В ее квартире на Пласа-Майор они начали раздеваться еще по дороге в спальню, сгорая от нетерпения, как два наркомана, срочно нуждавшихся в дозе любви. В ее затуманенном алкоголем взгляде он читал, насколько она перед ним беззащитна. В его глазах она читала злость и отчаяние, которые должна была преодолеть, чтобы добраться до некоего подобия любви. Но все-таки – любви! Элена ее видела. Или хотела видеть. Она сгорала от нетерпения перецеловать все раны на его теле.

Сарате и впрямь был покрыт шрамами, пылью и застарелым потом, словно вернувшийся с войны солдат. И сильно деморализован. Ей приходилось чуть ли не всему учить его заново. Направлять его ласки, поцелуи, выражение чувств. Но, как всегда, она понимала, что времени на себя им не хватит. Каждый раз была какая-то спешка, что-то неотложное, что обесценивало, отодвигало их отношения на второй план. Элена не могла понять, каким образом самое важное, то, что питало ее сердце, для него иной раз становилось помехой.

– Они убили Марьяхо…

Новость его потрясла. Могла ли случиться такая беда, если бы он не начал мстить за отца? Неужели это он подвел под удар Клана всех сослуживцев? Слишком много смертей, слишком много исступления, слишком много горя. Наверное, они с Эленой могли бы быть счастливы, но он все загубил из-за событий двадцатилетней давности.

Они лежали голые, прижимаясь друг к другу теплой кожей, благодарные судьбе за встречу, но Элена не могла не плакать, описывая, как нашла в квартире на Франкос-Родригес труп лучшей – теперь она это точно знала – подруги. Она рассказала Анхелю о расследовании, связанном с нелегальной иммиграцией и торговлей человеческими органами, о безнаказанности, с которой действовал Клан. А Сарате рассказал ей о своих злоключениях, о Субигарае, о пожаре в кабинете доктора Сампера, об Аркади Ортисе, о Монровии, о лодке, об Амире… И очень обрадовался, когда узнал, что либерийская девушка жива, что она разговаривала с Эленой о нем, о тяготах путешествия через пустыню и о том, какой он никудышный танцор. Хоть немного радости посреди беспросветного горя!

В ту же минуту Элена почувствовала себя мошенницей, тасующей плохие новости с хорошими. Глядя на улыбающегося Сарате, она с грустью готовилась ошарашить его новостью о временном, а может быть, и окончательном закрытии ОКА. Удар попал в цель. Анхель не мог поверить, что теперь, расследуя преступления Клана, они не смогут рассчитывать на поддержку полиции. В краткосрочной перспективе его волновало только это, потому что о будущем он не думал, стараясь не гадать, что его ждет при таком количестве темных пятен в личном деле. Они сумбурно, сбивчиво выкладывали друг другу хорошее и плохое, словно от поцелуев и объятий переходя к обмену болезненными ударами.

– Неужели я даже не смогу забрать свои вещи?

– Мы зайдем за ними завтра. Послезавтра доступ в офис уже перекроют.

– Сволочи! Они хотят нас уничтожить! Но мы не можем этого допустить!

– Ты не понимаешь, Анхель. Нас уже уничтожили. Мы проиграли.

Поглядев на нее со злостью, он вскочил и в ярости заходил по спальне.

– Но мы вместе, и сейчас это самое главное, – сказала Элена.

Анхель не ответил. Он смотрел в окно, а она разглядывала его спину, всю его обнаженную фигуру, олицетворявшую неукротимость и дикарство, которые так ее возбуждали. Ее страсть могла бы разгореться, если бы он не вел себя так нервозно.

– Мы до них доберемся. Сейчас мы не имеем права останавливаться. Такого выбора у нас просто нет.

– Иди сюда, слышишь? Ложись в постель.

Он посмотрел на нее хмуро, с горькой досадой. Как могла она думать о сексе, когда там, за этими стенами, творились такие дела?

– Выпью воды, – сказал он, выходя из комнаты.

Элене очень не хотелось омрачать их встречу. Только не сейчас! Она просто не могла этого допустить! Встав с кровати, она пошла за ним на кухню, обняла за шею, прижалась к его спине.

– Пойдем, нам нужно хоть немного поспать.

Он кивнул и позволил ей отвести себя за руку в спальню. Зимняя ночь выдалась очень холодной, и, кроме одеяла, им пригодилось тепло собственных тел. Сарате начал тяжело дышать, и Элена подумала, что он уснул. Но вдруг он повернулся к ней, поцеловал в губы и, отдав ей все остатки сил, всю свою страсть, выложился до конца. Сначала его поведение показалось ей атакой безумца, но тут же она поняла, что, кроме нее, у него никого нет и что только она сможет спасти его от трагической судьбы.

Утром позвонила Мириам.

– Как у тебя дела? – спросила Элена.

– Всю ночь не сомкнула глаз.

– С детьми поговорила?

– Не смогла. Соврала, что их отец вынужден был уехать в командировку. Все равно придется сказать правду, другого выхода нет. Может быть, сегодня сумею. У них сейчас каникулы. Они расстроились, что отец не сможет отвезти их на шествие волхвов, хотя возил каждый год. Этот праздник будет не самым веселым в нашем доме.

– Понимаю, Мириам, но лучшие времена обязательно придут. Ты должна относиться к этому именно так.

– Надеюсь. Я только что разговаривала с новым начальником. Мне разрешили допросить мужа, но его переводят в Канильяс.

– Нам позволят забрать свои вещи?

– Да, пара дней у нас еще есть. Вообще-то я звоню тебе, чтобы попросить об одолжении. Технари подтвердили, что ничего из найденного Марьяхо восстановить не удастся.

– Я так и думала. Значит, обыск в компании твоего мужа оказался бесполезным.

– Да. Но я хочу, чтобы ты проверила личный компьютер Адольфо. Я принесла его из дома, и он сейчас передо мной. Пароль я знаю: Йота1994. Это название бара и год нашего знакомства. Я нашла какие-то файлы, которые не могу открыть. Они защищены паролем. Ты не могла бы что-то с этим сделать?

– Этим всегда занималась Марьяхо.

Но тут Элена задумалась. Она вспомнила хакера, о котором говорила подруга, того самого, что смонтировал фальшивую сцену убийства Рентеро с ее участием. Она знала, что парня зовут Ариц и что сейчас он должен находиться в городке Кабесуэла-дель-Валье, где-то в Херте. Все эти сведения она почерпнула от Марьяхо. Местечко совсем маленькое, найти его будет нетрудно.

– Думаю, я отыщу способ открыть эти файлы. Сейчас заеду в ОКА и заберу у тебя компьютер, идет?

Закончив разговор с Мириам, она заметила, что все это время Анхель стоял в дверях и слушал. Он улыбался и выглядел отдохнувшим и разнежившимся.

– Есть какие-то новости?

– Ты выспался?

– Как никогда.

– Отлично, потому что через пару часов мы отправляемся в путь.