Как бы там Снейп не давил безупречной логикой и Дамблдор не уговаривал Сириуса одуматься и отступиться от бреда, если гриффиндорцу что втемяшило в голову, то он идёт до конца. Засиделись допоздна, разойдясь в одиннадцатом часу.

- Кричер? – отрываясь от учебника по Трансфигурации.

- Гарри Поттер, Кричер явился сказать, что хозяин Сириус отправился к алтарю дома рода Блэк. Посторонним нельзя находиться в доме, Гарри Поттер, никак нельзя, - заламывая уши.

Домовик получил привычную порцию заклинаний, пока говорил.

- Сможешь переправить всех Уизли к их Норе, а Грейнджер домой к родителям?

- Если Гарри Поттер ещё дважды подлечит Кричера, то старый Кричер справится. А бездомного оборотня? Гарри Поттер не сказал про Римуса Люпина.

- Боюсь, без его поддержки крёстный не справится. Римус может стать, ну, названым братом? Или вассалом, да?

- Вассалом, да, оборотень магически станет вассалом благородного дома Блэк. Куда катится мир, хозяйка Вальбурга будет в ярости…

- Кричер, а может не надо принудительной телепортации? Лучше появись перед Сириусом и объясни, он не передумает, раз уже решил, просто тут его гости и ему решать, как с ними обойтись. Гермиона сама может уйти порталом, а Уизли камином.

- Кричер… Кричер сделает.

Домовик исчез.

Через несколько минут в коридорах начался топот ног. Сириусу едва хватило выдержки и терпения объяснить, что он никого не выгоняет и съезжать со всеми вещами не надо, просто одну ночь перекантоваться в другом месте, пока магия перезапускается, а то посторонние могут пострадать из-за паранойи прежних Блэк.

- Гарри, тебе туда нельзя. Это слишком опасно.

- Не опаснее дементоров, крёстный. Мой Патронус вам точно пригодится.

- Ты же носом клюешь от усталости.

- Тебе кажется, - насупился Поттер, остававшийся в джинсах, футболке и накинутой поверх пляжной рубашки с коротким рукавом.

- А ты чего осталась, Тонкс? – глянул Римус, подобранный и суровый.

- Когда ещё представится случай сменить магическое имя на Таиз Блэк-Тонкс? – завязывая волосы в конский хвост.

- Когда я позову тебя стать Таиз Люпин, - вдруг заявил оборотень серьёзно.

Поттер скривился, рухнули его хитрожопые планы о первом поцелуе и сексе.

- Это не поможет. Извини, Римус, без рода тут никак, я узнавала. И я подумаю над твоим предложением. Как-нибудь. На досуге. Мне, вот, Гарри глазки строит.

- Гарри?! – удивился Сириус одновременно с Римусом.

- Что Гарри? Гарри Поттер не целованный девственник, который брезгует борделями и первыми встречными. Маленький да удаленький, - краснея с шеи до ушей.

Сириус лающе и нервно хохотнул, поправив камзол. Нимфадора смогла удержать цвет волос неизменным – фиолетовым. Римус приревновал, его глаз задёргался.

- Кричер проводит. Кричер готов. Идите за Кричером, - перетаптываясь, вовремя появился домовик, изнывающий от нетерпения. Пусть хоть бракованный и отверженный, но нормальный хозяин появится и возродит былое величие дома Блэк.

- Харэ фигней страдать. Идёмте, - первым возвращаясь на путь к алтарю, широким шагом проходя мимо портретов предков, замерших или пустых от недостатка магии, кроме одного, свежего и пока ещё живого, но занавешенного.

Зал впечатлял. Диаметр круга под куполом едва вписывался в периметр дома со внутренним двориком. И располагался он точно в центре под занимаемой особняком площадью вопреки расположению лестниц и коридоров. Всюду руны и схемы чар, значительно гуще и плотнее, чем в тренировочном зале. Всё тускло, мрачно. Свет лишь от Люмосов и несомого Кричером пирамидального канделябра на два уровня и девять свечей.

- Ох, вечный огонь погас, даже вечный огонь погас… - сокрушался домовик, во второй руке нёсший маслёнку на такой случай, чтобы зажечь лампы.

Тени грозно зашевелились, раздался потусторонний вой, многоголосый рёв ярости и гнева.

- Экспекто Патронум Максима! – воскликнул Поттер, выпуская из палочки пять дракончиков с Буклю размером.

Несколько теней дымными подобиями дементоров бросилось на компанию застывших у входа магов, но натолкнулось на свет от братьев-Патронусов и отпряло, мерзко и устрашающе заверещав.

– Крёстный, поспеши.

- Да, ага, - занервничавший Сириус едва палочку не выронил и бутылёк не разбил.

- Ступефай!

- Редукто!

- Без разрушения! Без разрушения! – закричал ужаснувшийся домовик. – Вы нас всех так погубите!

- Баубиллиус! Скурж! – исправился Люпин, удаляя потёкшую со стен эктоплазму.

- Скурж! Ступефай Триа! – Тонкс тоже заметила опасность утопления в эктоплазме, поглотившей отброшенного ею тёмного полтергейста.

- Петрификус Тоталус! – вовремя подбив обошедший дракончиков-Патронусов дымный образ классической смерти с косой. Силуэт рухнул на пол, и один из пяти светящихся синевато-белым хищников накинулся на голову, терзая до тех пор, пока дым не расформировался и не истаял.

- Скурж, скурж, ступефай триа! – очередного материализующегося демона впечатало в эктоплазму, где он скрылся, чтобы вновь вылезти в другом месте.

- Тонкс, возвращаются! Рази молнией Баубиллиус! – показывая пример, как сразу половину дымной фигуры раскидало в клочья, но та всё равно уцелела, просто уменьшившись и продолжив попытки добраться вплотную и атаковать.

Тем временем Сириус читал катрены из абсолютно чёрной книги Кодекса Рода, стоя у глыбы алтаря с зеркально гладкой столешницей, на изголовье которой Блэк возложил порезанную правую ладонь. Его кудрявые волосы вздыбились и трепетали, в них мелькали искорки магии.

Дракончики-Патронусы лихо кружились над алтарём, рассекая-отгоняя дымных атакующих крыльями и хвостами, иногда укусами, поочерёдно сферическими импульсами. То один, то другой изредка вылетали из круга, чтобы развеять парализованных Люпином или Тонкс, но это не уменьшало численность демонов, лезущих в бренный мир всем табором.

На очередном стихе вспыхнули мертвенно-зелёным цветом линии под алтарём. Гарри Дайлен счёл этот момент подходящим, чтобы залегендировать Групповое очищение, умноженное на пять за счёт количества Патронусов, из полупрозрачных ставших вновь плотными и яркими. Союзники приободрились, ощутив прилив свежей Магии, а не могильно-затхлой и гнойной, какая ощущалась в этом алтарном зале, словно бы превращающемся в канализационный отстойник из-за эктоплазматического дерьма, всё обильнее сочившегося со стен на пол. А могло уже и затопить вовсе, не проводи теневой маг чистки в предыдущие ночи.

Тут одна из стелившихся по полу дымных фигур сумела шустро ринуться на девушку и серповидной клешнёй порезала левую ногу. Нимфадора вскрикнула и отвлеклась. Стоявший сбоку от крёстного и неустанно озиравшийся Поттер дёрнул палочкой – один из его Патронусов раскрыл пасть и испустил расходящуюся плёнкой волну, оттолкнувшую демонов со стороны Люпина и Тонкс, после ранения которой вставших спина к спине и начавших поворачиваться туда-сюда, отбивая атаки.

- Инфламаре! – застыв от напряжения, воскликнул Поттер, когда пятеро его Патронусов по велению палочки дружно спикировали на кружащихся более широким ободом демонов, ждущих бреши для прорыва. Пустое слово для маскировки Пламенной вспышки, вырвавшейся полутораметровыми языками огня из пастей дракончиков и спалившей пять демонов ужаса.

- Баубиллиус! Баубиллиус!

- Баубиллиус! Баубиллиус!

Люпин и Тонкс зачастили молниями по хлынувшим к Блэку дымным фигурам, то имитирующих Смерть с косой, то каких-то четвероногих зверюг, то ликантропов с серповидными когтищами.

Разлетевшаяся пятёрка одновременно испустила сферические импульсы Патронуса, отогнавшие всех демонов к куполообразной стене, а почти подобравшуюся к Сириусу четвёрку порвало в клочья от интерференции.

- Скурж! Скурж!

- Скурж! Скурж!

Правильно сориентировались Люпин с Тонкс, убирая с пола мерзопакостные натёки, в которых шевелилось множество неописуемо ужасающих теней, жаждущих вырваться и добраться до сладеньких жертв.

Полупрозрачные дракончики вернулись к танцу над головой Блэка, хрипло читавшего катрены заклинательной формулы.

Двое слишком увлеклись защитой центра и прозевали атаку на них самих со стороны входа в алтарный зал. Ноге девушке досталось во второй раз, оборотень успел спасти правую руку с палочкой ценой кровавого пореза на груди.

Демоны пока не спешили больше приближаться, и желавшему применить Групповое исцеление пришлось пойти на риск: Патронусы хищно взвинтились под потолок и пастями вцепились в полуматериальных демонов ужаса, заклинание Высасывание маны умножило эффективность на пять, сделав дракончиков вновь яркими, а демоническая дымка истаяла. Теневой маг благодаря Духу Знаний понимал ритм катренов, подгадав под завершение очередного, чтобы выпустить Групповое исцеление. Казавшиеся неизлечимыми раны союзников затянулись без следа; голос Сириуса окреп, бледность ушла, сгорбленная осанка выпрямилась; более полутора десятков дымных воплощений демонов истаяло.

Потусторонний гвалт достиг своего пика, когда с противоположной входу стены вся дерьмовая эктоплазма начала волнами устремляться в одно место и вспучиваться горбом, из-за скопившейся массы уже не замечающим осиные укусы заклинания Скурж. Вскоре под толстым слоем светящейся жижи стала отчётливо проявляться трёхметровая фигура бугрящейся плоти и торчащих костей, словно там проявлялся одержимый великан. Палочки в руках Тонкс и Люпина задрожали, как и книга в руке Блэка, коленки и у Поттера заходили ходуном от ощущения того могущества, перед которым мерк тот жалкий демон кошмаров, что захватил Башню Магов Круга Ферелдена.

- Выбейте мелочь! Инфламаре! – звонко воскликнул юноша, сам направляя свою пятёрку на очередных жертв, спалённых огнём. Он мог бы остановить воплощение, но тогда бы кошмар остался существовать и гадить в Тени, а так есть шанс уничтожить его тут, раз сам сюда лезет.

- Баубиллиус! Баубиллиус!

- Баубиллиус! Баубиллиус!

Зачастили Тонкс и Люпин, покрывшиеся холодной испариной и попытавшиеся хоть немного ускорить темп. Кричер сжался у ног Сириуса и крупно дрожал.

Едва дождавшись, когда эктоплазма схлынет, как воды беременной, Поттер воскликнул:

- Конфринго!

Из пяти пастей сразу потускневших дракончиков вырвалось пять Огненных шаров.

- Уаргх! – оглушающе и разъярённо взревела туша загоревшегося мяса, ставшего тошнотворно вонять горелой гнилью.

- Петрификус Тоталус! Конфринго! Люмос Солем!

- Силенцио! Конфринго! Люмос Солем!

Вторила боевая пара, добавив из своего арсенала подходящую боевую магию, от которой обездвиженному и заглушённому демону стало тяжко, особенно от пары ярких солнечных лучей, к которым вскоре присоединилось пять радуг, нёсших заклинание Возрождения, для демонов работающее как Умерщвление. Но даже под таким напором босс таял, но держался, более того, всего через три удара сердца он сбросил паралич и немоту. На основе опыта Дайлена предвидевший это Поттер заранее махнул палочкой, направляя своих дракончиков-Патронус на высшего демона кошмаров. Вцепились в бёдра, в плечи, в шею – Вытягивание маны!

Поттер решил всё-таки придержать в тайне свой секрет: вместо Вытягивания сути или атакующего заклинания он сам по-гриффиндорски закрыл спину крёстного, кинувшись наперерез дымчатому воплощению Демона Страха. Существо из Тени налетело на него, как автомобиль на велосипедиста, сломав подставленную левую руку и вспоров живот, откидывая с пути.

Кричер спас всех троих, отважно бросив в чуток задержанного демона какую-то светящуюся колбу, разбившуюся с высвобождением пленённого в ней Люмоса Солема, насквозь просветившего дымную фигуру, с противным криком истаявшую. Ещё одна колба с плескавшимся в ней жидким огнём разбилась о торчащие рёбра истощившегося босса, заоравшего поистине душераздирающе.

Другие демонические слуги тоже не дремали, а накинулись на Тонкс и Люпина, разрывая в клочья одежду и оставляя многочисленные порезы, мелкие и до костей.

Беззвучно исчезли все пять подзарядившихся Патронусов, обернувшись пятью импульсами мощных сферических волн, наполненных отобранной духовной энергией, буквально развеивающей всех прорвавшихся в бренный мир теневых сущностей, в том числе уничтожая босса, чей подкопчённый скелет осыпался костьми на пол.

В алтарном зале стало ужасающе темно, лишь линии на полу светились, зажигаясь контурами-кольцами по мере прочтения блоков заклинания.

- Вулнера Санентур! – впервые используя и не надеясь, маскируя под ним заклинание Лечения на Тонкс, а оборотень живучий, подождёт, как и он сам потерпит. – Кричер, зелья!

- Кричер несёт зелья, Кричер несёт, - зачастил домовик, подбегая с торбой к нему и затем к девушке, избавленной от большей части ран и способной двигаться.

Десять ударов сердца прошли, и после зелья сумевший сосредоточиться Поттер идеально воспроизвёл по книге жест и слово:

- Вулнера Санентур!

Крепившийся и мычавший страшно поломанной куклой Люпин издал стон облегчения и с огромной благодарностью присосался к поднесённой Тонкс к его губам склянке с зельем, ему первому, а не себе в рот. Болеутоляющее зелье пролилось по восстановившейся трахее, следующим кроветворное и восстанавливающее. Только потом девушка опрокинула в себя тот же набор, выкупленный у Снейпа.

Через фразу на латинском очередной катрен зажёг последний обод, и Поттер вместо третьего повторения трюка с облегчением применил сразу Групповое исцеление, всем поправив здоровье до нормы: магия вернула его требуху обратно в пузо, исправила у оборотня переломы и глубокие порезы, втянула натёкшую кровь обоих в них самих. Одновременно и алтарь слабенько засветился мягким белым светом, который по ранее проложенным каналам хлынул с пола на купол, завершая активацию и зажигая созвездия.

- «Чистота крова навек». Гм, трудности перевода, как с Кубка Огня. Подходит и кров, и кровь, - в оглушающей тишине прочёл Поттер надпись на алтаре, добавив замечание от себя. Дух Знаний поделился. – Как мы дышим окружающим нас воздухом, так и окружающая магия проходит через нас. Чистый кров – чистая кровь. Грязный кров – грязная кровь. Предали кров – предатели крови. Загоны хлева для свиней - домашняя грамота для благородных. Ну и ну…