- Метод от противного, - поделился знанием компаньон.

Действительно. Остался упущенным вариант, когда голос и жест разделены. Конечно, колдовство совершается, когда то и другое одновременно накладываются друг на друга. Однако соединять можно по-разному! Главное же результат. Только Поттер кое-чего не догонял.

- Дух Знаний, приведи, пожалуйста, примитивные примеры модуляторов.

- Шарманка, граммофон, магнитофон, электронно-лучевая трубка телевизора… - начал перечислять компаньон, усложняя технику.

- Спасибо! – Поттеру хватило первых трёх примеров.

На самом деле, можно разделить модулирование руны на два этапа. Роль барабана, пластинки, ленты сыграет сердцевина волшебной палочки, на которую надо записать голосовой сигнал. Второй этап заключается в выталкивании из руки рунического символа: двигаться будет не палочка, а этот символ по ней. Нечто сродни вращению на теле обруча, поднимаемого с ног к шее, а также похоже на детскую игрушку, которую надо по-всякому наклонять, чтобы провести шарик по лабиринту до лузы в центре. Да даже можно всё сделать за один проход, не придумывая лишнего с сердцевиной волшебной палочки: пусть себе вибрирует отражением голоса, всё равно потребуется задавать траекторию движения для руны, что прокатится по ней от ручки до кончика, запечатлевая голос в жесте.

Для этого решения нужна уже готовая руна. Внутри виспа… Скорее, сам висп в форме руны вместо шарика. При этом в свете колдозвезды будет отчетливо виден вихляющий импульс от руки и через палочку, который слетает с кончика выпущенным заклинанием. Зато тренировать этот метод переделки соматического компонента проще и нагляднее, чем нудная отработка исключения вербальной компоненты. Главное уловить суть, как правильно лепить и программировать виспа. И следующий этап тоже станет облегчённым: тысяча повторений нужна для того, чтобы научиться чётко соотносить «замену» голоса с жестом, а в случае с виспом именно его заботой будет чёткое прохождение вдоль палочки, согласно вложенному в него образу-программе, поэтому вместо тысячи повторений хватит сотни, чтобы поймать то аурное усилие, которое заменяет голос, дальше закрепление и развитие навыка на других палочковых заклинаниях. Однако подводный камень тут в том, что виспы существа медленные. Даже если взмахом стряхивать, быстрее будет начеркать нужное кончиком палочки.

В сухом остатке: рефлекс зачастую быстрее соображения, поэтому минимум одно заклинание следует отработать по классической методике, заодно разбираясь со связью голоса и сердцевины волшебной палочки, а со следующими чарами можно и поэкспериментировать. Осталось выбрать, что тренировать.

Экспеллиармус? Полезно только с вооружёнными, против демонов нет смысла. На тех и других подействует Ступефай – отличные чары оглушения с возможностью одновременного отбрасывания, простейший жест и быстрое слово. Внезапная атака? Разом оглушить и отбросить, а потом уже разбираться: убивать или нет. Аналог комбинации Дезориентации и Каменного кулака.

Оборона не про Поттера – атака! Имелся великий соблазн предпочесть Экспульсо – взрывное отбрасывание. От него нет природной защиты, как от ошеломления и дезориентации. Противник обезвреживается надёжней. Оно сложнее в исполнении и предназначено для войны, а не для мира. Впереди нет перспективы десятков лет Мора и долгих лет зачистки порождений тьмы, что разбегутся повсюду после поражения архидемона. Экспульсо – это проклятье, это злые эмоции. Весомые доводы против.

Ступефай – это чары, чистая магия без эмоциональной привязки, за исключением общего настроя и состояний аффекта. Чужая стойкость преодолеваема усилением заклинания приставочным модификатором Маджикус экстремус, который и преодолеет сопротивляемость, и добавит эффект отбрасывания. Маджикус Экстремус Ступефай – вот в таком исполнении его надлежит тренировать до рефлекса, а там уж самое сладкое: добавлением произносимого числового модификатора можно поразить одновременно несколько целей, а максимизация даст подобный Экспульсо эффект!

Определившись и завершив планирование, теневой маг отправился в последний свой сон – отдыхать.

Заспанные старшекурсники никого не удивили. По довольной роже Ли, только после семи часов возвращавшего манекен Лорес, всё было ясно, как божий день.

- Экспеллиармус! – возвращённый манекен звучно шарахнуло об стену.

- Рон, нахуя так ебашить?! – нарочито матерно поразился Гарри, когда рыжий колдонул со всей дури.

- Так это же Экспеллиармус, Гарри, - как само собой разумеющееся, ответил Рон, обернувшись с непониманием.

- А что не так, Гарри? – Томас втягивался в орбиту Поттера.

- Рон забыл наши спарринги с Грюмом и дуэль Снейп-Локхарт.

- И вовсе я не забыл! Поэтому и тренируюсь, - насупился несправедливо одёрнутый.

- Блэк-Тонкс называла тебя косолапым и каждый раз валяла по полу, вышибая палочку. А у меня палочку просто выдёргивало. Выводы? – надевая мантию.

- Тебя они щадили, - недовольно цыкнул рыжий.

- На близком расстоянии не видно, но на дистанции в свете колдозвезды заметно, что кончик заклинания Экспеллиармус с эффектом отбрасывания выглядит как шарик, а идеальное обезоруживание летит с игольчатым кончиком. Дротик всегда летит быстрее шарика. От быстрого дротика увернуться сложней, чем от медленного шарика. У Снейпа тогда на втором курсе аж голубая волна магии разошлась, так много он вложил в Экспеллиармус, отбросивший мужика-улыбку на несколько метров. Аластор и Таиз едва кончиком палочки махали, когда хотели побыстрее обезоружить, без всяких визуальных эффектов. Для быстрого отбрасывания есть Депульсо, для быстрого и вредоносного Экспульсо. Смекаете, парни? – обращаясь к Дину и Томасу.

- Да. – Ага. – Угу.

Тоже готовый уже к походу на завтрак Невилл молча кивнул.

- Кстати, Дин, выпусти на стены и пол, пожалуйста, летучую мышь, а то Ступефай по стационарной мишени для совсем сопливых, а мы-то с вами ого-го какие воротилы! – встав в позу супермена с грудью колесом и руками в бока.

Посмеялись. Художник-аниматор с четверть минуты создавал умозрительный образ, прежде чем взмахами волшебной палочки нарисовать его на стене.

- Флагрейт, - на пузе летучий мыши появилась красная пятёрка. – Имаго Флагранте, - пискнувшая чертовка не избежала копирования на семь. Заклинание смогло осилить только первичную анимацию, без наложенного поверх номера. – Чур по пронумерованной не бить! Маджикус Экстремус Ступефай, - скороговоркой выдал Поттер, поразив дуру, сунувшуюся под ноги. Летучая мышь буквально испарилась тёмным облачком.

- Ступефай! – вторым из ребят воскликнул Симус. Одну из мышей на стене у шкафа размазало кляксой, быстро истаявшей. Парень довольно хмыкнул.

- А простым прикольней. Ступефай, - Дин разнёс мышку на балке под потолком.

Невилл промахнулся, Рон тоже промазал.

- Вердимиллиус, - Гарри ещё более красочно избавился от копии антрацитово-чёрной летучей мыши с белым галстучком.

- Идёмте уже кушать, - заметая конфуз, староста первым вышел в коридор.

Симус и Дин по второму разу тоже попали, про себя оценив задор и пользу такой тренировки. Поттер заклинанием Маджикус Экстремус Ступефай испарил оставшиеся две копии и покинул спальню последним.

Томас и без понукания при всём столпившемся в гостиной Гриффиндора выпустил под потолок слегка светящихся красных летучих мышей разного размера, пометил их ярко-жёлтыми цифрами (самая маленькая и юркая получила цифру семь), накопировал в стайки и показал, как прикольно те размазываются в кровавые кляксы при помощи обычного Вердимиллиуса, похожего на «палочковые выбросы», якобы открытые первокурсниками Ровенкло и уже распространившимися на некоторых из Гриффиндора.

- Вердимиллиус! – громко повторил Гарри Дайлен, косым махом создавая заклинание, которому научился на первом курсе у Квиринуса Квиррелла. Колдовской сноп похожих на мелких колдозвёздочек изумрудных искр вылетел из палочки и с треском поразил одну из анимированных летучих мышей над пригнувшимся живым портретом, превратив ту в решето, кровавой кляксой растёкшееся и пропавшее. – ЗоТИ первого курса, грифоны, - для восхищённых первогодок пояснил Гарри.

Некоторые слабонервные девчонки, угодившие к боевикам, заахали и стали возмущаться «кровавости» очередной забавы мальчишек, но капитан команды квиддичистов Анджелина со смешками поддержала идею, выдав Ступефай Дуо сразу по двум мышам, примерно на два фута разлетевшимся по стене кровавыми веерами брызг.

- Эй, этот размер третьего курса! Ай-яй-яй! – смешливо возмутился Поттер.

- Мне нравятся большие размеры, - на грани пошлости ехидно пошутила семикурсница, зыркнув на близнецов Уизли, шушукавшихся с лучезарным Джорданом, всё никак не поддававшимся подкупу.

- На завтрак! Идём все на завтрак! – громко воскликнула староста Грейнджер, пресекая забаву, пока разразившийся заклинаниями факультет не опоздал в Большой зал, охотясь на нарисованных летучих мышей. – Вечером ещё поупражняетесь!

Четырнадцатое сентября, выпавшее на учебный четверг, началось в Большом зале без чего-то выдающегося, хотя взрослые за преподавательским столом были начеку и готовились к сюрпризам, с начала этого учебного года валящимся как из рога изобилия. Однако кроме немногочисленного магического перебрасывания со стола на стол всяких записок и угощений на этом завтраке ничего криминального не происходило. Утренние газеты тоже обошлись без сенсаций; затеянная гоблинами тяжба грозилась затянуться до Рождества; как шептались некоторые школьники, переписывавшиеся с высокопоставленными родителями по блокнотам с Протеевыми чарами, Министерство Магии Магической Британии пока колебалось, кулуарно торгуясь со всеми сторонами конфликта, зародившегося в Хогвартсе, к которому нынче было повышенное внимание общественности, подогретой «Новостями Волшебного Мира» при полном молчании «Пророка».

Счастливой рожей Ли даже Невилл проникся настолько, что начал на уроках боязливо тянуть руку вверх, когда полагал ответ известным ему. Дин с Симусом стали соревноваться друг с другом за баллы – до сладострастной ночи всего два дня! Плюй-камни и подрывной дурак оказались позабытыми даже Рональдом.

Гарри на скучных уроках увлечённо кое-что обдумывал. И как только занятия подошли к концу, Поттер под мантией-невидимкой птицей сбежал к опушке Запретного леса, где вызвал Харлея получить заказ ингредиентов. Заодно расспросил домовика, показавшегося значительно удовлетворённым с прошлой встречи в Визжащей хижине.

Оказалось, Сириус прибыл авиарейсом с двумя молодыми сквибами от своих новых американских знакомых (или знакомой). Первый стал курьером организованной «на дому» химчистки – довольный загруженностью работой Харлей стирал шмотки простецов. Второй прибывший стал сотрудничать с несколькими кафешками вокруг съёмного жилья, доставляя блюда «домашней кухни», которые на самом деле готовила Черкри, перенося из особняка на площади Гриммо в районе Ислингтон в арендуемый склад близ съёмной квартиры на цокольном этаже одного из домов в столичном районе Гринвич, где много жилой недвижимости и востребованы услуги по стирке и доставке готовой еды. Так и домовики заняты, и сквибы пристроены с достатком, и Блэку доход в фунтах стерлингах. Кто уж подсказал такой ход – Харлей того не знал.

До ужина оставалось достаточно много времени – самое то для варки экспериментальных зелий.

Хоркрукс подобрал несколько усовершенствований зелья для пропитки кожи обувных стелек с учётом происхождения материала от телёнка. Гарри счёл, что такие рецепты всяко есть в гильдии, и пожелал в первую очередь проверить, почему местные зельевары добавляют кровь в котёл напрямую, не производя эссенции.

При здешнем разнообразии нет универсального реагента для возгонки, чтобы сохранить и раскрыть все волшебные свойства того или иного ингредиента, переводя из твёрдого состояния сразу в пар, при конденсации дающий эссенцию. По местной науке всё задействовано в реакциях, после которых либо нет осадка, либо он выпадает или отфильтровывается. Остающиеся или трансмутировавшие вещества в растворах определяют мерзкий вкус местных зелий, а также вызывают потребность в усложнении рецепта для гашения лишних реакций.

Сириус со своей шалостью навёл Гарри на идею. Эктоплазмы на Тедасе нет из-за Завесы. Здесь она есть, и её можно смешивать с зельями. Эктоплазма сама по себе магический компонент и хорошо впитывает в себя магию. Кровь обычного телёнка не является магическим компонентом, однако опыт, проведённый в лабораторных условиях, показал, что смесь обычной крови и эктоплазмы даёт желеобразную субстанцию, которую можно плавно зарядить заклинаниями Очищение и Восстановление, воздействующих и на обычную кровь тоже. В итоге получался магический компонент.

В качестве универсального реагента возгонки Поттер ничего пока не придумал, а для жидкостей решил опробовать палочковое заклинание Агуаменти, насыщенное духовной энергией, позволявшей управлять созданной водой, особенно в случае поддерживания заклинания без генерации новых объёмов. Не с первого раза у Гарри получилось сохранять контроль над выпариваемой «разумной водой». Получился концентрат на дне колбы выпаривания и конденсат во второй колбе осаждения, оба насыщенные магией, то и другое – эссенция, но с разными свойствами.

О лириуме на Земле оставалось мечтать, как и об осколках духа, получающихся из камней жизни, растущих у лириумных жил кристаллов. Зато вполне реально создать из только что полученной эссенции ледяной кристалл, сохраняющий в себе магию, или внутри жидкой эссенции вырастить кристалл из солей, состав которых наверняка индивидуален для разных зелий, или зарядить тот же лунный камень. Всё это долгие опыты и наблюдения, проводить которые Поттера, мягко говоря, не прельщало. Он и нынешние-то эксперименты проводил от слова «надо», хотя мог весело тренироваться.

Взяв часть субстанции с телячьей кровью, юноша смешал её с «разумной водой» и получил ещё пару эссенций: капли конденсата получились прозрачными и лазурно светились, капли концентрата имели тягучий состав цвета запёкшейся крови.