Академия стражей, общежитие «мяса»

В раскрытое настежь окно влетали порывы лёгкого тёплого ветерка, а под потолком горела лампочка. На стенах же красовались тени от фигур пяти мрачных третьекурсников, обосновавшихся за круглым столом.

— … Я всё сделал отлично! — зло проговорил один из парней, хмуря брови. — Не моя вина, что этот ублюдок Громов выкрутился!

— Ты хреново спрятал наркотики! — бросил ему другой кадет, играя желваками. — Он нашёл их и как-то сумел избавиться! Иначе бы пакетик отыскали проверяющие! Ты сам знаешь, какие они дотошные. От них даже иголку не утаишь! Ты завалил всё дело!

— Я⁈ — опешил первый и вскочил со стула. — Да ты, сука, сам бы и подбрасывал их, а то юлить начал! Времени у тебя нет, времени…

— Успокойтесь! — ударил по столу третий человек. — Всё, проехали. Надо думать, что делать дальше.

— А что делать⁈ — всё ещё зло бросил первый, усаживаясь обратно на стул. — Этого Громова сами боги защищают! Рарог прилетел в храм. Это же немыслимо!

— Да никто его не защищает. Так совпало. Рарог и в другой храм прилетал, когда его призвал всё тот же жрец. В жреце всё дело, а не в Громове, — взял слово четвёртый.

— Господа, давайте уже признаем, что мы в жопе, — проговорил пятый, нервно барабаня пальцами по столу. — Громов слишком хитёр и удачлив. Вы разве не видите, что происходит с его врагами? Они все терпят поражения. Может, стоит пойти к Барсову? Он клянётся, что Громов обещал прощение всем, кто участвовал в подставе с наркотиками.

— Решил как крыса сбежать с корабля⁈ — выпалил второй, бурно дыша. В его груди клокотала ярость, а глаза опасно сузились.

— Нет, просто предлагаю варианты, — потупился пятый, сконфуженно опустив голову.

— Мы пойдём до конца! — заявил второй, чьё запястье украшала большая татуировка Велеса. — Громов будет повержен!

* * *

Стражград

Жаркое сражение с дядюшкой превратило мой новенький спортивный костюм в жалкие лохмотья. Гадство!

Оглядев безлюдный проулок, я торопливо снял с себя драньё и стёр им свернувшуюся кровь, покрывающую кожу. Потом шустро вытащил из ранее брошенного пакета новый костюм-тройку и напялил обновку на голое тело.

С учётом кроссовок на моих ногах, наверное, со стороны я выглядел как бомж, обычно танцующий перед музыкальным ларьком. Правда, мой костюм был довольно дорогим, да и кроссовки тоже.

Хмыкнув, я засунул в пакет изорванный спортивный костюм и наложил на саблю иллюзию трости. Ну и себя не забыл накрыть иллюзией, превратившей меня в худощавого охотника на монстров.

Быстро покинув проулок, я двинулся по городу, на ходу меняя иллюзии. Идти пришлось пешком, чтобы не вызывать такси. Ни к чему оставлять лишние улики. Пока меня никак не связать с телом, которое занимал мой дядя.

Моё настоящее лицо мелькнуло перед людьми лишь раз, когда я оказался на проезжей части. Но это был всего миг. Наверняка никто не запомнил мою физиономию. В проулке же и на складе меня вообще никто не видел. Вот и славно.

Что же касается дядюшки, то он был паршивой овцой среди моих родственников. Всегда вставал на сторону Одина. И даже во время последнего восстания Локи он защищал Одноглазого. Настоящий гад! И меня совсем не терзала совесть. Он хотел убить меня, а я грохнул его. Что может быть закономернее?

Правда стоит упомянуть, что дядя пробыл в этом мире совсем немного. Иначе бы он использовал в бою со мной более широкий спектр атрибутов. А так его смертное тело не успело достаточно окрепнуть, чтобы родственник обрушил на меня всю свою мощь. Поторопился дядя, за что и поплатился.

К слову, он вряд ли по собственному желанию разыскал меня, чтобы убить. Не настолько он ненавидел меня. Да ещё эти его слова «ничего личного». Кажется, кто-то чем-то простимулировал его. Может, Маммона? Да ну нет. Бред какой-то.

А придут ли за мной ещё такие же мотивированные родственнички или другие существа с божественной кровью? Дядя может быть не единственным, кого натравили на меня.

Я всю дорогу думал над этим, и у меня появились кое-какие догадки. Хреновые догадки. Такие, что впору обзаводиться глазами на затылке.

— А это ещё что? — удивился я, увидев перед домом Громова покрытый дорожной пылью внедорожник с лебёдкой. Номера намекали, что он прибыл из соседней области.

Гости? Или Громов купил эту развалюху? Если правдив второй вариант, то Громов прям бизнесмен от бога, от Чернобога.

— Кар-р-р! — отвлёк меня от размышлений сердитый голос Рарога.

Он уселся на кованую ограду и требовательно уставился на меня.

— А-а-а, вот и ты, — расплылся я в усмешке, мигом сообразив, что он видел мой бой с дядей. — Что ж ты не вмешался?

— Кар-р-р!

— Прилетел уже к финалу? Зря. Ты пропустил очень интересный бой.

— Кар-р-р!

— С кем я бился? С дядюшкой. Дела семейные. Мы давно ненавидим друг друга. Вот он и прибыл, чтобы разделаться со мной, — соврал я, решив пока не рассказывать крылатому о своих догадках.

Рарог потоптался по ограде и вроде поверил мне. А как мне не поверить, когда он сам прекрасно знает, с какой скоростью я завожу врагов? Ясен хрен, что у меня куча самых разных недоброжелателей.

Я подмигнул Рарогу и настороженно вошёл в таунхаус. Мало ли что меня там ждёт, учитывая произошедшее в проулке?

И я в некотором роде оказался прав. В прихожей меня поджидала задница… Да, да, самая настоящая. Какая-то средних лет женщина выпятила её, что-то перебирая в нижнем ящике платяного шкафа.

Однако уже через секунду я понял, что это не просто женщина, а новая служанка. Об этом говорил её строгий чёрно-белый наряд.

— Кхем, а что вы там ищете? Карьерный рост? — мягко поинтересовался я с порога.

— О боги! — испуганно выдохнула она и схватилась за сердце, попутно обернувшись ко мне. — Вы… вы кто?

Её ошарашенный взор скользнул по моему примечательному наряду, поскольку при входе в дом я не стал накидывать на себя иллюзию.

— Александр Громов, — представился я, приветливо кивнув.

— Саша! — показалась в прихожей Лидия. — Почему ты так странно одет?

— Долгая история, — отмахнулся я, снимая кроссовки. — Лучше расскажи, чья перед домом машина?

— К отцу приехал его стародавний друг со своим внуком. Они сейчас в гостиной, — объяснила женщина и с улыбкой добавила: — Иди к ним. Тебя там ждут.

— Зайду, но сперва переоденусь, — проронил я и обратился к служанке: — Любезная, вы ведь к вечеру приведёте в порядок мой костюм?

— Конечно, господин, — заявила она с железной уверенностью.

Я отправился в свою комнату, где быстро помылся и надел джинсы с футболкой, а уже потом двинулся в сторону гостиной. Быстро достиг цели и взялся за бронзовую ручку двери, но открывать её не стал. Прислушался.

— … Да вот такие дела. Мой внучок уже три атрибута открыл. Представляешь? — долетел до моих ушей хвастливый мужской голос. — Первый атрибут аж четвёртого уровня.

— Неплохо, неплохо, — тяжело вздохнул Громов словно бедняга, которому нечем щегольнуть перед заклятым другом, забодавшим всех россказнями о том, как всё у него хорошо. И дом-то у него самый высокий, и машина самая быстрая, и дети самые умные.

Хитрый Громов делал вид, что у его внука всё не так хорошо. Вздыхал, поддакивал. И наверняка с нетерпением ждал, когда нанесёт ответный удар.

— Да это отлично! — самодовольно выпалил мужчина. — Редко кто может похвастаться таким результатом к девятнадцати годам. Он же ещё входит в десятку лучших стрелков по всему городу. А город-то у нас немаленький, не то что твой…

— … Добрый день, господа, — вежливо поздоровался я, входя в гостиную, познавшую лёгкий ремонт.

Тут даже старую мебель сменили на новую, потому грузный пожилой мужчина восседал не на пружинах, грозящих проткнуть его зад, а в мягком кресле. Его щекастый внучок обосновался на софе с изогнутыми ножками.

— А вот и мой внук! — радостно сверкнул глазами Громов. — Ты его, Михаил, два года назад видел.

— Возмужал, возмужал, — удивился мужчина, скользнув по мне придирчивым взглядом, будто сравнивал со своим внуком.

Тот явно проигрывал. У меня и плечи шире, и мышц больше, да и вообще я просто красавчик. То-то мужчина кисло улыбнулся. Да и его внучок завистливо глянул на мои грудные мышцы. Они шикарно выделялись под футболкой.

— Молодец, — совсем неискренне похвалил меня Михаил, пока я усаживался в кресло. — А что же у тебя с магией, Александр? Открыл хоть пару атрибутов? Ведь без магии сейчас никуда.

Смертный снисходительно посмотрел на меня.

— Что у меня с магией? Есть четыре атрибута и все максимального уровня, — непринужденно проговорил я, разглядывая ногти.

— Бывает, ты ещё откроешь свой дар… Чего⁈ — удивлённо выпалил мужчина, чей мозг не сразу осознал мои слова.

— Четыре атрибута и все максимального уровня! — ликующе повторил мои слова Громов, наконец-то дождавшийся своего звёздного часа.

Он лихо вскочил с кресла и торопливо цапнул с подоконника кипу газет.

— На вот почитай. Об Александре где только не писали! Странно, что ты не читал! Хотя ты вообще не читаешь, только в телевизор пялишься. Впрочем, Сашку и там показывали. Да, телевидение приезжало, чтобы взять у него интервью. Он же практически в одиночку прошёл подземелье Хаоса, убил жрицу Маммоны и спас кадетов.

Дружок Громова лихорадочно перелистывал газеты, не веря своим глазам. Конечно, он, блин, сюда не за этим заехал. Ему хотелось гоголем походить перед Громовым, хвастаясь своим внуком. А тот, оказывается, рядом со мной и рядом не валялся. Потому теперь Громов цвёл и пах, снисходительно глядя на своего заклятого друга.

— Как… как… да как такое могло произойти? — лихорадочно прошептал Михаил, наливаясь еле сдерживаемой завистью.

Она красными пятнами расползлась по его щекам, заставив зенки сузиться до двух подозрительных щёлочек.

— А ну-ка покажи свои атрибуты, Александр! — взбудораженно выдохнул он и с надеждой сжал толстые волосатые пальцы в кулаки. — Нет-нет, я, конечно, вам верю, но уж больше хочется поглядеть на такое чудо.

Ага, веришь ты. У тебя аж вены на висках вздулись, как ты хочешь, чтобы моя сила оказалась выдумкой. И внучок у тебя такой же. Вон побелевшими пальцами вцепился в резной подлокотник и кусал губы.

— Вуаля, — весело проронил я и на миг создал перед внучком иллюзию драхнида.

— А-а-а! — испуганно выпалил тот и закрыл лицо руками.

Громов гулко расхохотался, стуча себя раскрытой ладонью по ляжке.

Михаил же покраснел от стыда за своего внука и затараторил, давясь воздухом:

— Это он от неожиданности! Всякий бы на его месте отреагировал подобным образом. Да и вообще… нельзя так возле человека иллюзии создавать.

— Да брось, Михаил. Это же шутка, — весело бросил Громов и взглядом попросил меня показать оставшиеся атрибуты.

Ну я и с лёгкостью продемонстрировал их, убедив смертных в правдивости сказанного в газетах.

Конечно, моя сила шокировала их до самых грязных пяток. Они совсем не искренне поздравили нас с Громовым, а потом спешно засобирались в путь-дорогу. Даже на обед не остались. Выскочили из дома, как две пробки из бутылки. Громов едва успел их проводить.

А уже после того как они скрылись с глаз долой, он начал гоготать, светясь от счастья.

— Нет, вы видели, видели его рожу? — давясь смехом, проговорил Громов, когда мы вдвоём остались перед домом. — Михаила же чуть не порвало от зависти!

— И давно между вами такая «дружба»?

— Давно. Нам девка одна и та же нравилась. Она выбрала меня. Вот Мишка с тех пор и пытается везде переплюнуть меня. Ну сегодня-то я ему задал… Аха-ха…

На громоподобный хохот мужчины из дома вышла вторая служанка. Тоже средних лет, как и первая, но с огромной грудью. Наверняка у неё лом вместо позвоночника, иначе бы она не смогла носить такое богатство.

Мужчина сразу же пригладил седые волосы и начал любезничать со служанкой, порой отпуская незатейливые шутки. Она сдержанно посмеивалась над ними. Хотя остроты Громова вызвали бы горькие слёзы у настоящих гурманов юмора.

Но я быстро прервал флирт мужчины и шёпотом настоятельно порекомендовал ему:

— Скажи Лидии, чтобы она больше не сдавала меня. А то я имел не самый приятный разговор с Ладой.

Тот кивнул и жарко заверил меня:

— Я всё сделаю. Лидия не будет вмешиваться в вашу жизнь.

— А ты, гляжу, решил устроить свою? — многозначительно кивнул я на пышногрудую служанку, величаво исчезнувшую в доме. Она явно знала себе цену.

— На что вы намекаете? — наигранно возмутился мужчина, столкнув брови над переносицей. — Ничего я не устраиваю.

— Хватит подозрительного выражения моего лица? Или всё же вслух сказать, что я не верю тебе?

— Ну, может, и решил, — сознался он, вызвав у меня усмешку.

Я похлопал его по плечу и снова вернулся в свою комнату, где принялся разглядывать дядюшкину саблю. В её эфесе сверкали аж два камня-артефакта. Один, судя по цвету, отвечал за усиление сплава, а второй делал клинок острее. Хорошее оружие. Таким можно рубить врагов налево и направо.

Но пока я отложил саблю и занялся тренировками.

А когда стрелки часов начали приближаться к восьми, я надел отглаженный чистенький костюм и уселся в такси. Оно по вечернему городу с ветерком домчало меня до дома градоначальника. А тот больше напоминал замок, окружённый ухоженным парком с фонтанами и брусчатыми дорожками. Тут уже чувствовался масштаб, присущий настоящей аристократии.

Хотя, конечно, даже такой дом не шёл ни в какое сравнение с дворцом Диониса. Его логово занимало целый квартал. А уж какие там были пирушки! Вино лилось рекой, а распутных дам было столько, что ого-го! Вряд ли что-то подобное ждёт меня на вечеринке, устроенной градоначальником.

И я оказался прав. Но, надо признаться, глава города всё-таки постарался.

Когда вежливый слуга провёл меня в большой зал на первом этаже, я увидел чуть ли не ночной клуб домашнего формата. В полумраке притаилась мягкая мебель, поблёскивали столы из дорогих сортов дерева, возле танцпола крутил вертушки диджей. А среди гостей сновали официантки с длинными косами и венками из колосьев пшеницы.

Я сразу же пошёл к стойке бармена. Миновал по пути находившийся в центре зала громадный каравай и уселся на высокий крутящийся стул.

— Пива или сразу медовухи, господин? — поинтересовался улыбчивый молодой бармен, покосившись на камин, где трещало берёзовыми поленьями пламя.

В какой-то миг огонь погасят, а потом снова зажгут. Таков ритуал.

— А больше ничего нет? — удивился я, глянув на полки за спиной смертного. Там красовалась целая куча разнообразных бутылок.

— Есть, — улыбнулся тот, вдохнув носом воздух, пропахший хлебом, алкоголем и женскими духами. — Просто традиция такая. В День осеннего равноденствия обычно пьют пиво или медовуху.

— А-а-а. Я не большой любитель соблюдать какие-то правила или традиции, так что налей-ка мне «Кровавую Мэри», — приказал я и с интересом скользнул взглядом по окнам. Все они были украшены веточками рябины.

Бармен быстро сварганил незатейливый коктейль и поставил передо мной. И только я сделал первый глоток, как на соседний стул бесцеремонно уселся мужчина лет пятидесяти. Его покрытое шрамами, обветренное суровое лицо с жёсткой седой щетиной кого-то мне напоминало.

— Александр Громов? — процедил он, воткнув в меня взгляд колючих глаз.

— Имею честь им быть, — вздохнул я и поставил бокал на стойку. — И давайте сразу к сути. Вы же не просто так подсели ко мне.

— К сути — это хорошо, — по-волчьи усмехнулся он, поправив рукав дорогущего пиджака с вышитым на груди небольшим гербом.

А-а-а, это граф Горский! Я узнал герб. Такой же был на доспехах Кеши.