Входя в здание с выходящим на площадь крыльцом, Поттер однозначно уверился, что раньше это был трактир, а ныне резиденция старосты и старейшин, заселившихся в комнаты второго этажа и проводящих собрания в просторном трапезном зале, где стоя могли уместиться все жители Слэйда. Не диванчики, но тоже скамьи и стулья со спинками, покрытые самым дорогим для этой деревни – зимними шкурами магических зверей, которыми горная область не столь богата, как чащобы Виллавудда. Камин с вертелом, на котором ароматно поджаривался кабанчик к обеду – женщина на вид лет сорока присматривала за готовкой. Уже виденные в Дастине светильники из чудно огранённых колб с маслом для замедленного горения огненных саламандр, создающих живой и тёплый свет с красивыми радужными бликами. Окна большие, светлые.

Прибывших встретил староста с двумя старейшинами, шестью помощниками, двумя копейщиками охраной, четырьмя же подростками - девчонки тринадцати и четырнадцати лет да юноши семнадцати и девятнадцати лет в добротных домотканых нарядах с выставлением напоказ некоторых ремесленных умений. На одежде превалировали гористые узоры супротив лесисто-колосистым мотивам у прибывших. Породу местных определял устойчивый признак – очи голубых и серых оттенков, цвета волос и их кудрявость как у дастинцев. Сам староста, вопреки лунной седине прижатых рунным очельем волос и длинной с ладонь окладистой бороды, обладал ярким синим взором; курносый сухопарый старичок имел рост с Ксенофилиуса, был одет в неокрашенные шерстяные штаны с рубахой и поверх меховая жилетка из снежно-переливающейся шкуры морозного волка, из оной же были сделаны пушистые тапочки-калоши, его рунный классических шести футов длиной посох красовался тремя металлическими кольцами с тонкой вязью рун и подвесами в виде амулетов из перьев, косточек животных, засмоленных семян, засушенных плодов и рыбьей головёшки, звонкого глиняного колокольчика, наполненных магией по типу редисок Полумны.

Гарри Дайлен разделял восторг Луны, ахнувшей при входе в зал. Куда там «Трём мётлам» и «Дырявому котлу», тем более «Кабаньей голове»! Здесь нигде и ничего не было вкривь или вкось - всё подогнано тютелька в тютельку. Светлые древесные тона, для восстановления периодически ошкуриваемые да лакируемые балки и столбы, не раз перестеленные полы. На стенах чего только не было: переливчатая шкура рыси радужного окраса, панно и картины рисованные, склеенные, вырезанные, вытесанные, вылепленные, сшитые, связанные, сплетённые, какие-то светящиеся камешки и раковины с забавными висюльками, - хоть сейчас устраивай выставку народного творчества. Кафе Фортескью – рафинированное. Тут всё с душой.

Теодбальд бодренько и радушно встретил гостей. Как-то так само собой получилось, что в просторном зале образовалось три группы: староста и оба старейшины Слэйда, старейшина Дастина, лорд Малфой сели тихонько обсуждать срочную закупку крупной партии продовольствия; Сиггар заговорил с годящимися ему в деды помощниками о принесённых в стареньком незримо расширенном рюкзаке товарах и желаемом бартере; Ксенофилиус притулился к стеснительной молодёжи.

Магозоолог первым с лёгкостью увлёк двух голубоглазых юношей в разговор об охоте и рыбалке на магических зверей и рыб, немногим более младшие парни из Дастина постепенно втянулись в беседу о повадках и способностях разных хищников. Полумна тоже с завидной легкостью нашла, как образовать девичий кружок: извлекла из сумочки своё пробковое ожерелье и серьги-редиски, завела разговор о магических амулетах и украшениях. Неприкаянными оставались развесившие уши Драко и Гарри.

Поттер ещё по пути прикинул корректировки к своему плану, чтобы получить максимум выгоды сейчас без пагубных последствий потом. И в зале он теневым ухом направленного действия слушал отмазки Теодбальда, сопротивлявшегося разграблению хранилищ за здорово живёшь. В какой-то момент Гарри смекнул, как приковать к себе всеобщее внимание, переключив Теодбальда на решение задач Поттера.

- Драко, а ты готов к бане? – разрушил молчание Гарри.

- Нет, - сказал как выплюнул.

- Как так, Драко? Мы же все тут собрались в баню. Скажите же, парни?

- Да. – Ага. – Угу.

Самый старший продолжал рассказ о совомедведе, которого сам завалил в горах.

- Я не все, - отрезал маленький лорд.

- Типа ты тут самый цивилизованный, да?

- Да, - высокомерно согласился Драко в мантии поверх атласно-чёрного костюма с иголочки, причёсанный волосок к волоску, в лакированных туфлях из чернёной драконьей кожи. Осанка оказалась идеальной как у всех. Ощущавший себя не в своей тарелке младший Малфой старался выглядеть благородным, снизошедшим до батраков.

- Хех, в этом я с тобой соглашусь, Драко, хе-хе, ты тут самый цивилизованный.

Полумна тоже хихикнула, глянув на напыщенного подростка.

- Я рад, что ты это признал, Поттер, - самодовольно заявил Драко, стерпев оскорбление и сумев достойно ответить вопреки подначиванию гриффиндорца, как считал слизеринец.

- К сожалению, Драко, ты в упор не видишь самых культурных… - на самом деле печально произнёс Гарри.

- Это ты себя считаешь самым культурным, Поттер? – Драко попытался изобразить Снейпа, хорохорясь перед своими смердами, с которыми общался Люциус.

- Позволю себе показать… Староста Теодбальд! – громко воскликнул Гарри Дайлен и приподнял руку, грубо вмешиваясь в разговор взрослых и привлекая к себе внимание. - Староста Теодбальд, позвольте осветить ту сторону, - двусмысленно попросил теневой маг, неопределённо махнув рукой в направлении самых старших.

- Сделай, раз можешь, - спокойно ответил прадед, ожидая чуда от того, кто прислал дракона счастья и сумел хоть как-то прогнуть старосту Фритегара, сплясавшего под чужую дудку. Переговоры затягивались, сокращая время намеченных процедур, и вмешательство юноши могло спасти его планы, чего и староста хотел.

Поттер повёл рукой, делая захватное движение, и одновременно отправил один из трёх витавших над ним солнечных шариков в сторону круглого стола. Поймав видимые только ему (и может быть ещё Луне) нити к колдозвёздам, Гарри Дайлён дёрнул вниз, словно бы включая настенный светильник. Солнечные шарики сдвинулись в четвёртом измерении, залив зал потусторонним светом.

Проявились мелкие астральные цветочки, похожие на растущие в горшках под окнами. Изумительно дивные мотыльки вились у светильников с саламандрами. Преимущественно голубым цветом стали светиться все рунические символы, в том числе скрытые наличниками, половицами, шкурами или складками одежд. Всех взрослых селян скрыли их собственные ореолы света, насыщенные сочными красками, перетекающими куда-то внутрь и откуда-то наружу ровными потоками без флуктуаций.

- Драко, вспомни астральные зеркала Дамблдора. Сиггар вчетверо младше директора Хогвартса, но его магия столь же яркая и мощная, а по насыщенности красками многократно лучше. Теодбальд ровесник Альбуса, но магия цивилизованного директора на порядки более тусклая и блёклая, чем у культурного старосты. Сорокаоднолетний Люциус с подпиткой домашнего Источника Магии немногим ярче девятнадцатилетнего юноши Леофстана, а по цветности болезненно бледен. А ты, Драко, самый тусклый из присутствующих. Всё из-за волшебных палочек, которым надо точно отмеренные капли магии. Палочки не развивают магию владельца, в отличие от рунных посохов. Палочки и посох как осы и человек. Статут Секретности ввели многочисленные слабаки с волшебными палочками, разгромившие руническую культуру, от которой на Английских островах ныне осталось всего два селения и руины типа Хогвартса или драконьего заповедника в Уэльсе. И к чему всё пришло? За три с лишним века от более чем сотни рунических Источников Магии у победителей осталось действующими порядка десяти. Средний возраст владельцев палочек вдвое меньше возраста владельцев рунных посохов, между прочим, могил или мест кремации селян я не заметил. Плодовитые владельцы рунных посохов вынуждены жёстко контролировать рождаемость, а владельцы палочек без ухищрений уже не могут родить двух магов подряд и за три века наплодили общество сквибов вчетверо больше собственной численности. И это новое общество слабаков тоже мечтает свергнуть вышестоящих снобов, в свою очередь, удовлетворяясь малым и живя среди вовсе неодарённых, чья наука и техника догоняет и обгоняет магию… Спасибо за внимание.

Поблагодарив за возможность высказать сей монолог, Поттер плавно отдалил потусторонний свет, давший много пищи для размышлений всем присутствовавшим. Особенно много внимания селяне уделили ошейникам магических клятв и обетов на Малфое-старшем. Люциус быстро совладал с собой после массового проявления Астрала и мог бы прекратить словоизлияния ненавистного Поттера, однако опытный дипломат смекнул, что этим ходом его обыграли и что попытка заткнуть впечатлившего селян юнца поставит крест на любых попытках добиться срочных поставок магического продовольствия сверх договорённостей, ранее закреплённых кровью и магией; «сиятельному» лорду оставалось сделать хорошую мину при плохой игре и помалкивать. Драко сидел, как обухом по голове ударенный, наглядное представление разницы в магическом развитии между ним с отцом и считавшимися грязью селянами рушило догмы и безвозвратно ломало мировоззрение подростка-слизеринца.

- Благодарствуем за потусторонний свет и содержательную речь, мистер Поттер, - от лица всех присутствующих селян доброжелательным тоном произнёс задумчиво улыбающийся староста. – Я думаю, нам пора обсудить и ваши дела, с которыми вы к нам явились. Вы же не против… лорд?

- Если после этого мы вернёмся к моим с вами делам.

- После этого, сэр, у нас баня и обед. Однако… все мы можем прийти к взаимному согласию, если уважим каждого, - мудро заметил старец Теодбальд, жестом приглашая юношу присоединиться к кружку взрослых.

- Мудрые слова. Излагайте, мистер Поттер, - величественно дозволил Малфой, владеющий своим лицом, но уже не ситуацией.

- Основы я изложил Патронусом. Хотелось бы услышать ответы, уважаемый Теодбальд, - Гарри сел на свободную шкуру скальной лисы.

- У нас с Дастином принципиальная и одинаковая позиция касательно продажи или обмена рунных посохов и шкур. Остальное с разрешения лендлорда, исключая вопросы бани и временного пользования посохом для практики взращивания растений. Мистер Поттер, вы проезжали мимо детского сада. Там вы можете совершить свою практику, а всё взращенное вами может сорвать для себя мистер Малфой. Что вы думаете по этому поводу? – вежливо поинтересовался староста, озвучив компромисс.

- Я думаю, что мне следует предоставить гарантии владельцу посоха с одним или более кольцом. Я дам выбрать какой-либо один предмет одежды или обувь из кожи дракона, и в том случае, если после моей практики с посохом будет что-то не так, ваш человек с полным правом оставит выбор при себе, - решил отблагодарить Гарри, заранее давая больше, дабы избежать обид апосля.

- Мистер Поттер, моя благосклонность зависит от ваших стараний. На что вам требуются мои разрешения? – Люциус продолжал позиционировать себя лордом.

- Семена всех здешних магических культур, мистер Малфой, в обмен на изделия из драконьей кожи по весу один к одному, - Поттер установил более чем справедливую стоимость.

- Мистер Поттер, директор Дамблдор не согласится их проращивать, потому что Министерство Магии в этом случае присвоит Хогвартсу статус фермы и лишит льгот, - уверенно заявил глава департамента, пусть и непрофильного.

- Мистер Малфой, ваше министерство утрётся этим и всеми следующими изменениями в Хогвартсе, иначе Международная Конфедерация Магов изолирует Магическую Британию.

- На каком основании, мистер Поттер? – насмешливо спросил Люциус.

- Взгляните на свежий выпуск «Придиры», мистер Малфой, - извлекая из кармана и протягивая сегодняшний номер. – Основание – карантин из-за повсеместного распространения заразной порчи, разжижающей мозги до объявления детской школы фермой или типографией.

- Допустим, - коротко изрёк Люциус, окинув статью внимательным взглядом и задержавшись на таблицах со статистическими данными. И понимай его, как знаешь.

- Мистер Малфой, ещё я хочу, чтобы на опушке Запретного леса вдоль школьной территории выросла стена ягодных кустарников с первым урожаем в грядущем мае, а на поляне, где содержали драконов, вырос фруктово-ягодный сад с первым плодоношением в мае. Это вне территории Хогвартса, меньше оснований причислять школу к ферме. В то же время это даст школе продовольственную независимость. Я готов предложить Слэйду годовой порт-ключ для всадника с седоком и оплатой услуг двух садовников предоставить чересседельные сумки из драконьей кожи с незримо расширенным пространством.

- Предварительно мы согласны, - подумав для вида, согласился староста. Не из-за сумок, а ради помощи школьникам, за которых ратовал один из их числа.

- Я согласен дать на это дозволение при условии сегодняшнего урожая в три тонны, мистер Поттер, - обозначил свой сиюминутный интерес Малфой.

- Прекрасно. Тогда позвольте преподнести угощения к общему столу на обед и представить все кожаные изделия для уважаемого прадеда, который осмелится одолжить своё детище в чужие руки, - без насмешки и с полным почтением к рунному посоху. Гарри Дайлен хотел вместо «детище» сказать «сокровище», но это слово, как подсказал компаньон в шраме, привело бы к кривотолкам, которых хотелось избежать.

Гарри Дайлен достал из своего рюкзака ящик, из ящика извлёк ящички, из ящичков выудил разные банки и жестяные консервы, целиком заставив специально под это дело выставленный стол, вместо сладкого упирая на солёное и маринованное. Следующими из рюкзака стали появляться стойки с плечиками, на которых висели жилет, куртка, плащ и прочие изделия из драконьей кожи. Милдбург печально вздыхал, глядя на всё это изобилие, обошедшее его поселение стороной из-за твердолобого старосты. Люциус глядел скептично до результатов первой диагностики заклинанием.