- Всем ясно?

- Да-а-а!

- Начинаем!

Тут уже было не так интересно. Просто измерения, как рост или вес. Примерно по двое-трое в минуту. И десяти минут не прошло, как появились результаты второго этапа. И вот тут на первом курсе за баллы поборолись змея и грифон – Стелла победила со значением четыре метра пять сантиметров, обогнав конкурента всего на четыре сантиметра. А среди второкурсников в напряжённой борьбе за сантиметры десять баллов за яркость достались Хаффлпаффу, размочившему счёт факультета.

Итого: Гриффиндор набрал тридцать очков, Ровенкло двадцать очков, Хаффлпафф десять, Слизерин ноль.

- Порадуемся победителям, друзья мои! Напомню, соревнования провели мистер Габриэль Трумэн, школьный садовник, и мисс Таиз Блэк-Тонкс, школьный завхоз. Поаплодируем им, друзья! Желающие могут остаться тут… на дискотеку! Отныне каждый уикенд. Мистер Трумэн, музыкальное радио, пожалуйста, погромче. Приятного всем вечера, - завершил соревнования директор, открывая ещё одну новинку – дискотеку.

Дамблдор взмахнул волшебной палочкой, испустив сноп разноцветных искр, рассеявшихся переливающимися огоньками, а потом одолжил у Трумэна игрушку и надул множество пузырей, да так ловко, что успел в каждый из них при помощи своей палочки засунуть радужно мигающие огоньки, в сочетании с бликующей мыльной плёнкой смотрящиеся чудесно и очаровательно. Ещё и сами близнецы да некоторые другие ученики, что отоваривались на Косой аллее или Хогсмиде, радостно запустили в небо фейерверки, на удивление многих, ничуть не полопавшие огромные мыльные пузыри директора школы, а завораживающе отразившиеся, как зайчики от зеркальных шаров в дискоклубах простецов. С тем учётом, что сам Дамблдор разогнал облака до самых звёзд на небе, сумеречно-ночная красота во дворе получалась неописуемая.

Первыми «танцевать» под зазвучавший рок-н-ролл выбежали смеющиеся барсуки, за ними крикливые грифоны, вороны в большинстве застеснялись и продолжили тусоваться на террасе да глазеть на двор, а змеи уползли с плебейской дискотеки, впрочем, не все, не все, раскол в их рядах наметился знатный.

Поттер предпочёл не выбирать между Таиз и Полумной, вместе с рыжим другом остался подпирать колонну, отговорившись от Гермионы неумением танцевать ничего, кроме программы Святочного бала из прошлого года. Вообще мало кто умел танцевать рок-н-ролл, но тех же барсуков это совершенно не смущало! Впрочем, Блэк-Тонкс сама ушла первой вслед за недолюбливающим детей Филчем, оставив Трумэна за диджея, а к Поттеру подошла Лавгуд, у которой желание танцевать перевесило неприязнь толпы и которая в третий раз взяла инициативу в свои женские руки, отчего Гарри Дайлену стало стыдно, что не помешало ему начать веселиться, подражая дёрганьям «танцевальных гуру» с чёрно-жёлтыми галстуками.

Романтическое освещение, праздничное настроение, бурлящая кровь, - целовались на танцах многие!

Дискотека завершилась за десять минут до отбоя. Уставшие младшие уже клевали носами, а старшие только-только разгорячились. Увы, без поблажек. С выключением музыки и причудливое директорское освещение погасло. По общагам.

Гриффиндорские пятикурсники перед сном занялись… чтением. Невилл и Симус «ответственно» изучали седьмую главу учебника Чар за шестой курс. Гарри устранял позорный пробел в чарах используемых квиддичистами; ловцу они без надобности, а вратарю, загонщикам и охотникам очень даже нужны чары, помогающие удерживаться на метле или заставляющие метлу лететь в руки к сбитому седоку. Дин «изучал» библиотечный экземпляр книги «Занимательная анимация для юных аниматоров».

Укладывавший первачков спать Рон припозднился, а придя и переодевшись в красную пижаму со львами, он громко хмыкнул, зашториваясь. Парни синхронно усмехнулись уже над рыжим онанистом и тоже начали сворачиваться.

- Дин, хочешь на своём хобби заработать галлеон? – обратился Гарри, и ленясь, и не собираясь быть в каждой бочке затычкой, и не желая отбирать чужой заработок с хлебом и поцелуями. Позже, когда ажиотаж спадёт, а друг поднатореет.

- А то, - глянув на отложенную книгу, которую «читал» вверх тормашками.

- К завтрашним соревнованиям сделай на всех мантиях сборной средних курсов факультета движущихся грифонов.

- О! Я постараюсь, Гарри, - воодушевился лучший художник Гриффиндора, чьё воображение сейчас пылало прелестями женской натуры, но золотая монета была доступней и сулила уже завтра настоящие девичьи губки. – Заказываешь грифонов обыкновенных? Не писающих и не пукающих? – легко поддевая.

- Ха, ты к завтрашнему хотя бы просто грифонов осиль, Дин, потом уже с приколами, - садясь на кровати, чтобы на тумбочку отложить без помощи компаньона во лбу прочтённую наискось книгу и снять очки перед сном.

- Да, пожалуй, ты прав. Спокойной ночи, Гарри, - с ухмылкой пожелал Дин.

- И вам доброй ночи, - пожелал Поттер, этой ночью хотевший подраться вместо спокойствия предыдущих. Греющие уши Невилл и Симус пожелали приятных снов.

- Эй, я же ещё ничего не сделал, - тихо воскликнул Дин, тем не менее, ловко поймав золотую монету в воздухе.

- Я в тебя верю, - произнёс Гарри фразу Алистера, глубоко его зацепившую и сказанную по пути от болотной ведьмы Флемет, спасшей их с башни Ишала в Остагаре, где Логейн предал короля, так и не придя ему на подмогу. И зашторился.

Поттеру хотелось бы разобраться с родительским домом. Только глупо это. Если уж заниматься им, то сразу с наведением защитного комплекса и последующим ремонтом, обживая. К демонам бодания с министерством – просто взять себе родительскую собственность и укрыть заклятьем Фиделиус. Ближе к выпуску из Хога.

Опрометчиво было соваться очищать Визжащую хижину после памятного урока Прорицаний, по крайней мере, ещё месяц, а то и два, пока случай не забудется. На досуге можно и понравившиеся лавки на Косой аллее зачистить либо Хогсмид, но это уже от безделья.

Первым начинать мутить воду в Хогвартсе тоже нет резона. Зачем вообще тогда маскироваться? Лучше подождать, когда появятся другие ходоки в Тени. Например, Таиз, узнавшая знакомое «чувство» от Духа Доблести. Дальше с ними «скорешиться».

Особняк Блэк теперь сам хорошо справляется с функциями защиты и очистки, лезть туда нет причин. Прошвырнуться в округе стоит - попозже.

Ночь, Литтл Уингинг, Тисовая, дом четыре. Тикают настенные часы в чисто прибранной и уютной гостиной с фотографиями трёх жильцов. Посвистывает камин, вытягивая старый воздух с первого этажа, пока на улице по ночам ещё тепло. Горит в коридоре тусклый ночник. Гудит на кухне холодильник, под завязку набитый всевозможной снедью.

Пользующийся возможностью ночевать дома на выходных Дадли Дурсль похрапывал в своей комнате, иногда ворочаясь и почёсываясь. Миссис и мистер Дурсль тоже спали в своей кровати, их сон тоже был более тревожным.

Окно в самую маленькую комнату второго этажа зарешечено, помимо нового массивного замка в двух местах скрутки из толстой проволоки, что без плоскогубцев не снять. Дверь в эту комнату из коридора запиралась несколькими способами, все задействованы; от пола до потолка ковёр с бахромой прикрывал камеру домашнего содержания. Внутри этой комнаты пустовато, жилец съехал впопыхах. На первый взгляд ещё чисто и мало пыли, а на второй во всех углах комнаты и под кроватью свита паутина, на столе и кровати пушистая плесень, какой-то худющий и узловатый вьюнок с коричневыми сморщенными листьями в ядовито-оранжевую крапинку цеплялся за оконную раму, всю чёрную и осклизлую от грибка, поразившего и дверной косяк. Обычный взор не замечал ничего странного. Жильцы дома не видели многочисленных паутин, по которым и сквозь которые ходили ежедневно, а взрослые даже спали в паутине, еженощно опутывавшей их коконами. Хуже было в чулане под лестницей.

Демон Страха угнездился в центре дома, всего несколько лет как переселившись из хозяйской спальни, где остался его подчинённый демон Ужаса и двое его слуг-арахнецов, ещё один в спальне сына хозяев дома. Демон Голода обустроился в холодильнике, на третий взгляд представлявшемся гигантским складом, по которому металась перекаченная мышцами фигура, по-обезьяньи залезая на продукты титанов, не меньше, отрывая куски и жадно чавкая, давясь ими. Демон Отчаяния был третьим приспешником Фобии-в-чулане, худосочная фигура в лохмотьях и пиявочным ртом присасывалась то к одному спящему, то к другому, по пути шатаясь, воя и стеная. Демон Гнева ютился в камине, лелея угли, оставшиеся от его былого величия. Демон Зависти последний из своры и частенько цапающийся с боссом за лидерство, это словно сшитое из кусков плоти поджарое существо с острозубой пастью на слепом лице занималось в жуткой гостиной тем, что идеально подражало хозяевам дома, одновременно и обмазывая лицо слизнями, съедаемыми из кастрюли, и тыча пальцами в пульт от телевизора, на котором крутился сериал, склеенный из эпизодов жизни хозяев дома, когда те испытывали зависть, в основном, к магическим способностям очкастого племянника, а также в отношении обновок у соседей по улице и их курортных поездок за границу, к доходам конкурентов по бизнесу, к жизни королевской семьи в Букингемском дворце, к атлетичным телам молодых людей.

Эта свора была многочисленней, чем в соседских домах. Откормленней. Имела более развитые магические способности. Однако доящие спальные лондонские многоэтажки демоны пожирнее будут, пусть без развитой магии, зато крепче, сильнее, ловчее, выносливее.

На всю свору демонов Тисовой четыре приходился всего один добрый Дух Сострадания, в камере-одиночке запертый узником на добровольной основе. Он имел женское обличье Лили Поттер и обладал великой силой рядом с её старшей сестрой Петуньей, в девичестве Эванс. Он сопровождал младенца Гарри от самого дома его убитых родителей. Кое-кто мог спутать его с разновидностью материнской защиты.

Чем глубже в Тень, тем карикатурней расширялся и видоизменялся дом. Появлялись элементы, воображаемые хозяевами или давно ими позабытые: новенький диван стоял на горе из его продавленных предшественников, сверкающие хрустальные чаши стояли средь осколков прошлых товарок, старый холодильник обрёл стильные черты и дополнительные отделения новейшей модели, многочисленная моль-докси съедала дырявые слои старых штор, скомканные ковры кишели громадными клещами и топорщились собачьей шерстью. Именно на таких глубинах предпочитали обитать демоны, на просторном пограничье к личным доменам спящих обитателей дома.

Поттер счёл проигрышной тактику атаки и ликвидации одного демона из пяти средних, двух малых и двух низших. Все на него накинутся, а у него никакой защиты. Лучше заранее подготовиться и явиться сражаться бронированным со всеми сразу. «Сняв мерки» для порт-ключа, создаваемого в Тени для использования в Тени, мышиный разведчик удалился, теша себя надеждой, что остался никем не замеченным. Пусть он расправится с этими, на их место придут другие. Свято место пусто не бывает. Однако следующие уже будут слабее – более сильным тут нечем поживиться.

Спиритический щит, Щит заклинаний, Каменный доспех, Руна защиты, Боевая магия с Аурой силы, Мерцающий щит, Покров тени, Магия смерти. На палочку Пылающее оружие и Телекинетическое оружие. Всё, что есть, кроме одного. Либо банн, либо пропал – минута всё решит.

- Портус.

Гостя ждал горячий приём!

Два арахнеца по бокам изрыгнули паутинные сети, оплавившиеся в Покрове тени. Два демона Ужаса попытались вселить Ужас – заклинания расплылись кляксами на Щите заклинаний. Отводящая порча прилетела спутанным клубком червей от засевшего на холодильном доме демона Голода, заклинание развалилось под действием Руны защиты. Воздушный поцелуй от стоящего на потолке демона Отчаяния оказался красивыми кольцами из клыков – заклинание Паралича поцарапало доспех Спиритического щита. Вытягивание жизни от занимавшего диван демона Зависти иссохло на Ауре силы. Тупым таранным манёвром ринулся в лобовую атаку демон Гнева, а демон Страха воспользовался Шагом тени, мгновенно оказавшись за спиной и всеми шестью растущими от хребта паучьими конечностями ударил по Каменному доспеху.

Теневой маг всех разом достал Групповым исцелением. Игнорируя угрозу и атаки демона Гнева, Поттер отпрыгнул на бугор ковра, пленяя демона Страха в Дробящей темнице и следом жахая по всем Групповым очищением. Огненный кулак толкнул его в бок, жвала вцепились в обе ноги, одна серповидная конечность попыталась проткнуть живот, вторая метила в шею и была парирована волшебной палочкой.

Руна отталкивания отбросила всех в стороны. Этот момент демон Отчаяния счёл лучшим, чтобы сверзиться сверху.

- Конфринго! - палочка с пером феникса не подвела, выдав мощный сгусток взрывного огня, поджёгшего и отбросившего врага, которому не хватило метра, чтобы вцепиться в жертву мёртвой хваткой.

От бросившихся вперёд демона Зависти и демона Голода полетели пепельно-красные сгустки сырой и вредоносной энергии Энтропии, поглощённые пассивной защитой теневого мага – Магией смерти.

- Инфламаре! – вновь взмахивая волшебной палочкой.

Прибавь он заклинание Пламенной вспышки, и ревущий поток огня спалил бы как минимум одного арахнеца и заставил других отшатнуться. Но вместо этого испытывавший дефицит маны маг применил Вытягивание маны на сдавливаемом демоне Страха. Но и демон Голода обладал схожей магической способностью, когда умудрился укусить край Руны отталкивания и начать её поглощать.

Аура очищения выпила половину оставшейся маны, «подлечив» всю бесившуюся вокруг Поттера свору демонов.

- Баубиллиус! – вместе с жёлтой палочковой молнией свился электрический разряд заклинания Молния.

Башку сожравшего Руну отталкивания демона Голода обуглило до оголения черепа, что ему не шибко-то помешало кинуться с низкого старта.

Руна паралича – окружавшие теневого мага враги замерли, почти дотянувшись до него. Идеально для защиты от освободившегося демона Страха, не знающего, как подступиться к зажатой среди своих цели.

- Редукто! Редукто! – два арахнеца взорвались, а то их паутина уже начала склеивать ноги. – Бомбарда Максима! – огненный вихрь демона Гнева разлетелся ошмётками, поджигая рваное шмотьё демонов Ужаса.