- Заманчиво, партнёр Люк. Перед реализацией столь масштабного проекта нужна экспериментальная плантация для наглядности и оценки. Я могу сегодня же выделить один район на территории своего каджидика. Великий совет хаттов решит по итогам.

- Хорошо. Я до обеда прилечу и дам Пикси соответствующие указания. Урожай с этой плантации пойдёт на семена для других восьмидесяти шести.

- Договорились, партнёр Люк.

За сим опосредованный сеанс связи завершился.

- Лея, предлагаю сделать Ор-Туму обитаемой. Что думаешь?

- Отличная идея, Люк! Я за новый дом для мон-каламари, - принцесса без труда догадалась, о чём будет второй разговор.

Вместо слизняка в сумеречном помещении предстала оформленная в белое рубка крейсера «Дом-Один» с адмиралом и генералом на переднем плане. Оба всё ещё носили форму Альянса повстанцев.

- Здравия, генерал Додонна, адмирал Акбар.

- Здравия, принц и принцесса Скайуокеры, пилоты.

- Здравия, - более сдержанный мон-каламари поприветствовал скупо. – Мы вас слушаем.

- У меня для Яна Додонны и группы Массасси есть вакансии гарнизона и коменданта ПИКСИ в расшифровке «Производственный Институт Космическо-Системных Исследований», приветствуется совмещение должностей коменданта и главы военной кафедры. Так же есть потребность в экипажах для пяти патрульных авианесущих корвета класса «Х-Мародёр» и пятнадцати эскадрилий «X-wing», одного транспортника класса «GR-75» и одного транспортника класса «Действие-5». Для всех лёгких транспортников, укреплённых магией у Явина, найдётся постоянная работа по доставке товаров, произведённых на Пикси или требующихся супер-станции.

- Благодарю за предложение, я подумаю, - сходу ответил седовласый мужчина, заинтересованно прищурившись на схожести названий «Х-Мародёр» и «X-wing».

- Я вас отпускаю, генерал Додонна, - великодушно произнёс Акбар.

- Спасибо, адмирал Акбар, но я всё равно должен подумать и узнать мнение подчинённых, - дипломатично ответил Ян. – И все озвученные вакансии бывшая группа «Массасси» не в состоянии закрыть, - глянув в сторону текущего начальства.

Мон-каламари понятливо кивнул. После произошедшего этой ночью фактического распада Альянса за восстановление Республики адмирал незаконной флотилии вынужденно оказался перед развилкой: продолжать самоубийственную борьбу в отсутствии ресурсов, расформироваться и попытаться раствориться или заняться пиратским разбоем, каким-то чудом легализоваться полностью или частично.

- Пикси пробудет в Й-Тауб ещё плюс две-три недели, потом я начну искать других кандидатов.

- Понял.

- Адмирал Акбар, в системе Рилота на третьей позиции летает ледяная Ор-Тума. Где-то через пару месяцев Пикси освободится, чтобы заняться этой планетой для переселения расы мон-каламари с Дак. Я считаю, индивидуумы важнее имущества, а историческую вражду благоразумнее решить переселением в новое место с его обустройством чисто под себя. Если заинтересуетесь, то согласовывайте с Леей.

- Благодарю, - несколько растерянно ответил Акбар.

- Если надумаете-таки, адмирал, то прихватите с собой побольше космических станций почившего альянса, а то негоже оставлять их всяким пиратам и бандитам.

- Учту, - сузив глаза от очевидного намёка на свою дальнейшую судьбу.

- Тогда больше не будем вас отвлекать.

По жесту Люка связь завершилась.

Занятия физкультурой выдались особенно интенсивными, отчего ребята так и норовили проглотить завтрак вместо наслаждения новым вкусом продуктов питания, выращенных на Нал-Хатта для Нар-Шаддаа.

- Командир Люк, готовить эскадрилью к деблокаде Делайи? – поинтересовался капитан Кливиан после завтрака.

- Нет, в системе Кашиик стартанёте. Делайю мы мирно деблокируем, создав пару гипертроп отсюда к Корусанту, когда поведём тыквенный караван.

- Мирная деблокада в приоритете. Неделя особой роли не сыграет, - серьёзным тоном произнесла Лея, поддержав идею брата. – Люк, а Пикси может воссоздать планету Альдераан?

- Слепить новую можно попробовать, но я плохо представляю, как быть с её внутренней структурой. Сперва потренируемся на спутнике Джеонозиса.

- Астероидных поясов очень много, Люк, - заметила альдераанка, удовлетворившись ответом брата.

Оплатой тяжёлой и продолжительной работы вожака пурргилов стал кайбурр, взращенный на Пикси. Люк самолично инкрустировал камень с Беллу размером в один из передних зубов Илаурма. Это и сделает более питательным вдыхаемый им газ, и позволит слегка прикусывать щупальца собратьев для их лечения, и улучшит связь с Силой, и позволит обучать созданию гипертуннелей много дней кряду, причём не только его сына и Люка с Бладжером, но ещё и других зрелых самцов из его стаи, которым тоже будет инкрустирован кайбурр, дабы им оказалось проще сманить самок из других стай и образовать собственные в целях скорейшего размножения.

К чему спешить с разведением пурргилов?

Маг абсолютно твёрдо верил, что взрыв звезды Бисса породил поток, сдувший всю прорву мидихлориан у Планеты Силы, вотчины пяти Жриц Силы. В течение года народятся десятки тысяч чувствительных к Силе детишек – будущий контингент магической школы. Лучшие наверняка осилят призыв и узы с пурриглами, которых на всех желающих может не хватить, если заранее не озаботиться ростом их популяции.

Опорожнив хранилище со сжиженным клоузоном-36 практически в рот каждому из двух пурргилов, Бладжер с орбиты Делайи в системе Альдераан стартовал между двух пурргилов, очень зрелищно закрутивших воронку входа в гипертуннель, которым смогут воспользоваться все стреловидные корветы и транспортники лёгкого и среднего класса. Они полетели напрямик от системы Альдераан к системе Кашиика – это практически половина радиуса Галактики. Если в Галактике и были настолько длинные моно-дороги, то нынешняя цивилизация о них не знала (кроме пятёрки, а теперь уже тройки главнейших гипертрасс). Пусть гипертропка мала, зато она на текущий момент самая длинная и самая быстрая. Вскоре будут подлиннее, а по мере тренировки и побыстрее тоже. Люк исходил из расчёта примерно часовых рейсов.

В системе Кашиик пурргил создал воронку выхода над третьей орбитальной позицией, по которой вращалась родина вуки. Сюда будут выходить все гипертропки. К моменту выхода в реальность Луковые подготовили свои истребители и покинули волшебный ангар. Программу тренировок пилоты уже обговорили. Так называемые бутерброды сложны даже для асов, они бывают трёх типов по мере сложности: три с гиперприводом, центральный растягивает своё поле на почти прижимающихся к нему соседей сверху и снизу, двое синхронизируют свои поля для захвата третьего между собой. Ещё есть парный строй «тягач». Верхом мастерства служат манёвры внутри гипертуннеля. Луковые пока начали с отработки чего попроще. От Кашиика до Нал-Хатты первым скакнул «червь» Илаурм, за ним Бладжер, дальше четыре звена, замыкающим Иламар, чьей функцией была стабилизация гиперпространственной дороги как первого шага к приобретению навыка создания с нуля.

В системе Й-Тауб слегка задержались, чтобы заскочить к Пикси за расширенными цистернами с клоузоном-36, который Бладжер вырабатывал в недостаточных объёмах, чтобы поддерживать уровень сытости сразу двух пурргилов, которые без этого газа не могут скакать в гиперпространство, а создание гипертропки требует гораздо больших энергетических затрат, нежели простое плавание.

Входящий на Дуро рейс выдался на обеденное для людей время, на исходящем тоже все остались в Бладжере: Луковые подводили итоги, по каждому пилоту обсуждая два прогона; Лея продолжила вместе с Трипио вникать в традиции Рилота; Люк медитировал с кайбурром в руках. Во время рейсов в следующие два мира и оттуда эскадрилья повторяла «бутерброд» из трёх гиперприводных крестокрылов, а Люк туда летел на спине Иламара, а обратно на спине его отца, но в первый раз с кайбурром для изучения самого построения гипертропки, а во второй раз с Компасом Силы для ориентации в пространстве и доработки чар на перстне. После ужина пробуравили исходящую червоточину до Кашиика и отработали ещё один мир туда-сюда.

По ряду причин ночной отдых прошёл на Трандоша. Здесь отсутствовала гипертрофированная флора, потому легко нашёлся дикий песчаный пляж на речном острове, позволявшим обойтись без джентльменских конфузов из-за дамы. Пурргилы разлеглись в раздваивающемся русле ниже по течению, тоже решив понежиться в тёплой струящейся воде. Отсюда маг в форме Призрака Силы осторожно учился путешествовать между планетами – между Трандоша и Кашииком, где в следующие ночи собирался найти-таки древнюю машину магического терраформирования.

А вот кое-чей отец не мог себе позволить столь рано нежиться в постели. Прибыв в свой дворец на Корусанте, главнокомандующий отправил Девятый флот выгружать людей и отправляться восвояси, а оставшуюся армаду распределил по системам, ранее атакованным брандерами, чтобы удержать западную часть важнейшей гипертрассы под жёстким имперским контролем.

Поскольку большая часть расходов империи приходилась на вооружённые силы, в руках лорда Вейдера оказалась вся трепещущая экономика с испытывающим коллапс страховым бизнесом, куча мелких поставщиков терпела крах, а более крупные подсчитывали катастрофические убытки из-за потерянных грузов и разорванных цепочек поставок. Главнокомандующий ВС вместо продолжения политики требования исполнения контрактов точно в срок расщедрился на целый месяц откладывания и лично стал применять Силу для поиска альтернатив в критически важных поставках продовольствия и горючего для звездолётов и бластеров. Также приходилось срочно увеличивать заказы на космические суда снабжения. По многим позициям могли помочь хатты, которые охотно согласились и алчно потянули обратно свои два миллиарда пеггатов платы за Рилот, на сегодняшний день в самом прямом смысле оставшийся на обочине цивилизации и потерявший на Кореллианском пути десятки тысяч паникёров.

Поутру на определённом участке орбиты Кашиика уже вились сотни лёгких транспортников хаттских контрабандистов, спешащих втридорога продать самый важный ресурс – топливо. К слову, Нар-Шаддаа жадно заливалась дешёвым для системы топливом, перенаправляя реку танкеров для стремительного подрыва и перехвата бизнеса конкурентов на стратегических направлениях. Пикси хоть и хвастался бездонностью запасов, однако мощности генерации едва хватало для заполнения в час одного почти стометрового танкера. Вместо денег хатты принялись поставлять крестокрылы, которые всё ещё производились, хотя спрос на них рухнул на порядок.

День прошёл в том же ключе, что и предыдущий, только начали раньше, успев пробуравить на одну пару гипертропок больше. Сублимация накопленного за день опыта не привела у Люка к прорыву в освоении навыка, тем более к его переложению на заклинательную основу. Зато этой ночью упорный маг таки отследил местонахождение древней установки!

Объект располагался на экваторе посередь массивного горного плато, поросшего вроширами так, что один из стволов нависал над древним агрегатом. На поверхности он состоял из четырёх панелей, толщиной с раскинутые Люком руки и составленных крест-накрест. Со стороны конструкция грубо напоминала спиртовку с чёрным пламенем высотой восемнадцать метров – знакомое число! Панели не состыковывались посередь и могли раскрываться подобно клешням некоторых дроидов. Нижняя часть полусферы основания светилась. От трёх панелей в камень основания уходили толстенные гофрированные трубы, а от четвёртой подобно клюшке спускался интерфейс управления с ракатанскими символами на ручке и почти четырёхтысячелетним новоделом, вместо компьютерного терминала предоставляющего ровную площадку с обезличенным голокроном. Подобно бетону залитая диабазом подземная часть представляла собой связующий цилиндр высотой и радиусом восемнадцать метров да крупную сферу ста сорока четырёх метров диаметром.

Судя по следам, древний агрегат имел нечто вроде дроидов для саморемонта и самозащиты. Это объясняло, почему ракатанский компьютер терраформирования исправно проработал более тридцати трёх тысяч лет, прошедших с падения их империи.

Интерфейсный голокрон общался на старинном, но вполне узнаваемом сейчас бейсике. В первую очередь он проводил нейронное сканирование, после чего задавал вопросы без какой-либо системы: любимый цвет, основные созвездия Корусанта, диметр белых карликов, скорость созревания винограда и прочее. Голокрон индифферентно отнёсся к заклинаниям Конфундус и Империус.

Люк смекнул хитрый способ сковырнуть чужую надстройку. При помощи приёма Уязвимая Точка он нашёл место приложения световой палочки, после чего при помощи кайбурра скопил побольше магии и наколдовал Репаро Максима. У него имелся всего миг, которым маг грамотно воспользовался: когда крышка-голокрон чуть приподнялась над восстановившимся терминалом раката, заколдованный валун врезался в неё и снёс вбок, открыв реагирующий на Силу сенсорный экран с клавиатурой на ракатанском.

Знания языка столь давно минувшей цивилизации отсутствовали в библиотеке Вал-Арноса. Получив отрицательный ответ на запрос, Люк сосредоточил внимание на выполненной знаменитым Реваном надстройке – об этом свидетельствовал его символ на обратной стороне. Причём сделал он это до того, как Орден Джедаев, судя по летописям, стёр падшую личность. Плоский голокрон был при помощи Силы приделан к рамке сенсорного экрана, над которым содержал алфавит мортис-бенду, объединяющий в себе ашла и боган. На ободе, тесно прилегавшем к ракатанскому терминалу, тянулись Надписи Силы, защищавшие обезличенный голокрон Ревана от всех разновидностей Обмана Разума, нивелировавшие Ковку Силы и другие приёмы.

Незаметно подкралось время побудки. Люк прихватил с собой плоский голокрон, решив продавить подчинение на алтаре Пикси и вернуть в качестве съёмной надстройки. Перед уходом маг наложил на местность магглоотталкивающие чары, минимально защитив от случайного обнаружения кем-либо из простецов.

Третий день службы гипер-червём прошёл рутинно. Радость случилась к вечеру. Хатты подогнали в систему Кашиика «новомодную» космическую станцию – хитрецы приварили друг к другу круизный лайнер под четыреста метров длиной и два стареньких стометровых танкера. Такая конструкция позволяла спасти роскошный пассажирский корабль от имперской реквизиции в программу Великого Расселения. Этот космический отель имел при себе бордель, который и привлёк внимание парней, включая Люка, первого выбравшего себе рыженькую шлюшку приятных форм, пусть и рассчитанных под двухметровых дылд – самое то для тренировки полиморфизма.