У меня замирает сердце.

— Этого не случится, Джейк.

— Послушай меня, Райли, — говорит Джейк. Его тон суров, акцент сильнее обычного. Это означает, что он не только зол, но и обеспокоен. И я ненавижу это. — Ты не можешь отказаться от своей миссии ради Эли. Он вполне может быть причиной кровавой бойни в Инвернессе. Ты хочешь, чтобы погибли невинные люди?

— Конечно, нет, — сердито отвечаю я. — И я ни от чего не отказываюсь. Я видела его. Я последовала за ним. Я хочу выяснить, что, черт возьми, с ним не так, Джейк. Почему Викториан может вернуться домой в Румынию целым и невредимым, а Эли просто… исчезает. — Я так раздражена, рассказывая об этом, что почти рычу. — А теперь он появился снова. И я хочу, чтобы он вернулся, Джейк. Я тоже не собираюсь отказываться от него. Он — мой жених. Или ты этого не помнишь?

— Да, девочка, я помню, — отвечает он. — Но не забывай, что я знаю, кто он такой. — Его голос низкий и резкий. — Кто мы все такие. И я знаю весь его потенциал. Ты больше никуда не пойдешь одна. Ни глотка свежего воздуха. Ни пробежки в кафе. Ничего. Никуда без Майлза. Если у меня с тобой снова возникнут подобные проблемы, я отзову тебя с задания и отправлю твою задницу обратно в Саванну. Ты это понимаешь?

Ной прожигает взглядом дыру в моей голове. Его ртутные глаза едва не светятся в тени навеса, под которым мы стоим. Моя кровь кипит, но что еще остается делать?

— Райли?

— Понимаю, понимаю, — отвечаю я Джейку. Выражаясь языком Скотта, это означает, что я все понимаю. Я понимаю.

— Хорошо. И не пытайся снова обмануть Майлза. Ему небезразлично, что с тобой происходит. Как и мне. И я обещаю, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы это исправить.

— Ты придешь сюда?

— Я не могу сейчас. Состояние Джинджер еще не настолько стабильное, чтобы уходить. Но я уйду, как только смогу.

Джинджер Слейтер — одна из членов моей команды ВЦНЯ. Недавно она перешла из категории людей-стажеров в элиту оборотней. Думаю, сейчас она так же непредсказуема, как и Эли, и находится в самом разгаре войны с оборотнями.

— Ты угадала, — говорит Джейк, используя свои способности читать мои мысли. — Береги себя, Райли. И держись поближе к Майлзу. Он — лучший шанс, который у тебя сейчас есть.

— Буду, — отвечаю я. Джейк вешает трубку, и я возвращаю телефон Ною. — Прости, — говорю я и говорю это искренне. — Я… запаниковала, наверное. Я увидела Эли. Он двинулся. Я последовала за ним. Я не подумала.

Ной засовывает мобильный во внутренний карман пиджака.

— Да. Ты просто не хочешь, чтобы я надел на тебя наручники, — ухмыляется он. — Ради меня.

Мне нравится, что в Ное, давшем клятву оберегать меня, еще осталась какая-то частичка, которая по-прежнему достаточно беззаботна, чтобы шутить. Если бы кто-то и хотел, чтобы на меня надели наручники, то это был бы Ной Майлз, экстраординарный вампир-извращенец. Я скучаю по старому Ною. Противному, как черт, но веселому.

Его улыбка становится шире, когда он тоже читает мои мысли.

— Поехали.

Думаю, ничего веселого больше нет. Определенно, ничего нормального. И ничего этого не будет, пока все это безумное дерьмо не уладится.

И Эли снова не будет со мной. В безопасности.

Затем мы отправились на улицы. У меня появилось чувство беспокойства. Это трудно объяснить. Я на взводе, будто чувствую, что что-то не так. Что-то помимо непредсказуемости Эли. С Ноем на одной стороне улицы и со мной на другой, мы ищем. Слушаем. Нюхаем воздух. Никто из нас не замечает первых признаков хищника. Или жертвы.

К девяти Ной придерживает для меня дверь, и мы входим в «Hush 51». Вечер пятницы, и, хотя в Инвернессе не так много туристов, местные жители, особенно студенты, заполнили клуб. Здесь есть алкоголь. Возможно, легкие наркотики. В любом случае, это делает человека уязвимым, а также легкой добычей для охотящегося вампира. Ной предложил сходить в клуб, и я согласилась. К тому же, мне было немного любопытно узнать о Рейне и его коллегах по группе.

Отделанный темным деревом интерьер «Hush 51» отполирован до блеска, а приглушенный свет отбрасывает янтарный оттенок на толпу, стоящую и сидящую перед группой. Райн видит, как мы входим, широко улыбается и кивает нам.

— Да, да, угомонитесь, вы, дерзкие, порочные завсегдатаи пабов, — объявляет в микрофон мужчина в футболке с надписью «Hush 51». - Hard Knox, если вы хотите…

Местные жители радостно кричат, а Райн с ребятами начинают танцевать. Так вот, их группа называется Hard Knox. Довольно круто. Паб сотрясается от музыки, и на секунду я отвлекаюсь на голос Райна. Это чертовски здорово. Я слушаю его, пока мой взгляд скользит по толпе. Я стою у стойки бара и киваю бармену.

— Да, девушка? — говорит он с улыбкой. Щель между его передними зубами очаровательна.

— Пинту, — отвечаю я, и он наливает мне одну. Я делаю глоток. Ной сидит рядом со мной.

Затем все происходит внезапно. Будто без моего ведома в то же время включаются мои способности. Голос Райна затихает. Голоса посетителей сливаются, и все их слова одновременно звучат у меня в голове. Меня охватывает леденящий холод, и я инстинктивно поворачиваюсь на барном стуле и смотрю в дальний угол.

Кожаная куртка Ноя тоже скрипит, когда он поворачивается.

Эли там. Рядом с ним женщина. Высокая. Почти такого же роста, как он. Темные, длинные каштановые волосы волнами спадают до талии. Безупречная кожа цвета алебастра и пухлые губы. Кто она такая, черт возьми?.

В тот же миг мой мозг посылает сигнал ногам, и я соскальзываю с барного стула. Мне кажется, что сердце вот-вот выскочит из груди. Они оба смотрят на меня, Эли и женщина, и как раз в тот момент, когда я собираюсь начать пробираться сквозь толпу, женщина протягивает руку и касается подбородка Эли. Она улыбается мне. Я встречаюсь взглядом с Эли.

Он знает меня. Я вижу это. И еще я вижу, как в его глазах вспыхивает… что-то. Сожаление? Борьба? Какого черта?

Затем глаза Эли затуманиваются, он опускает голову, прижимается своими губами к ее и целует ее.

Я словно приросла к полу, не в состоянии дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться. Я хриплю, когда воздух покидает легкие. Это больно и немного кружит голову. Толпа, кажется, не замечает меня, пока я, парализованная, смотрю, как Эли соблазнительно целуется с рыжеволосой. Эмоции захлестывают меня с новой силой, и прежде чем я успеваю справиться с болью и печалью, ярость берет верх. Я чувствую руку на своем плече. Это Ной, и я тянусь назад и хватаю его за руку. Мои глаза прикованы к Эли и женщине. Я начинаю приближаться к ним. Мной овладевает непреодолимое желание надрать ей задницу. Мое тело напрягается. Ной сжимает мою руку.

И в этот момент женщина прерывает поцелуй Эли и смотрит на меня, как убитый.

Она проводит языком по губам. А затем улыбается и манит меня длинным изящным пальцем. Я слышу в своей голове ее голос, мелодичный, с древним акцентом.

«Иди сюда, Райли По. Я хочу тебе кое-что показать. Кое-что, что принадлежит мне…»

Я слышу голос Райна в микрофоне, его сексуальный напев разносится над толпой. Барабаны. Клавиатура. Скрипка. Бас. Мои ноги начинают двигаться, будто им приказали делать это против моей воли, и я отпускаю руку Ноя, когда пробираюсь сквозь толпу.

Направляюсь к женщине и Эли.

Музыка почти погружает меня в транс, когда я пробираюсь сквозь толпу. Я не понимаю, почему мое тело подчиняется, и почему я не бросаюсь на женщину со всей силы, не отбрасываю ее назад, не хватаю и не трясу Эли, пока он не выйдет из того странного состояния зомби, в котором находится. Но я не могу. Я просто продолжаю идти к ним. Женщина продолжает манить меня к себе и просовывает руку под куртку Эли. Она кладет голову ему на грудь, и Эли обнимает ее за плечи и крепко прижимает к себе. Он не смотрит на меня. Избегая встречаться со мной взглядом.

Даже когда мои глаза прикованы к леденящей душу улыбке на лице женщины, я не могу остановиться.

Когда я прохожу мимо последней пары, танцующей и подпевающей вместе с группой Райна, огни начинают мигать в такт ритму. Музыка пронизывает меня насквозь, пронзительная вибрация, которая заставляет меня сосредоточиться только на том, что передо мной. Эли и эта новая женщина. Теперь я нахожусь менее чем в двух футах от них обоих, и женщина смотрит на меня ледяными голубыми глазами. Ее полные губы приподнимаются, а язычок высовывается, чтобы облизать нижнюю. Она улыбается.

«Наблюдай за нами».

Мой взгляд прикован к женщине и Эли, которые находятся менее чем в двух футах от меня, когда она склоняет голову набок и придвигается ближе к Эли. Его глаза, эти лазурно-голубые, а иногда и грозовые, в которые я влюбилась, пронзают меня насквозь, и на долю секунды я вижу нерешительность. В его глазах вспыхивает гнев. Затем он напрягается, и теперь его глаза не отрываются от моего взгляда, когда он опускает голову и прижимается губами к губам женщины. Его рука скользит по ее волосам, чуть отводя ее голову назад, а другая рука скользит по ее горлу и сжимает челюсть. Его язык скользит по ее языку, его влага блестит на свету, и их страсть так же ощутима, как мой собственный пульс. Ни на секунду не отрывая от меня взгляда, он целует ее. Вспыхивают огни, гремит музыка, а я ничего не могу сделать, кроме как стоять и наблюдать за ними. Я словно приросла к деревянному полу подо мной, парализованная на месте, стою и наблюдаю, как мой жених предается чувственному, сексуально заряженному поцелую с другой женщиной.

Я пытаюсь повернуть голову, но не могу. Буквально, физически не могу. Внутри я кричу. Я умираю. У меня сейчас мысленный момент в духе Джерри Спрингера, когда я сбрасываю сапоги, стаскиваю эту сучку со стула за волосы и бью ее по заднице за то, что она поцеловала моего мужчину. Но это все психика. Я ничего не могу делать, кроме как смотреть.

Женщина убирает руку с груди Эли и медленно проводит ею вниз по его животу. Он притягивает ее ближе, и ее рука скользит по его промежности. Губы Эли отрываются от ее губ, и он целует ее в шею, а его затуманенный взгляд прикован к моему, когда его губы растягиваются в улыбке. Все это время музыка Райна наполняет клуб, и все вокруг нас танцуют и поют, отлично проводя время. Как будто никто больше не замечает, что Эли и эта женщина почти занимаются сексом, прямо у всех на виду. Как будто никто, кроме меня, их не видит. Как будто меня тоже никто не видит. Где, черт возьми, Ной?

Что, черт возьми, со мной не так?

Я сосредотачиваюсь. Сосредотачиваюсь. Я пристально смотрю на нее, затем на Эли. «Остановись, Эли. Отпусти ее нахрен».

На долю секунды что-то вспыхивает в глазах Эли. Это произошло так быстро и так недолго, что я почти сомневаюсь, было ли это на самом деле. Он обнимает ее за талию и сажает к себе на колени. Теперь он сидит на барном стуле и прижимается губами к ее виску. Женщина улыбается.

Затем улыбка исчезает с ее лица. Я не вижу в ее глазах ничего, кроме жесткой, ледяной ненависти.

Размытым движением она обводит рукой толпу. Ее губы шевелятся, но я не понимаю, что она тихо бормочет.

Я чувствую движение еще до того, как вижу его. Это низкочастотный гул, который сливается с музыкой, набирает темп, а затем, подобно звуковому удару в лесу, взрывается. Окна «Hush 51» полностью вылетают, и осколки стекла разлетаются по улицам. Крики начинают проникать в транс, в котором я нахожусь; огни вспыхивают, а затем гаснут. Тени и запах человеческого ужаса окутывают меня, и я, ошеломленная, стою на полу, парализованная. На секунду я вижу, как сверкают в темноте глаза Эли. Бледная кожа женщины, которую он держит.

Ее лицо полностью преобразилось, превратившись в полноценного вампира. Резцы в два раза длиннее, чем остальные неровные белые зубы, выпадают из десен, и лицо вытягивается вперед, кости приспосабливаются к изменениям. Ее глаза вспыхивают кроваво-красным. По алебастровой коже змеятся темные вены.

В следующую секунду, среди паники толпы, они исчезли. Она, Эли. Исчезли.

Медленно, через несколько секунд, мой паралич проходит. Я качаю головой. Даже перед глазами все расплывается. Я снова качаю головой, а затем кто-то хватает меня за плечи и резко разворачивает. Я потрясена, увидев, что Райн стоит рядом и смотрит на меня сверху вниз. Я и не подозревала, что парень такой высокий.

— Ты в порядке, девочка? — спрашивает он. — Тебе лучше уйти отсюда!

— Я держу ее, — говорит Ной, внезапно оказываясь рядом со мной.

Вокруг меня царит хаос. Люди бегут, натыкаются на меня, и мое оцепенение постепенно проходит. Я бросаю взгляд на Райна.

— Спасибо, — говорю я. — Давай уведем отсюда этих людей.

Посетители бегают вокруг, напуганные и кричащие, и все пытаются протиснуться сквозь узкие двойные дубовые двери клуба. Райн и участники его группы разошлись, пытаясь успокоить людей, заставить их спокойно покинуть клуб. Это не работает.

В голове у меня сумбур. Эли, женщина. Она — вампир. Теперь я это знаю. Посетители «Hush 51». Приоритет овладевает моим сознанием, и я выкидываю вампиров из головы.

Я сосредотачиваюсь на толпе людей.

Стоять!

Как будто я нажала на кнопку ПАУЗЫ на пульте дистанционного управления DVD, и все замерли на месте. Я, не теряя времени, бросилась к входным дверям. Я пинком распахнула створки, так широко насколько возможно. Бегло осмотрев тротуар и улицу, я замечаю, что люди там тоже остановились. Удивительно, на что способен паникующий человек со способностями.

Я бегу обратно внутрь, лавируя между застывшими как вкопанные посетителями. Ной стоит там, где я его оставила. Не двигаясь.

Ой.

Я беру его за руку и ловлю его взгляд. «Пойдем». Я говорю это только Ною.

Его глаза тут же оживляются, а затем он хмурится.

— Да, мэм. — Он первым выходит из «Hush 51», и как только мы снова оказываемся на улице, я бросаю взгляд на посетителей позади меня, стоящих в здании, которое, возможно, не такое уж и стабильное.

Все, разбейтесь на две группы и спокойно выходите через парадные двери.