– Это все Марин, – почти дословно повторил недавнюю реплику Нагиса.

Услышав свое имя, девушка, все еще сидевшая на земле, нахмурила брови. Кажется, она не понимала, о чем он говорит.

– Эта вот, – Нагиса бросил на девушку такой взгляд, словно смотрел не на человека, а на собаку, – сначала все время отпускала дурацкие шуточки про тебя. – Парень посмотрел прямо мне в глаза. – Знаешь, как она о тебе рассказала? Мол, в нашей администрации работает беззубая уродка, которая училась с ней в одном классе. Она даже потащила меня с собой, чтобы и я посмеялся вместе с ней… А потом началась эта шумиха с Кобаяси Хиной, и Марин как подменили – она стала безумно тебя бояться.

Все это он говорил с самым печальным видом.

– «На самом деле Кобаяси Мио – одна из пострадавших в деле об убийстве, совершенном этим извергом Сагами, а теперь убили еще и ее младшую сестру. Хуже того – эту самую сестру подозревают в убийстве ради страховки! Значит, и Кобаяси Мио может оказаться точно такой же преступницей. Получается, я издевалась над монстром!.. Что же мне теперь делать?..» – говорила Марин, бледная как бумага. Представляешь? И как бы я ни утешал ее, она не успокаивалась. Даже если мне она об этом не говорила, по поведению я все прекрасно видел.

Теперь я поняла, почему Марин так боялась моей мести и даже умоляла простить ее и не убивать. Вот почему она была так безумно перепугана – всему виной были подозрения в адрес Хины.

– Странная она, да? – вдруг спросил меня Нагиса, и я хотела уже кивнуть – ведь страх Марин был вызван необоснованными подозрениями, – но парень продолжил: – Почему это она больше всего боялась не меня? Я же ее парень и, в конце концов, все-таки мужчина! – Чуть склонив голову, он говорил так, словно это было что-то само собой разумеющееся.

– Что?

– Страх – признак уважения. Марин должна была бояться только меня одного! А она смотрит на кого-то совершенно не того! Надо было открыть ей глаза – она должна была понять, что бояться и уважать нужно только меня.

Я не могла вымолвить ни слова.

– Проблема была только в том, как именно это сделать. Она не просто боялась тебя – это был настоящий животный ужас. Я подумал, что при таком уровне испуга будет мало просто побить ее. Так что пришлось действовать несколько иначе, чем обычно.

Интересно, а «обычно» – это как?.. Я заставила себя даже не думать об этом.

– Очевидно же, что тебя бояться нечего. Это было легко понять, если посмотреть, как ты ведешь себя на рабочем месте. Ты вечно трясешься, как курица, что сидит у себя в курятнике и ждет, когда ее съедят. Но Марин все равно боялась тебя – и все из-за дела твоей сестры. Вот я и подумал, что надо только развеять эти подозрения – и она перестанет тебя так бояться. А тут ты так удачно взялась искать доказательства невиновности сестры, вот я и решил помочь тебе. Я ведь оказался очень полезным, не так ли? – спросил он несколько хвастливо, отчего у меня внутри появилось неприятное чувство, и я спросила в ответ:

– Что вы сделали? Как вам удалось так легко добыть информацию о Каваките и Домори, если я вообще ничего не нашла?

Этот парень притворялся другим человеком. Следовательно, не был он и студентом экономического факультета, где якобы числился. И историю про подругу детства, из-за смерти которой он и решил стать журналистом, он наверняка выдумал. Значит, и никаких журналистских навыков у него на самом деле нет было.

– Силой. – Парень пожал плечами. – Мне повезло, что эта Мито из Shuukan Real оказалась такой бесхребетной. Стоило немного припугнуть – и она выложила все, что знала. И настоящее имя погибшего парня твоей сестры, и домашний адрес Домори.

Только сейчас я вдруг поняла, что действительно в последнее время не видела Мито.

Когда началась эта шумиха с подозрениями, журналистка караулила меня ежедневно. Похоже, издательство назначило ее кем-то вроде ответственной за сбор материалов обо мне. И вот однажды она куда-то исчезла. Временами мне попадались корреспонденты Shuukan Real, но ее среди них не было.

Кажется, в последний раз я видела Мито перед головным офисом «Бара Тикуно». Она, как обычно, пристала со своими расспросами, но вмешался Нагиса и отогнал настырную журналистку. Если подумать, то он даже прогнал ее самым подлым образом. Не то чтобы я не обратила на это внимания, но тогда я ухватилась за него, как утопающий – за соломинку.

Более того, я вняла просьбе студента и показала ему визитку Мито. А на визитке было написано не только ее имя, но и место работы и контактные данные. Получается, Нагиса воспользовался этими сведениями, чтобы угрозами заставить Мито поделиться интересующей его информацией. Да, она доставила мне немало проблем, но, похоже, этот парень так запугал искренне желавшую выяснить правду журналистку, что, наверное, теперь она едва ли сможет работать дальше.

– Естественно, от Мито я узнал далеко не все. Эта бездарная журналюга толком ничего не могла сказать о друзьях Домори. Так что мне пришлось сходить к нему домой, чтобы взять его выпускной альбом и список класса. Добавила мне лишних хлопот…

Во время поездки в Тикуно я услышала, что в дом Домори забрался вор. По всей видимости, вором был Нагиса, а украл он список класса и выпускной альбом предпринимателя.

– Ну да ладно, зато в результате удалось выяснить, что Кобаяси Хина точно никого не убивала. А вот когда ты заявила, что из-за обещания Канэде не станешь ничего публиковать, я чуть не взорвался. Если общество не узнает о невиновности твоей сестры, то все мои усилия потеряют всякий смысл – Марин ведь не успокоится. Я был готов на все, лишь бы опубликовать показания Канэды, но общественное настроение изменилось само собой. Появились сообщения о смерти твоей матери и исчезновении Сагами, к ним очень вовремя добавились новости о том, что твоя сестра пожертвовала все полученные деньги в фонд поддержки сирот. Так что ее стали считать невиновной даже без особых доказательств. Она оказалась совсем не страшной. Вы оказались просто несчастной пострадавшей семьей. – Нагиса тут же продолжил, даже не сделав паузы для передышки: – Моя цель была достигнута. Теперь я стану самым важным человеком в жизни Марин. Я мягко показал ей на просочившуюся в общество истину – мол, вот, смотри, Кобаяси Мио совсем не страшная. Я ведь объяснил тебе, верно, Марин?

Он ждал согласия от Марин, но та лишь безмолвно сидела, широко открыв глаза. Похоже, до сих пор она не замечала истинной сути своего возлюбленного. И это вполне естественно – как она могла ожидать, что тому, кого она любила, нужно было лишь заставить ее бояться своего партнера?..

Мне сразу как-то стало жаль Марин. Она хотела просто наслаждаться студенческой жизнью, как все, но ей не повезло – ее полюбил настоящий сумасшедший. Как и ожидалось, несчастья случались не только со мной. Но сейчас было неподходящее время для того, чтобы делить беды на свои и чужие.

– Но… – Голос Нагисы стал еще ниже, отчего мы с Марин вздрогнули. – Это не сработало. Марин по-прежнему боялась тебя.

Нагиса указал на меня пальцем. Ощущение было такое, словно что-то пронзило мою грудь.

– Она сказала, что понимает, что лично Кобаяси Мио ни в чем не виновата, но ее все равно пугают те, кто как-то связан с убийствами, даже пострадавшие. К тому же ты стала жертвой преступления не один раз. Сначала убили твоего отца, потом сестру, а теперь и мать. Это уже ненормально. Поэтому она не смогла принять тебя. Ей даже не хочется больше приходить в клуб – одно твое присутствие приводит ее в ужас.

Его прямолинейность причиняла боль, но я подумала, что он, вероятно, прав. В Японии люди, хоть раз в жизни ставшие жертвой преступления, – абсолютное меньшинство. Большинство же вполне закономерно считает, что с такими людьми, должно быть, что-то не так и что они могут приносить несчастье. Для угнетаемых было совершенно естественно, что их сторонятся, – я невольно начала было вспоминать все несчастья, свалившиеся на меня в течение жизни, но мои безрадостные размышления оборвал Нагиса:

– Ты хоть можешь представить это?! Можешь представить, что я почувствовал, услышав такое от собственной девушки?! Она даже не видела во мне своего парня!

Нагиса опустил плечи, словно совершенно обессилел. Он выглядел так, словно болтался, подвешенный на одном из окружавших нас деревьев. Лично я совершенно не понимала ход его мыслей, но парень, по всей видимости, чувствовал себя глубоко уязвленным.

– Так что… – Он расслабленно шагнул вперед. Парень сделал всего один шаг, но мне показалось, что он сразу стал намного больше. – Так что мне остается только убить тебя.

Пару секунд я вообще не понимала, что мне только что сказали.

– Сколько бы я ни раскрывал твою истинную сущность, Марин все равно тебя боится. Мне остается только напрямую доказать ей, что я круче тебя. Тогда она точно начнет меня уважать…

Нагиса поднял голову, а в его правой руке когда-то успел оказаться нож. Клинок ослепительно сверкнул в бледном лунном свете.

Интересно, это был тот же нож, что выпал на асфальт в той драке? Или он уже успел купить новый?

– Поначалу я хотел просто как следует поколотить тебя и снять на видео. Надеялся, что покажу ей запись – и Марин сразу начнет меня уважать. Но ты оказалась умнее, чем я думал. Выглядишь слабой, но на самом деле ты явно не привыкла так просто сдаваться. Не хочется, знаешь ли, сунуться к тебе и облажаться. Тем более ты уже догадалась, что я на самом деле не здешний студент. Слышал, настоящий Нагиса вернулся из-за границы и сегодня заходил в офис.

Я снова почувствовала, как по коже покатились капли холодного пота. То есть он знал, что я догадалась о том, что он назвался чужим именем?.. Надо было сразу звонить в полицию, а не делать вид, что ничего не заметила…

– Но Марин была такой милой, что в этот раз я просто не успел вовремя уйти. Хотя исчезать я умею весьма неплохо…

Интересно, в который уже раз этот парень без разрешения примеряет на себя чужую жизнь?..

– Стоит тебе рассказать обо мне университетскому начальству – и мне конец. И я говорю не только об отношениях с Марин. Моя студенческая жизнь тоже кончится, а я попросту опозорюсь. Короче, мне остается только убить тебя. Одни проблемы…

Нагиса лениво расправил плечи и направил на меня нож. Его взгляд был даже острее отточенного лезвия.

– Смотри внимательно, Марин…

Оставив свою девушку сидеть на земле, Нагиса приближался ко мне, шумно ступая по опавшим листьям.

Я хотела закричать, но ночной воздух будто застрял в горле, не давая сделать вдох. Я не могла даже пошевелиться. Мало того что никак не могла понять рассуждений Нагисы и упустила момент для побега – я еще и оцепенела, всем телом отчетливо ощутив его намерение убить меня.

Фигура приближавшегося Нагисы становилась все больше и больше. Я же, как мне показалось, наоборот, постепенно съеживалась. Теперь алая кровь, которую я уже столько раз видела в своей жизни, брызнет уже из моего тела…

– Эй! – раздался где-то сбоку мужской голос. – Ты что творишь?!

Я не могла пошевелиться, а потому не могла и повернуть головы, чтобы посмотреть, кому этот голос принадлежал. Но парень тут же сам появился в поле моего зрения, подбежав прямо ко мне. Это был Киримия. Я впервые увидела его одетым в деловой костюм, словно он только что вернулся с собеседования.

Он встал передо мной, заслоняя от Нагисы. Его плечи от быстрого бега то поднимались, то опускались. Парень говорил, что вернется в клуб, как только закончит с делами. Видимо, он увидел нас еще издалека и примчался на место происшествия.

– С дороги, – угрожающе прорычал Нагиса.

– Нож убери, – спокойно ответил Киримия. – Ты сам-то понимаешь, что творишь?..

– Да это ты ничего не понимаешь! – Нагиса двинулся вперед, явно не желая разговаривать с незваным гостем. – Свали, мне нужна она, а не ты.

Он наступал на нас, выставив оружие перед собой.

Киримия не отошел. Он раскинул руки в стороны, стремясь защитить меня от удара.

Парень покачнулся, когда в него влетел Нагиса.

Я коротко вскрикнула, но мой голос заглушил раздавшийся в ту же секунду вопль, пронзительный, как звон разбитого стекла.

Киримия упал на колени.

Из-за его спины я увидела, что Нагиса замер на месте. Я медленно повернулась и взглянула немного по диагонали туда, откуда раздался крик. Там сидела Марин. С того места, где она находилась, было хорошо видно, как Нагиса, выставив нож, набросился на Киримию. Даже когда крик уже затих, ее побелевшее лицо казалось сведенным судорогой и напоминало маску из растаявшего и затем застывшего свечного парафина.

– Марин? – окликнул девушку Нагиса, отчего ее лицо исказилось еще больше, а глаза широко распахнулись от ужаса. – О, я вижу, ты начала понимать! – Он повысил голос. – Наконец-то ты хоть немного поняла меня!..

Его лицо светилось от радости. Я еще никогда не видела у него такого живого выражения.

От слов Нагисы Марин затряслась всем телом, как сломанная кукла. Похоже, она наконец по-настоящему осознала, что ее парень действительно способен причинить другому боль.

– Н… – Она вдруг поднялась на ноги. – Нет!

Выкрикнув это слово, девушка бросилась прочь через опытную рощу. Без сомнения, она больше не могла даже смотреть на Нагису. Сам парень тоже вскочил на ноги и явно собирался последовать за ней.

– Постой же, Марин! – радостно кричал он, помчавшись догонять любимую. – Я же такой крутой, посмотри до конца! Веселье только начинается…

Удаляющиеся возгласы перемешивались с неудержимым и истеричным смехом. Марин ничего не ответила, и вскоре ее спина скрылась за деревьями. Потом исчез в темноте и побежавший следом Нагиса.

На месте происшествия остались только мы с Киримией.