Зашло солнце. После работы Уэс и Гаррет молча сидели в бывшем кабинете Элайаса. Это превратилось у них в вечернюю традицию. Отработав, оба выпивали по стаканчику и мирно беседовали. Такие разговоры с братом стали для Уэса любимым времяпрепровождением — если не считать времени, проведенного с Дейзи.

В кармане у Уэса завибрировал мобильник. Он увидел несколько сообщений от Брайанта. Прошло довольно много времени с тех пор, как он звонил компаньону. Но он так устал, что не мог разговаривать.

Кроме обычной работы на ферме, он занимался подготовкой благотворительного вечера. К счастью, в последнем ему помогали Уилла и Дейзи.

Разблокировав телефон, он увидел несколько сообщений от Брайанта, но последним оказалось сообщение от Дейзи, и он сразу забыл обо всем. Она прислала свое фото рядом с Оззи. Пес, конечно, был симпатягой, но Уэс не сводил взгляда с самой Дейзи с распущенными волосами; на ней не было ничего, кроме свободной клетчатой красной с черным рубашки. И хотя само по себе фото было вполне приличным, оно возбудило его сверх меры.

Гаррет протянул ему бокал с золотистой жидкостью.

— Скотч? Лучший из запасов Элайаса?

— Он самый. Перед отъездом деда я успел припрятать бутылочку.

Братья молча пили. Уэс думал о благотворительном вечере. Если его план увенчается успехом, он придумает еще что-нибудь… Он наверняка пробудет в Эпплвуде дольше, чем собирался. Но рано или поздно ему придется вернуться в Лондон. Он это знал; Дейзи тоже знала. Но сейчас Уэсу было хорошо. Подавив зевоту, он удобнее развалился в кресле.

— Устал? — спросил Гаррет.

— Наверное, сегодня не пойду в тренажерный зал.

— Да, на ранчо мало толку от тренажеров, ведь есть работа… Кстати, давно хочу тебе сказать: ты отлично работаешь.

Уэс широко улыбнулся:

— Спасибо. Даже самая тяжелая работа доставляет больше удовлетворения, чем я думал.

Открылась входная дверь. Уэс ненадолго подумал, что пришла Дейзи. Он очень удивился, когда на пороге кабинета появился их дед, Элайас.

— Это мой скотч? — спросил он вместо приветствия.

Уэс и Гаррет встали и обняли деда.

— Что ты здесь делаешь? — удивился Гаррет. — Не думал, что ты покинешь Аризону раньше Нового года.

— Хотел посмотреть, как тут Уэс и чем вы занимаетесь.

— Дел хватает, — ответил Уэс, наливая деду выпить.

Элайас сел и внимательно посмотрел на Уэса.

— И как у тебя дела? Знаю, в деньгах ты не нуждаешься…

— О деньгах я и не думал. — Уэс покачал головой. — Мне хотелось искупить свою детскую вину. Я решил, что мне нужно провести здесь какое-то время.

— И ты искупал вину, очищая конюшни?

— Он не только поэтому вернулся! — с улыбкой заметил Гаррет.

— В чем дело? — спросил Элайас, переводя взгляд с одного внука на другого.

— Здесь замешана женщина, — сообщил Гаррет.

— В самом деле? — заинтересовался Элайас. Блеск в его глазах напомнил Уэсу, что дед очень любил пикантные сплетни.

— Ладно, скажу. Несколько месяцев назад я летал в Лас-Вегас на конференцию. Она прошла замечательно, я провел несколько важных встреч. И развлекался тоже: пил, играл в казино… А потом кое-что произошло.

— Неужели кто-то ждет от тебя ребенка?

— Не в том дело. В том же отеле случайно остановилась Дейзи Торн. Тоже приехала на конференцию. Мы отлично проводили время… а потом решили: отчего бы нам не пожениться?

Элайас вздохнул.

— Боже мой! Неужели ни один из вас не способен жениться нормально?

Уэс посмотрел на Гаррета. Тот улыбался. Еще совсем недавно они с Уиллой заключили ложную помолвку, чтобы Гаррет мог управлять ранчо.

— С моей свадьбой нет ничего ненормального, — возразил Гаррет.

— А я успел развестись. Мы подписали бракоразводные бумаги.

— Жаль, — заметил Элайас. — Дейзи мне нравится.

— Мне тоже. Но у нас все равно ничего бы не получилось.

— Это еще почему?

Уэс подробно рассказал деду об их положении.

— Значит, ты приехал домой лишь на время?

— Да. Может быть. То есть… моя компания находится в Англии.

Элайас фыркнул:

— Сейчас двадцать первый век — не знаю, известно ли тебе о существовании Интернета. Можешь общаться по видеосвязи.

Уэс и Гаррет расхохотались. Дедушка, который по-прежнему не жаловал электронную почту, напоминает ему, главе телекоммуникационной компании, о существовании Интернета!

— Конечно, я умею пользоваться Интернетом. Но она не хочет отношений на расстоянии… и переезжать тоже не хочет.

— А ты сам, Уэс? Чего ты хочешь? Что тебе нужно?

— Мне нужна Дейзи, — не сразу ответил Уэс.

— И как ты собираешься ее завоевать?

— Ради нее мне придется переехать сюда, хотя я пока не понимаю, как такое возможно.

В руке у него завибрировал телефон. Он вздрогнул и увидел еще одно фото Дейзи. На сей раз на фото не было ни Оззи, ни фланелевой рубашки. Сердце у него забилось чаще, кровь прилила к паху.

Уэс быстро встал и надел на голову черную шляпу.

— Приятно было пообщаться с семьей. Но мне пора бежать. У меня есть дела. Элайас, рад был повидаться.

— Ты к Дейзи? — спросил Гаррет, поднося стакан к губам.

Уэс приложил пальцы к полям шляпы:

— Тебе известно, что джентльмены о таких вещах не говорят.

Выйдя, он сел за руль джипа — прежнюю роскошную машину он давно вернул — и покатил к главной дороге.

Он постарался как можно быстрее добраться до дома Дейзи. С каждым днем, чем больше он ее видел, тем труднее было расставаться. Если он не получал от нее вестей, начинал нервничать. Она занимала все его мысли, и ему было трудно сосредоточиться на чем-то, кроме нее.

Он подъехал к ее дому и увидел, что она ждет его на крыльце.

— Быстро ты, — заметила она.

— Я был недалеко.

— Новая шляпа? — спросила она.

— Да. Пошли в дом.

— Меня не нужно приглашать дважды.

Она первая вошла внутрь. Он шел по пятам.

Их встретил Оззи, но Дейзи выпустила его на задний двор. Они молча поднялись к ней в спальню. Уэс взял ее за руку и, развернув, прислонил к стене. Их губы встретились, и он почувствовал, как желание накрывает его с головой. С каждым поцелуем, каждой лаской ему хотелось больше.

Как всегда, у Дейзи подгибались колени, когда он целовал ее.

Как всегда, одним поцелуем дело не ограничивалось. Он подхватил ее на руки и уложил в постель. Сам лег рядом и прижался к ней. Снова завладел ее губами. Ее руки проникли ему под рубашку. Она почувствовала, как его пробирает дрожь, когда она кончиками пальцев ласкала мышцы его живота. Она задрала на нем рубашку и сняла ее через голову.

Поцелуй стал более страстным, и у нее захватило дух.

Она тонула в его поцелуях, что ей очень нравилось. Она была еще одета; он помог ей избавиться от блузки, затем расстегнул бюстгальтер и обхватил руками ее груди, целуя ее в губы, в шею…

Дейзи выгнулась и плотнее прижалась к нему, пока он ласкал ее соски губами и языком. Постепенно его язык спускался ниже… Он стянул с нее трусики, встал на колени между ее раздвинутых ног, и губы отыскали заветное место…

Она шире раздвинула ноги, и он проник в нее губами и языком. Как быстро он способен каждый раз доводить ее до пика наслаждения! За такой короткий срок он замечательно изучил ее тело. Ее сердце. Ее разум.

Уэс ненадолго отстранился, сбросил сапоги и джинсы, а затем вошел в нее. Он двигался не спеша, и она наслаждалась каждой секундой. Их стоны, постепенно поднимающиеся до крещендо, заполнили тишину спальни. Дейзи громко вскрикнула…

— Я люблю тебя, Дейзи, — прошептал он ей на ухо.

Сначала ей показалось, что она ослышалась, но, заглянув ему в глаза, поняла, что не ошиблась. Сама себе не веря, она ответила:

— Я тоже тебя люблю.

Уронив голову ей на плечо, он ласкал его губами. Ее кожа была наэлектризованной; каждое прикосновение воспламеняло ее.

Он поднял голову и с довольной улыбкой заглянул ей в глаза. Волосы упали ему на лоб, и Дейзи отбросила их в сторону. Он снова поцеловал ее и прижал к себе.

Она тронула пальцем завиток волос у него на груди, затем погладила его по животу. Подперев подбородок руками, улыбнулась ему.

— Как было хорошо!

— Уж кто бы говорил, — заметил он, гладя ее по спине.

Она затрепетала. Он укрыл их одеялом, и какое-то время они лежали молча.

Ей было хорошо с Уэсом; все было как надо. Много лет она выбирала не тех мужчин, но Уэс оказался совсем не таким. Лежать с ним в постели — прекрасный способ закончить день.

— Как хорошо, — сказала она, снова водя пальцем по его груди.

— Да. — Он крепче обнял ее.

Она погладила его по плечу и грустно улыбнулась.

— Что такое?

— Нам было очень хорошо.

— И поэтому ты в таком плохом настроении?

Она улыбнулась:

— С тобой легко забыть обо всем.

— Конечно.

— И все же… что потом? — спросила она, привставая на локте.

— Не важно. Никто не знает, что будет и как все получится. Надо радоваться тому, что есть.

— По-твоему, все так просто.

— Все просто.

Он привлек ее к себе, перевернулся на спину. Она оказалась сверху.

— Сейчас все хорошо. Но если ты захочешь улететь отсюда, когда тебе надоест жизнь на ранчо, что будет со мной?

Какое-то время он молчал, и она испугалась.

— Извини, если я давлю.

Он погладил ее по щеке, и она потерлась о его ладонь.

— Нет, все в порядке, — сказал он. — Никогда не стесняйся своих чувств. Не могу обещать, что буду здесь вечно. Но в ближайшее время я никуда не уеду.

Они молча смотрели друг на друга. Оба затихли; слышно было лишь их дыхание, а потом вдруг зазвонил его телефон.

— Ответь, — велела Дейзи.

— Да.

Посмотрев на экран, он увидел, что звонит Брайант.

— Привет.

— Наконец-то! — Судя по тону, Брайант злился.

— Что случилось?

— Случилось то, что ты пропустил последние две запланированные встречи с «ТоталКом».

Уэс закрыл глаза. С работой на ранчо, благотворительным сбором денег и ночами с Дейзи у него не оставалось времени, чтобы подумать о своей компании. Как говорится, с глаз долой — из сердца вон. Виноват во всем только он.

— Черт побери, — буркнул он. — Прости… Мне нет оправданий.

Брайант вздохнул.

— Когда ты собрался в Техас, ты обещал, что по-прежнему будешь участвовать в нашей работе.

— Никто из нас не ожидал…

— Да. Буду с тобой откровенным. В «ТоталКом» не понимают, почему ты вдруг стал недоступен. Если они решат, что в нашей компании есть проблемы, они отменят сделку.

В договоре имелся пункт, что такое вполне может произойти.

— А в нашей компании есть проблемы?

Брайант помолчал; Уэс живо представил, как друг тщательно подбирает слова.

— Нет, — сказал наконец Брайант. — Ты нужен здесь. После того как договор будет подписан, все будет хорошо.

Он украдкой покосился на Дейзи. Хотя она делала вид, что читает книгу, он понимал, что она внимательно слушает его реплики. Их взгляды встретились, и он отвернулся.

— Утром закажу билет.

Дейзи встала. Надела джинсы и длинную футболку. Попрощавшись с Брайантом, он нажал отбой.

— Тебе снова надо лететь, да?

— Да. Ненадолго.

— Все нормально. — Она подняла руки вверх. — Тебе не требуется моего разрешения.

— Я и не прошу разрешения. Но мне важно знать, что ты не против.

— У меня есть выбор?

Дейзи помолчала.

— А как же благотворительный вечер?

— С ним помогает Уилла. Я могу участвовать и на расстоянии.

— Ну да, конечно, — язвительно ответила Дейзи. — Я понимаю, у тебя важные дела в Лондоне. На тебе большая ответственность. Но ты не можешь отказаться от обязательств и здесь.

— К благотворительному вечеру я вернусь.

Она нахмурилась.

— Дейзи, чего ты от меня хочешь? Я пробыл здесь уже пару месяцев, и каждый день ты напоминаешь мне, что я приехал в Эпплвуд ненадолго.

— Наверное, это самосбывающееся пророчество.

— Так нечестно.

— Что — нечестно? Ты приехал и сказал, что не хочешь подписывать бракоразводные бумаги, что хочешь жить со мной. Мы стали спать вместе. Потом ты уехал и подписал бумаги, но сказал, что хочешь начать все сначала. А теперь снова уезжаешь.

— Да, я еду домой, но это не значит, что мы не можем быть вместе. Расстояния…

Она подняла руку вверх:

— Лучше остановись. Ты сказал все, что я хотела услышать. Ты не можешь руководить компанией на расстоянии. А как же наши отношения? Скоро начнется: «Извини, что не ответил на твой звонок, здесь уже поздно, я устал, плохая связь…»

Уэс не ответил. Он едва не сорвал самую крупную сделку в своей жизни. Скоро ему придется делать трудный выбор. Дейзи этого не заслуживает. И отпустить ее он не мог.

— Я вернусь!

— Когда?

Она подняла руку:

— Прежде чем ответишь, пойми: мне все равно, когда ты вернешься. Я спрашиваю только потому, что мои предположения подтверждаются. Твоя жизнь в Лондоне, а не здесь!

— Ладно. Знаешь, ты права. Ты с самого начала была права. Тебе легче?

Уэс злился на себя за то, что едва не сорвал самые важные встречи в своей жизни; он злился на себя и за то, что обидел Дейзи.

— Нет. Мне совсем не легче оттого, что я оказалась права! Я не позволила себе полюбить тебя, потому что знала: когда ты уедешь, у меня разобьется сердце.

Губы ее говорили одно, но горящие глаза свидетельствовали о другом. Уэс не мог ее винить. Он чувствовал то же самое.