Повстанцы собрались вместе, чтобы разработать план атаки. Они чертили его прямо на земле.

– Войско Катары слишком многочисленное, – говорила Ирея, указывая на свою схему. – Они будут обороняться в своей крепости, поэтому у них преимущество. Наш единственный шанс на штурм – пробраться внутрь незамеченными и ударить изнутри, в самое сердце. Но наша главная цель, наша единственная настоящая цель – доставить Санни к древу и выиграть ей достаточно времени. Оттянуть стражей от центра цитадели.

Ирея обвела взглядом четверых своих военачальников, среди которых была и Рен. Несмотря на свой юный возраст, дриада была прирождённым лидером и неплохо мыслила в стратегии. Рен поймала взгляд своей предводительницы.

– Я пойду с Санни. Я хорошо знаю крепость и удостоверюсь, что все доберутся в целости.

– Я возьму на себя командование твоим отрядом, – кивнула Ирея. Она сдержанно вздохнула. – Мы выступим ранним утром, до лилового тумана. Он поможет нам подобраться к крепости незамеченными.

Собрание завершилось, каждый отправился по своим делам. Лагерь кипел подготовкой: дриады вытачивали из камня наконечники стрел и выстругивали копья. Нарезали ингредиенты для зелий, смешивали их, кипятили. Что-то непрерывно шипело и дымилось всеми цветами радуги. Санни показалось, что никто не был напуган предстоящей битвой, скорее в воздухе витали нетерпение и странная весёлость. То тут, то там слышались шутки и смех. Почему-то девочке это показалось довольно мрачным.

– Они устали бояться, – Рен присела рядом с ней на большой камень. Её волосы едва слышно поскрипывали. – Мы слишком долго ждали, слишком долго осторожничали. Что бы ни произошло завтра, всё так или иначе будет кончено.

– Вы сражались с Катарой раньше?

– Не в открытую, – ответила Рен. – Нас слишком мало. Мы вели партизанскую войну: пытались разведать планы Катары, саботировать их, изловить её шпионов и воинов. Ждали подходящего момента.

Санни помахала Кио, который стоял в отдалении и растерянно озирался. Заметив их, мальчик подошёл:

– Ну, как прошло?

– Готовимся, – Рен обвела рукой лагерь. – Выступаем завтра, до лилового тумана.

– Умно! – Кио сел по другую сторону от Санни. – В Эрихни нет солнц или других светил, – пояснил он девочке. – А смену условных дня и ночи обозначает лиловый туман, который стелется по земле каждые сутки.

– Так было всегда или это тоже Катара? – Санни с любопытством посмотрела на Рен.

– Катара, конечно, сильна, но устроить вечную ночь не под силу даже ей, – улыбнулась дриада. – Так было всегда. По крайней мере, сколько помнит история. Эрихни – это земля ночи и огня, всё здесь подчиняется этим двум природным силам. Потому-то нашим предкам и было так тяжело, – она вздохнула. – Можешь представить, каково древесным существам жить без солнца, без воды?

Санни кивнула.

– Должно быть, ужасно. Но вы ведь выжили, так? Моя учительница мисс Жина всегда говорила, что сильные виды адаптируются даже к самым плохим условиям.

– Выжили, – кивнула Рен. – Я не хочу жаловаться. Даже здесь, в лагере, мы живём не так уж плохо.

Она зашуршала волосами, меняя позу.

– Раньше ломри были раскиданы по Диким землям кочевыми племенами, – заговорил Кио. – Очень-очень долго просто блуждали там, занятые выживанием. Как можно что-то построить, что-то изобрести, если даже еду не всегда удаётся добыть и приходится постоянно перемещаться, потому что предыдущее место стало непригодно для жизни? А вот как только догадались, что под землёй всё неизменно и начали отстраиваться, прогресс пошёл.

– Всегда хотела побывать в Аре, – Рен мечтательно улыбнулась. – И в Фальвиа тоже. Но даже если бы я добралась до древа…

– Тёмной дриаде проход закрыт, – кивнул Кио и чуть прижал уши. – Мне жаль, что всё так. Это несправедливо.

– Вы же боретесь против Катары каждый день, – согласилась Санни. – Вы заслуживаете помощи от Ары и Фальвиа. Как вообще получилось, что у неё в руках оказалась такая власть?

– Постепенно. Она начинала с простых и понятных речей о справедливости для тёмных дриад и быстро собрала вокруг себя союзников. В Эрихни никогда не было городов и правителей – нам неплохо жилось в лесах небольшими общинами. О Катаре говорили повсюду, она всегда умела вдохновлять. Дриады наслушались её речей и возжелали жить в Фальвиа, под солнцем. Со временем ей удалось убедить своих сторонников, число которых росло с каждым днём, что миром дело не решить. И что одного Фальвиа недостаточно. Она много говорит о мести и справедливости. Но то, что она делает, не поможет восстановить справедливость. Лишь унесёт новые жизни и причинит ещё больше боли.

– Насилие порождает насилие, – согласился Кио.

Они помолчали, наблюдая за тем, как дриады собираются в небольшие группы, самозабвенно болтают и травят байки. С веток дерева над их головами свесился Ики. Он обратился к Рен:

– Чтобы ты знала, в Фальвиа тебе всегда рады! Я приглашаю!

– Спасибо, – подняла голову Рен и потянулась погладить дракончика волосом. – Надеюсь, однажды…

Они ещё немного поболтали об отвлечённых вещах. Оставалось несколько часов до наступления, но никто из них не мог уснуть. Просидев вместе до утра, они поднялись на ноги, когда Ирея вышла из одного из деревьев. Дриады снарядились сплетёнными из сухой травы поясами, увешанными склянками с зельями. Повесили луки и стрелы за свои спины. Все потянулись к Ирее, чтобы послушать, что она скажет. Дриада стояла на высоком камне.

– Наши земли поразила язва, – громко, воинственно начала дриада. – Имя которой Катара. Жестокая и беспощадная язва, которая забыла свои корни и погрязла в иллюзиях о мнимом величии. Мы многое потеряли в войне с ней. Но сегодня мы отвоюем это всё назад! Вы те, кто однажды не испугался встать против неё, и благодаря вашей смелости другие несогласные услышали ваш голос. Сегодня, – она выделила голосом это слово, – всё закончится. Сегодня тирании придёт конец. Сегодня мы не страшимся, потому что мы есть друг у друга и плечом к плечу с нами сражается Хранительница – само сердце Иннеаль. Мы, самые первые дети мирового древа, должны встать на его защиту. И сражаться яростно!

Дриады громко заскрипели в знак согласия и готовности. Нетерпение, витавшее в воздухе всю ночь, сгустилось и достигло пика. Воодушевлённые, дриады бурно переговаривались и спешно исчезали в многочисленных тоннелях. Санни, Ики, Кио и Рен выступили одними из последних.

– Ты как? – спросил Кио, когда они пробирались вперёд по тоннелю.

Санни посмотрела на мальчика:

– Задумалась. А вы? Готовы?

– Да я родился готовым! – с энтузиазмом ответил Ики. – С тобой мне ничего не страшно!

– Я долго ждала этого дня, – Рен, шедшая первой, повернула к ним голову. – Я готова.

– А мне жутко любопытно увидеть крепость изнутри, – чуть смущённо признался Кио. – Я на неё уже давно облизываюсь. Волнуешься, Санни?

– Немного. Но я не боюсь, – ответила девочка, поглядывая на мерцающий посох.

Они покинули тоннели и воссоединились с повстанцами. Санни увидела, как по земле стелется полупрозрачный фиолетовый туман.