- Продолжим, - поставил ему в упрёк Грюм и первым сотворил тигра.
Приподнятое настроение с самого утра того стоило.
Прихватив в трансфигурированных контейнерах всю оставшуюся еду и звякающую коробку сготовленных близнецами зелий, хозяин дома отбыл к своему другу, оборотню Люпину, которому больше не грозило превращение до следующего полнолуния и которому предстояло день отъедаться и приходить в себя.
На улице сегодня была морось, так что Гарри едва успел выпросить у близнецов их учебники по ЗоТИ за пятый и шестой курс, в итоге они всё отдали, так или иначе собираясь передать по наследству Рону, а от него Джинни. Гермиона тоже захотела познакомиться с программой следующего курса, так что отмытая и посветлевшая гостиная превратилась в читальный зал. Только Рон тяжело и печально дышал, лениво переворачивая страницы учебника по Чарам, того предмета, что ему нравился больше всех прочих; с необходимостью читать его смиряла тарелка овощных чипсов, на пробу приготовленных им всем Джинни Уизли.
К обеду и на улице перестала разводиться сырость, и в особняк Блэков вернулся бледный Люпин. Неизвестно, о чём перетирали взрослые между собой, но после обеда они провели для школьников совместные лекции по порт-ключам и чарам незримого расширения.
Поттер уверился, что это именно уменьшение вившихся вокруг лохматой рыжей головы мозгошмыгов повлияло на то, что Рон после ужина сам спросил у Тонкс про тренировки и тем самым перевесил чашу весов Нимфадоры в пользу ребят. Бедный Рон исходил от зависти, видя семимильные шаги приятеля в освоении трёх модификаций Протего, тогда как сам Уизли мучился с простым вариантом, вместо чар успешнее отрабатывая ловкость – отпрыгивал от внезапных заклинаний стажёрки аврората.
Часа полтора перед сном Поттер изучал учебники трансфигурации, не став сразу прыгать на сложную тему превращения живого в живое. Ночь прошла по простому плану с продолжением самообучению «лепке из виспов» и Духом Доблести у Тонкс для отработки защитных заклинаний – Дух Знаний вновь был «сдан в аренду» крёстному, так за прошедший день и не нашедшему в себе смелости заглянуть в кабинет отца и прочесть вживую тот дневник, что приснился ему, разбередив душу.
Глава 9, у Блэков крышу снесло.
- Молодёжь, хотите тоже уметь призывать Патронуса? – с хитрой улыбкой обратился Люпин после вкусного и сытного завтрака. На улице как раз установилась переменная облачность – оптимальная погода для уличных упражнений.
- Да! – с энтузиазмом вскочили близнецы, забыв про зелья.
- Нас Гарри уже начал учить, профессор Люпин, - сдала Гермиона.
- Значит, два младшекурсника уделают носы двум старшекурсникам?
- Кто тут…
- Кого ещё…
- Уделает! – близнецы дали пять друг другу.
- Тогда все во двор! Гарри, проассистируешь?
- Да, профессор Люпин.
Уже зная Золотое Трио и поднабравшись за год опыта преподавания, Римус сразу развёл Рона и Гермиону, расположив между ними близнецов. Прочитав короткую вводную, приступил к практике. Рон и Гермиона сходу правильно выполнили жест и слово, после разрешения Римуса они повторили уже с применением магии: у обоих вылетели тонкие и бледные всполохи узнаваемого цвета, оба задрали носы. Это очень существенно повысило самооценку Рональда. И через четверть часа попыток его приятель Гарри решил развить успех, реабилитируясь за вчерашний вечер:
- Вспомни о первой дрочке, - на ушко посоветовал Поттер, незаметно помогая своей аурой и волей в сторону мелких добрых духов, приманенных счастливыми воспоминаниями, но не решающимися «призваться» палочкой завистника.
Рон густо заалел ушами, но кивнул и сделал правильный жест палочкой вместе с громко выкрикнутой вербальной формулой:
- Экспекто Патронум!
И с его ивовой палочки сорвался клубок Патронуса, влепившись в ствол старой яблони.
- Рон, молодец! Держи хвост трубой, - проницательно и заговорщически улыбнулся мужчина.
– Давай, друг, повтори, смелее, у тебя получится. Только не зашвыривай, как квоффл, а просто спусти, - негромко подбодрил Гарри.
- Экспекто Патронум!
И вот сгусток защитника стал перекатываться в метре от палочки. Рон раскраснелся, счастливо сияя довольной рожей. У него получилось раньше заучки Гермионы! Девушка, кстати, не отличалась завистью и только усерднее принялась тренироваться, выпуская из своей виноградной палочки более длинные и яркие всполохи, перекручивающиеся как лозы, но без формирования клубка, как у Рона.
- Учись дольше удерживать и направлять, Рональд, потом легче будет освоить импульсный режим и телесную форму, - уделил ему реплику Люпин и вернулся к исправлению ошибок ретивых близнецов.
- Герми, - Поттер специально подошёл на виду у неё и зашёл ей за спину, как до того делал для Рона. – Патронус воплощает в магии добрые эмоции. Сперва эмоции – потом разум. Закрой глаза, расслабься, вспомни ощущение детской радости от слов профессора Макгонагалл, что ты волшебница, а не значение этих самых слов. И не раскрывая глаз, произведи заклинание.
Через какое-то время улыбающаяся Грейнджер последовала совету и отрепетированным жестом и словом призвала Патронуса, такой же сгусток, какой появлялся теперь у Рона. Девушка раскрыла глаза, пискнула и счастливо рассмеялась.
- Гарри, да в тебе зарыт профессорский талант, - отметил успех Люпин.
- Да ладно, профессор, просто это же мои друзья, - поскромничал Поттер.
- Братец Фред…
- Братец Джордж…
- Нас уделали!
- Мстя наша…
- Будет…
- Жутко смешной! У-у-у!
- Эй-эй, нельзя пугать! – усмехнулся Люпин.
- Профессор Люпин, а при помощи Протего можно отбивать Патронус?
- А-а-а, Гарри, я понял тебя. Классная идея. Давай покажем пример. Готов?
- Да! Протего!
- Экспекто Патронум.
Из кипарисовой палочки вырвался клубящийся сгусток, какой только что научились призывать Рон и Гермиона. Комок света ударился о бледно-голубоватую мыльную плёнку и отскочил под углом падения. Римус повёл палочкой, словно обратно подцепляя свой Патронус, и снова исполнил метающий жест. Опять поймал, крутанул вокруг себя и отправил кручёную подачу: щит звонко рассыпался, а клубок Патронуса был пойман у забора, дёрнут обратно и проткнут палочкой, в которую и впитался.
- Браво! – захлопали близнецы.
- Рон, Гермиона, попробуйте покидаться в Протего от Гарри. Эта игра отлично помогает развивать удержание и направление заклинаний.
Весёлые занятия продолжались до ланча, на который позвала Джинни, вновь приготовившая для перекуса тарталетки, но на сей раз с бужениной, яйцами, помидорами черри, сыром пармезан, под пряным соусом и в готовом виде посыпанные сверху свежим укропом, плюс фиолетовый лист базилика, - пальчики оближешь!
- Эй, это мой!
- Нет мой!
- Если вы не хотите…
- То я съем.
Парни устроили шутливый поединок на вилках над тарелкой с последней тарталеткой.
- Спасибо, Фред, Джордж, что защитили мою тарталетку, - Люпин ловко выцепил последнюю.
- Эй! – близнецы одинаково возмутились и следом рассмеялись выходке одного из Мародёров.
Рон и Гарри тоже усмехнулись и одновременно потянулись за тыквенными печеньями, заграбастав сразу горсти, пока другие не очухались.
Исполненная Люпином лекция по чарам незримого расширения собрала аншлаг.
- Крёстный, а помнишь, мы на экскурсии Гермионы по Лондону пролетали дома с рестораном на крыше и с оранжереями на крыше? – за обедом тяня время перед десертом из рисового пудинга с украшением клубникой во взбитых сливках, спросил Гарри, объевшись биф-валлингтоном в гарнире из тушёных овощей.
- Красивые места, - рассеянно кивая, будучи погружённым в свои мысли, тяжкие после посещения отцовского кабинета, где нашлись дневники, содержанием в точности соответствующие запомнившимся снам.
- А давай весь антиквариат на чердаке рассуем по расширенным сундукам и перестроим крышу, а? Сделаем самый светлейший в Магической Британии семейный холл! Простецы умеют делать закалённое стекло, которое не прошибёт град с куриное яйцо. Стеклянные стены и потолок-пол с прогулочной террасой, витражные ставни или жалюзи, фикусы с можжевельниками в кадках, вокруг шикарная панорама города… И представляешь, уютно сидишь, себе, вечером на диване перед очагом с чашечкой индийского чая, а сверху звёзды как с Астрономической башни Хогвартса… - восторженно описывая нарисованную в воображении картину.
- Я знаю несколько строительных фирм, где можно купить стальные фермы и листы стеклопакетов, - тепло улыбнулся Люпин, подрабатывавший там грузчиком.
- А мы справимся с чарами на стёкла…
- Убирающие городскую засветку, - приободрились идеей близнецы.
- И витражные жалюзи…
- Со ставнями тоже.
- А я найду дизайнерские фирмы, где можно сделать срочный заказ проекта по соседнему типовому дому Гриммо-одиннадцать, - взяла слово Гермиона.
- Папа с мамой знают нужные чары, - Рональд сдал родителей, строивших Нору.
- Нет, - тяжело выдал хозяин дома, уткнувшись взглядом в стол.
- Но почему? Здорово же получится, в «Ведьмополитен» попадём, - соблазнял Гарри.
Молли и Джинни тихо ахнули, возжелав попасть на обложку модного журнала.
- Перестройка нарушит защитные чары особняка.
- Фиделиус разве от такого спадёт, профессор Грюм?
- От такого точно нет, - авторитетно заявил отставной аврор.
- Ты не понимаешь, Гарри. Этот особняк превосходно защищён от любых атак Пожирателей Смерти. Потому мы тут собрались. Перестройка нарушит защитный контур!
- Контур? – переспрашивая больше для мысленного обращения за консультацией к Духу Знаний. – Так он же всё равно под Фиделиусом. И если я правильно помню сигнальные чары, то повторная активация подстраивает контур под изменения. Принцип наверняка одинаков, правда, профессор Грюм?
- Одинаков, - лаконично отвечая, его искусственный глаз неподвижно смотрел на напряжённого как струна Сириуса.
- Гарри… Гарри, пойми, - делая над собой гигантское усилие, - тут всё на темнейшей магии крови…
- Так у нас у всех в крови течёт магия, потому мы волшебники и ведьмы. Так ведь? – закусив удила и перебивая одним из вернейших аргументов отступников Тедаса.
- Гарри Поттер! Магия крови запрещена!.. – воскликнула Грейнджер.
- Разве? Банковские кошели и солидные кейсы делаются с привязкой по крови. Особняк такой же артефакт, только внушительнее, значит, и для привязки нужен не укольчик в палец, а порез на ладони - это зельями легко поправить. А магия крови или котлет - это инструмент, как вилка. Вилкой тоже можно убить, ткнув в трахею.
Сглотнувшая Грейнджер упрямо поджала губы, покосившись на столовый прибор.
- Ты не понимаешь, Гарри. Тут всё гораздо сложнее, чем ты думаешь!
- Я… я понимаю, крёстный. Знаешь… в раннем детстве меня часто запирали в чулане под лестницей, наказывая за всякое. Я очень боялся темноты, вот меня туда и совали по поводу и без. Однажды там мне в волосы свалился паук… от испуга у меня случился магический выброс… я провалялся до утра, когда тетя Петуния меня разбудила и выпустила. Я плохо помню, что она там и по какому поводу кричала, но я тогда провёл руками по волосам, не ощутив ни паука, ни паутины, и твёрдо решил, что назло дяде и тёте теперь буду ночевать в чулане и науськивать пауков на них. Перетащил туда матрац тем же вечером… Пауков с тётиных роз я куда только не совал: и в туалетные шкафчики, и в дядины инструменты, и в бельевые шкафы, и в сервант. Хех, тётя Петуния любила хвастаться одной хрустальной вазой перед гостями.
Глядящий в стол Поттер очертил оную руками.
- И вот однажды приходит тётя Мардж, родная сестра дяди Вернона. Перед ней радостно выставляют вазу, а там жирный паук свил паутину и сидит такой в центре. Хе-хе, как она взвизгнула и как потом загоготала! Каждый раз потом тётя Мардж проверяла даже полные кружки чая, не сидит ли там паук на паутине. Так что, я знаю ваш диагноз, пациент Блэк, вы боитесь Темноты.
- Отнюдь, Гарри. Блэки не боятся темноты, - горделиво и горько усмехнулся Сириус Блэк.
- А-а, и это тоже знакомо. Кузен Дадли меня всегда задирал и унижал, сколько я себя помню. Видимо, три старшие сестры над тобой зло шутили и подставляли, и взрослые верили им, а не тебе, да, Мародёр? Каким-то там вшивым дементорам не сдался, но родичи… родные и друзья всегда бьют по самому больному… - не заметив, как у самого всё расплылось перед глазами.
Сириус порывисто вскочил с места.
- Опять в бега? – хлюпнув носом и не обращая внимания на замерших Уизли, Гермиону, Грюма, Кричера.
- Зелья… варить, - прорычал Сириус, так сжав кулаки, что кровь закапала. Кричер крякнул и засуетился.
- У Блэков крышу снесло. Вот уж действительно заголовок на обложку «Ведьмополитена», - ухмыльнулся Грозный Глаз, щедро отхлебнув из своей фляжки и закусив умыкнутым беззвучным Акцио пирожком с говядиной, донельзя румяным и аппетитно пахнущим, чтобы суметь преодолеть подбитую радугой паранойю.
- Поплачь, Гарри, легче станет, - Молли была тут как тут, подставив свой огромный бюст и обняв Поттера с ручейками слёз из-под очков.
Все как-то тихонько улизнули с кухни, кроме них двоих.
Люпин пошёл на чердак – зачаровывать сундуки под сваленную там рухлядь; Рон с ним в качестве грубой физической силы с заклинанием Левиоса. Грейнджер с Джинни пошли в кафешку на площади Гриммо, искать номера телефонов нужных фирм. Грюм отправился в библиотеку освежать память о защитных заклинаниях, близнецы пристроились ему в хвост и наконец-то просочились в «запретную секцию» в поисках подходящих чар.
Ужин проходил в напряжённой обстановке, нагнетаемой Дамблдором, на сей раз после доклада Грюма явившимся без «свитских», кроме мрачного Снейпа. После трапезы взрослые жарко спорили, закрывшись. Близнецы придумали уловку с парой зачарованных ушей на верёвке, но не избалованный играми Живоглот быстро стащил мясо, вызвав всеобщий стон разочарования. В итоге вшестером по предложению Гермионы, вспомнившей об отсутствии замеров, таки затолкали всю мебель, тряпьё, старые игрушки, торшеры, утварь в зачарованные Люпином сундуки и ящики, тщательно обмерили помещение, через чердачное окно перелезли на соседний дом и там тоже сняли мерки, убедившись в некоторых расхождениях, что потребуется учитывать в заинтересовавшем всех подростков проекте остекления чердака. Безнаказанно покуражились на мётлах под ночным небом, наперегонки долетев до Темзы и обратно.