Способ отбрасывания воззрения самости посредством созерцающего сознания, когда бы оно ни возникало как видение, слышание, обоняние, вкушение, осязание или мышление, после медитации на любящую доброту, схоже с тем, что медитирующие здесь обычно практикуют. Единственная разница состоит в том, что это может осуществляться как с базовой джханой, так и без нее. Метод же созерцания одинаковый.

Если созерцание и осознавание ослабляются во время опирающегося на джхану созерцания явлений, когда они возникают сами по себе, то погружение в любящую доброту должно быть снова восстановлено и развито. Когда спокойствие тела и ума снова устанавливается, созерцание явлений, где бы они ни проявлялись, должно быть возобновлено.

Практикующие медитацию здесь вначале созерцают поднятие и опускание живота, что рассматривается как основополагающее упражнение. В ходе созерцания и отмечания, как было описано, следует созерцать и отмечать могущие появляться мысли. После этого созерцание и отмечание должны быть возвращены к движению поднятия и опускания живота. Если практикующие чувствуют боль, зажатость или жар, тогда эти ощущения также следует созерцать и отмечать, когда бы они ни появились. После этого необходимо вернуться к созерцанию поднятия и опускания живота. Также следует отмечать любое сгибание и разгибание рук и ног. Когда созерцание завершено, следует различение созерцаемого объекта и воспринимающего ума. Причина и результат также постигаются отдельно. Затем характеристики непостоянства, неудовлетворительности и отсутствия самости постигаются посредством индивидуального знания в процессе созерцания и отмечания психофизических явлений. Когда при помощи постоянного осознавания знание растворения (bhaṅga-ñāṇa) усилено, созерцание и отмечание должны быть расширены, начиная с каждого ощущения прикосновения в теле. Если во время медитации появляется усталость и медитация теряет свою энергию, отмечание ума должно быть перенаправлено на обычное поднятие и опускание живота. Лишь когда тело и ум становятся расслабленными, следует возобновить дальнейшее созерцание всех физических явлений.

Когда созерцание набирает силу, прозрение достигает осознавания страха (bhayatupaṭṭhāna-ñāṇa), знания страдания (ādīnava-ñāṇa), знания отвращения (nibbidā-ñāṇa), знания желания избавиться (muñcitukamyatā-ñāṇa), знания повторного наблюдения (paṭisaṅkhā-ñāṇa) и, после этого, достигается знание невозмутимости в связи с формирующими факторами (saṅkhārupekkhā-ñāṇa). На этой стадии все объекты созерцания воспринимаются автоматически и без усилий. Проникающее прозрение также происходит само собой, спонтанно. Затем вы будете неспособны проследить за возникновением ряда ощущений во всем теле и отмечать их, и у вас будет машинально происходить осознавание лишь немногих обычных ощущений. Это знание очень тонкое, а осознавание очень ясное. Когда непрерывно созерцают три явления, такие как поднятие и опускание живота, а также скованность, ощущаемую в сидячей позиции, то бывают моменты, когда осознавание всего тела полностью исчезает. Иногда медитирующий может осознавать только поднятие и опускание живота, забывая о том, что он сидит.

Иногда сознание может не улавливать поднятие и опускание живота. Если это происходит, можно фиксировать свое внимание лишь на знающем уме, созерцая и отмечая это как «знание», «знание». Когда практикующие осознают то, что происходит, осознавание весьма ускоряется, и тогда будет воспринято внезапное прекращение созерцаемого объекта и созерцающего объект ума. Знание и восприятие прекращения всех ментальных и физических явлений – это знание пути (magga-ñāṇa).

На самом деле отбрасывание латентно содержащегося в объектах (ārammaṇanusaya) воззрения самости осуществляется еще до достижения знания пути посредством способности знания прозрения, являющегося осознаванием существования лишь ума и материи при помощи созерцания и отмечания.

Возвышенный путь, благодаря которому практикующие постигают прекращение всех формаций ума и материи, полностью искореняет воззрение самости врожденных склонностей (santānānusaya). С этого момента и далее ошибочные воззрения существования индивидуума, живого существа, самости или живой субстанции полностью искореняются. Вкратце это объясняет то, как следует практиковать медитацию во время развития любящей доброты по отношению ко всем живым существам, для того чтобы устранить воззрение самости. И это полностью соответствует наставлениям, переданным Буддой, а именно: не желать цепляться за воззрение о существовании индивидуума, самости или живого существа (diṭṭhiñca anupaggamma).

Если воззрение самости отбрасывается при помощи методичного созерцания и отмечания в процессе усердной медитации, тогда ошибочное воззрение (micchā-diṭṭhi) и непонимание будут полностью искоренены. Затем, после устранения ошибочного воззрения, необходимо также обладать нравственностью (sīla). Чистая нравственность, конечно же, будет оставаться неповрежденной в том случае, если мирянин будет строго и неукоснительно соблюдать пять, восемь или десять предписаний – основополагающее требование для медитативной практики. Что же касается предписаний для монахов, то они могут быть полностью исполнены в том случае, если ими неукоснительно соблюдается монашеская дисциплина (pāṭimokkha sīla). Перед практикой медитации должны быть полностью и совершенным образом соблюдены предписания для мирян и монахов. Прежде об осуществлении этого совершенства нравственности уже говорилось словами – karaṇīyamattha kusalena из первой строфы «Метта-сутты» – это то, что необходимо делать тем, кто искусен в добродетели.

Это соответствует осуществлению практики нравственности Возвышенного пути. Это также находит свое отражение в атрибутах Возвышенного пути, на котором искореняются ошибочные воззрения, на что уже было указано словами «не желая цепляться за воззрение самости», что значит «устранив воззрение самости». Тем не менее, чтобы сделать более убедительным то, что практика нравственности Возвышенного пути также была осуществлена, это повторяется словом sīlavā – должно осуществляться посредством нравственности.

Далее, sampanno – будучи наделенным; dassanena – знание прозрения пути вступления в поток, которое постигает и воспринимает Ниббану, прекращение всего страдания, отсутствие желания цепляться за воззрение самости и отбрасывание его. Это имеет тот же смысл, что и выражение «осуществление Возвышенного пути». Данное повторение необходимо для того, чтобы сделать смысл этого еще более очевидным.