РАСПУТИН. ЗНАКОМСТВО

Родоначальником рода Распутиных был «Изосим Фёдоров сын». В переписной книге крестьян села Покровского за 1662 год говорится, что он с женой и тремя сыновьями — Семёном, Насоном и Евсеем, пришёл на Покровскую слободу за двадцать лет до того из Яренского уезда и «стал на пашню». Сын Насон позже получил прозвище «Роспута». От него и пошли все Роспутины, ставшие в начале XIX века Распутиными. По дворовой переписи 1858 года в Покровском значилось более тридцати крестьян, носивших фамилию «Распутины», в том числе и Ефим, отец Григория.

Официальной датой рождения Григория Распутина считается 9 (21) января 1869 года, хотя в последующих разговорах со мной он называл год 1864, хотя, вполне возможно, это связано с его вечным желанием казаться старше своих лет. Как-то неуютно в неполные сорок лет слыть старцем, для такого уважаемого звания нужно хотя бы шагнуть за черту пятидесятилетия.

Распутин появился в Петербурге ещё в 1903 году. В первую очередь он пошёл на поклон к ректору духовной академии епископу Сергию (Страгородскому), с которым ранее познакомился при неизвестных мне обстоятельствах. Ходили слухи, что протекцию ему дал один из известных религиозных деятелей Казани, но скажу честно — это мало меня интересовало. Здесь в столице Распутин знакомится также с инспектором Санкт-Петербургской духовной академии архимандритом Феофаном (Быстровым), который, в свою очередь, представил его епископу Гермогену (Долганову).

К 1904 году Распутин приобрёл у части великосветского общества славу «старца», «юродивого» и «божьего человека», что «закрепляло в глазах Петербургского света позицию „святого“» или по меньшей мере его считали «великим подвижником». Отец Феофан поведал о «страннике» дочерям черногорского князя Николая Негоша — сёстрам Милице и Анастасии. Сёстры, входившие в ближайший круг императрицы, и поведали ей о новой религиозной знаменитости.

Наша первая встреча с Григорием Ефимовичем состоялась во вторник 1 ноября 1905 года и произвела на меня неизгладимое впечатление. Мы вместе с Аликс к 16:00 поехали на Сергиевку, где «пили чай с Милицей и Станой. Познакомились с человеком Божиим — Григорием из Тобольской губернии».

Мои первые впечатления? Это был человек силы, природа которой была для меня магической и необъяснимой. Одно могу сказать определённо — в своих бесконечных странствиях он научился безошибочно распознавать людей, и, будучи прекрасным психологом, всегда точно знал — как и с кем себя вести, что и когда нужно сказать, как вывести собеседника из состояния душевного комфорта. Но одной психологией дело, конечно, не ограничивалось. Стоило ему наложить на больного свои нервные, беспокойные руки и начать истово молиться, как боль уходила, человек оживал, болезнь отступала. Это не мои фантазии — я видел это лично и не раз, причём пациентами Распутина становились люди столь серьёзные и уважаемые в обществе, что элемент игры был просто недопустим.

Не знаю где он этому научился. Возможно у старцев в Оптиной пустыни, возможно, у странствующих юродивых. Святое писание, поучения великих пастырей, бесчисленные, выслушанные им проповеди, всё вбирала в себя его цепкая память. И это при том, что Григорий был почти неграмотным человеком, когда прибыл в Петербург, а возможно лишь притворялся таковым. Как я узнал чуть позже, он научился читать и писать (правда, ужасно корявым почерком и с многочисленными орфографически ошибками — о правилах пунктуации он вообще понятия не имел) уже взрослым человеком во время своих странствий по монастырям (где его учителями были владевшие грамотой монахи).

Он умел быть разным — добрым и нежным, строгим и наставительным, хмельным и разгульным, скромным и вульгарным. Кстати, убедительно прошу вас не верить всем слухам, связанным с этой легендарной личностью. Достаточно в качестве примера привести массу историй о его порочной любви к Вырубовой (фрейлине Аликс, я уже писал о встрече с ней, когда она была ещё совсем ребёнком). В моей прошлой реальности специальная комиссия, созданная Временным Правительством, включавшая ведущих врачей-гинекологов, документально подтвердила факт девственности Анны Александровны, а потому не всему услышанному следует верить.

Однако, духовная атмосфера России этого времени, располагала к распространению различных слухов и легенд религиозного толка. Близкая знакомая Аликс Юлия (Лили) Ден в своих воспоминаниях пыталась объяснить английскому читателю феномен восприятия обществом Распутина: «Если бы какой-то пилигрим решил совершить такое же путешествие из Эдинбурга в Лондон, его бы осудили за бродяжничество и, вероятнее всего, отправили в сумасшедший дом. Случаи такого рода в Англии — неслыханное явление, но в России подобное происходило сплошь и рядом. Мы так привыкли ко всему необычному, что, полагаю, русский обыватель ничуть бы не удивился, если бы встретил на улице Архангела Гавриила!». Не берусь обсуждать это высказывание, просто стараюсь передать специфику, с которой мне пришлось столкнуться.

Да, чуть не забыл сказать — Распутин сам специально никогда и никуда «не лез»; ему везде помогали многочисленные покровители и почитатели его природной естественности и необычных дарований. Показателен красочный рассказ самого Григория Ефимовича о своей первой встрече с отцом Сергием. «Все равно как слепой в дороге, так и я в Петербурге, — вспоминает Распутин, — пришел первое в Александро-Невскую лавру поклониться мощам… Отслужил я молебен сиротский за три копейки и две копейки на свечку, выхожу из Невской лавры, спрашиваю некоего епископа духовной академии Сергия, вот тут полиция подошла: „Какой ты есть епископу друг⁈ Ты хулиганам приятель!“ По милости Божьей пробежал задними воротами… швейцар оказал мне милость, я стал перед ним на колени, он что-то небесное понял во мне и доложил епископу, который призвал меня».

Так с первого же шага в Петербурге Распутин обратил на себя внимание церкви и полиции. Думаю, что двум этим могучим силам стал он впоследствии обязан своей зловещей репутацией. '«На меня никто не обратил бы внимания», — говорил он позднее, — если бы некоторые архиереи не враждовали и не завидовали…«. Но пока что епископ Сергий благосклонно принял его и познакомил с архимандритом, вскоре епископом, Феофаном. Примерно в 1903 году Распутин успел познакомиться и с Иоанном Кронштадтским, который наставительно молвил ему: 'Смотри, по фамилии твоей и будет тебе», при этом благословил Григория и сам попросил его благословления, чем немало удивил свидетелей их встречи. Жаль, что я не успел поговорить с Иоанном о Распутине, по неведомым мне причинам в новой версии событий он скончался на несколько лет раньше. Думаю, что скорее всего, это новое свидетельство деятельности неведомых мистических сил, оберегающих исторический ход событий.

Я пил чай и внимательно разглядывал молодого Распутина. Усы, светло-каштановые волосы и средней длины густая и не особенно ухоженная бородка, розоватые щёки, чуть искривлённые губы — всё обычное, не останавливающее на себя взгляд, но глаза, какие серо-голубые, бездонные глаза, которые смотрели как будто вглубь тебя, в то время, как ты сам не мог взглядом преодолеть созданный ими барьер, мешающий познать внутренний мир твоего собеседника. По моим сведениям, в столице он записался на уроки гипноза — возможно, пытался развить свои природные гипнотические задатки. Как известно, для овладения этим искусством нужна сильная воля, а главное — умение её в себе сконцентрировать, оба эти качества у Григория Ефимовича присутствовали в избытке.

Нашей встрече в большой степени способствовала доходившая до экзальтации тяга Аликс к решению посредством мистики стоящих перед ней и нашей семьёй проблем. Она была, безусловно, умным и хорошо образованным человеком, но была ярой сторонницей теории, что словам молитвы обычного человека трудно достучаться до небес, в то время, как наиболее действенным методом является общение с людьми, обладающими сверхъестественными способностями, которые не может объяснить наука, но которые позволяют им иметь действенную связь с Богом и получать от него направляющие знаки и непостижимую разумом силу, способную решить проблемы конкретного человека (таких людей в народе обычно называют провидцами, юродивыми, святыми, колдунами, магами).

Про Марфу Босоножку я уже рассказывал, потом был ещё некий Митя Козельский, слывший юродивым, способным творить чудеса. Признаюсь, я еле сдержал смех при нашей первой встрече. Митя очень плохо владел членораздельной речью и поэтому, чтобы люди понимали его мычание, использовал личного переводчика — некоего Елпидифора Кананыкина. Имя то какое — язык сломаешь. Так вот этот Елпидифор нёс какую-то ужасную дичь, не имеющую отношения к реальности. Даже позитивно к ним настроенная Аликс в итоге поняла, что её попросту водят за нос.

После этого она продолжила поиски чудотворца. У Александры Фёдоровны в Санкт-Петербурге была подруга — Милица Николаевна, черногорская княжна и жена великого князя Петра Николаевича — внука российского императора Николая I. Именно Милица, страстно увлекающаяся мистикой, собирала все столичные сплетни о сверхъестественном. Как-то раз до неё дошли слухи о чудесах месье Филиппа — французского спирита, мага-медиума, христианского оккультиста и предсказателя. Она тут же поведала о нём Александре Фёдоровне.

Некто Низье Антельм Филипп, выдающий себя за всемогущего мага, был очередным шарлатаном и даже, как позже выяснилось, был дважды осуждён французским судом за мошенничество и незаконное врачевание. Несомненно, Александре Фёдоровне месье Филипп понравился больше Мити Козельского, речь его была чёткой и не утомительной. Он сразу объявил, что способен беседовать с умершими и живёт как бы на границе миров, очень обеспокоен процессом деградации религии во Франции и, вообще, на Западе, пообещал императрице, что та после серии спиритических сеансов обязательно родит сына. В итоге императрица прониклась к Филиппу доверием и пришла к убеждению, что тот является человеком, специально посланным царской семье Богом для оказания ей помощи. Не знаю, как настоящий Николай Александрович, но я в этих вопросах, во всяком случае до встречи с Распутиным, был большим скептиком.

Аликс была тогда снова беременной, и Филипп, делая магические пасы над её заметно увеличившемся животом, клятвенно обещал при свидетелях рождение мальчика-наследника. Я попросил Департамент полиции навести справки о медиуме у него на родине, и пинком вышвырнул его из Дворца, как только пришёл ответ, в котором французы называли месье Филиппа махровым авантюристом и мошенником, который своим врачеванием не лечил, а калечил людей!

Александра Фёдоровна была на редкость упрямой женщиной и, если уж что-то вбивала себе в голову, переубедить её в ошибочности своего мнения было практически невозможно. Только когда вместо обещанного проходимцем сына вновь родилась дочь (Анастасия) вера Аликс в магические силы месье Филиппа заметно ослабела. Уезжая, он обратился к ней с призывом крепить свою веру и больше верить сверхъестественным силам, а конкретно — обратиться за помощью к умершему в 1834 году и ещё не канонизированному официальной церковью святому — Серафиму Саровскому. Думаю, эту мысль ему подсказала сама Милица, а ей, в свою очередь, великая княгиня Елизавета Фёдоровна, супруга моего дяди Сергея Александровича, о котором я вам уже рассказывал в связи с событиями на Ходынском поле.

Полученный от Филиппа совет Александра Фёдоровна восприняла с большим восторгом. Чтобы сделать ей приятное и немного успокоить, мне пришлось нажать на Святейший правительствующий синод– в итоге Серафим Саровский был канонизирован и объявлен покровителем нашей царской семьи.

В середине июля 1903 года мы по настоянию Аликс посетили Саровскую пустынь (мужской монастырь), где когда-то жил и молился Серафим. На третий день нашего там пребывания, после литургии, я и великие князья с духовенством обнесли вокруг монастырского храма гроб с мощами нового святого. Затем мы долго молились в храме за дарование нам наследника. Признаюсь, первое время всё это для меня было дико, но потом я постепенно привык, да и не мог изначально не участвовать во всех этих обрядах. Во-первых, меня бы не понял народ и даже ближайшее окружение, а, во-вторых, кто знает — может быть, как раз не в суете, а в молитве путь к спасению моей жизни. Про возвращение в прежний мир я даже не мечтал.

И чудо свершилось: 30 июля 1904 года Александра Фёдоровна наконец-то родила долгожданного сына — цесаревича Алексея. После этого её вера в сверхъестественные силы взлетела до небес и стала твёрже камня! Честно говоря, меня тоже основательно удивил даже не сам факт рождения именно мальчика, сколько то, что мальчик, как я уже рассказывал вам ранее, родился здоровый и крепкий.

А теперь мы сидели в Сергиевке, на даче князя Георгия Максимилиановича, шестого герцога Лейхтенбергского, пили ароматный чай и знакомились с нашим новым чудотворцем. А он, включив всё своё недюжинное обаяние, довольно умно и оригинально рассуждал о жизни, Боге, пути человеческом и силе исцеляющей молитвы.

Признаюсь, у меня довольно сильно болела в тот день голова, и когда я сказал об этом «старцу», он встал сзади меня, взял мою голову в свои руки и стал нашёптывать что-то непонятное. Свой короткий лечебный сеанс он закончил лёгким тычком по затылку, который сопроводил коротким словом: «Ступай!». Вы не поверите, но от головной боли не осталось и следа, голова стала ясной и светлой, а мысли радостными и приятными. Я уверен, что Распутин действительно обладал способностью к нетрадиционному врачеванию. В наши дни его, пожалуй, назвали бы экстрасенсом. Ну а то, что практиковавшийся им метод лечения не имеет научного объяснения — ничего не значит. В жизни много явлений, которые наука не может пока объяснить, но из сего вовсе не следует, что таких явлений не существует.

— Можно я буду называть вас папой и мамой? — обратился он к нам с Аликс.

— Григорий Ефимович, при всём уважении, прошу Вас обращаться к нам по имени и отчеству.

— Как скажешь, папа, — промолвил наш новый придворный медиум и глаза его хитро сверкнули, — мне бы пару слов важные сказать наедине.