Толкучка быстро привела потрясённых в чувство.

Посещение освежителя прошло без инцидентов. Обоим было, о чём крепко подумать в кабинках.

Вечерние сумерки еле подползали, и жара на улице ещё держалась. Суховей с континента наметал пыль, сдувая влагу обратно в океан, да и было её не столь уж много из-за пятидесяти двух кликов засаженных ягодным кустарником и плодовыми деревьями пологих гор, разделявших столицу и северную кромку бурного океана.

В водяном клон-доспехе было комфортно. Более рослый сам двигался размашистым шагом, сам из-под носа забрака перехватил дроид-такси. Более низкого несли в себе, давая возможность сосредоточиться на восприятии ледяного клона, вышедшего из совсем другого освежителя в торговой зоне космопорта и купившего за фальшивые монеты датабук с картой доступа местного провайдера, и потом на восприятии теневого клона, в другом киоске приобрётшего первый же впариваемый ему комлинк с предложенным услужливым тви’леком тарифом на выход в местный Голонет.

Пока более взрослый тужился с Телекинезом, предотвращая ежеминутные угрозы подстраиваемых диспетчерским искином ДТП, более юный, расслабленно устроившийся на жёстком сидении непримечательного лэндспидера, шерстил правительственные сайты и новостные агенства через дюжину украденных со склада датападов, подключенных двумя группами через прокси легально купленных устройств.

Тунд в Централии был малоизвестен, малопопулярен, малоизучен, справочники о нём были малоинформативными. Как оказалось, мир управлялся – магократией, хотя у тунгов имелся свой король. Как иногда практикуется, официально населением планеты считались восемнадцать миллионов коренных жителей. Смысл таких махинаций в заполучении льгот и преференций, положенных малонаселённым планетам и вымирающим расам.

Выборка пользователей из соцсетей показала, примерно: семь процентов ситхов, семьдесят три процента тунгов, двадцать процентов всех остальных рас, не считая бесправных рабов; по грубым оценкам общее количество живущих на Тунде получалось числом немногим меньше полумиллиарда. Осевшие тут сотни миллионов беженцев с Тунг’ла вместо коллапса экономики привели к взрывному росту, особенно сельского хозяйства и шахт. На удивление, спустя тридцать один год, государство осталось самодостаточным, каким было до глобального переселения народа. Продукция галактических монстров, таки просачивавшаяся и на эту далёкую периферию, была малодоступна среднему классу, с удовлетворением нужд которого более-менее справлялась местная промышленность. Помимо собственных сил правопорядка у довольно автономной и развитой магократии имелся свой системный флот из десятка с лишним фрегатов и под сотню корветов, сторожащих от пиратов добычу руд и минералов на астероидных поясах. Наличествовавшее в столице присутствие Галактической Империи скорее смахивало на посольство.

- Как-то маловато прогуливающихся, - заметил Эзра, зорко глядя в просветы низкорослых раскидистых пальм и странных хвойных деревьев, чьи лоснящиеся иглы напоминали малахитово-зелёные волосы с его локоть и длиннее.

- Действительно, - расплатившись с дроид-такси наличной осьмушкой пеггата. – Нас пасут, - про себя заволновавшись о Гере. - Будут брать, хитро откладывая разборки с Призраком, - имея ввиду отсутствие в Силе прямой угрозы, иначе бы джедай не решился покинуть любовницу.

- Хм, местный тунгский король Фищуки подчиняется стихским колдунам. Он точно знает о просьбе своего венценосного собрата к нам, но не пригласил к себе. И местные встретили гостей отпором, по мягкому варианту с должностными лицами, а мы вместо простого намека на «свалить» наоборот лезем дальше. Хозяева не афишируют себя, но ведь точно знают о нависшей угрозе уничтожения.

- Тёмные не приемлют помощь Светлых, - озвучил Кэнан свои мысли, чуть скривившись и вместо отвода внимания став прислушиваться к подсказкам Силы.

- Хм, скорее вмешательство. Думаю, э, если Орден Джедаев позволял Колдунам Тунда существовать, то в худшем случае считал их «Серыми», а не отродьями Тьмы.

- Чего тут думать - они решили с нами смахнуться. Сбагрить своих и хлопнуть чужих, - совсем даже без умысла говоря в манере Сабин, просто она заразна.

- Посреди излюбленного городского парка? – сомневался Эзря, проходя мимо вычурных статуй из красной яшмы, сардоникса, сердолика, даже встречались полностью выращенные из кровавого цвета коралла, которые буквально до кожных пор повторяли облик представителя той или иной расы, чьи подвиги на ниве администрирования или науки любезно перечислялись на прикреплённых к пьедесталам беломраморных табличках. Никого из расы ситхов, что весьма любопытно и наводило на мысли о выставке марионеток, на которых толпа должна ровняться, не помышляя бунтовать против господ, практикующих колдовство, фиговым листочком прикрывшее ситхскую магию, проклинаемую джедаями за кровавые жертвоприношения при ритуалах и заклинаниях, - как прошлой весной на одной из лекций вещал голокрон Сатель Шан.

- Очернят джедаев варварами, ушлёпки, - помня ушаты помоев, выливаемых на собратьев по ордену в конце и после Войн Клонов. – И выслужиться перед императором ради помилования.

- Оу… - сказанное имело больше смысла, чем придуманная Эзрой ловушка, но не отменяло многоплановость проводимой операции, неприятно точно учётшей их психологию для разделения и выманивания.

Оба засмотрелись на дивную фигурку тви’лечки в скромной позе, выполненную из какого-то розового камня, отчасти или даже полностью повторяющего оттенки кожи. Кэнан в уме грешил на Силовую Ковку, Эзре мнился идеальный аналог дотондзюцу буншин. Табличка гласила о величайшей поэтессе доруусанской эпохи.

Сверху хорошо виделось, что парк разбивался на эпохи, в каждую из которых доминировали статуи какой-либо одой расы. Мнительный теневик даже заподозрил темнейшее коварство ситхских колдунов, примерно раз в полтысячелетия устраивавших где-то планетарные катастрофы и под видом оказания помощи вывозивших себе в анклав на Тунд сотни миллионов новой рабочей силы, для чего нанимали флот круизных лайнеров Централии, к примеру.

Напротив каждой статуи имелась лавочка или скамеечка в стиле постамента, всегда индивидуального. Хмыкнув, мужчина пристроил седалище на кажущуюся хрупкой ажурную конструкцию, сжал в правой рукоять светового меча и смежил веки, мантрой шепча кодекс и отдаваясь ощущениям Силы, тревожно колеблющейся. Юноша остался стоять и нервно озираться по сторонам, вернее, это играл на скрытую публику водяной клон-доспех, а подзащитный готовился к бою, тайно и плавно открывая первую тройку врат Хачимон и готовясь к переходу в Сеннин Модо принятием порции сенчакры от одного из шести сброшенных скрытно в инверсионный след Призрака теневиков, устроившихся на дне океана в десятках километрах от берега, чтобы собирать шизен оптимальных характеристик.

Надежды на дипломатический исход рухнули с обрушением жажды убийства, сравнимой с яки Момочи Забузы.

Не рассуждая, Эзра резко высвободил чакру стопами, подпрыгивая как стоял, - под ним разлетелись обломки тротуара. В следующий миг его взлёт подкосился одной из винтовых пуль, метивших в голову, но пробуравившей ледяную защиту и оцарапавшей бескар поножей почти на стыке с ботинками. Маленький взрыв, казалось, насквозь опалил голень кислотой. Остальная смерть пронеслась мимо, изрешетив землю, деревья, кустарники. Подлетающая вверх фигурка взорвалась непроглядным туманом – это самоликвидировался клон-доспех, а подзащитный просто фазировался.

Джедай оказался предусмотрительней, сумев заранее создать облегающий Барьер Силы между водяным доспехом и собой. Только это и спасло человека от немедленной гибели из-за десятка разрывных пуль, выбивших водяной пар и взорвавшихся ядовито-зелёными облачками. Пять лазерных лучей отразились в разные стороны, вместо цели разрезав скамью и статую. Включающийся световой меч подорвал ещё пару пуль и отбил бластерный выстрел, ещё четыре со спины и боков в туманные клочья порвали дышавшую на ладан водяную защиту, а натренированный в корабельных баталиях Барьер Силы сдюжил ещё несколько десятков попаданий автоматными очередями.

Чего не видел одетый в один из множества запасных комплектов форс-теневой клон, то даже не попытался заметить оригинал, совершивший переход в Сеннин Модо и благодаря клон-доспеху заменившийся с плававшим под поверхностью дублёром. Бриджер обладал единственным дзюцу с элементами канчи, оно же нивелировало сенсорику врагов. Доработанным до сендзюцу вариантом и воспользовался Эзра, взломавший автоматическую систему полива парка: из ближайших к месту стычки форсунок хлынула структурированная вода, капли которой взрывались ещё более густым и плотным туманом, визуально похожим на уже распространявшийся, привлёкший внимание всех владельцев лазерного и бластерного оружия, залившего пар огнём.

Артефакты Силы, как позже выяснилось, создававшие невидимость вокруг бойцов четырёх атаковавших отрядов и ещё двух таких же из резерва, работали иначе, нежели стигий и технологии на этом кайбер-кристалле, но отнюдь не всеобъемлюще. Попавший в суитондзюцу тумана репульсорный дрон-убийца получил прямой наводкой сосульку, отбросившую и сковавшую машину, убившую саму себя отражением собственного лазера. Сразу двое висящих на репульсорах органиков, вляпавшихся в сендзюцу тумана, потеряли своё скорострельное бластерное многоствольные оружие, испортившееся у них в руках из-за ледяных затычек. Цветочками раскрылись пулевые винтовки репульсорных дроидов-убийц, также угодивших в молниеносно стелющийся туман. Энергетические сгустки, прицельно выпущенные из копии эзровского эфеса по первым трём выявленным, безвредно обтекли их. Предполагая кортозис, форс-теневой клон ринулся в рукопашную, первым же тайдзюцу сломав ближайшего дроида, отфутболенного под ноги органику вместе с приклеившимся к корпусу хлад-тегом, проморозившим силовую броню насквозь и выведшим носителя из строя.

Ушедший в глухую оборону Кэнан, оказавшись в скрывающем тумане, быстро сместился из фокуса поражения, потом ещё и ещё раз, но не смог ориентироваться и вынужденно бездействовал, концентрируясь на Барьере Силы, из облегающего ставшего яйцевидным коконом, более прочным и простым для поддержания.

В отличие от джедая, все нападавшие имели голограмму местности и продолжали передвигаться, правда, гораздо осторожнее и без координации из-за подавления всех спектров связи.

За четверть минуты Эзрой в радиусе охвата сендзюцу были выявлены сорок шесть противников. Его форс-теневой клон обезвредил восемь дроидов и пятеро солдат, когда высоко летавший на скай-скейте колдун проявил себя заклинанием, наслав шквальный ветер. К его печали, из-за шизен стихии воды и ветра легко комбинировались, отчего парк украсился обильно выпавшей изморозью и хрустальным перезвоном от слома насквозь промёрзших трав. Во все стороны прокатившаяся по поверхности волна оледенения демаскировала ещё четырнадцать невидимок, и для повелителя льда, и для джедая. Также потушились зачинавшиеся пожары и показались учинённые массированной стрельбой разрушения.

Спецназ сменил оружие на запасное и продолжил обстрел. Хуже всего было с дроидами, перемещавшимися резко и внезапно, но прошедшего школу Ордена Джедаев это не смутило совершенно. Ещё пока не мастер, но подмастерье Соресу, сумел окружить себя сверкающей стеной; защита фехтованием дала Кэнану возможность рискнуть сменить Барьер Силы на Телекинез, который джедай стал запускать в сторону демаскирующего испускания выстрелов, - Волны с гарантией кидали врагов в деревья или статуи, или оземь, а вот Толчки доставались ракетам и гранатам, причём, каждый раз направляя их в ранее демаскированных и ещё не убитых противников. Колдун с высока несколько раз метал махровые молнии, но Кэнан уже умел такое отводить в сторону световым мечом, как и Эзра, чей запыхавшийся клон старательно обкатывал технику работы с ледяным зеркалом в левой и световым мечом в правой. Сами джедаи банально не успевали как-либо атаковать колдующего врага, защищаясь от него на грани поражения от своры прихвостней.

В сложившейся обстановке форс-теневой клон, играя в команде, перестал мельтешить и начал в сбитых напарником врагов изрыгать большие косяки сосулек, наводимых волей и потому виляющих для точного попадания. Лёд не пробивал доспехи или корпуса, но мял их и моментом разрастался, пленяя цели внутри прозрачных глыб в дюжину кубов объёмом, чего хватало фиксировать и очерчивать силуэты словленных невидимок, чьи сервоприводы и репульсоры не справлялись с высвобождением из плена. Дважды колдун зажигал меж ладоней свечной огонёк, который при метании вниз разрастался гудящим огненным шаром в несколько метров диаметром; дважды пришлый отвечал, вовремя гася низвергаемое пламя морозным выдохом и за счёт скорости в последний миг избегая пуль либо ловя их на металлические щитки рук или ног ввиду скоротечно просевших аккумуляторов у гаджета силовых экранов.

В это же время сам Эзра бросил брыкавшееся сендзюцу, поглотившее заклинание стихии Ветра и ставшее растить ледяной лес за счёт окружающей влаги, отчего треск стоял неимоверный; дублёр получил сигнал с разрешением на показательное вытягивание энергии из смешавшегося с заклинанием сендзюцу. Филиал ледяного царства был раем для ледяных проныр, с помощью недавно разработанных линз узревших на колдуне украшения на лбу, груди, руках, которые ослепляюще ярко мерцали, заявляя о своей артефактной природе, а пряжка пояса и ножны с кинжалом и коротким мечом были просто разноцветными и стабильными сгустками – функционал отключен или стационарен. Подобные штучки имелись и у спецназа. Бриджер прятался и наблюдал, выжидая дальнейших вражеских ходов и подходящего момента вступить в бой лично.

Стремительная схватка приближалась к развязке, когда все шесть смешенных отрядов из органиков и дроидов окажутся так или иначе выведенными из строя. Двое атакованных в ходе подвижного высокоскоростного боя сместились на пару с лишним сотен метров, оставляя вокруг себя изувеченный парк. Решив, что пришлые измотаны достаточно, в вышине около сотни метров показали себя ещё пятеро Колдунов Тунга, уподоблявшихся мандалорцам с их реактивными ранцами для доминирования с воздуха.