В рабочем положении крылья образовывали между собой угол в шестьдесят градусов либо сто восемьдесят, так и эдак имея возможность порождать композитный луч. Степень свободы каждого крыла - поворот от горизонтали на сто двадцать градусов. Крайний наклон к корпусу позволял уменьшить габариты корвета до комфортного прохождения через создаваемые пурргилами гипертропки. На каждом крыле с внешней стороны от края в ряд близко друг к другу Люк поставил схожих габаритов: длинноствольную тяжёлую турболазерную пушку с регулируемой мощностью, световую «палочку», тяжёлую ионную пушку с регулируемой мощностью. Люк придумал ещё одну отличительную черту для корвета-крестокрыла: разместил эти орудия на дисковой платформе с поворотом на двести сорок градусов, дабы не мудрить с изгибающимися дулами, как сглупил при работе с «X-wing».

На носу корвета почти впритык к корпусу размешалась восемнадцатиметровая линза из стигия, который не только мог прятать объект, но в целом имел повышенные способности к обращению с электромагнитными волнами, что делало этот кайбер-кристалл идеальной линзой-антенной для формирования композитного луча. За стигием и соответствующим технологии оборудованием Люк разместил восемнадцатиметровый конус кайбурра в качестве алтарного ядра, которое без сложной аппаратуры главного калибра Пикси будет объединять заклинания из четырех световых палочек на крыльях в более могущественное резонансное колдовство, как это происходит у Пикси с восемью лучами. Поскольку линза отстояла от самого носа, то бугор второго яруса успешно нивелировал уязвимость с истончением чешуйчато-панцирной брони.

Раньше мастер на носу по бокам от линзы думал разместить по тяжёлой турболазерной пушке и по тяжёлой ионной пушке, но при непосредственном конструировании корвета отказался от них в пользу восьми одноствольных лёгких лазерных пушек на полусферических турелях с охватом передней полусферы. Избегая риска попасть по себе же, Люк физически ограничил углы поворота и наклона пушек. Таким образом композитный луч мог быть создан либо четырьмя тяжёлыми турболазерными пушками с крыльев, либо восемью лёгкими турболазерными пушками с носа. Разница невелика, зато так корвет труднее лишить его главной боевой мощи. Также на носу хватало места, чтобы разместить по две торпедные и по две ракетные установки. У самого дна с боков хвостовой части по два механизма для бомбометания, по два для сброса мин, по два для высыпания на преследователей иных сюрпризов.

Дальнейшее моделирование требовало решить принципиальный вопрос с дополнительным вооружением. Люк хотел всю машинерию оставить на первом ярусе, хотя ранее выкупил корвет с выдвижными турелями в верхней носовой части и позади.

Эксперименты с ионной пушкой на кайбер-кристалле с чарами Бомбарда Максима дали отличные результаты!

Сама по себе технология дефлекторного щита и её следующий этап развития в виде более мощного теплового щита рассеивают энергетические выстрелы, частично в окружающее пространство, частично в себя с возможностью съёма энергии на нужды звездолёта. Ионные пушки предназначены для пробивания обеих этих технологий полевой защиты, делая сие с гораздо большей эффективностью, чем лазерные и турболазерные пушки. Это единственная роль ионных пушек – большинство звездолётов имеет защиту от ЭМИ.

Нёсший чары Бомбарда Максима ионный сгусток мгновенно растекался по дефлекторному щиту заводского крестокрыла и взрывал поле, физически встряхивая истребитель и порождая всесторонний электромагнитный импульс, выводящий из строя все электронные системы и смертельно облучающий пилота. По катерам класса «Уничтожитель» и «Гозанти» требовалось совершить два попадания подряд с тем же эффектом подрыва всего защитного поля вокруг них и физической встряски, однако у более защищённых военных звездолётов ЭМИ только электронику гасил, частично выводя из строя, а экипаж смертельных доз облучения не получал. Смертельным для обоих катеров становился третий выстрел из взрыв-ионной пушки. Первое же попадание по эскортному корвету CR90 взорвало систему возвратного отбора энергии, что повредило проекторы щита и лопнуло всё дефлекторное поле, поэтому второй выстрел преодолел защиту от ЭМИ и вырубил всю электронику да смертельно поразил ближайших к месту попадания мясных нерфов в человеческой трансфигурации. Собственно, фрегаты и крейсера – это уже цели главного калибра «Х-Мародёра».

После небольшой настройки композитной технологии с использованием приёмов Силы удалось реализовать ночную задумку – объединить четыре сгустка ионных выстрелов в бур, а также в устойчивый бублик (случайный продукт эмпирической подборки параметров аппаратуры). Ионный бур просверливал защитное поле и подобно шприцу впрыскивал ЭМИ внутрь корпуса, валом гася электронные системы. Ионный бублик при попадании в щит молниеносно распространялся в поле и мощно подрывал его; это испытание проводилось на Пикси, выдержавшим две атаки и сделавшим вывод о том, что крейсера класса «Звёздный разрушитель» с первого попадания лишатся даже тепловых щитов и сенсорно ослепнут, а после второго превратятся в гроб. И да, ионный бур прошил защиту Пикси и растёкся по Протего Максима на ангарном входе, так что катастрофичные повреждения отсутствовали.

Ещё одна серия экспериментов касалась развития технологии композитного луча с применением кайбер-кристалла стигия. Благодаря вычислительным мощностям Пикси удалось за минуты просчитать компактную схему под счетверённую батарею тяжёлых лазерных пушек, энергетически обходящихся корвету дешевле одной лёгкой турболазерной пушки. Причём за основу Люк взял понравившийся ему компактный вариант складной турели, который применили на «Тысячелетнем соколе» при модернизации в королевской мастерской Альдераана. Всего-то требовалось добавить механизм наклона орудий к центру и добавить между ними масштабированную схему фокусировки и закрутки композитного выстрела, по своей мощности равного главной атаке крестокрыла из Луковой эскадрильи и превосходящий тяжёлый турболазер. Последний штрих – упаковка композитной пушки в бронированный корпус.

Довольный как дракон, объевшийся гоблинами, Люк вернулся к конструированию корвета. Первым делом он в толще крыльев на самых кончиках втиснул по две скрытные композитные турели, которые в целом покрывали все нужды, однако больше не меньше! На сужающемся хвостике с двух боков открыто разместил две таких пушки, а на двух подгибающихся пластинах сверху и снизу дюз по две взрыв-ионные пушки, расставленные, но имеющие режим синхронной стрельбы. В дополнение у механизмов поворота крыльев Люк сверху и снизу поместил по выдвигающийся из корпуса турели со взрыв-ионными пушками, а между ними по вертикали вставил две выдвижных турели с композитной пушкой. Ещё пара идеальных мест для таких вот вертикальных батарей – это плавные изгибы корпуса между хвостовой и средней частью корвета.

Всё это пушечное изобилие питалось от четырёх дополнительных реакторов с кореллианских корветов CR90. Основной производственный кластер Кореллианской машиностроительной корпорации располагался вовсе не в родной системе Кореллия и продолжал работать на благо Галактической Империи, теперь под именем Имперской машиностроительной корпорации. Потому через посредничество хаттов купить и транспортировать проблем не составило бы, только обошлось бы это сейчас втрое дороже из-за общего кризиса после разрушения двух из пяти крупнейших гипертрасс Галактики. Дешевле оказалось найти через Силу и выкупить четыре таких эскортных корвета у разорившейся фирмы - всего за миллион имперских кредитов каждый против трёх с половиной за новенький. Два дополнительных реактора влезли по боком основного, ещё два в носовой части. Люк позже вознамерился снять двигательные модули с корветов, чтобы приделать то и другое к космической станции «Аватар», увеличив защищённость и подвижность, а также привязав к себе вуки договором для отчисления доли прибыли.

Против космических абордажников и диверсантов Люк счёл целесообразным повторить опыт Пикси с шагоходами по корпусу, только в меньшем масштабе. Дроиды сами по себе мобильны и универсальны, но каждый почти на порядок дороже простой турели. Люк мог себе это позволить и утвердился после моделирования «пупырышков».

С внутренней компоновкой корвета капитально помогал Пикси, в оперативном режиме просчитывающим варианты размещения согласно пожеланиям Люка. Фундаментом всей конструкции корвета послужила двухметровой толщины плита с каркасом из нескольких металлов в заливке бескаром. По принципу панциря черепахи эта толщина огибала весь первый ярус. На монолитном основании ещё метр высоты съедали технологические коммуникации и репульсоры. Итого оставалась полезная высота в шестнадцать метров – она делилась на четыре палубы с потолками разной высоты. Для ангара под истребители и шаттлы вполне хватит десяти метров, по бокам от него две палубы трюмов на семь и на три метра высотой. Следующие две палубы тоже по три метра, в которые включалась толщина межэтажных перекрытий.

Посередь передней и задней части ангара через все восемь палуб поднимались первая и вторая по счёту с носа коммуникационные шахты, представлявшие из себя: пары лестничных маршей со спрятанными в стенах трубами и кабелями, между ними малый грузовой турболифт, с боков по три пассажирских турболифта, а позади всей группы длинный грузовой турболифт. Обе эти шахты так развёрнуты, чтобы длинные грузовые турболифты выходили раздвижными дверями в ангар. По две коммуникационных шахты Люк организовал ещё в носовой и кормовой частях, но только по первому ярусу с машинными отделениями. На втором ярусе по оси корвета в хвостовой части добавил коммуникационную шахту сквозь три первые палубы, а лестничных переходов между двумя нижними палубами под бугром получилось восемь.

К рамке корпускулярного экрана ангара Люк при помощи защитных чар Протего Триа в кайбер-кристалле смог приделать генераторы слоёв гунганского щита, у которого слабое место в медленно движущихся объектах, какими являются заходящие на посадку истребители и шаттлы, но никак не ракеты или торпеды. Подобно стеклопакету, трёхслойный щит сделался гораздо лучше трёх отдельно расположенных компонентов.

Тем не менее инженер-кораблестроитель по здравым размышлениям вернул судну «средние крылышки», но в новом качестве – рампа и защитная створка ангара, которую поворотный механизм в сложенном состоянии прижимал ко дну. Плюс роль стабилизирующих плавников при активном маневрировании в атмосфере или в океане.

Исключая хвостовой и носовой отсеки, первая палуба – это ангар, трюмы, арсенал, коммуникации. По бокам корпуса сразу после закругления носовой части Люк разместил по два универсальных шлюза - пассажирский и грузовой; пришлось чуть съесть пространство машинного отделения, зато крылья не будут мешаться при стыковке с длинными кораблями.

Люк увлечённо разработал тринадцатиметровый квадрат площадки, расположенной посередь дна перед носовой частью и опускающейся до двадцати одного метра вниз. Она с четырёх сторон защищалась трёхслойными гунганско-корпускулярными экранами и содержала универсальные рамки захвата телескопических шлюзовых переходов, чтобы расширить число возможных типов и одновременное количество кораблей для стыковки. Два притягивающих луча заменяли нагромождение лестниц и турболифтов. Отсюда же будет производиться сброс десанта.

Настраивая проекторы притягивающих лучей для опускной платформы, маг случайно обнаружил особенность трёхслойной защиты и… сам себя пожурил за торопливость.

Разумеется, сама идея с опускной платформой – стоящая! Однако направление проектора притягивающего луча в режиме отталкивания на трёхслойную плёнку гунганско-корпускулярного экрана позволяло создать аналог детской игрушки с надуванием мыльных пузырей, получая эдакий хобот, способный вытягиваться и герметично облеплять любой шлюз в десятках метрах от рамки выдувания. Это позволяло совершать стыковку под любыми углами и плохой синхронностью. По сути, Люк случайно изобрёл новую разновидность шлюзового модуля. И пусть движение в «хоботе» возможно только в какую-либо одну сторону, согласно режиму проектора притягивающего луча, это всего лишь мелкое неудобство. Так что прямо перед началом носового сужения Люк с двух сторон установил два новых шлюза, покамест в качестве моделей, для которых Пикси позже разработает отраслевой стандарт и запатентует данное ноу-хау.

Трюмы рядом с ангаром предназначались для репульсорной техники, от высоких танков до двух-трёх уровней с лендспидерами и четырёх уровней хранения гравициклов со спидер-байками. Вторая палуба под арсеналы, третья и четвёртая под трюмы общего назначения.

Палуба под номером пять располагалась внизу второго яруса – технологическая. Здесь размещались: система жизнеобеспечения, станция заряда дроидов и мастерская по их обслуживанию, мастерская по обслуживанию амуниции, прачечная и другие хозяйственные помещения, в том числе склад запчастей, скобяной склад, бельевой склад, хранилище масел и смазок, склад продовольствия и прочие закрома обеспечения автономности. По периметру тянулась система проекторов дефлекторных щитов, антенный массив, спасательные капсулы. Здесь же Люк оставил место под отдел, где будут создаваться, обслуживаться и содержаться саркофаги криостазиса. По периметру Люк замаскировал четырнадцать аварийных шлюзов, рядом с которыми встанут на пост боевые дроиды и астромеханики. На пятой же палубе имелось по две технологические шахты и по два аварийных спуска в машинные отделения кормы и носа.

Шестая палуба в хвостовой части была отдана под физкультурный комплекс с плавательным бассейном в магически расширенном помещении. Здесь же располагались оздоровительные термы и медицинский отсек. Маг активно встраивал чары расширения, создавая комфортный простор с учётом сотен пассажиров и членов экипажа. Предусмотрел и тиры, и фехтовальный зал, и пилотские симуляторы.

Оставшаяся часть шестой палубы - рекреационная. Камбуз в виде одной кухни между малой и большой столовыми для офицеров и рядовых, отдельные бар и кафетерий. Магически расширенные: бальный зал, танцпол, кинозал, концертный зал, игорные залы под сабакк и дежарик, читальный зал с печатным библиотечным фондом вдоль стен, экспозиционный зал под диковинки, учебные классы и лаборатории для повышения образования личного состава по той же физике, химии, планиметрии и прочих наук (все они при необходимости расширялись в аудиторные и лабораторные крылья для школьных или студенческих занятий). На всякий случай Люк всё-таки добавил небольшой бордель с дорогущими антропоморфными дроидами, умеющими делать некоторые виды массажа. Большая часть из этого имела смысл при долгом путешествии большой компанией в нецивилизованные места и покамест представляла собой голые стены для прокладки и разводки коммуникаций. Определённая избыточность предполагала проведение светских раутов, а магическое расширение пространства в большинстве помещений лишь для кичливого комфорта.