Сборы не заняли много времени. Уже через час все хаоситы вышли из храма, присоединившись к своим недавним врагам-зверолюдам. И вот такой большой разношёрстной компанией мы двинулись вглубь восточной части города, где и обитал клан Сломанного рога.

Солнце к этому моменту уже зашло за горизонт, и Гар-Ног-Тон освещали лишь засиявшие звёзды да горящие здания.

Надо сказать, что бои в городе вроде бы начали затихать. По крайней мере до меня не доносились звуки сражений. Нет, конечно, кто-то кого-то ещё где-то убивал, но эти забавы уже не носили массовый характер.

Конкретно моему отряду вообще не приходилось вступать в бой. Все торопились убраться прочь с нашей дороги. Здоровенная фигура идущего впереди Крушителя пугала даже ворон, слетевшихся на свеженькие трупы. Они, отяжелев от сожранного мяса, с трудом поднимались в воздух, возмущённо каркая.

— Вон базарная площадь, — проговорила Рысь, идущая рядом со мной.

Она стала неким связным звеном между мной и остальными людьми. Последние явно побаивались меня. И только Волчица постоянно крутилась рядом со мной: то эротично нагнётся, вроде бы что-то уронив, то поправит рубаху так, чтобы мелькнула её обнажённая грудь с небольшим соском. Рысь такие проделки встречала гневным взглядом.

— Никого, — пробормотал я, выйдя на разгромленную площадь, где чернели спалённые торговые ряды. — Только мёртвые с косами стоят.

— Где⁈ — тут же встревоженно выдохнула Рысь, принявшись оглядываться.

— Не бери в голову. Это выражение из кинофильма.

— Чего? Что это такое?

— Потом расскажу, — пообещал я. — Итак, куда дальше? Есть у твоего клана какой-нибудь штаб или общий дом?

— Да, вон там мы собирались, — указала она рукой на трёхэтажное здание с выбитыми окнами и забрызганными кровью потрескавшимися стенами из песчаника.

— Господин, — вдруг подскочила ко мне Волчица, напряжённо хмуря брови. — В том доме кто-то есть. Я слышала скрип пола под ногами.

Рысь недовольно посмотрела на неё и что-то хотела сказать, но я взмахом руки показал ей, чтобы она молчала, а сам отделился от отряда и вышел на середину площади.

— Эй, есть здесь кто-нибудь? Я Человек из-за Стены! Пришёл сюда, чтобы просто поговорить. Клянусь Сваргом, что не причиню вред никому, кто не станет желать моей смерти.

Наверное, целую минуту над базаром царила тишина, а потом из-за ближайшего дома вышел никто иной как Сломанный рог.

— О, ты живой! — обрадовался я и приглашающе махнул ему рукой. Дескать, иди сюда.

Но тот заколебался и вдруг задал мне несколько вопросов, ответы на которые мог знать лишь я. Мне, конечно, не составило труда ответить на них, доказав, что я — это я, а не какой-то хрен, прикрывшийся моей иллюзией или как-то иначе подделавший мою внешность.

— Фух-х-х, — облегчённо выдохнул минотавр и застучал копытами в мою сторону.

Его доспехи из чёрного металла «украшали» десятки вмятин и зарубин. А кончик здоровенной секиры был отколот. Физиономия же Сломанного рога изобиловала порезами и розовыми пятнами там, где раньше росла шерсть.

— Гляжу, денёк прошёл весело, — указал я на его измочаленные доспехи.

— Ага, — пробасил тот, дёрнув себя за остатки козлиной бородки. — Весь день сражался. Многие из моего клана полегли, но и мы многих положили. Думали, что к нам идут очередные враги, потому и устроили засаду. Правда, среди твоего отряда есть дети.

— А Рысь тебя не смутила?

— Дык она могла переметнуться и привести врагов прямо к нам. Мы ведь никогда не были дружны с кланом Кровавой лапы, а Крушитель из их рядов. Сейчас в городе вообще творится не пойми что. Брат идёт на брата, соклановец на соклановца…

— Тоже верно.

— А где ты нашёл всех этих? — кивнул он на мой отряд.

— Да так… прибились по дороге. Ты лучше мне ответь, на чьей стороне твой клан?

— Да ни на чьей, на своей. Мы просто пытаемся отстоять свою территорию. Кто ищет у нас защиты — тех принимаем, а кто хочет убить — сами убиваем.

— Ага, ясно. Значит так, твоя концепция меняется. Сейчас же рассылаешь во все стороны разведчиков и собираешь информацию. Мне нужно знать, кого нужно разбить, чтобы взять власть в городе и остановить резню. Понял?

— Понял, — не стал тот перечить мне.

Он ведь тоже считал меня жрецом Сварга.

— Вот эти господа помогут тебе. Теперь они в твоём подчинении, — указал я на свой отряд. — Какие у тебя прогнозы на ближайшее время? Будет среди ночи битва или нет?

— Хм, — подёргал минотавр бородку. — Думается мне, что до полудня все будут зализывать раны и формировать новые союзы из тех кланов, что сохранили боеспособность. А уже потом снова вспыхнут бои, или может всё решится дипломатией.

— Да, наверное, так и будет, — проговорил я, тоже придя к таким выводам. — Если к тебе пошлют переговорщиков, скажешь, что тебе нужно подумать до полудня.

— Хорошо, — кивнул тот.

— Вот и отлично. Сейчас я познакомлю тебе со своими слугами.

— Выходите! — громко бросил минотавр, посмотрев в сторону домов.

Из-за них начали выбираться, как зверолюды, так и обычные люди. Рысь сразу же бросилась к кому-то обниматься.

А я быстро ввёл свой отряд в курс дела, приказав им слушаться Сломанного рога. И напоследок предупредил, что завтра вернусь, а сейчас мне нужно отлучиться по делам.

Понятное дело, что никто не стал спрашивать, какие такие у меня есть дела. Все без вопросов выслушали мои приказы, после чего я скрылся среди домов и активировал кубок-портал. Тот перенёс меня в мой номер в отеле «Божественный замок».

В Петрограде за время моих приключений уже совсем стемнело. Стрелки на часах показывали половину десятого. Телефон же светился, будто кто-то только что звонил.

Я взял агрегат и увидел номер Громова-старшего. Решил перезвонить.

— Добрый вечер, — произнёс я, услышав в трубке дыхание мужчины

— Добрый вечер, Александр, — приподнято начал он, — как твои дела? Как столица? Как новая академия?

— Нескучно, — с усмешкой ответил я, двинувшись в сторону ванной комнаты.

— Это, наверное, хорошо, — чуть помедлив, проговорил смертный. — А я, значится, без дела не сидел. Нашёл… э-э-э… скажем так, отличный новый горшок для своего любимого семейного растения.

Это он так завуалированно намекает на то, что разыскал подходящее для Александра тело?

— Ты знаешь, вот тебе мудрый совет, пока повремени с пересадкой.

— Почему? — удивился тот.

— Вскрылись новые научные данные. Потом всё объясню при личной встрече. А то сейчас мне уже лень говорить. Устал. Сейчас помоюсь и лягу спать.

— А-а, ну ладно. Доброй ночи, — попрощался Громов-старший и сбросил звонок.

А его внучок в нашем общем теле начал дёргаться из-за разрывающих его противоположных эмоций. С одной стороны, он жутко не хотел начинать «самостоятельную жизнь» в новой тушке, а с другой — до зубовного скрежета боялся того, что ему придётся пройти вместе со мной.

В любом случае я уже всё решил за него. Рано ему пока покидать наше тело. Вдруг я без него не сумею добраться до клетки Безумного бога Иврима?

Кстати, давненько он не приходил ко мне. Чем-то занят? Да шут его знает. Наверное, даже хорошо, что его пока нет. У меня есть время разобраться с другими проблемами.

Почесав щеку, я посетил ванную комнату, где тщательно отмылся, а затем завалился спать. Мышцы устали так, что аж слегка подёргивались. Да и морально я тоже вымотался, поэтому заснул довольно быстро.

Ночью мне снились то обнажённая Волчица, то Рысь, а потом и Ангелина подключилась. Причём последняя пришла в кожаном плаще на голое тело и с плёткой. Может, на её образ наложился вид того здоровяка в коже, подосланного графом Жаровым?

В общем, проснувшись утром, я твёрдо решил, что надо бы в ближайшее время с кем-то переспать. Гормоны требуют.

Пока же я надел свою привычную форму, которую носил в Стражграде, после чего покинул отель, позавтракал в том же кафе и на такси отправился в академию.

Путь до неё не занял много времени. Такси быстро доставило меня к цели. Правда, оно выглядело серо и убого среди роскошных машин, привезших кадетов к воротам учебного заведения.

Однако все взгляды устремились именно на меня, стоило мне лишь выйти из авто. Смертные сразу же завистливо оценили количество моих нашивок на кителе. У других кадетов тоже были нашивки, но ни одна из них не являлась боевой. А все мои были заслужены потом и кровью, по большей части, конечно, чужой.

Белова и Огнева тоже надели свою форму, и о нашивках, конечно, они не забыли. Я заметил их, когда вошёл в холл здания. Красотки изучали расписания, не обращая внимания на восторженные взгляды парней и завистливые взоры девушек. Последние опять ядовито перешёптывались.

— … Нашивки-то свои напоказ выставили, — донёсся до меня жёлчный голос одной из девиц.

— Ага, хвастаются, как какие-то простолюдинки, — вставила другая.

— А больше-то нечем хвастаться, вот и нацепили это, — насмешливо сказала третья, но, естественно, так, чтобы её не услышали Белова с Огневой.

— Громов идёт, Громов, потише, — заметила моё появление четвёртая.

Всё вокруг меня сразу же замолчали, натянув на физиономии каменные выражения. А я с высокомерной улыбкой прошёл мимо них, оказавшись подле графини с баронессой.

— Вы опять вдвоём? — удивился я. — Неужели сдружились? А говорят, чудес не бывает. Или решили объединить свои силы в борьбе против местных хищниц?

— Пфф, да какие они хищницы? Так, дворняжки, — фыркнула блондинка, облив презрительным взглядом идущих мимо девиц.

— Да плевать мне на них, — вставила своё слово и Огнева.

Белова криво усмехнулась и вдруг серьёзно спросила у меня:

— По академии пополз слух, что ректор вышвырнет тебя вон, ежели ты не принесёшь извинения графу Жарову. Что будешь делать?

— Наслаждаться жизнью, — улыбнулся я, подмигнув красотке.

Огнева с Беловой обменялись хмурыми взглядами, понимая, что от меня ничего не добиться. Они даже не стали пытаться разговорить меня, просто молча вместе со мной пошли на лекцию по «биологии».

Боги, ну «биология»-то зачем стражам? Хотя если мы на ней будем изучать внутреннее устройство зверей Хаоса, то, наверное, такая дисциплина нужна. Будущие стражи будут знать, куда стрелять, чтобы попасть в сердце зверя.

Аудитория уже на три четверти была заполнена кадетами, степенно разговаривающими между собой. Это вам не обычные дворяне или тем более простолюдины, которые постоянно гогочут и громко говорят. Нет, эти аристократики вели себя так, словно попали в библиотеку. Однако они все замечали и подмечали. Конечно, они и моё появление заметили и сразу же атмосфера как-то загустела, словно все чего-то ждали.

Ну ясно чего, народ сгорал от нетерпения в ожидании следующей серии конфликта Жарова и Громова. Оказывается, в сериале ещё и ректор появился.

Графенка в аудитории пока ещё не было, так что аристократы начали с нетерпением коситься на дверь в ожидании его прихода. А я с девушками уселся около окна и положил на парту тетрадь.

Часы над грифельной доской отмеряли минуту за минутой. И вот наконец в аудиторию вошёл граф Жаров, держа рожу кирпичом. Никто не стал встречать его аплодисментами, но кадеты все как-то разом подобрались, украдкой бросая взгляды то на меня, то на графа. А тот молча присел на своё место, и всё. Он будто специально даже не смотрел в мою сторону вплоть до прихода лектора. А когда тот появился, то сразу же начал занятие.

А вот уже во время лекции Жаров несколько раз посмотрел на меня взглядом, в котором мелькала то злость, то ярость, а то и надежда.

Видать, он всё-таки втайне страстно желал, чтобы я тотчас бросился к его ногам и извинился у всех на виду. А он эдак снисходительно примет мои извинения, победно поглядывая на кадетов, восхищённо прижавших лапки к груди.

И графа будто даже не смущало то, что стало с людьми, подосланными им ко мне. Я же этим мужикам прямо сказал, что хрен извинюсь перед Жаровым. А они, по идее, должны были передать графу, чем закончился их наезд на меня. Или они ничего ему не сказали? Тогда ясно, почему Жаров ждёт моих извинений. Но он их хрен дождётся. Граф получит кое-что другое… Мне нужно только улучить подходящий момент.

Естественно, во время лекции я ничего такого не получил. Зато после оной заметил, как Жаров отправился облегчиться. Ну я и пошёл за ним.

В туалете только одна из пяти кабинок оказалась занята. Понятное дело, что графом. Вот удача-то какая!

Я сложил руки на груди и опёрся задом на одну из раковин, красующихся под прямоугольными зеркалами.

— Экх, — облегчённо крякнул граф, после чего раздался звук застёгивающейся ширинки.

Следом щёлкнул шпингалет и открылась дверка кабинки. Глаза Жарова удивлённо вытаращились, стоило ему увидеть меня. А уже через миг удар ногой в живот отбросил его на унитаз.

— А-а-а, — болезненно выдохнул скрючившийся граф.

— Бэ-бэ-бэ, — прошипел я, схватил его одной рукой за шею, а ладонь другой окутал «взрывом энергии». — Ты, сука, думал, будто я проглочу то, что ты подослал ко мне своих шестёрок?

— Ко-кого? — заикаясь, проблеял аристократ, в чьих перепуганных глазах отражался свет моей магии.

Неожиданное нападение выбило его из колеи. Он будто забыл, что и сам вроде как маг. Хотя, конечно, пока он вызовет свою магию, я уже прижучу его своим атрибутом. А мой рассерженный внешний вид и полубезумная улыбка прямо говорили, что я шутить не собираюсь. Приголублю его магией, невзирая ни на какие последствия.

— Того! — продолжил я наш скудный на красочные фразы диалог, который вряд ли когда-нибудь попадёт в учебники по литературе. — Четыре мужика вчера возле отеля, где я живу. Они сказали, что от тебя.

— Громов, Громов, я ничего не понимаю, — залепетал тот, восседая на унитазе.

— Не ври мне, гад! — гневно заиграл я желваками.

— Клянусь, я не знаю никаких мужиков! — выдохнул он и тут же добавил, стремительно бледнея: — Нет, я, конечно, знаю каких-то мужиков, но точно не тех, о которых говоришь ты. Я никого к тебе не подсылал. Клянусь честью!

— Хм-м, — промычал я, заглянув ему в глаза.

Разорви меня Один, а ведь он не врёт.

— Я не лгу, — протараторит паренёк, глядя на меня снизу вверх.

Жаров полностью растерял всё своё аристократическое достоинство. Сейчас он совсем не напоминал того высокомерного хама, дерзившего мне вчера.

— Ладно, живи, — отпустил я его и погасил магию.

Тот сразу же с облегчением вздохнул и судорожно поправил галстук.

— Громов, да, мы с тобой враги, но ты просто обязан рассказать мне, почему решил, будто я кого-то подослал к тебе, — проговорил он, быстро возвращая самообладание.

Первым делом граф буквально вскочил с унитаза и стремительно вышел из кабинки, которую я тоже перед этим покинул.

— Как ты уже, надеюсь, понял, вчера меня кое-кто навещал, и совсем не с пирожками, — задумчиво произнёс я и вкратце поведал ему эту историю.

— Да как ты вообще мог подумать, что я способен на такую низость⁈ — гордо вскинул он голову и презрительно посмотрел на меня, словно минуту назад не блеял как перепуганная овца.

— Жаров, у тебя зубы лишние?

— Ты нарываешься на дуэль? — процедил он и сощурил зенки, полыхнувшие гневом.

— У тебя какое-то раздвоение личности? Я уже видел, что ты в душе трус. Какая на хрен дуэль? Ты же никогда не выйдешь драться против меня. Сам будешь бегать от этой дуэли, как пьяница от работы.

— Ты просто застал меня врасплох! — выдохнул Жаров, но всё же отвёл взгляд, а на его щеках появился предательский румянец стыда.

— Закрой рот и слушай. Кто-то пытается стравить нас с тобой ещё сильнее. Кто-то явно желает, чтобы я накостылял тебе по первое число. Напряги мозги и подумай, кто это может быть. Это в твоих же интересах.

Граф зло посмотрел на меня и несколько раз тяжело вздохнул, словно успокаивал ярость, а затем проронил:

— Это может быть кто угодно из кадетов. В высшем свете интриги — это такая же обыденность, как балы и приёмы.