О жизни Афанасия Никитина (1442–1475) до начала его скитаний «за тремя морями» мало что известно.

Родился он, судя по всему, в первой половине XV века. Точнее установить год его рождения не представляется возможным.

Никитин — не фамилия (их в то время еще не было у горожан), а отеческое прозвище, отчество Афанасия. Кстати, об этом говорит и он сам: «помилуй мя, раба Своего грешного Афонасья Микитина сына». Это подтверждается сообщением «Краткого летописца» под 6969 (1461) годом: «В та же лета некто именем Офонасей Микитин сын тверитин ходил с послы от великаго князя московскаго Ивана и от великаго князя Михаила Борисовича тверскаго и от владыки тверскаго Генадия за море. И той тверитин Афонасей писал путь хожения своего…» Так что называть его просто «Никитин», как это часто делается даже в солидных научных изданиях, не вполне корректно.

Все сведения об Афанасии сводятся к тому, что он купец-«тверитин», то есть выходец из Твери. Помимо того, что сам Афанасий рассказывает о себе, известно только, что в 1475 году его записи попали в руки автора летописной статьи 6983 (1475) года, вошедшей в состав Софийской второй и Львовской летописей из их общего протографа — Летописного свода 1518 года. Летописец сообщает, что он получил путевые заметки тверского купца Афанасия, который четыре года провел в Индии. «В записях же не нашел, — добавляет автор, — в каком году Афанасий пошел или в каком году вернулся из Индии и умер, а говорят, что умер, до Смоленска не дойдя. А записи он своей рукой писал, и те тетради с его записями привезли купцы в Москву Василию Мамыреву, дьяку великого князя».

Из этих записок мы узнаем, что Афанасий совершил длительное путешествие. Собираясь в Шемаху, он прошел со своими товарищами от Твери на кораблях до Каспийского моря, по нему добрался до Персии, пересек ее и по Персидскому заливу достиг Индии. Пробыв несколько лет в Индии, наш герой через Персию и Трапезунд вышел к Черному морю, прибыл в Кафу (современная Феодосия) и оттуда через Восточное Подолье собирался идти в Смоленск (входивший тогда в состав Великого княжества Литовского), но не успел…

О времени, когда Афанасий путешествовал, прямых указаний в его записках нет. Зато он упоминает целый ряд деталей, которые позволили довольно точно установить даты его скитаний.

Измаил Иванович Срезневский (1812–1880), крупнейший русский филолог-славист, еще в 1857 году посвятивший запискам Афанасия первое специальное исследование, считал, что начало путешествия тверского купца относится к 1466 году. Исходной точкой для такой датировки послужило упоминание, что тот двинулся в путь вслед за послом Ивана III Василием Папиным, который был отправлен к ширваншаху Фарруху Йасару I, правителю Ширвана из династии Дербенди (1465–1500), приблизительно в 1465–1467 годах. Вторым временным ориентиром стали упоминания Афанасием, что третью за время своего путешествия Пасху он отпраздновал в Ормузе, портовом городе на юге Ирана, откуда выехал на Фоминой неделе (в следующее воскресенье после Пасхи), а также то, что приблизительно через 140 дней, на Успенье Пресвятой Богородицы (15 августа) он покинул очередной пункт своих странствий, индийский город Джуннар. Простой расчет показывает, что Пасха, которую Афанасий встретил в Ормузе, должна приходиться на самое начало апреля. Единственной подходящей датой, по мнению И. И. Срезневского, мог быть 1469 год, в который Пасха отмечалась 2 апреля. Следовательно, наш купец выехал за пределы Руси за три года до этого, то есть в 1466 году. Все его странствия заняли шесть лет, за которые Афанасий шесть раз праздновал Пасху на чужбине. Значит, окончание их должно было приходиться на 1472 год. И. И. Срезневский рассуждал так:

Выехав из Руси в 1466 году, первую зиму и потом Пасху 1467 года провел он на побережьи Каспийского моря; Пасху 1468 года встретил в Мазандеране; Пасху 1469 года — на берегах Персидского залива в Ормузе; Пасху 1470 и 1471 года праздновал в южной Индии, в Декане; а Пасху 1472 года — в Москате; после чего, подвигаясь все далее на север, чрез Черное море переправился в Крым, и к зиме 1472 года воротился в родную Русь. Не доехав однако до родины, он умер в Смоленске.

Впрочем, подчеркивал исследователь, годы путешествия Афанасия можно установить только предположительно.

Такая датировка путешествия тверского купца — с 1466 по 1472 год — была принята практически всеми исследователями и воспроизводилась на протяжении столетия.

Попытка точнее установить время «Хожения» тверского купца была предпринята лишь в 1986 году. Историк Леонид Сергеевич Семенов (1930–1986), в сферу интересов которого входили вопросы восточной политики России, обратил внимание, что Афанасий лишь приблизительно указал число дней, потраченных им на путь от Ормуза до Джуннара. Поэтому датировка, основанная на таком свидетельстве, вызывает сомнения. Зато, по мнению Л. С. Семенова, в записках тверского купца имеется указание, позволяющее абсолютно точно установить одну из дат путешествия. Во время пребывания автора «Хожения» в индийском городе Бидаре, «в середине мая» начался мусульманский праздник Курбан-байрам[54]. Если придерживаться датировки И. И. Срезневского, Афанасий находился в Бидаре в 1470 году. Но в том году Курбан-байрам приходился на 10–13 июня по юлианскому календарю. Поскольку праздники в исламе отмечают по лунному календарю, год которого содержит 354 или 355 дней, ежегодно они сдвигаются по сравнению с юлианским календарем на 10–12 дней. Поэтому следовало найти подходящую годовую дату, в которой указанный праздник мог приходиться на «середину мая». Таковым, по мнению Л. С. Семенова, мог быть байрам 19 мая 1472 года. Еще одной опорной датой стало упоминание, что, по словам самого Афанасия, он покинул Индию во время рамадана[55], за три месяца до Пасхи. Такое соотношение дат лунного и лунно-солнечного календарей было в 1474 году, когда мусульманский пост начинался 20 января, а Пасха приходилась на 10 апреля. «Следовательно, — заключал Л. С. Семенов, — Никитин находился в Индии в 1471–1474 гг. и из Твери должен был выехать в 1468 г.».

Такую датировку «Хожения» исследователь подкрепил сопоставлением ряда событий, свидетелем которых был Афанасий (в частности, нескольких войн, которые вели войска Мухаммед-шаха III[56], последнего представителя династии Бахманидов), с сообщениями индо-мусульманского историка Мухаммеда Касима Фериштэ[57], писавшего на персидском языке. Свою «Историю» тот создал на рубеже XVI–XVII веков, основываясь на придворных хрониках, современных описываемым событиям. Даты в ней, как в целом ряде случаев и у Афанасия Никитина, даны по хиджре, что позволяет точно установить годы, а иногда даже месяцы и дни эпизодов, упоминаемых в обоих текстах.

Однако не так давно и эта датировка была оспорена. В 2022 году историк Сергей Владимирович Городилин опубликовал статью, в которой доказал, что Афанасий не мог начать свое путешествие в 1468 году, поскольку тогда уже началась московско-казанская война и торговый путь по Волге на Каспий был практически перекрыт. Следовательно, «тверитин» отправился в путь, пролегавший мимо Казани, раньше, в 1467 году, а завершил его под Смоленском в начале 1473 года.

Вот, собственно говоря, и все, что мы хотя бы приблизительно знаем об этом древнерусском путешественнике.