- Эти раза в полтора мельче первых, сосунки, - подбодрила Гера.

- Хах…

Сабин начала стрелять, но несущиеся прямо к ним и огибающие препятствия фырноки покамест успешно уклонялись или принимали удар на броню, спасающую их от потоков астероидов с гальку и даже с булыжники под брусчатку. Не успела пятая волна приблизиться, как прожекторные фары Призрака сыграли роль софитов, высветив Фантом и остановив атаку, правда, ненадолго – один из крупных фырноков сунул лапу в странный свет и злобно фыркнул на обман.

- Фары им не вредят, - констатировала Сабин, уверенно подстреливая ещё одного сразу обоими своими дружками.

- Тогда нам лучше поторопиться, - в том же тоне ответила Гера, подметив три разноцветных и необычно ярких сгустка с рогатки Эзры супротив одного сгустка из бо-райфала Зеба и четырёх от Чоппера, управляющего подобным же оружием, прошедшей осенью встроенным в корпус примерно на подобные вот случаи.

- Сабин, я тебя прикрою! – заявил оригинальный Эзра, в прыжке с опущенного трапа на крышу Фантома выпустив ещё пару зарядов, усиленных райтоном.

Исключая рулящего капитана, все Спектры увлечённо отстреливались, добивая пятую волну фырноков.

- Не такие уж они и страшные, - подытожил Эзра.

Парень сыграл на родную публику, когда радостным повернулся к Сабин и якобы не заметил последнего фырнока, кинувшегося под его выставленную левую руку с модернизированной энергорогаткой. Вместо щедрого выделения чакры на презентацию райтондзюцу B-ранга и решимости убивать, шиноби-джедай хвастливо козырнул раньше, чем Сабин успела прицелиться, но так и не выстрелила, расширив очи на то, как классический Толчок Силы отбрасывает монстра почти на двадцать метров - ещё в полёте фырнока догоняет и поражает слишком яркая жёлтая комета из энергорогатки.

- Давай скорее, - нашлась Сабин, запрыгивая на близко подведённый трап.

- Неплохо поработал, чемпион, - дружески похвалил Зеб, не шибко впечатлённый показным выступлением, но признавая победу по очкам.

- Пваусз! – ревниво пикнул Чоппер, разрядив все подконтрольные ему внешние пугала.

Рой оставляющих за собой волнистые хвосты электрических сгустков смотрелся бы великолепным завершающим штрихом, решай он хоть что-нибудь вместо передёргивания полутрупов фырноков. Ну, да, ещё разгул разрядов едва не лопнул форс-теневого клона, в последний миг прилипшего с нижней стороны трапа и незаметно прошмыгнувшего внутрь, чтобы тайно вернуть половинку кайбера-кристалла - и опыт.

Гера к этому моменту уже залезла в рубку Призрака, чтобы включить магнитный захват для взятия Фантома в качестве внешнего контейнера. Сабин тоже не задерживалась в тамбуре, а пробежала в свой любимый носовой блистер, откуда открыла огонь по шестой волне, спутанной ею с группой фырноков, регенерирующих после прокалывания ледяным колом. А приятели дали пять, довольные своим участием. На покидаемой площади Форта Анаксис остались следы жаркой схватки и поодаль одинокий ящик, до которого выжившим монстрам не было дела, зато корвету CR90 ещё какой интерес, не только в этом грузе, но и в голокамерах, мастерски закреплённых на орудийных башнях и запечатлевших весь эпичный бой двух женщин из Спектров и ещё некоторые прелюбопытнейшие странности, объясняемые действиями невидимки.

Вылетев из метеоритного пояса, Кэнан устроил для Эзры экзамен на Телекинез, подстраховывая ученика с постепенной разгрузкой в трюм, где ждал Зеб для переноса шести доставленных ящиков на репульсорной тележке, и плавным перемещением шаттла из-под брюха в док на юте, где уже ждал Чоппер для тестирования пожёванной электроники и герметичности покусанного фюзеляжа, а также форс-воздушный клон для незаметного выхватывания фуиндзюцу из-под носа дроида. Никто из них не стал свидетелем диалога между Сабин и Герой, догнавшей напарницу на пороге её каюты.

- Сабин, я знаю, что у тебя есть вопросы, на которые я пока не могу ответить. Но знай, я тебе доверяю, - положа руку на сердце, ещё раз повторила женщина, не желавшая доводить ситуацию до подобия той, что сложилась у Кэнана с Эзрой. – Я только что доверила тебе свою жизнь.

- Я знаю… знаю, что доверяешь, - ответила одинокая девушка, понуро обняв себя.

- Хорошо. Мы уже меняем мир, Сабин. И я обещаю, мы не всегда будем сражаться в одиночку. Думаешь, сможешь мне довериться? – дружески спросила Гера.

- Думаю, что смогу, - честно ответила Сабин, искренне желая остаться со Спектрами в нынешнем составе, даже Эзра с какой-то стороны мил.

Гера удовлетворённо кивнула и направилась изучать груз с инструкциями от Фалкрама, но обернулась через пару шагов:

- Ты идёшь?

Сабин приподняла бровь, недопонимая.

- Груз от Фалкрама обещается быть по твоей части, Сабин.

Девушка счастливо улыбнулась, с радостью присоединившись, хотя так просто и не избавившись от опасений касательно новой миссии.

Интерлюдия 17, безымянный.

Он родился на Утапау, такой же гористой и пустынной, как его грубая морщинистая кожа. Интуитивно он догадывался, что имя Зор Тед дано ему джедаями, забравшими мальца с родины. Юнлинг, падаван, рыцарь. Когда его кайбер-кристалл стал слегка кровоточить, окрасив световой меч в жёлтый цвет, мастера-джедаи вновь не оставили выбора пау’ану, лишив своего же псевдонима, чтобы появился ещё один безымянный служащий в Гвардии Храма Ордена Джедаев на Корусанте.

Возможно, с ним поступали правильно, однако гвардеец во время Войн Клонов лично столкнулся с тем, что Высший Совет Ордена совершает недопустимые ошибки. Тогда случился глупый взрыв в Храме. Истинной виновницей была падаван Баррисс Оффи, павшая на тёмную сторону мириаланка, учившаяся у другой мириаланки – мастера-джедая Люминары Ундули. Однако вместо неё осудили невиновную тогруту Асоку Тано, падавана Энакина Скайуокера, известного как Избранный Силы. Гвардеец расы пау’ан сопровождал на суд ту и другую. Это отнюдь не самый вопиющий, но громче всех нашумевший случай, после которого не он один разуверился в Ордене.

Из гвардейцев в инквизиторы с их кличками - номерные Братья и Сёстры. Пережив нескольких Грандов в лихие годы становления Империи, умно проведя время за изучением Архива в главном Храме поверженного Ордена Джедаев, пау’ан показал свой аналитический склад ума, самообучаемость и высокую полезность, чтобы лично руководивший Инквизиторием Император Палпатин повысил его до Гранда, в чьей зоне ответственности находилось Внешнее Кольцо, а также приставил падаваном к своему личному ученику – Дарт Вейдеру. Один был слишком хорошо обучен спокойствию, другой не имел рук для использования приёма Молния Силы, поэтому из Гранд-Инквизитора расы пау’ан более десятка лет всё никак не получался ситх.

И вот на пятнадцатом году становления Империи лотальские повстанцы стали роковой миссией для бывшего джедая, но ещё не совсем ситха. После личной встречи на Стигеон-Прайм и второго провала, пау’ан познал истинную мощь Тёмной Стороны Силы, однако её не хватило для победы над полутрупом мастера-джедая Люминары Ундули – этот «досадный» факт вновь уравновесил чаши весов Свет-Тьма.

Инквизитор помнил правило двух у ситхов. Помнил он и свой первый бой с Вейдером, случившийся в Храме во время исполнения Приказа-66. Тогда зрелое мастерство победило дерзкую юность, сломавшую свой световой меч. После личного отчёта о Стигеон-Прайм на том же месте в захваченном Храме пред очами Дарт Сидиуса состоялся повторный поединок между Дарт Вейдером и уже Гранд-Инквизитором. Киборг предвидел все ходы и своим световым мечом успешно отклонял или оборачивал вспять Молнии Силы пау’ана, смогшего освоить эту способность достаточно, чтобы пагубно для себя не окрашивать её в красный цвет собственной крови. Кандидат на приставку Дарт так и не смог ничего противопоставить обширности и могуществу приёмов Телекинеза от падшего Избранного Силы. Увы, ничья. Ничья! Ставки выросли, а задание лишь чуть изменилось, допуская частные случаи ликвидации вместо вербовки.

Несколько коротких недель отличившийся Гранд-Инквизитор имел честь обучаться у самого Дарт Сидиуса, безжалостного и требовательного, как и подобает Императору. В итоге, как он сложил своё мнение в полёте с Бисса в Глубоком Ядре галактики, его лишь поманили новыми горизонтами да пожурили за до сих пор неизжитый страх отдаться эмоциям, дабы обуздать и оседлать их, как истинный ситх.

Пау’ан возвращался на Лотал с расширенными возможностями, во всех смыслах. Он опоздал почти на сутки! И вынужденно окунулся в ненавистную им суету с суматошными поисками виноватых – ситхские эмоции сыграли с ним злую шутку.

По прошествии нескольких дней бывший джедай успокоился достаточно, чтобы предаться хладнокровному анализу. Придуманная им система тестов успешно справлялась с выявлением одарённых, однако это сито действовало лишь для части населения, а потому выявляло далеко не всех. Безусловно, трое в течение года выявленных на Лотале восприимчивых к Силе – это несомненный успех. Но минимум трое оказались вне системы, причём, один с доподлинно и лично им самим подтверждёнными выдающимися и выпестованными талантами в Исцелении, да такими, что превосходили навыки известного мастера-джедая Вокара Че, главной целительницы Ордена Джедаев ещё на момент поступления юнлинга Зора Теда. Она – автор первого кибернетического протеза для Энакина Скайуокера, а в разы её младший подросток походя устраивает сеансы массового исцеления, отращивая глаза, зубы, пальцы и целые конечности. Причём, среди излеченного им нищего сброда случайно обнаружилась девушка-лоталианка, потенциально восприимчивая к Силе! Конечно, было бы проще выявлять одарённость тотальной проверкой специальным устройством, однако доктрина Империи официально отрицала наличие Силы, а также ещё целый ряд причин, рассмотренных ещё на этапе разработки Проекта Харвестер.

Нищебродка успела засветиться в голоновостях и стала сестрой милосердия, обнаружив старательность и целеустремлённость в медицине. Согласно показаниям приборов, всего у неё в клетках три тысячи семьсот девяносто две миди-хлорианы. Глупо такую слабачку ломать в инквизиторы, целесообразнее показательно «повысить» до санитарки на одной из планет-санаториев для штурмовиков и караулить момент, когда потенция раскроется восприимчивостью на очевидно девичьей почве романтики.

Один зелёный кадет потерян, наверняка ему уже промывают мозги джедайско-повстанческой брехнёй. Судя по характеристике, этот Джай Келл – тряпичная посредственность. Ещё хуже в плане восприимчивости к Силе - Зар Леонис, всё досталось его старшей сестре - у Дхарры в клетках ровно вдвое больше миди-хлориан, семь тысяч двадцать восемь. Оба тверды характером, раскрепощение даст сильных инквизиторов, одновременно беспринципных и верных Хозяину, как другие.

Гранд-Инквизитор видел «героического» подростка насквозь – наивный притворщик. Тогда, после первого разговора с Заром «по душам», пау’ан счёл его полезным в качестве приманки и рычага для ломки его сестры. Воистину, получение в Инквизиторий родных Брата и Сестру – стоило вакантного поста Верховного Инквизитора. Однако сейчас Гранд-Инквизитор уверился, что такой целитель, как Дев Морган, старший брат или кузен того выкормыша Лот-Крысы, ***!.. В общем, этот парень не мог не выявить восприимчивость к Силе и у Зара, но не взял его с собой и ни полсловом не обмолвился. Дев показал себя достаточно прагматичным, значит, на что-то рассчитывает. Определённо, успешный побег Леонисов возможен лишь при условии одновременности. Вряд ли у него с братом получится провернуть операцию сразу на Лотале и Арканисе, следовательно, будут ждать, когда оба Леониса окажутся в одной академии, тогда и там попробуют их вызволить. На этом можно сыграть.

Гранд-Инквизитор счёл, что раскусил чужие надежды, однако бездействие – незачёт. Ловушка «Родичи» будет готовой ждать своего часа, а прямо сейчас нужно предпринимать другие меры.

Легче подумать, чем сделать.

Не ситх и не джедай: прежние приёмы не работают с полной отдачей из-за эмоций, новые тоже внизу всё из-за тех же эмоций. Мерзкие повстанцы, словно зная о дилемме пау’ана, несколько дней кряду регулярно выводили его из себя, то и дело дёргая для отвлечения внимания. Ещё сильнее давить на Каллуса контрпродуктивно – мужчина и так честно вкалывает на износ в поисках неуловимых мстителей.

Гранд-Инквизитор после инцидента с Йованом пришёл к логическому заключению, что целесообразно помочь Каллусу избавить Лотал-сити от Чёрного Рынка, поудив повстанческую рыбку в мутной воде; не только этого Кайлеба Дьюма, но и обучающего Дева Моргана наставника, вероятно, Хакера или Мэй с восприимчивостью к Силе, чтобы заниматься гипнотизированием и заражением букетом венерических заболеваний. Судя по гонорару новенькими и высококачественными врошитами, кто-то из них однозначно участвовал в тех двух Супер-Штормах Силы на Кашиике. И вот на этих двух персонажей нет никаких зацепок. Был Яхенна Лаксо, да сплыл, так сказать, растворился этот преступный босс, как не бывало, даже верных сторонников кинул, спасая собственную лоталианскую шкуру. Вопреки Усилению, следствие зашло в тупик, хоть и выгребло кучи отбросов, предъявленных обывателям. Имелся и совсем уж мусор: несколько угнотов, пускающих слюни после Силового допроса с изъятием из их памяти образов ещё двух присоединившихся к повстанцам Силовиков, приёмы Силы и спецоборудование помогли оцифровать воспоминания и добавить их во все поисковые базы с высшим приоритетом, в том числе розыскную с миллионным ценником. Бывший гвардеец Храма Джедаев знал, что существуют строго засекреченные члены Ордена Джедаев, поэтому отсутствие Хакера и Мэй в списках Храма ничего не значило, особенно в свете Иллюзий Силы, морочащих головы простецам.

Каллусу в паре с вынужденно ему помогающим и применяющим Силу Гранд-Инквизитором повезло с одним из задержанных, арестованных штурмовиками в ночь Диверсии. Бабочка-рууриан Слайфифа, бывший проходимец Слайф, пытавшийся спасти свою мужскую гусеничную шкуру опознанием младшего из кузенов-погодков, но поплатившийся временем за чужой псевдоним, да ещё задержавший следствие своим преображением из гусеницы в бабочку, облобызавшую Каллуса за своё перерождение и готовую на любое сотрудничество. Читавший чужие воспоминания Зор Тед по пластике движений и взгляду сразу узнал ненавистного пацана! Лишь профессионализм и джедайская выучка спасли Слайфифу от поджаривания мозгов.