Напряжение не ушло даже после покидания пределов дремучего Леса Смерти, ни одно животное которого не показалось на пути процессии. Дальше скорость перемещения возросла. И немногим после полудня вереница просочилась через ворота Конохи. Генинов отпустило лишь в стенах родного селения, по крайней мере, Чоджи стремглав бросился к ближайшей лавке и прямо с витрины схватил копчёный окорок, жадно вгрызшись в мясо, благо продавец знал особенности представителей клана Акимичи, в том числе непременную оплату огромных счётов за еду. Локи взял себе на заметку сводить Чоджи на барбекю и вызнать у него гастрономические вкусы его симпатичной напарницы, обещающейся вырасти фигуристой дивой, в которых Локи знал толк, будучи с детства окружённый писанными богинями Асгарда.

Предвидя огорчения в квартале Хьюга, глазастый умник вместе со всеми охотно направился в госпиталь Конохи. Многие жители с пониманием и сочувствием отнеслись к жертвам Чунин Шикен, четыре последних дня группами доставляемых со стороны Леса Смерти. Госпиталь селения оказался заполнен подростками с травмами разной степени тяжести. Хокаге первым вошёл в больницу и самолично организовал отдельные палаты для Саске и Гаары с соответствующей охраной из АНБУ.

- Хокаге-сама, извините, пожалуйста, - Локи без труда подкараулил главу деревни на выходе из госпиталя, однако он еле превозмогал отчаянно душившую его гордость. Если бы не клятый однохвостый, нарушивший весь расклад, бог даже помыслить бы не мог о совершаемом сейчас поступке, а так гордецу приходится унижаться перед тем, кого убить хотелось, но никак не моглось.

- Да? – скрывая раздражение и неприязнь из-за отчебученного на матче выкрутаса, который ему теперь предстоит как-то расхлёбывать.

- Разрешите мне оформить недельную миссию младшего ирьёнина. Вы видели, Хокаге-сама, даже мои ничтожные навыки владения мистической рукой сейчас крайне востребованы. Заодно я пройду зачётную практику на ирьёнина D-ранга и сдам теорию, - скороговоркой выпалил Локи, для усыпления бдительности с прямой спиной встав на одно колено перед таким могущественным ниндзя, как Сандаймё Хокаге, который способен свернуть Одина в бараний рог. Хотя подобный шаг с Таносом не прокатил, как того хотелось, но тогда и сейчас гордец следовал своим планам, он не лебезил и не прогибался. Дань правителю – перед Одином тоже приходилось, потому гордец и мечтал занять его место.

- Приступай, - после короткой паузы великодушно скомандовал Хокаге при штатных сотрудниках госпиталя, принявших к сведению и на исполнение.

Это братец Тор не заморачивался бумажной волокитой, а Локи был вынужден знать, чем и как живёт храмовый дворец Бога-отца Одина. Как говорят в Мидгарде, без бумажки ты букашка. У ниндзя тоже рос и пух чиновничий аппарат. Локи хотел иметь законный повод игнорировать требование Хьюга Хиаши явиться в клановый квартал, а также законный повод расширить свои навыки владения фуиндзюцу за счёт знакомства и работы с медицинскими печатями, что крайне актуально в преддверии опечатывания гениталий. А ещё такой вот диалог означал, что Сарутоби проглотил возможное оскорбление своего сына и клана в целом и публично ничего не будет предъявлять, что не помешает ему гадить со своего поста и со своими связями. Локи как интригану с многовековым стажем было интересно поиграть и развиться в этом направлении тоже, а лучшее развитие на практике, о чем сам хокаге говорил в своей речи перед экзаменуемыми генинами.

За племянника похлопотал дядя, организовав палату для двоих и сгоняв в лавку за ширмами для разделения мальчика и девочки, заодно Гай позвал Тахари Томомори и Тен-Утсу, отца и мать Тен-Тен, доросших до ранга чунина сирот войны, не признанных кланами. Тахари после удачной миссии раздобыли гору оружия и наладили бизнес по его продаже, сперва войдя в долю с кем-то из клана Учиха, а после их вырезания сделавшись хозяевами с приличным заработком.

Локи не стал отказываться от вкусностей, которые мать принесла для дочери. Всё-таки деньги остались в его доставшемся от отца доме внутри кланового квартала, а обедать хотелось сильно – организмы ниндзя весьма прожорливы! Такова цена силы, что превосходит асгардских богов.

Гай-сенсей при родителях Тен-Тен особо похвалил её за благородство и уважение к оружию, проявленное куноичи, будучи раненной и оскорблённой. По нравам Конохи это делало честь семье владельцев оружейной лавки.

- Я просто хотела показать экзаменаторам, что слова о дружбе для меня не пустой звук, - скромно пояснила юная девушка, лёжа в койке.

- Ты молодец, дочка, - похвалил гордящийся отец.

- А ещё ты показала им свои первоклассные навыки фуиндзюцу, - заметила любящая мать, поладив Тен-Тен по голове. Её наука.

– И то хидзюцу призрачного оружия, которое ты выучила буквально на арене. Это очень-очень круто, дочка. Я знаю случаи, когда звание чунина присуждали даже после провала в испытании боем, - добавил Томомори, вселяя надежду. Повышение звания увеличит заработки и позволит брать миссии по доставке от семейной лавки, оставляя заработанные деньги в семье.

- Ты показала все клёвые качества, Тен-Тен, - сенсей подмигнул и показал большой палец.

Эта беседа уже велась без Локи, который продолжал следить, выйдя из палаты для получения подготовленного для него бейджика и формы санитара, служившие пропуском в учебный класс, где на полках хранились учебные свитки для начинающих ирьёнинов. Если с собой бог выезжал за счёт асгардской регенерации, а у подорванной им падали все ошибки исправил Кабуто, то для участия в исцелении Ли ему нужны базовые знания об ирьёниндзюцу, особенно терминологии и касательно диагностики, чтобы более-менее понимать речь да мысли профессионального ирьёнина А-ранга и корректно сопоставить щупанье чакрой с виденьем чакры. А времени мало.

К сожалению, ни сам Локи, ни Неджи не обладали эйдетической памятью, зато бог обладал развитыми навыками скорочтения. К сожалению, для качественного запоминания новых слов и определений нужно читать вдумчиво, а бог привык качественно проделывать важную работу, и раз уж взялся за ликвидацию пробела в медицинских науках, то добьётся успеха – в этом они с Неджи были очень похожи. К сожалению, все ирьёнины скудного штата госпиталя занимались подростками, потому Локи оказалось некого третировать многочисленными уточняющими вопросами, возникающими у него по мере ознакомления со справочными талмудами.

Делая физиологические перерывы, Локи не забыл и про Ли, которого опытный медик слегка подлечил и привёл в сознание. Ухаживая за лежачим и целиком перебинтованным товарищем, Локи отстранённо от работы санитара накручивал в голове мысль о том, как клеймил саму наследницу клана Хьюга. Это послужит дополнительной волевой опорой для противостояния боли от проклятой печати – Саске лично и наглядно доказал принципиальную возможность подавления джуиндзюцу своей волей. Для Хинаты никаких особых последствий не будет: клановый мастер фуиндзюцу легко снимет обычную фуин-метку техники замещения, клановый медик подлечит лоб и сведёт все последствия за считанные дни; останется психологическая травма, дающая принцессе на собственной шкуре испытать, что значит оказаться клеймённой и хоть немного понять чувства порабощённых представителей побочной ветви. Разумеется, Хиаши-доно пребывает сейчас в дикой ярости, потому Локи и стремился переждать бурю в надёжном месте вне кланового квартала, там, где глава клана Хьюга не станет устраивать сцен.

Периодически бьякуган осматривал больницу и окрестности. А ещё желудок бдил свой час. Пусть временный, но как санитар Локи имел право столоваться в кафетерии госпиталя и воспользовался этим, затесавшись в жиденькую толпу и получив свою порцию государственных харчей. Рисовая каша на молоке и ягодный кисель: просто и сердито, сытно и дёшево.

Яманака Иноичи прибыл примерно в середине восьмого часа вечера, где-то после семейного ужина, который Ино не смогла проигнорировать. Своя попа оказалась для Ино дороже ног Ли, и дочь скрывалась от отца весь день, ещё и вечер собиралась, но генин против джонина… Откровенный разговор таки состоялся, и не только решительная физиономия аристократа подтверждала получение послания, но и общество сухощавого мужчины слегка за сорок. Локи поспешил в палату к напарникам, коротавшим вечер за игрой в слова.

- Ли, тебе крупно повезло. Яманака-доно откликнулся на мою просьбу и привёл отличного ирьёнина для объединённого лечения твоих ног, - обрадовал его Неджи, внося два табурета к тому, что уже имелся у койки.

- Правда? Ты… ради меня…

- Ради себя в первую очередь, - высокомерно бросил Локи в стиле Неджи.

Ли всё равно всхлипнул от такого проявления заботы.

- Спасибо, Неджи-сан! Я признаю долг жизни перед тобой!

- Лучше и дальше будь клёвым парнем, приятель, а то у меня больше нет друзей… - грустным тоном признался Локи.

- О-ош! – возликовал перебинтованный и скрыл шипение от боли, возникшей из-за его дёргания.

- Небольшая перестановка под процедуру, - поясняя перед тем, как отодвинуть койку от стенки для удобного доступа с двух сторон.

Вскоре два хмурых и светловолосых мужика вошли в палату.

- Приветствую. Яманака Иноичи, а это Ноза Кагенсо, травматолог из Отдела Дознания, - коротко и сдержанно представился отец Ино, имевший более насыщенный цвет пшеничных волос и такой же конский хвост, какой его дочь себе отрезала на матче. Упоминание ведомства, откуда Иноичи привёл специалиста соответствующего профиля, должно было припугнуть подростков.

- Здравствуйте, Яманака-доно, Кагенсо-сама, - Локи поприветствовал по правилам общего этикета.

Ли и Тен-Тен повторили приветствие со своих кроватей, видимых от двери в палату.

- Приготовился, - констатировал Иноичи, собравший всю информацию о матче и просмотревший видеозапись. Он прожигал взглядом своих серых глаз супротив небесно-голубых у его дочери, тогда как у матери карие. – Садись и приступим.

- Прошу начать с Кагенсо-сама, как более опытного в том, чтобы случайно не сдать тайны своих пациентов. Я не стыжусь своей любви к вашей дочери, Иноичи-сама, но боюсь выдать тайны клана.

Отец Ино игранул желваками, но признал, что так будет правильнее, а то он лицо заинтересованное. Ноза не проявил никаких эмоций, кроме сдержанного и особо не скрываемого любопытства касательно бьякугана. Яманака встал у изножья койки и положил правую руку на голову Кагенсо, севшего на табурет у ног пациента. Потом левую руку он положил на голову Неджи, ментально объединяя. Оба мужчины с трепетом втянули воздух и дольше трети минуты просто тупо созерцали Мир Чакры.

- Мы можем начинать? – мысленно поинтересовался Локи, первым нарушая тишину.

- Сперва проверим вашу квалификацию, - откликнулся травматолог заявленного А-ранга, соответствующего уровню джонина в медицине.

- Сперва я хочу узнать о твоих отношениях с моей дочерью, - прогрохотал еле сдерживающийся отец.

- Пожалуйста.

Локи припомнил встречу в Лесу Смерти, работу над волосами и участок обратной дороги из Леса Смерти.

- И это всё?! – требовательно спросил Иноичи. Его голос в голове звучал подобно божественному повелению.

- Да.

- Ты наврал про интимный контакт, - заключил Яманака.

- Я вам только что его показал, - педантично заметил Локи, проявляя стойкость, мужество и гордость.

- Это не интим, а «Нинпо: Перенос разума», наше клановое хидзюцу, - более спокойно ответил Иноичи, остывая. Ему хватило богатого опыта удостовериться, что действительно всё, что подросток не врёт. Напарник молчаливо подтверждал.

- Что может быть интимнее слияния разумов?! – искренне поразился Локи.

Кагенсо посмеялся на поставленным в тупик Яманака, никогда не смотревшего на свои клановые хидзюцу с такой точки зрения.

- Молодой человек, под интимным контактом понимается секс, - Ноза снизошёл до пояснений.

- У меня нет ни отца, ни матери, а сенсей не вёл лекций на эту тему, - набычено ответил Локи.

Оба взрослых сконфузились. Мастеру лжи всё сошло с рук.

Всё общение проходило мысленно, потому Ли несколько нервничал от бездействия и отрешённости трёх человек, собравшихся у его койки. Но вот у ирьёнина засветились руки, между кистями образовался зелёный шарик света.

- Приступим к лечению, Неджи-кун. Чакры биджу нет в ногах, но её последствия остались. Любопытно, кто и как её убрал…

Локи припомнил бой, показав, как Ли получил травму и как Неджи клановой защитой вытеснил чакру биджу из его тела вместе с удалением песка.

- Впечатляет, Неджи-сан, - искренне среагировал Кагенсо, в то время как Яманака полностью убрал своё присутствие, не мешая диалогу, но наблюдая. Подростковый суффикс сменился на взрослый признак уважения. – Я займусь составлением раздробленных костей, а ты постарайся насыщать плоть жизненной энергией, желательно подстраивать её под пациента.

- Постараюсь, Кагенсо-сама.

- Мда, как всё-таки проще работать, когда видишь, а не щупаешь… - ирьёнин со стажем не сдержал своего трепета от того, как быстро ему удавалось возвращать обломки кости и составлять из них паззл, когда он их прекрасно видел и одновременно ощущал техникой мистической руки, честно делясь этими своими ощущениями с носителем бьякугана, сфокусировавшегося на левой ноге Рока Ли.

- Кагенсо-сама, я справился. Разрешите повторять за вами на правой ноге?

- С твоим бьякуганом и контролем всё выглядит детскими кубиками… Вместо меня собирай кость на левой ноге, Неджи-сан, а я будут залечивать остальное.

Локи выразил довольство и гордость да продолжил собирать кости сверху вниз, от коленного сустава к пальцам. Травматолог восстанавливал мышцы, сосуды, нервы.

Через треть часа рутинного труда Локи позволил в своей голове родиться гениальной идее применить перенятое от Абураме хидзюцу призрачных жуков на кости, чтобы во всей ноге разом сделать все кости призрачными, чтобы по-простому собрать их вместе, а потом плавно отменять призрачный вид, вставляя кости обратно. Ноза искренне изумился и поддержал новаторскую идею, закрыв глаза на то, что работает с генином Конохи, а не с допрашиваемым пленником, на котором можно проводить опыты вживую.