Через несколько дней Дейзи припарковалась у дома Уиллы и Гаррета на ранчо. Последние два дня она думала только об Уэсе. У них был невероятный секс. Конечно, дело не только в сексе, ей очень понравилось ходить с ним за покупками. Им было хорошо вместе, чем бы они ни занимались. Их расцветающая дружба была для нее не менее важной, чем физическое влечение. И все же… хотя он накупил много одежды для работы на ранчо, а каждую ночь они проводили в объятиях друг друга, Дейзи понимала: он все равно не задержится в Эпплвуде. Поэтому нельзя слишком привязываться к нему.

Она выросла в семье священника и привыкла быть образцовой дочерью. Учась на ветеринара, она много путешествовала и жила во многих городах. Однако, когда дело доходило до мужчин, она всегда делала неправильный выбор. Ее спутниками становились придурки, снобы, шовинисты и так далее. Назовите любой недостаток, и можно не сомневаться: Дейзи наверняка встречалась с его обладателем. Она не сомневалась, что Уэс подпадает по крайней мере под одну из вышеперечисленных категорий только потому, что он ей нравится.

Достав из машины бутылку вина и пирог из пекарни, она направилась к двери, но позвонить не успела. Уилла вышла на крыльцо и помахала ей:

— Ты уже здесь! Прости, что пригласила в последнюю минуту. — Она заметила подарки: — Ух ты, хорошая бутылка! И пирог!

— Спасибо за приглашение. Ты ведь знаешь, я не могу устоять, если мне обещают домашнюю еду, — заметила Дейзи, когда они вошли.

— Мы тебе всегда рады, — ответила Уилла.

Дейзи заметила, что стол накрыт на четверых.

— Кто еще приглашен на ужин?

— Какой там ужин! Небольшое барбекю, ничего особенного.

— Ты не ответила.

— Ну ладно. Будем только мы с Гарретом, ты и Уэс.

Да, надо было догадаться. Несколько дней назад они с Уэсом провели невероятную ночь. Но с тех пор она его не видела. Он написал ей, что на ранчо много работы. Дейзи стало больно. Ей показалось: ее страхи уже начали воплощаться в жизнь. Если она позволит себе влюбиться в него, после его отъезда у нее разобьется сердце. Пора убирать чувства за скобки!

— Очень удобно!

— Он здесь живет. Не вижу повода, почему нам всем не поужинать вместе.

— Ты рассказала Гаррету о нас с Уэсом?

— Конечно нет. Как, кстати, у вас дела? Ты получила развод?

— Мы работаем над этим.

Дейзи вспомнила день, когда приехала сюда и они отвлеклись, не успев добраться до бумаг.

— Несколько дней назад Уэс куда-то ездил вечером. Как ни странно, вернулся он только под утро.

— Ты что же… сидела у окна и следила за ним?

Уилла пожала плечами:

— Для того, чтобы что-то заметить, не нужно следить. Он ведь с тобой был, да? — Дейзи не ответила, но Уилла приняла молчание за знак согласия. — Давай рассказывай! — Она ткнула подругу локтем в бок.

— Ему нужна была небольшая помощь, он хотел кое-что купить, — ответила Дейзи. — По-моему, мы съездили удачно. Он купил несколько вещей.

Она помнила, как хорошо он выглядел во всем, что мерил. Более того, он выглядел хорошо во всем. И еще лучше — без всего.

— Мы неплохо провели время.

— Не сомневаюсь.

Дейзи подалась вперед:

— А один раз он не до конца задернул занавеску в примерочной кабине, и я хорошенько его рассмотрела!

— Конечно, не в первый раз! — улыбнулась Уилла.

Они вошли в кухню. Дейзи сразу увидела Уэса. Он стоял, прислонившись к раковине, с бутылкой пива в руке.

Их взгляды встретились. На нем были джинсы и рубашка, купленные с ее помощью; он все больше и больше выглядел типичным обитателем ранчо.

— Что смешного? — спросил Гаррет, увидев, что жена и ее подруга смеются.

— Ничего… так, девчачьи разговоры, — ответила Дейзи.

Уилла убрала пирог в холодильник. Дейзи взялась откупоривать вино. Когда она вкрутила штопор в пробку, Уэс отобрал у нее бутылку и начал открывать ее сам.

— Ну привет, Уэс.

— Дейзи. — Он не спеша кивнул. — Рад, что ты с нами. — Он все больше перенимал местный говор и манеры.

Дейзи глубоко вздохнула. Да, она основательно увязла!

Уилла с широкой улыбкой переводила взгляд с Уэса на Дейзи и обратно. Ее явно забавляла неловкость между ними, и Дейзи пожалела, что все ей рассказала.

— Гаррет! — Уилла решила взять инициативу на себя. — Пойдем посмотрим, как там гриль!

— Я только что проверял, — ответил ее муж.

— А мы еще раз, — возразила Уилла.

Гаррет какое-то время ничего не понимал, затем у него на лице появилось странное выражение. Пожав плечами, он следом за женой вышел из кухни. Уэс и Дейзи остались наедине. Уэс снова прислонился к раковине, а она стояла возле кухонного островка. Их разделяло совсем небольшое пространство.

— Давно не виделись, — язвительно заметила Дейзи. Никакие другие слова на ум не шли. Она видела, что он чувствует ее замешательство. — Мне нравится твой костюм.

— Спасибо, что помогла его выбрать, но больше всего от того вечера мне запомнилось другое.

— Мне тоже.

— Извини, что не звонил и не заезжал. Здесь приходится работать без остановки.

— Вот и отлично, — как можно равнодушнее ответила она.

— Я повел себя не очень по-джентльменски.

— Еще никто не обвинял тебя в том, что ты джентльмен.

Он рассмеялся:

— Тут ты меня уела. Но больше такого не повторится.

— Не нужно ничего мне обещать. Что было, то прошло. Давай договоримся: будем видеться время от времени. Никаких правил.

У нее сел голос; она не могла быть равнодушной, когда он находился так близко!

Уэс наклонился к ней:

— Дейзи, ты ведь понимаешь, что между нами все не просто так. Как бы мы ни притворялись, нас влечет друг к другу. Вот и сейчас ты так на меня смотришь…

— Как я на тебя смотрю?

— Если бы Уилла и Гаррет не были рядом, ты не стала бы возражать, чтобы я уложил тебя на стол и взял прямо здесь.

Дейзи не стала спорить.

— Невозможно постоянно все контролировать, — вздохнула она.

— Да.

Он шагнул к ней и взял у нее бокал. Затем обнял за талию и прижал к себе. Она посмотрела на него и увидела в его глазах тот же жар, какой нарастал в ней самой. Хотя она и понимала, что они в доме Уиллы и что в любой миг могут войти она или Гаррет, Дейзи невольно теснее прижалась к Уэсу.

— Я все время думаю о тебе, — признался он.

Прижавшись к нему всем телом, она почувствовала, как он рад ее видеть, и тихо застонала в ответ. Его близость пробудила в ней воспоминания. Образы — поцелуи, ласки, гладкая кожа, крепкие мускулы, губы… Желание, проснувшееся внизу живота, вскоре накрыло ее с головой. Перед глазами все расплывалось. Весь мир пропал, остались лишь они двое. Как всегда, он очаровывал ее. Как бы она ни пыталась устоять, ничего не получалось. Рядом с ним она была беспомощной.

Он опустил голову, и их губы встретились. Ей сразу же захотелось большего. Она запрокинула голову, обвила его шею руками…

— Стейки готовы! — объявил Гаррет, входя на кухню.

Дейзи и Уэс быстро отпрянули друг от друга. Уилла и Гаррет несли блюда с едой. Гаррет остановился на пороге и прищурился. Заметил ли он, что они целовались? Если нет, все равно наверняка что-то заподозрил…

Уэс почти допил свое пиво.

— Выглядит классно, — заметил он, беря тарелку у Уиллы. — Давайте поедим.

Уилла пристально смотрела на подругу. Она наверняка догадывалась, что происходило до их возвращения. К счастью, она молчала. Что было очень кстати, потому что вряд ли Дейзи могла бы ответить что-то связное. Остальные перешли в столовую, а Дейзи словно приросла к месту. Как всегда, Уэс совершенно опьянил ее. Одного легкого поцелуя оказалось достаточно, чтобы ей захотелось заняться с ним любовью прямо на кухне у лучшей подруги. Она допила вино и налила себе еще бокал.

Она слышала, как Гаррет, Уилла и Уэс беседуют в столовой и смеются. Уэс вел себя так, словно поцелуй не повлиял на него. По крайней мере, не так сильно, как на нее. Может быть, Уэс лучший актер, чем она. Дейзи выпила еще. Ей хотелось сохранить самообладание, но с Уэсом достаточно одного поцелуя, и ее голова затуманивается от желания.

Несмотря на его заверения, что он приехал в Эпплвуд, чтобы работать на ранчо, она понимала: он хочет убедить ее уехать с ним в Лондон. Она сказала ему, что не поедет, но в глубине души понимала, что Уэс способен склонить ее к чему угодно.

За столом Уэс оказался напротив Дейзи. Он по-прежнему чувствовал, как быстро бьется сердце после их недолгого уединения на кухне. Рядом с ней его сердцебиение всегда учащалось. Достаточно лишь подумать о ней, как температура у него повышается и становится выше, чем в пустыне, где они поженились. Он посмотрел на Гаррета — тот пристально наблюдал за ним — и на Уиллу, которая наблюдала за Дейзи с доброй улыбкой. Она определенно спланировала семейный ужин.

— Уэс, ты здесь уже несколько дней, — наконец заговорила Дейзи. — Как тебе жизнь на ранчо? Устал?

Физически он, конечно, устал, но посмотрел на Дейзи, и при одной мысли о том, что он бы с ней сделал, силы к нему вернулись.

— Я вымотался. Конечно, я в жизни не занимался такой тяжелой физической работой.

— Да уж, готова поспорить.

— Для моих рук такая работа тяжелее, чем обычная, — ответил он, поставил пиво и посмотрел на свои руки.

Взгляд Дейзи тоже упал на его ладони. Не нужно быть телепатом, чтобы понять, о чем она думает. Уэс живо представил свои руки на ее теле, как они ласкают ее невероятно нежную кожу, все ее изгибы и выпуклости. Представил, как она тихо смеется или стонет, в зависимости от того, где он ее трогает… Он почувствовал, как крепнет его желание. Понял, что давно уже ничего не говорил, поэтому отпил пива, а Гаррет передал ему блюдо со стейками.

— Похоже, тебя действительно запрягли в работу, — заметила Уилла. — Ты в одиночку убрал силос, а это нелегкий труд.

— После чистки конюшен, — напомнил Уэс.

Уилла посмотрела на Гаррета.

— Серьезно, не стоит наваливать на брата столько работы.

— Каждый обязан вносить свой вклад, — возразил Гаррет.

— Когда ты сам в последний раз чистил конюшню? — поддразнила Дейзи.

— И ты против меня? — усмехнулся Гаррет.

— На самом деле работа оказалась более приятной, чем я представлял, — заметил Уэс.

— Да, ты ненадолго вылез из своего пузыря и увидел, что такое настоящая жизнь.

Добродушная атмосфера за столом мигом испарилась.

— Это еще что за намеки?

— Никаких намеков. — Гаррет пожал плечами. — Просто замечание. Ты уехал отсюда, как только смог, и за прошлые десять лет почти ни разу не приезжал.

Уэс закатил глаза:

— Извини, что не надрывался здесь с тобой. У меня были другие дела.

Уэсу не нравилось направление, какое принял разговор. В старших классах школы он терпеть не мог «ссылки» на ранчо. Он обычно отлынивал от работы, курил за амбаром с Мавериком Кейном, внуком давнишнего врага Элайаса, встречался с девушками и в целом бездельничал. Наверное, он вел себя как обычный подросток — но в Эпплвуде к нему относились по-другому, потому что он был Хардвеллом. От него ждали, что он будет усердно работать. Он не оправдал ожиданий, и у него возникли проблемы.

Повзрослев, Уэс сам выбирал, как ему жить. Вот почему он занялся бизнесом, открыл свое дело. Много работал… наверное, потому, что хотел доказать: он правильно поступил, уехав из Эпплвуда. Хотя оказалось, что этого недостаточно. Он пожалел, что поднял тему. Разговор лишь навеет неприятные воспоминания.

— Да, я не забыл, каким ты был в старшей школе, — буркнул Гаррет.

Уэс отложил вилку и посмотрел на брата:

— Знаешь, мне это не нужно.

Гаррет поднял руки вверх:

— Брат, да я шучу. Расслабься. Уж слишком ты взвинченный. Помню, раньше с тобой было гораздо веселее.

— Мальчики, хватит! — прикрикнула Уилла. — У нас гостья. — Она показала на Дейзи.

— Ах, не обращайте на меня внимания. — Дейзи подняла руки вверх. — Что за семейный ужин без ссоры?

— Я просто хотел напомнить, что здесь все вносят свой вклад, — сказал Гаррет, словно извиняясь.

Дейзи решила сменить тему.

— Уилла, как идет ремонт в доме? — спросила она.

Несколько месяцев назад Уилла с Гарретом купили старинный особняк с усадьбой. Усадьба издавна принадлежала семье Уиллы и осталась единственным звеном, которое связывало ее и ее брата Дилана с прошлым. Уилла многое делала собственными руками; ей хотелось превратить особняк в красивый отель и место для проведения разных мероприятий.

Слушая подробный рассказ Уиллы, Уэс решил, что Гаррет не просто шутит. Может, он все же ошибся, решив, что сумеет в этот свой приезд наладить отношения с братом?

«Взвинченный»… сейчас он стал полной противоположностью тому юному бунтарю, каким был в школе. Да, в семье его всегда считали бунтарем. А сейчас, оказывается, он слишком взвинченный… Похоже, он никогда не станет для них достаточно хорошим.

Когда Уилла закончила рассказывать о ремонте, в столовой воцарилась тишина. Никто из мужчин не открывал рта.

— Извини, Дейзи. — Уилла покачала головой, глядя на двух братьев, которые намеренно не смотрели друг на друга.

— За меня не волнуйся, — повторила Дейзи. — Мне даже нравится немного семейной драмы за ужином.

— Хотя… ты ведь практически член семьи, — заметила Уилла.

Уэс быстро покосился на жену брата, а потом заметил, как Гаррет переводит взгляд с него на Уиллу.

— Говоришь, я взвинченный? — спросил он, посмотрев на Гаррета. — Именно поэтому я приехал домой, братец. Чтобы немного расслабиться. Заняться другими делами. Наладить отношения с семьей и семейной историей. — «И с женой», — добавил он про себя. — Элайас хотел, чтобы я вернулся, и вот я здесь.

— Значит, это единственная причина, по которой ты вернулся? — Гаррет лукаво улыбнулся. — Больше ничто не могло вытащить тебя из Лондона?

Уэс метнул на брата пламенный взгляд, понимая, что напрасно дразнит его возможностью разгласить тайну его отношений с Дейзи. Уилла и Дейзи смотрели на Гаррета, гадая, что ему известно, а Гаррет покосился на жену, думая о том же самом.

— Не знаю, Гаррет, — ответил Уэс. — Наверное, настало время для перемен; думаю, самое время наладить отношения с родными краями.

Гаррет отпил пива и потянулся к брату бутылкой.

— Не обижайся! Мы семья. Мы рады, что ты здесь, на ранчо, — сказал он. — Сколько бы ты ни пробыл и что бы ни было в прошлом.

— Спасибо, Гаррет! — Уэс не хотел признаваться, как важны для него слова брата. — По-моему, я приехал надолго. Я рад, что я здесь, и спасибо вам за гостеприимство.

Уилла хлопнула в ладоши:

— Ну, теперь, когда все наладилось. Кто хочет десерт?

После того, как убрали со стола, Уэс и Гаррет ушли в гостиную, чтобы выпить после ужина. Уилла и Дейзи остались на кухне. Они устроились за большим кухонным островком с мраморной столешницей и пили кофе с пирогом.

— Расскажи, чем вы занимались, пока нас не было, — попросила Уилла.

— Полная катастрофа! — Дейзи закрыла лицо руками.

— Рассказывай.

— Конечно, мы разведемся, но… договорились, что будем время от времени встречаться. Главным образом для того, чтобы утолить жажду, которую мы оба испытываем с Вегаса.

— И что же?

— По-моему, я все больше в него влюбляюсь.

— И что здесь плохого?

— Все. Мы живем в разных местах, для нас в жизни важны разные вещи. Я не хочу таких отношений. Мне нужен человек, который на сто процентов жил бы здесь.

— Да, конечно.

Дейзи уронила лоб на столешницу.

— Что мне делать?!

— А чего ты хочешь?

— Сейчас я хочу попросить вас с Гарретом уйти из собственного дома, чтобы можно было оседлать его прямо в вашей гостиной!

— Так почему ты этого не сделаешь?

— Может, ни к чему не обязывающие отношения — плохая затея. Не стоит напрасно тратить время, ведь у нас нет будущего!

— Почему ты так уверена, что у вас ничего не получится?

— Не получится.

— Но ведь Уэс тебе нравится?

— Да, конечно.

— Мы живем в двадцать первом веке. Можно общаться по видеосвязи.

— Я уже не девочка, чтобы поддерживать отношения по Интернету! Мы совершили ошибку. Скоропалительная свадьба в Вегасе — не то, что мне нужно. Я точно знаю одно: если позволю себе слишком сильно влюбиться в него, он уедет в Лондон и разобьет мне сердце.

— Что ж, по-моему, ты знаешь, что делать, — негромко заметила Уилла.

— Да… — Дейзи понимала, что дальше так продолжаться не может. Чтобы обезопасить себя, она должна оборвать отношения с Уэсом и удалить его из своей жизни. Она взяла со стола сумочку.

На кухню вышел Уэс с пустыми пивными бутылками.

Дейзи поняла: вот знак, что пора бежать, пока еще можно. До того, как Уэс подействовал на нее так, как действовал всегда.

— Мне пора.

— Так быстро? — спросила Уилла.

— Да, прости, — сказала она, не поднимая глаз. — Завтра мне рано вставать.

— Я тебя провожу, — предложил Уэс.

— Нет, спасибо, — ответила Дейзи. — Все нормально. Уилла, завтра я тебе позвоню.

Она быстро вышла, хотя не могла оставить на кухне свои воспоминания.