджер сегодня выдалась самая обширная в жизни практика заклинания Репаро. Художники-аниматоры классно потренировались да развили на весёлой практике своё понимание нюансов профильных чар. Утомившиеся и счастливые дети отправились на боковую ещё до официального отбоя – такая учёба всем по нраву.

Глава 43, кошмар и счастье Дина Томаса.

Поттер решил для Уизли задать тему сна про учёбу Экспеллиармусу у капитана команды по квиддичу и побывать там статистом, из любопытства. Зря. Рональду приснился бред о том, что Анджелина, любящая большие размеры, при помощи Экспеллиармуса отбирает у него член и приставляет к себе. Летая меж статуй рыцарей и сшибаемых собой картин, Рон отчаянно бьётся, возвращая своё мужское достоинство удачным попаданием Экспеллиармуса, пока его вновь не обзывают косолапой курицей на метле и не отбрасывают следующим Экспеллиармусом, лишая члена. Да, это всё верхом на мётлах происходило во время нелегальных гонок по Хогвартсу.

Покинув сновидение Рона в самом начале, смущённый Гарри понадеялся, что он правильно интерпретировал чужой сон по выученным толкователям и что опыт с секс-куклой придаст рыжему товарищу уверенности в себе.

На очереди Дин. Для него сюжет конкретен, для чего потребовалось отправляться в гости вместе с Духом Знаний в облике Альбуса Дамблдора.

Начинается с того, как факультет шумно вваливается в Большой зал на завтрак. Фальшивое небо на потолке являло грозу с мельтешением страшноватых теней, живо напоминающих дементоров. Вроде стали рассаживаться как обычно, когда директор встал с трона и выпустил из палочки направленный свет Патронуса, защищая от демонов Страха и Ужаса, желавших испортить трапезу – желающих наведаться и попировать на юношеском кошмаре.

- Эй?! Вы что творите?! – хрипло вскричал побледневший Дин, когда все соседи достали волшебные дробовики, стрелявшие зелёными искрами, превращавшими учеников на соседних столах в кровавый фарш с реками крови и разлетающимися внутренностями.

- Так это же нарисованное!

- Это всё копии!

- Директор новых трансфигурирует!

- Мир есть воображение!

- Всё вокруг иллюзия!

Посыпались выкрики детей, с маниакальным гоготом устроивших кровавую баню.

- Гарри, Гарри! Ты тоже?! – оборачиваясь на особенно громкий выстрел Поттера, на самом деле направившего оружие на прорывавшегося в сон демона, по которому шарахнул Молнией и взорвал при помощи Экспульсо Максима, выбрасывая полумёртвого из сновидения Томаса.

- Я помогаю директору, - лаконично ответил теневой маг, делая из волшебного дробовика-палочки следующий выстрел вверх со словами: - Экспульсо Максима, - и совмещая его с заклинанием Каменного кулака, чтобы вышибить ещё одну пока ещё не проявившуюся в сновидении неясно-призрачную фигуру незваного демона.

- Остановитесь! Хватит! Сто-оп! – заорал Дин, ужасаясь кровавой бойне, продолжавшейся до победного конца. – Симус, прекрати!

- Так весело же! – и Финниган в упор взорвал рыжую башку Уизли. - Смотри, как здорово разнесло мозги по стене!

Дина стошнило.

Вакханалия постепенно перебросилась и на самих грифонов, весело поубивавших друг дружку. Вскоре только Дамблдор остался, отгоняя тени, да Гарри, продолжавший стрелять по спускающимся теням, выкидываемым обратно в страшное грозовое облако. И ещё сам Дин, с иканием и взахлёб рыдающий посреди кровавого побоища.

- Экспекто Патронум! – воскликнул Поттер. Эхо его властного голоса разнеслось по Большому залу, залитому кровью и заваленному трупами, раскуроченными дробовыми выстрелами. Большой дракон воспарил под потолком, став лапами и хвостом вышибать всё более многочисленных «дементоров».

Навзрыд льющий слёзы и сопли Дин, заикаясь, пытался выпросить прощения, что это он во всём виноват.

- Мальчик мой, успокойся, - подошёл добрый директор, дождавшись признания вины. – Ты ошибся от незнания, Дин Томас. Всё ещё можно исправить, мальчик мой. Вспомни третий курс и своё недоумение тем выводам, что Гермиона Грейнджер словно могла находиться одновременно в двух местах. Магия всё ещё может исправить, Дин.

- Правда? – всхлипнул юноша с огромной надеждой.

- Да, мальчик мой. У тебя есть час, чтобы научиться кодировать поведение анимации при повреждении, потом магия отправит тебя назад во времени, когда ты ещё можешь успеть всё исправить. Приступим?

- Д-да! Да, профессор Дамблдор! – торопливо вытирая сопли и слёзы.

- Выйдем в коридор, Дин, - протягивая руку, помогая встать, мягко кладя руку на плечо и слегка подталкивая.

Они удалились, двери в Большой зал за ними закрылись, охранять сон от вторжения демонов страха нужда отпала. Гарри первым покинул сновидение Томаса, чтобы охранить снаружи. Страхи разбежались, поняв, что им тут ничего не светит, кроме уничтожения, а они хотели быть взлелеянными; серьёзных угроз нет.

Ожидая компаньона, Гарри пару раз направил на Невилла заклинания Очищения и Восстановления: до быстрой фазы сна и во время оной, чтобы благодать как-то отразилась через подсознание и помогла в борьбе с одолевающими парня страхами и неуверенностью в себе. Раза в неделю хватит в обеспечение постепенности накопления изменений, которые легко спишутся на грифоний медальон Блэка. Главное правильно приурочивать к событиям в реальности. Вот как сегодня – стимул учиться от завидно довольной рожи Ли Джордана. Гарри и с Роном так планировал поступать, но строго в ночь с субботы на воскресенье для привязки к ощущениям от секса, чтобы младшему сыну Молли Уизли следующим летом стало невтерпёж жениться хоть на ком-то по своему выбору, чем когда-то потом по заботе маменьки.

В прошлую ночь теневой маг очень удачно отремонтировал манекенов, очень-очень условно напоминающих фигуры людей. Десяток перед ужином притащил в гостиную Гриффиндора, по пять на расширенные позиции девушек и парней перед входами в их спальни. Не только Рон покидался в них заклинаниями, и Симус, и Дин, и Невилл, и сам Гарри. Собственно, по старшим курсам спальнями так и подходили, ворча на разбегавшуюся малышню, преследующую рисованных летучих мышей.

Сейчас теневой маг продолжил ремонтировать полезное – мебель: удобные конторки и парты, софу с диваном, различные стулья и кресла. Всё в красно-золотой отделке. Гарри Дайлен и вчера так делал, чисто из уважения к родному факультету. Ничего из мебели он не прихватил и не прихватит, ибо цели другие: сперва научиться ремонту за один заход из реальности, потом научиться вместо временной трансфигурации видоизменять и превращать вещи в предметы на постоянной основе, а также сподвигнуть факультет самим себе мебель трансфигурировать.

Позанимавшись отработкой усиленных чар ошеломления, Поттер отправился в Тени на Косую аллею, конкретно в лавку старьёвщика. Разумеется, под Покровом тени и в компании Духа Знаний. У Куинси отсутствовали серьёзно проклятые вещи, поэтому прибывший с непонятным сопровождением доброжелательных дух оказался самым сильным в болоте, и никто к нему не лез, да и сам он не посягал на чужое. Пока компаньон каталогизировал книжный фонд лавки, теневой маг изучал всякий хлам, лениво ища, за что глаз зацепится, и запоминая для последующего использования на уроках Окклюменции - одна из методик защиты разума от проникновения предполагала забрасывание вторгшегося всяким хламом.

На книжном фронте ждал успех. Дух Знаний обнаружил сразу несколько изданий о бытовой трансфигурации, в том числе бестселлер «Мебель из дров», знание которой теневой маг получил от компаньона. Поттер удовлетворился на сегодня моментальным изучением двух книг, второй из них стала «Магия календарей». Без необходимости передавать знания Дух Знаний мог потреблять в разы больше магических книг. Поттер позволил контрактнику насытиться несколькими многообещающими дневниками волшебников и ведьм, ведь там сокрыты крупицы их мудрости. Выявление цены без ценника дело посложнее, пришлось действовать через фантом продавца. Гарри в отместку за ранее взвинченную стоимость решил сработать грубо, потренировав Легилименцию, пока компаньон был увлечён чтением взахлёб.

Из Косой аллеи теневой маг перелетел в Мунго. Дух Мудрости охотно провёл лекцию по контрацепции, сетуя на безграмотность населения и упадок семейного образования, на которое возложено сексуальное просвещение. Первая проблема: заведение детей, когда захочется, а нужно строго по гороскопу, дабы родился не сквиб или бездарь, а талантливый одарённый, дабы мать после первого смогла с некоторым перерывом выносить следующее дитя себе на пользу, а не в ущерб. Вторая проблема: кастрация мужчинами самих себя применением распространённых ныне противозачаточных чар к яичкам вместо ствола, удаление женщинами у самих себя всего запаса яйцеклеток вместо оплодотворённых. О проклятьях и отравлениях самопальными зельями и говорить не приходится. Вроде общество маленькое, не шибко более двух-трёх десятков тысяч одарённых магией человек, а количество печальных инцидентов растёт в каждом следующем десятилетии.

От одного Духа Мудрости к другому. На сей раз никакие демоны не осаждали чёрный ход в Запретную секцию библиотеки Хогвартса. Как и подозревал Поттер, директриса Моул частично виновата - сместила соответствующие занятия с шестого на седьмой курс. Пришедший после неё Кантанкерус Нотт сдвинул их с начала седьмого курса на конец. Армандо Диппет, имевший склонность к любимчикам, в сорок втором году по просьбе Тома Реддла вовсе перевёл эту тему в разряд дополнительных, рассматриваемых профессорами по просьбе старост, на которых директор и возложил просвещение школьников на столь щекотливую тему. После первой же смены старост эта тема вовсе выпала из школьного образования, сверзившись на ни о чём не подозревающих родителей.

Потратив один свой сон на отработку новых палочковых заклинаний из только что изученных при помощи компаньона книг, остаток ночи Поттер банально продрых.

- Гарри, ты куда это намылился? – озадачился Рон, видя, что Гарри вместо плавок надел трусы и взял в руки штаны.