- Значит, говоришь, что мечтаешь о светлом будущем своего народа? – глядя на Аурмид, ехидно усмехнулась Куинмалинель?

- Да, я хочу этого, - вздохнула эльфийка. – Я была в том мире, в СССР… Видела, чего они там достигли… Знаешь, с непривычки это все выглядит даже страшно… и в то же время притягательно. Становится даже обидно за то, что всего этого нет у нас.

- Обидно ей, - фыркнула Куинмалинель. – Что ж ты отказалась от нашего предложения?

- Боюсь я, - честно призналась Аурмид. – Боюсь не справиться… Да, я с тобой согласна. Нам надо развивать науку, ремесла. Надо идти вперед, иначе рано или поздно нас ждет конец. Но я не знаю, как это сделать!

- Не знает она, - хмыкнула Куинмалинель. – А ты думаешь, я вот все знаю? Или Менелтор знает? Или Алмиэль знает? Или кто еще? Мы лишь читали древние книги и думали о том, что можно сделать. А вот ты, в отличие от нас, своими глазами видела тот мир! Ты хотя бы знаешь, к чему надо стремиться!

- Да что я знаю? – пожала плечами Аурмид. – Да, я видела, как живут люди… Но меня никто не учил управлению государством! Видела то, что они делают. Но ты представь себе только то, что людей больше, чем в тысячу раз, больше чем нас! У них в одних мастерских может работать людей больше, чем всех квенди у нас в столице! И я не знаю, как быть!

«Вот как, значит? – мысленно усмехнулась Куинмалинель. – Ну мы еще посмотрим, кто кого»… Уж она не из тех, чтобы отступать! Ввязавшись в заговор, Куинмалинель прекрасно понимала, что выбора у нее больше нет. Победа или смерть, другого не будет… Если заговор окончится неудачей – ей этого точно не простят!

- Да ты просто маленькая, трусливая девчонка, Ау! «Мам, я боюсь в лес! Там волки, они съедят меня!» - изобразив максимально писклявый голос, да еще и прибавив «детское» сокращение имени, произнесла наставница. – Тьфу… Да какая ты Дочь Леса… Квенди не бывают трусами!

- Да как ты смеешь такое говорить?! – последние слова довели Аурмид буквально до бешенства. – Никогда еще в клане Полярной Звезды не было трусов! Слышишь – никогда!

- А кто ж ты? – подлила масла в огонь Куинмалинель. – Кто? Сама судьба дала тебе возможность помочь своему народу! Но ты этого не захотела… Тебе лишь на все готовенькое прийти хочешь, а делают пусть за тебя другие!

- Да ничего я не хочу! – выкрикнула Аурмид. – Ничего! Я помню и про долг перед народом Большого Леса, и про то, что вы мне рассказывали! Но я не знаю, что делать! Не знаю! А неправильным решением императрица может погубить весь свой народ…

- А мы знаем? – усмехнулась наставница. – Точно также не знаем… Нам точно также пришлось бы идти методом проб и ошибок… Но так мы будем двигаться вперед, дадим нашему народу цель в жизни! Цель, ради которой стоит жить и бороться! И вырвемся из того болота, в котором сидим! Или ты думаешь, что Совет Клана выберет императрицей кого-то достойную?

- Я не знаю, - малость успокоившись, ответила Аурмид.

- Так знай сразу – не выберут! Выберут в итоге самую бестолковую и легко управляемую! Кто будет больше всех вопить об обычаях предков и прыгать на цыпочках перед своими «благодетелями»! И она-то уже точно погубит наш народ! – усмехнулась Куинмалинель. – Так что выбирай, что ты хочешь… Борьбу за светлое будущее или прозябание в болоте!

«Вот как значит, - вдруг подумала Аурмид. – Дура ты, Аура Анорьевна! Какая ж ты все-таки дура!» Прожила год в другом мире, узнала столько всего нового… И так и не смогла понять такой простой вещи! Дура! Могла бы ведь хотя бы попросить подумать, связаться с СССР, посоветоваться… А вместо этого и впрямь испугалась как сопливая девчонка! Привыкла, что у тебя четкие инструкции, что можно делать, а что нельзя, что тебе всегда дают конкретное задание, а как пришла пора самой принять важное решение – так в кусты!

- Хорошо, я с вами! – ответила она.

- Тогда одевай, - сняв с цепочки на шее кольцо, произнесла Куинмалинель.

Взяв в руку кольцо, Аурмид в очередной раз внимательно оглядела его… Матово-серая поверхность металла, украшение из небольшого алмаза… Все достаточно просто, древние мастера явно не стремились к излишним сложностям, и в то же время симпатично. Ну что ж, посмотрим, на какой палец оно оденется? Как оказалось – на средний…

- Ну вот и правильно! – улыбнулась Куинмалинель. – Давно так надо было… Именем Совета Кланов объявляю Дочь Большого Леса Аурмид из клана Полярной Звезды императрицей Большого Леса, - произнесла стандартную фразу наставница. – Сегодня же Менелтор прикажет готовить все нужное к императорской клятве…

- Благодарю Совет Кланов за доверие и клянусь верно служить своему народу, - также стандартный ответ.

Теперь по традиции должны сшить императорское платье, в котором полагается выступать с официальными речами, и приготовить все, что полагается, к принесению императорской клятвы перед Советом Кланов, но по факту по всем законам и обычаям Аурмид приняла на себя власть едва надев на палец кольцо… Так что уже с завтрашнего дня, с рассвета, ей приступать к выполнению обязанностей правительницы…

- Знаешь, как еще называют это кольцо? – вдруг спросила Куинмалинель.

- А у него есть и другое название? – удивилась Аурмид.

- Есть, - усмехнулась наставница. – Это, вроде, и не секрет, но вспоминать его нынче не любят… «Кольцо Мастеров». Вот как его называли раньше…

- Но почему мастеров?

- А это еще одна история, которую не любят вспоминать. Потому, что она связана с эльдар, Высокими эльфами. С которых и скопировали нашу клановую систему…

- Западные квенди?!

- Да, они самые… Только сейчас мало кто помнит про то, что по возвращению из Валинора те начали смотреть на нас как на грязь под ногами. Ну а когда у них появились «Кольца Власти», то наши предки решили показать, что они ничем не хуже – и создали наше Кольцо… Из самого твердого металла, что легко резал сталь, мифрил и стекло, не боящегося жара, вечного и несокрушимого! Разве что он боится ударов, но кому придет в голову бить молотком по Кольцу?

- Вот оно как…

- Так что гордись оказанным тебе доверием! Многие хотели бы оказаться на твоем месте, а ты отказываться вздумала…

- Но я честно не знаю, как быть. – произнесла Аурмид. – Я еще там, в том мире, много думала о том, как нам быть. Нас даже в плане количества нас настолько мало, что я не знаю, как нам сделать то, что делают люди. Все наше население – это один советский среднего размера город! Я уж думала и о том, чтобы с людьми как-то вместе все делать, к ним переселиться…

- Люди… - задумчиво произнесла наставница. – Я тут достаточно говорила с теми людьми, кто приехал вместе с тобой – и соглашусь, что они не те дикари, что в нашем мире… Мне симпатичны многие их взгляды. Вот только даже в Стране Света мы с людьми жили хоть и в одной стране, но в то же время практически отдельно, в своих городах. Уважали культуру и обычаи друг друга, общались, даже дружили… И в то же время оставались каждый сам по себе.

- По почему?

- Потому, что ты не человек, Аур. И никогда им не станешь, даже если захочешь этого, – усмехнулась Куинмалинель. – Как и человек никогда не сможет стать квендэ. Мы просто от рождения другие – иначе мыслим, иначе чувствуем, иначе видим окружающий нас мир…

- Но ведь те люди даже генети… то есть по природе куда ближе к нам? – спросила Аурмид. – Мне вон говорили, что между нашими видами даже дети могут быть…

- Вот только у них такие же глаза и такие же уши, такие же реакция и многое другие, - ответила наставница. – А что касается детей… Знаешь, почему запрещены браки квенди с другими видами?

- Нет…

- А все просто, - ответила Куинмалинель. – Они почти никогда не бывают счастливыми… Даже если у кого-то было все нормально со взаимоотношениями, даже если дети будут, то человек живет вдвое меньше. Он умрет, а квендэ будет всю оставшуюся жизнь жить памятью о нем и мучиться… Но чаще бывало все еще хуже – начинались упреки, ссоры, люди начинали изменять жене или мужу, и в конце концов кто-то уходил из семьи. И тогда квендэ оставалось лишь вечное одиночество…

- Но почему мы не можем быть просто добрыми соседями?

- А ты просто взгляни, как люди на наших девушек смотрят, - усмехнулась Куинмалинель. – Вот будь уверена, минимум половина уж в кого-нибудь влюбилась… Это, конечно, пройдет, но далеко не сразу и лишь в том случае, если они вернутся домой и больше никогда нас не увидят. Так что соседями мы можем быть разве что по городам… Как и было в Стране Света.

- Но что тогда делать дальше?

- Думать, прежде всего, - ответила наставница. – С людьми своими, с их правителем посоветуйся…

Дача императорской клятвы состоялась спустя неделю – в честь чего Аурмид прислали и радиограмму с поздравлением от генерального секретаря ЦК КПСС товарища Нестерова… Вместе с намеком о том, что вообще-то надо быть смелее и решительнее. А то «схарчат» и не подавятся… Потом были долгие церемониальные речи с отсылками к обычаям предков, обязательствам перед Большим Лесом и многому другому. Пока, наконец, не закончилась ритуальная часть, сменившись «произвольным» выступлением.

- Я так скажу вам, братья и сестры, - произнесла Аурмид. – Правление клана Звездного Стрелка поставило весь народ квенди на край пропасти… Они боялись, что новые знания, новые умения приведут к падению их лживой власти и всячески скрывали их от нас, запрещали… Многие века мы жили «как раньше», не создавая ничего нового и не стремясь к этому – в то время, как те же люди или рогачи пусть и медленно, но шагали вперед. И вот сейчас они вплотную приблизились к нам, а в чем-то даже превзошли нас!

При последних словах Аурмид по залу Совета Кланов пробежал неодобрительный гул, но ей было на это наплевать. Надо было сразу расставить все точки…

- Поэтому я должна сказать так… Все как прежде уже не будет никогда! Если мы хотим, чтобы наши потомки жили в свободной и независимой стране, то уже сейчас пришла пора действовать. Мы должны восстановить древние знания и забытые ремесла. Должны развивать науку, создавать различные механизмы и идти вперед, не стоять на месте! Отчасти в этом нам помогут люди из параллельного мира, но в первую очередь рассчитывать нужно на себя!

Ну а потом началась дача кланами клятвы на верность новой императрице. И тут в полной мере можно было понять, кто и как относится к ее избранию. Кому-то и впрямь была симпатична «живая легенда» Большого Леса, покончившая с властью лжецов и клятвопреступников – но это были, в основном, не особо влиятельные кланы, кому рассчитывать на выбор своей кандидатуры можно было и не мечтать. Кто-то откровенно торжествовал – но не потому, что так любил Аурмид или ее клан, а потому, что его главному недругу «не обломилось». Не мне, так и не ему… Кому-то было все пофиг – и, отбубнив традиционную клятву, они возвращались на место. Но были и те, кому избрание Аурмид было как серпом по яйцам! И, в основном, это были как раз наиболее влиятельные кланы, кто имел неплохие шансы пропихнуть свою кандидатуру. Эти с трудом сдерживали злобу и бешенство, хотя зачастую и старались изобразить верноподданнические чувства… Не догадываясь, что если даже Аурмид и могла не понять их истинных чувств, то уж против Куинмалинель или, в особенности, постигшего за без малого две сотни лет жизни науку «чтения лиц» практически до совершенства Менелтора шансы у них были мизерными…

Потом подписывали договор о дружбе и союзе с СССР, изучали содержимое подземелий императорского дворца, где, помимо «небесной птицы» и «древних книг» из какого-то полимерного материала, нашли еще много чего интересного… Где с удивлением Аурмид нашла «дневники» какого-то пленного человека из другого мира, пойманного несколько десятилетий назад и тайно, официально его буквально сразу казнили, работавшего на императорский клан… А еще – тайную тюрьму, где держали похищенных политических противников императрицы и ее клана… Впрочем, сейчас она, к счастью, пустовала. И, наконец, в конце концов Аурмид начала готовиться к теперь уж официальной поездке в СССР, в качестве главы союзного государства…

***

«Дорога железная как ниточка тянется, а все, что построено – все людям останется»… Вспоминая известную песенку, машинист локомотива и понятия не имел, что в другом мире практически такую же песню написали про совсем другую стройку в совсем другом месте и в совсем другое время… Однако БАМ у них на родине так и остался в неосуществленных проектах, Трансполярная магистраль была давно заброшена, а вот то, как в годы Долгой зимы массово строили дороги-времянки в Средней Азии, которые затем постепенно превращались в нормальные – это помнили все, даже кто не является железнодорожниками. Поскольку иначе целая куча поселков и городков эвакуированных остались бы без путей сообщения. А это значит, что туда не смогли бы своевременно доставить топливо, технику, запчасти для тракторов с комбайнами. Не смогли бы построить новые зернохранилища и элеваторы, не смогли бы нормально собрать и вывезти урожай – и значительная часть хлеба попросту пропала бы. И кто знает, насколько больше людей померло, сколько получили б разные заболевания из-за хронического недоедания? Ведь теплицы теплицами, но без хлеба Кубани, Нижнего Поволжья и Средней Азии было бы вдвойне тяжелее… А потому военным и гражданским железнодорожникам пришлось вкалывать как лошадям на строительстве дорог – пусть изначально это даже были построенные по облегченным норма «времянки». И вот про те-то и события и пелось в песне. «Мы в землю промерзлую вгрызались лопатами и грелись от холода кострами лохматыми»…

- 87 километр, ограничение 20 километров, - глядя на путевую карту, произнес помощник.

- Понял, - кивнул машинист. – Ограничение 20 километров.

И без того не шибко быстро ехавший тепловоз еще больше сбавил скорость, а вскоре поезд вошел в кривую достаточно малого радиуса, а впереди показался тройной мост – два нормальных, со стальным пролетом, но им сейчас было не туда. А вот третий – деревянная времянка чуть в стороне от остальных…

- Знакомые места, мать их, - выругался машинист. – Сколько по ним поезда водил, пока не эта дурацкая драка… Ну да сам виноват, говорил мне отец, что пей да ума не теряй…

- Ты ж через два месяца выходишь, кстати? Домой вернешься?

- Кому я там нужен? – хмыкнул машинист. – Родители померли давно, жена ушла, друзья-знакомые и видеть не хотят… На работу слесарем разве что возьмут, да и то коситься будут. А вдруг завтра опять напьется и дебош устроит? Так что тут останусь…

- Суровые у вас нравы…

- Есть такое, - согласился машинист. – Память о Долгой зиме… С тех пор такое стало.

- Бррр… Вспоминать не хочется, - вздохнул помощник. – У вас-то вулканическая зима полвека назад была, а у нас ядерная – недавно совсем… Люди тогда словно озверели многие, друг друга пристрелить и сожрать готовы были, а уж про трупы я даже и не говорю… До сих пор не верится, что наша община смогла выжить и не опуститься до такого.

- Ну у нас в других странах тоже всякое было, - пожал плечами машинист. – И жрали друг друга, и стреляли за ящик тушенки… Эх, дорожка, мать ее! – когда поезд начало мотать в очередной спешно уложенной кривой, выругался машинист. – Прямо как в героические времена!

- Это в вашу Зиму что ли?

- Ага, - усмехнулся машинист. – Тогда в Средней Азии полно таких вот примерно «времянок» было…

- А сейчас что?

- А потом переложили их постепенно… Сейчас нормальные дороги стали. Эту вот тоже перекладывать еще будут, нечетный путь вон по-нормальному уже ложат…

Как раз в это время они проезжали мимо работающего путеукладчика… В отличие от действующего пути, там было все по правилам. Даже автоблокировку сделают, можно будет ездить по-нормальному, а не как тут по разрешениям… Тем временем впереди показались стрелки станции, где предстояло остановиться, пропуская встречный поезд, и вскоре они остановились на одном из трех отремонтированных путей станции.

- А оживают-то места! – произнес машинист. – Помню, когда впервые сюда ехал, с рабочим поездом – вообще пустынно было же! Даже жуть брала… А сейчас домики вон жилые, деревеньки по дороги проезжали… Кого от вас везут, кого тут с севера или из Средней Азии вон недавно прибывать начали…

***

С Гетманщиной было покончено уже к середине лета. И хоть где-то на западе бывшей Украинской СССР еще прятались по лесам с горами нацистские недобитки, но они уже не могли оказать существенного влияния на происходящее. А вскоре и их добьет, церемониться Советская власть с ними не собиралась, надо будет – как крыс потравят! Ко всяким нацистским ублюдкам в СССР отношение было радикально-нетерпимым еще со времен Долгой зимой, когда многие из них с какого-то перепуга решили, что теперь настал их час.

А вот на остальной территории постепенно готовили восстановление экономики – не забывая, впрочем, и про очистку освобожденной территории от недобитых последователей Петлюры и гетмана Скоропадского (которого, кстати, тут и пытались выставлять за «основателя украинской державы») и обычного уголовно-преступного элемента. Кто-то сказал бы, что СССР «ведет массовые репрессии на оккупированных территориях» и «жестоко угнетает борцов за свободу и незалэжность Украины», но увы, обществ по защите уродов от народа и государства в СССР не существовало, а потому и сказать такое было б некому. Либерастню в СССР завести как-то не озаботились – что, конечно, было бы огромным недостатком в глазах «мирового сообщества» капиталистического мира.

Ну а после восстановления Советской власти постепенно приступали и к восстановлению экономики – и одним из первоочередных был вопрос восстановления добычи полезных ископаемых типа той же железной или марганцевой руды, которые нужны были для восстановления металлургической промышленности… Хотя, конечно, на первое время хватит металла и от переплавки металлолома – тем более, что худо-бедно мартеновское производство на Сулинским заводе работало даже при «черноморцах», и тут-то и со специалистами особых проблем не было. Хоть в СССР и постепенно, по мере выработки ресурса до капитального ремонта и постройки замещающих производств, выводили их эксплуатации мартеновские печи, но специалистов по ним пока еще хватало. Кто-то до сих пор работал, кто-то – до сравнительно недавних времен, а потому еще не утратил навыков.

И, тем не менее, в октябре 2024 года в «параллельном мире» задули одну из восстановленных доменных печей Сулинского металлургического завода, ибо руководство СССР требовало как можно быстрее вывести создаваемый Приволжско-Черноморский промышленный район на самообеспечение по целому ряду продукции первостепенной важности. Включая и выплавку чугуна со сталью…

С сентября по стране открылась уже целая сеть школ, училищ и несколько техникумов, где предстояло готовить кары для новой индустриализации. Как раз ко второй пятилетке оно и должно дать свои плоды, что позволит значительно ускорить работы…

Примерно тогда же прибыли и первые партии переселенцев из Казахстана. Впрочем, массовое переселение оттуда начнется лишь в следующем году, по мере подготовки всего необходимого, и по плану растянется на пару лет. После чего Средняя Азия практически обезлюдит – делать там пока особо нечего. Восстанавливать все сразу у СССР нет возможностей, слишком основательно все порушено, а люди нужны здесь и сейчас, а не где-то за тысячи километров, куда нынче только на военных вездеходах доехать можно.

Однако, помимо тяжелой промышленности, постепенно начинались улучшения и в социально-бытовом плане… Появились первые артели, в ближайшее время планировалось восстановить собственное производства ряда товаров народного потребления, перестав завозить их СССР, а зачастую и вовсе из Китая параллельного мира – как с теми же используемыми в виду нехватки генерирующих мощностей светодиодными лампами, собственного производства которых пока не хватало даже на собственные нужды. Появившись в качестве ламп для освещения теплиц десять лет назад, они лишь совсем недавно начали проникать в другие отрасли народного хозяйства, а уж до «бытового» уровня должны были дойти лишь как раз в только в начавшуюся пятилетку и еще за десять лет полностью вытеснить традиционную «лампочку Ильича». Впрочем, теперь производство электрических лампочек планировалось организовать на саратовском «Рефлекторе», восстановление которого было запланировано на вторую пятилетку…

Постепенно начиналась и отмена карточек… «Хлебные» и «крупяные» были отменены уже по итогам уборки урожая, который оказался даже лучше, чем на то рассчитывали, из-за чего даже образовался излишек, овощи выращивали преимущественно у себя на огородах и карточки на них были лишь для командированных из СССР, карточки на соль планировалось отменить уже в 2025 году. На остальные продовольственные и промтовары отмена карточек должна была произойти по мере восстановления соответствующих производств, что позволило бы делать все самим на месте, а не тащить через и так работающий практически на пределе своей пропускной способности портал.

А вот с разнообразной электроникой было все плохо… Заводы по их производству мало того, что находились в заброшенном состояния, и о восстановлении работоспособности большей части оборудования после стольких лет простоя можно было и не мечтать, так еще и безнадежно устарели. Большую часть этого оборудования можно было сразу отправлять в утиль… Поэтому в электронике планы были пока скромными – на том же самом «Рефлекторе» восстановить производство приемно-усилительных ламп, потихоньку заняться восстановлением «Контакта» или «Тантала» для производства СВЧ-техники, куда будут завозить разобранное на части или специально разработанное оборудование. А вот в плане микроэлектронике оставалось лишь ждать, когда советские инженеры создадут модульную производственную линию, которую можно было бы доставить на другую сторону по частям. Ну и пытаться все же «раскочегарить» портал…

Тем не менее, движение вперед было, постепенно восстанавливали работу то те, то другие производства, готовили все необходимое для дальнейшего развития. Так что если сейчас посмотреть на цифры темпов роста промышленного производства, то зачастую можно было увидеть совершенно фантастические цифры в тысячи процентов! Увы, но это все было лишь из-за того, что изначальный уровень можно было оценить близкими к нулю показателями… А вот в абсолютных значениях, если не считать сельского хозяйства, все оставалось очень невесело.

В октябре же было наконец-то восстановлено железнодорожное сообщение Саратова с Краснодаром, и по уложенным «по облегченным нормам» путям пошли грузовые и грузопассажирские поезда. А, заодно, перегнали на Кубань некоторое количество прошедших капитальный ремонт тепловозов… Долго возиться с паровозами ни у кого не было особого желания, отжившие свое дымяще-коптящие, жрущие в диких объемах нефть (но хотя бы сырую, без переработки в солярку!) монстрики будут заменены более современной (хотя называть так пусть даже и модернизированные, при капитальном ремонте часть агрегатов заменялась более современными, но все же ТЭ3 в СССР мало у кого повернулся бы язык) техникой как только появится возможность это сделать. А вот про электрификацию дорог пока можно было и не вспоминать…

*** Интерлюдия. «Хвостатые индейцы». *** (от Саблезубого Aka Saber-Toothed)

Народ Семи Костров давно дружил с людьми-кошками, что приплывали на больших плотах для торговли. Конечно, их визиты были не регулярными, но зато очень выгодными, поэтому все прибрежные племена про них знали и за морем присматривали. Появление большой лодки с парусами, которых тут никогда не видели было удивительным, и весть быстро разнеслась по Великой Равнине.

Когда приплывшие на ней странные люди высадились на берег, к месту их высадки отправились охотники, демонстрируя мирные намерения. Они ехали на лошадях без оружия, зато с тюками хорошо выделанных шкур, но поскольку приплывшие были незнакомыми, воины готовые к бою прятались в лесу на случай, если чужаки нападут на вышедших к ним для переговоров и торговли.

Встреча со странными белыми чужаками прошла мирно, хотя они и были насторожены, не зная языка людей с конскими хвостами. Но жестами удалось немного объясниться - чужаки просили разрешение разбить свою стоянку и набрать воды, а потом собирались учить язык. Конечно же, разрешение было дано, когда стало ясно что чужаки хотят учить язык - это сразу же вызвало всплеск интереса среди всех, ведь язык учат чтобы торговать и договариваться о чем-то, а значит можно что-то полезного для этого получить для своего племени.

Народ Семи Костров не стал скрывать новость – наоборот, вожди приказали своим гонцам сообщить добрую весть всем соседям. Вожди прекрасно понимали, что назревает новая Война Племен и не хотели ее начала. А тут такой повод собраться вождям своим и чужим, торговать с чужаками и договариваться между собой в спокойной обстановке. Даже если та торговля и не даст много ценных вещей, можно будет решить мирно все споры с соседями, которые будут стараться тоже решить все миром для того, чтобы не срывать возможную торговлю с чужаками. Это сработало. Пауни, Шайены и другие племена начали посылать для переговоров торговые делегации.

Не зная языка, особой торговли с белыми людьми быть не могло, но тем не менее даже так удалось обменять красивые хорошо выделанные шкуры и традиционные украшения на несколько ножей и топоров из неизвестного белого очень прочного металла. А тем временем чужаков учили языку – и хотя те поначалу очень удивлялись лошадиным хвостам и ушам людей Великой Равнины, но постепенно они привыкли. И когда стали немного понимать язык, начались переговоры. Договорились о мире и уважении друг к другу, о том, что чужаки не станут претендовать на охотничьи угодья племен, но могут путешествовать по их землям и нанимать проводников, могут создавать свои стоянки по согласию племен на землях, на которых те будут и о самом важном - о торговле.

Чужакам все было интересно - обычаи и жизнь разных племен, их легенды и вера в богов, как они живут. Белые чужаки относились с уважением к людям с Великих Равнин, и те отвечали таким же уважением и радушием. Они рассказали и про торговлю с «людьми-ягуарами», которые приплывали с юга на больших парусных плотах, привозя изделия из бронзы, лекарства, ткани, яркие перья птиц для украшений. Это тоже очень сильно заинтересовало белых людей, которые собирались потом плыть в страну людей-кошек.

Наконец началась торговля, ради которой сюда и собрались вожди из разных племен. Как оказалось, чужакам были не так уж и нужны шкуры и рога бизонов и другие товары, которые обычно покупали люди-ягуары. Но они покупали хорошую пушнину, традиционные наряды, оружие и украшение людей Великой Равнины, покупали свежее мясо и рыбу, а также договорились в будущем купить разных зверей живьем, которых не было у них на родине. И хотя белые люди купили не так много товаров, но за них дали очень хорошую плату.

Так что все были довольны. Довольны были даже те вожди, которые ничего не продали белым – они продали часть своих товаров соседям, которые собирались их перепродать людям-кошкам. А главное было решено множество споров крупных и мелких, взаимных претензий, да и голод в племенах отступил. Призрак новой Войны Племен прошел мимо народов Великой Равнины. Отплывающую большую лодку чужаков провожали с радостью и радушием, приглашая приплывать еще.