— «Сыщик-растяпа сбрасывает убийцу с фуникулера», — прочитала вслух Джульетта заголовок рождественского репортажа на ноутбуке и погладила мое плечо.

Заглавная фотография была просто потрясающей: Роджер висел в воздухе под лишившимся дна вагоном, а я цеплялся здоровой рукой за поручни внутри кабины. Когда вагон наконец остановился на платформе, я держался только на кончиках пальцев.

Что касается выстрела, то я все же находился достаточно далеко от ствола и получил только треть восковой пули. В награду мне также досталось пробитое легкое.

— А ты думал, что Фелман теперь напишет про тебя что-нибудь хорошее? — продолжала Джульетта. — После всего, что случилось.

Я просмотрел статью: Динеш, Во, Тереза и Шон помогли следствию. Поскольку орудием убийства была не пуля, их затруднительно было обвинить в сговоре. А вот Фьют, единственную, кто совершил доказуемое преступление, взяли под арест. Парадоксальным образом Роджеру все-таки удалось дать своим подопечным второй шанс.

— Фелман — мой заклятый враг, — заявил я. — Я бы разочаровался в нем, если бы статья оказалась не скандальной.

— Не могу поверить, что ты решил, будто Эрин была под гипнозом, — сказала Джульетта, сидя в кресле и перечитывая все, что я написал, постепенно приближаясь к эпилогу. — Какое жалкое получилось бы оправдание!

— Ну уж извини! — шутливо отмахнулся от нее я. — Мне кажется, все вышло хорошо, ведь я не нарушил ни законы детектива, ни правила праздничного спецвыпуска.

— А что это за правила праздничного спецвыпуска?

— Точно не знаю, — пожал я плечами. — Наверное, придется самому их сочинить.

— Как насчет «Никаких больше убийств до свадьбы»? — предложила Джульетта, снова взглянув на фотографию, где я висел на волосок от смерти. — А вообще-то, не давай обещаний, которые не сможешь сдержать. Ох, пока не забыла.

Она протянула мне подарок, завернутый в золотую бумагу, с надписью: «Кому: Эрнесту, от кого: Тайный Санта. Счастливого Рождества». Я потряс коробку, она показалась мне легковатой.

— Ну хоть эту-то я могу открыть.