Они врезались в баррикаду прямо там, где была Пелатина.

Всадницы бросились через улицу, чтобы укрепить брешь, и Эйми побежала вместе с ними, Натин — рядом с ней. Наверху драконы цеплялись за свои насесты, царапая когтями черепицу на крыше, и кричали своим Всадницам. Эйми поскользнулась на мокрой брусчатке и не упала только потому, что Натин схватила её за руку и подняла на ноги.

Только дверь, расположенная по всей длине, отделяла Всадниц от воинов. Но когда появилась Эйми, она разлетелась на куски, полетели щепки, и Воины Пустоты прорвались внутрь. Брешь была шириной в четыре шага, и трое Всадниц удерживали её, их клинки сверкали в отражённом свете костра, когда они сражались с воинами. Лязг металла слился с ревом драконов и треском пламени.

Толпа Всадниц была плотной, и Эйми была недостаточно высока, чтобы что-то разглядеть поверх них. Она не знала, кто сражался впереди. И когда она протиснулась между ними, сияние от множества искр почти ослепило её. Линии света змеились в воздухе и над ними, простираясь от Всадниц к драконам, образуя запутанную паутину, сквозь которую Эйми было трудно что-либо разглядеть.

Сэл была на вершине баррикады, выпуская стрелы в толпу воинов. Всадницы ждали позади троих, прикрывавших брешь, готовые вмешаться, если кто-то из них упадёт. Яра выкрикивала приказы, но Эйми не слышала её из-за шума. Натин подпрыгивала на пятках, ища, с кем бы сразиться.

Тихая улица превратилась в настоящий кошмар. Эйми беспомощно наблюдала за происходящим. Одна из Всадниц в проломе закричала, и этот мучительный звук разорвал сердце Эйми. Пресса подалась вперёд, когда другая Всадница заняла её место. Послышалось шарканье ног, когда раненую Всадницу подтащили к Эйми и Натин.

Это была Пелатина.

Сердце Эйми пропустило удар, а затем забилось быстрее, чтобы успокоиться. Аранати подхватила сестру под мышки и оттащила её подальше от дерущихся, поставив на булыжную мостовую.

— Нет, нет, нет, — захныкала Эйми, подбегая, на этот раз поскользнувшись и упав. Она ударилась бедром и локтем, но почти не почувствовала боли.

Она подползла к Пелатине. Аранати задрала рубашку сестры, и Эйми увидела, как меч вонзился ей в живот, из которого текла тёмная кровь, покрывая её гладкую бронзовую кожу. Аранати сняла свой шарф и прижала его к ране, что-то шепча сестре на иранском. Руки Эйми беспомощно зависли над Пелатиной, она не знала, что делать, по её лицу текли слёзы. Пелатина распахнула глаза, тёмные и полные боли.

Они остановились на Эйми, и улыбка тронула уголки её губ. Это зрелище разбило Эйми сердце. Даже сейчас Пелатина могла улыбаться.

— Только не ты, пожалуйста, только не ты, — прошептала Эйми.

Эйми услышала свист крыльев и щёлканье когтей, когда Скайдэнс приземлился на булыжную мостовую рядом с ними. Он прижался животом к земле и осторожно подтолкнул голову Пелатины своей мордой.

— Ты можешь исцелить её, да? — Эйми в отчаянии посмотрела на Аранати. — Со швами, бинтами и слюной дракона.

— Нахин-мат. Мне нужно вернуть её в Антейлл. Это плохо, но у неё сильная искра, — Аранати сняла свой пояс и обматывала им Пелатину, используя его, чтобы удержать на месте свой скомканный шарф.

Новая волна ужаса захлестнула Эйми. В груди Пелатины горела только половина её искры. Если бы её тело израсходовало её, пытаясь залечить рану, она бы умерла. Похитив искру, Эйми вдвое сократила свои шансы на выживание.

Аранати осторожно подхватила сестру на руки, готовясь поднять её.

— Подожди!

Эйми схватила Пелатину за запястье. Другой рукой она закатала рукав своего пальто, чтобы показать браслет Кьелли. Хотя браслет не работал, она надела его в нейтральном цвете, на всякий случай. Она перевернула его, чтобы дотянуться до циферблата и установить его на зурл, чтобы вернуть Пелатине её искру. Когда кончики её пальцев коснулись циферблата, позади них раздался крик.

— Там!

Эйми услышала глухие шаги, затем чьи-то руки схватили её сзади и потянули вверх, подальше от Пелатины.

Глава 23. Непересечённая линия

— Нет! Мне нужно вернуть ей искру! — закричала Эйми, когда двое городских стражников заломили ей руки за спину. — Отпустите меня!

Она попыталась вырваться из их хватки, но они были слишком сильны. Они оторвали её от земли, и она задрыгала ногами в воздухе, пытаясь нащупать голень или колено. Она была в такой панике из-за Пелатины, что даже не удивилась, почему двое городских стражников схватили её. Ей просто нужно было освободиться от них и спасти Пелатину. Но она выронила свои ятаганы, когда бросилась бежать к Пелатине, и без них она была просто молодой женщиной, которую держали двое взрослых мужчин.

Аранати смотрела на неё снизу вверх, прижав окровавленные руки к животу Пелатины. Натин тоже была там, и у неё были её ятаганы. Но она неловко стояла, переводя встревоженный взгляд с Эйми на драку у баррикады, её лицо было искажено нерешительностью. Пелатина закрыла глаза, и все следы улыбки исчезли с её лица. Её ослабевшая искра беспорядочно пульсировала в груди, и её связь со Скайдэнсом ослабла.

Эйми билась, умоляя, чтобы её отпустили. Стражники заломили ей руки за спину, прижав их к пояснице, и её плечевые суставы пронзила боль. Они были слишком умны, чтобы обхватить её руками спереди, где она могла бы их укусить.

Вихрь воздуха пронёсся над ними, отбросив стражников на шаг назад и увлекая Эйми за собой.

— Нет! Стой, девочка! — закричала Эйми, когда Джесс приземлилась на улице.

Она расправила крылья, кончики которых касались кирпичей складов с одной стороны, и стала настолько большой и угрожающей, насколько могла. Её голова на длинной шее дернулась вперёд, и она щёлкнула зубами, её рокочущее рычание было слышно даже сквозь шум битвы. Эйми почувствовала, как напряглись стражники, но они не отпускали её.

— Не надо, — прошептала Эйми, посылая команду по их каналу связи. Она действительно видела, как это произошло, как по мерцающей нити между ними пробежал импульс голубой энергии.

Больше всего на свете она хотела, чтобы Джесс спасла её, но, если дракон нападёт на жителя Киерелла, это будет грань, которую невозможно будет пересечь.

— Приведите её.

Командный голос раздался сзади.

— Бельярн! Что, чёрт возьми, ты делаешь?

Яра появилась оттуда, где её Всадницы едва сдерживали натиск Воинов Пустоты. Кто-нибудь ещё пострадал? Убит? Как долго Всадницы смогут сдерживать их? Вопросы проносились в голове Эйми, но она была отстранена от каких-либо ответов, когда стражники потащили её по улице лицом к мосту.

Цокая каблуками, Яра пронеслась мимо Эйми и схватила за лацканы модного плаща советника Бельярна.

— Совет не может заполучить её! Так нельзя, Бельярн, — Яра стояла нос к носу с ним, выплёвывая эти слова ему в лицо.

Бельярн спокойно вытер слюну Яры со своих очков и двинулся, чтобы обойти её. Но Яра схватила его за плащ и оттолкнула от Эйми. Бельярн споткнулся, выпрямился, затем его правая рука взметнулась, и он ударил Яру по лицу. Она пошатнулась от удара.

Рёв расколол воздух, когда Фарадейр приземлился, расправив крылья и защищая свою Всадницу. Бельярн вздрогнул, когда Фарадейр снова взревел, его длинные зубы прорезали воздух, когда он откинул голову назад. Теперь вдоль баррикады потрескивало пламя, и в его свете Эйми увидела хитрое выражение лица Бельярна, когда он перевёл взгляд на Яру.

— Давай, дай мне повод, — сказал он.

Яра долго смотрела на него, прежде чем положить руку на чешую Фарадейра, успокаивая его. Он втянул голову назад и сложил крылья. Яра, как и Эйми, знала, что, если дракон нападёт на члена совета, это будет равносильно подписанию смертного приговора всем драконам.

— Приведите её, — повторил Бельярн, махнув рукой в сторону Эйми.

Она почувствовала, что стражники зашевелились, и снова начала брыкаться и кричать. Если Джесс не сможет освободить её, ей придётся освободиться самой. Стражники сопротивлялись, пока она извивалась, и она почувствовала, что хватка на её левой руке ослабевает. Она вырвала его и потянулась к другому стражнику, ища пальцами его глаза, нос, всё, за что она могла ухватиться и причинить боль, чтобы заставить его отпустить. Но третий стражник вышел из темноты у стены склада и ударил её по лицу.

Боль пронзила её череп. Её зубы клацнули друг о друга, и она почувствовала вкус крови, прикусив язык.

— Ублюдок без искры!

Крик Яры был заглушён звоном в ушах Эйми. Она обмякла, и стражник снова схватил её за руку, выкручивая сильнее, чем нужно, и прижимая её к спине. Она услышала хлопанье крыльев и увидела, как Джесс низко пригнулась к земле, съёжившаяся и испуганная, не понимая, почему Эйми отталкивает её.

Стражники оттаскивали её назад, и Эйми увидела, от чего её оттаскивают. Её подруги отчаянно сражались, чтобы не пустить Воинов Пустоты в свой город, в то время как Пелатина лежала, истекая кровью, на руках у своей сестры. Эйми не могла пошевелить руками, а в голове у неё всё ещё кружилось от удара, но она продолжала бороться, пыталась освободиться. Ей пришлось вернуть Пелатине её искру. После этого стражники могли увести её, куда им заблагорассудится.

— Пожалуйста! — взмолилась Эйми.

Она не позволит этому единственному поцелую стать всем, что у неё было с Пелатиной. Это было несправедливо. Яра беспомощно стояла, глядя в спину Бельярну, который торопливо уходил обратно к мосту и безопасному Бартеру.

— Это не сработает, Бельярн! — крикнула ему вслед Яра. — Совет не может использовать браслет. Это не способ спасти наш город!

Эйми застыла в руках стражников, упёршись каблуками в сточную канаву, тянувшуюся через улицу. Это едва замедлило их, и её мокрые ноги выскользнули из ботинок. Они шлёпнулись на землю, оставленные позади. Эйми закричала, без слов, просто от отчаяния. Всё ещё прижимаясь к земле, Джесс зарычала, но её рык был печальным, а не яростным.

— Может, ты просто прекратишь? — проворчал один из стражников, разочарованный её сопротивлением.

Эйми откинула голову назад, надеясь, что ударилась обо что-нибудь. Боль пронзила её череп, когда она ударила стражника в подбородок. Он застонал, и его хватка ослабла, всего на мгновение. Эйми бросилась вперёд, но другой стражник всё ещё держал её за руку, и всё, что она сделала, это поставила его на колени. Её рука высвободилась из его хватки, и она ощутила восхитительный момент свободы.

— Тусклые искры! Ты глупая девчонка, я…

Слова стражника растворились во вспышке боли, когда он ударил её по голове. Она упала, ударившись лбом о булыжник, и её поглотила темнота.

Она погрузилась в беспамятство, и всё вокруг исчезло. Её тревоги и страх рассеялись. Даже Джесс исчезла. И настойчивое давление браслета на её разум ослабло.

Она плыла в мирной темноте, пока первый укол боли не пробил себе дорогу обратно. За этим последовала полная вспышка боли, которая вернула её в сознание.

Эйми очнулась, всё ещё сопротивляясь, всё ещё чувствуя, что стражники держат её и оттаскивают от Джесс и Пелатины. Она забилась, почувствовала на себе чьи-то руки и попятилась назад.

— Будь осторожна. Успокойся.

Женский голос. Эйми попыталась вспомнить, что это было. Ей казалось, что мозг стал в два раза больше обычного и пытается вырваться из черепа.

— Джесс, — пробормотала она и в панике прочесала свой разум. Она пробежала по коридорам мыслей и воспоминаний, ища связь с собой. Наконец, она почувствовала её, но она была слабой, как будто дверь между ними закрылась, и их связывала лишь узкая щель внизу. Она вздохнула с облегчением. Джесс всё ещё была жива, но, должно быть, была далеко. Эйми послала импульс любви по линии их связи, но понятия не имела, получила ли его Джесс или нет.

— Ты можешь сесть?

Снова женский голос. Эйми осознала, что лежит на холодном каменном полу, её глаза всё ещё закрыты. Она почувствовала чьи-то руки на своих коленях и оттолкнула их, прежде чем встать на четвереньки. Движение вызвало у неё приступ тошноты, а желудок сжался. Желчь обожгла ей горло, когда её затошнило, но вчера она почти ничего не ела, и только крошечная струйка рвоты упала на землю между её ладоней.

Сделав несколько глубоких вдохов, которые никак не помогли унять боль в черепе, она заставила себя снова встать на колени и попыталась открыть глаза. Правый приоткрылся, но левый был плотно закрыт.

— Вот, стой спокойно.

Руки обхватили её лицо, и она почувствовала, как кто-то вытер мокрой тряпкой её левый глаз. Женщина казалась тёмным пятном, её правый глаз с трудом фокусировался, но Эйми была слишком уставшей, чтобы обращать внимание на то, кто она такая, и позволила женщине вытереть кровь с её лица и слипшихся ресниц. Она вздрогнула, когда женщина прижала тряпку к её лбу, и поняла, что у неё, должно быть, порез.

Наконец она смогла открыть оба глаза. Мир был расплывчатым, как будто она смотрела сквозь мутное стекло, и ей пришлось несколько раз моргнуть, прежде чем всё снова обрело четкость. Она огляделась и увидела голые каменные стены и пол камеры. Дверь из железных прутьев вела в тёмный коридор, освещённый единственным факелом в дальнем конце. Высоко на противоположной стене было маленькое окошко без стекла, просто ещё больше железных прутьев. Оно было слишком высоко, чтобы Эйми могла дотянуться до него, и слишком маленькое, чтобы просунуть в него голову.

Женщина всё ещё закрывала лицо руками, и Эйми ахнула, узнав её.

— Кьелли!

Пожилая женщина отпустила Эйми и откинулась на спинку стула, поморщившись, когда её колени хрустнули. Вопросы жужжали в её голове, как рой рассерженных пчёл, но на этот раз Эйми не знала, какой задать в первую очередь. Казалось, всё в её теле болело, и внезапно она почувствовала, что слишком устала, чтобы отвечать. Затем недавние воспоминания нахлынули на её воспаленный мозг, и она снова тяжело вздохнула, опустив голову между колен.

Слёзы навернулись ей на глаза, когда она вспомнила Палатин и кровь на своем животе. Была ли она ещё жива? Аранати спасла её? Или она умерла от раны, потому что Эйми украла половину её жизни?