Когда приближение к сосредоточению становится сильным и острым, ум начинает прочно удерживать объект любящей доброты, как если бы он был плывущим и дрейфующим по потоку ощущений во сне. Но вначале ум может оставаться с этим лишь на мгновение. Когда же непрерывное развитие внимательного наблюдения за любящей добротой продолжается дальше, оно может сохранять фиксацию на чувственном объекте в течение одной минуты или более, вплоть до часа. Когда же таким образом практикующий погружается во внимательное наблюдение любящей доброты, несмотря на воздействия близлежащих чувственных объектов, ум не устремляется к этим чувственным ощущениям, но остается на месте, фиксируясь на том индивидууме, к которому обращается с любящей добротой, желая ему счастья. Таким образом переживание восторга становится явным. Начальное и поддерживаемое приложение ума, направленное на объект любящей доброты, становится устойчивым и преобладающим. Все тело становится легким и расслабленным. Установленный ум становится безмятежным и неотвлекающимся. Эта однонаправленность ума (ekaggatā) с особенно явными проявлениями начального приложения ума, поддерживаемого приложения, восторга и блаженства являются превосходными свойствами первого медитативного погружения. Именно поэтому в «Висуддхимагге» говорится, что во время развития любящей доброты индивидуум может достигать медитативного погружения.

Это первое погружение, обладающее свойствами начального приложения ума, которое созерцает ощущения, а также поддерживаемого приложения, исследующего природу этих ощущений, не настолько устойчивое и надежное, каким могло бы быть. Если во время этого погружения неприятные звуки и громкие крики начинают бить по ушам, ум может выйти из медитативного погружения и обратить внимание на эти звуки. Поэтому любящая доброта должна развиваться дальше, для формирования более глубокого погружения без начального и поддерживаемого приложений ума. Когда сосредоточение становится более устойчивым, появляются намного более интенсивный восторг вместе с безмятежностью ума без приложения усилий к тому, чтобы созерцать и исследовать ощущения. Таково второе медитативное погружение, в котором имеется высочайшая степень интенсивного восторга.

Если же столь интенсивный восторг не требуется, непрерывное развитие и распространение любящей доброты следует обращать к обычному объекту. Когда сосредоточение становится полностью развитым и усиленным, становятся явственными высшее блаженство и безмятежность ума без восторга. Таково третье медитативное погружение, высшее медитативное погружение, достигаемое посредством любящей доброты.

Если практикующий желает развить любящую доброту в равной степени по отношению ко всем существам либо после достижения только что отмеченного медитативного погружения, либо же перед достижением этого погружения, то она может развиваться и распространяться по отношению к тем, кому благоволят, со словами – «пусть они будут счастливы и т. д.». Будет намного лучше развивать и распространять любящую доброту после, а не перед тем, как достигнуто медитативное погружение. В таком случае может легко проявиться очищенная форма любящей доброты. В результате этого, после достижения медитативного погружения любящей доброты по отношению к милому сердцу индивидууму, развитие любящей доброты может быть обращено к тому, кто вызывает нейтральные чувства. После достижения этого погружения на благо того, к кому практикующий относится нейтрально, любящая доброта может развиваться и быть обращена к тому, кто является врагом, если таковой есть. При распространении любящей доброты по отношению к этим различным индивидуумам одного за другим, разнообразные виды ощущения, или ментального сознания любящей доброты, должны развиваться только после того, как был развит устойчивый и мягкий ум. Именно об этом говорится в «Висуддхимагге».

Утверждение, что ум был развит устойчивым и мягким, на самом деле относится к достижению по крайней мере приближения к сосредоточению. Наилучший метод состоит в смене курса развития любящей доброты только после достижения медитативного погружения. Из всех разнообразных выражений, утверждение «Любящая доброта должна развиваться по отношению к любому врагу» касается практикующего, у которого есть враги. Поэтому выше я сказал: «…по отношению к врагу, если таковой есть». Тому, у кого врагов нет, не стоит беспокоиться о том, чтобы развивать по отношению к ним любящую доброту после того, как она была развита по отношению к нейтральным существам.

Ненависть скорее всего появится, если практикующий вспоминает вред, причиненный врагом, во время развития к нему любящей доброты. Если это происходит, можно снова обратиться к медитативному погружению любящей доброты, которое было прежде достигнуто в отношении любого другого индивидуума. Затем, после выхода из этого погружения, необходимо погасить ненависть посредством развития любящей доброты к своим врагам. Поскольку в связи с этим в «Висуддхимагге» сказано: Mettaṃ samāpajjitvā vuṭṭhahitvā, очевидно, что медитативное погружение любящей доброты было достигнуто не в отношении врага. Поэтому я указал, что развитие любящей доброты посредством переноса внимания на врага будет наилучшим после достижения погружения в связи с другими индивидуумами.