Когда офицер Питтман прибыл на место, его встретил полицейский-новичок, который стоял у входа в родильное отделение и дрожал всем телом; он был так напуган, что даже не мог говорить.
- Эй! Что ты делаешь? - cпросил Питтман новичка.
Все, что он получил в ответ, это то, что новичок указал пальцем в глубь комнаты.
- Там есть кто-нибудь живой? - задал вопрос Питтман.
- Да! - из угла палаты выбежала медсестра с растрепанными волосами, лоб и подбородок которой были залиты алым.
- Что, черт возьми, там происходит? - cпросил Питтман, хватая ее за руку и направляясь к двери.
- Я не знаю. Я каким-то образом потеряла сознание и очнулась от этого дерьма! - закричала она.
Внезапно по всему зданию начали разноситься звуки пожарной сигнализации. Офицер Питтман и медсестра схватились за уши, чтобы заглушить неприятный шум.
Как только они собрались выскочить из комнаты в коридор, теперь уже взрослое существо схватило их обоих за затылки и подняло в воздух. Они замерли лицом друг к другу. Когти существа начали сжиматься все сильнее. Существо рассмеялось, а затем яростно столкнуло две головы, оставив Питтмана и медсестру с раздробленными черепами. Он швырнул их тела на кафель и бросился к своей матери, Кэти, женщине, лежащей у стены с изуродованными женскими частями тела и внутренностями, выскальзывающими из каждого пореза.
- Мой малыш, - простонала она, глядя на отвратительное создание, которое произвела на свет. Глаза Кэти сияли. С одной стороны, она была напугана, с другой - она была гордой матерью. - Мне жаль, что тебе пришлось иметь дело со всеми этими людьми, но сейчас ты здесь, и это все, что имеет значение, - сказала она с вымученной улыбкой.
Ей было очень больно; она понимала, что ее время близко. Она долгое время лежала в растущей луже крови и других жидкостей. Смерть была не за горами.
Грудь существа заходила ходуном, когда оно глубоко вздохнуло. Оно уставилось на Кэти, склонив голову набок. Его красные глаза загорелись, когда оно заметило определенные символы, вытатуированные на ее коже.
Кэти была слаба, но она использовала последние силы, чтобы оттолкнуться от стены. Упав лицом вперед на существо, она подняла голову трясущимися руками.
- Мой милый мальчик. Мне все равно, кто ты и как выглядишь, я всегда буду любить тебя, - спокойно заявила она.
Существо раскрыло пасть так широко, как только могло; его клыки выросли на пару дюймов, и, недолго думая, оно откинуло голову назад, обрушив свою пасть на макушку Кэти и перекусив ее одним укусом.
Люди собрались вокруг здания, чтобы посмотреть, из-за чего весь этот переполох. Все они получили возможность понаблюдать за тем, как скользкое существо пожирает труп своей матери. Оно оторвалось от своей закуски только тогда, когда заметило, что за ним наблюдает множество людей. Онo сиделo, скорчившись, в углу, наслаждаясь избытком мяса, которое было оттянуто от Кэти; онo повернулo голову, чтобы посмотреть на толпу, и зарычалo. Когда они все бросились бежать, спасая свои жизни, существо продолжило есть. Каждое тело оставшееся в комнате, следя за тем, чтобы ни одно не пропало даром.
Когда ему больше нечего было извлечь из родильного отделения, существо с отвратительно облизало свои рептильные когти и вышло в коридор. Услышав крики, оно поняло, что получит много энергии, когда разорвет всех людей в здании в клочья.
Виски лился в горло прекрасно, а музыкальный автомат гремел хорошими мелодиями. К тому же, из-за жуткой жары прошедшей недели, женщины в баре едва что-то носили. Нет, черт возьми, ничто не могло испортить мне настроение. Пока ко мне не подошел наш любимый бармен, Джимми Холмс.
- Тебе звонят, Эдди! - громко объявил он, перекрикивая музыку.
Только один человек когда-либо звонил мне в мой любимый бар, и это обычно не сулило ничего хорошего.
- Алло? - ответил я, уже зная, чей голос сейчас заговорит.
- Думал, найду тебя там. Разве ты не бросил пить?
Я вздохнул.
- Четыре месяца назад. Думаю, можно сказать, что я слетел с катушек, - ответил я, осушив двойной шот виски.
- Ну, никто и не ждал, что это долго продлится, - парировал он.
Его тихий смешок за словами заставил мои ноздри раздуться. Этому ублюдку было плевать, что мы много лет работали вместе, пока он не решил повернуться ко мне спиной, став моим боссом. Думаю, я не должен быть слишком удивлен. Он всегда умел показать, что он - скрытый говнюк, когда мы делили офис.
- Хорошо знать, что никто не верит в меня. Чего ты хочешь, Джек? - прорычал я, махнув Джимми, что мне нужен еще шот виски.
Джек хихикнул.
- Эдди, не обижайся. Но, как бы мне ни хотелось помучить тебя за то, какой ты жалкий человек, есть дела поважнее.
Он не всегда был таким придурком, но как только заполучил немного власти, это ударило ему в его чертову башку.
- Давай к делу, осел. Я тут пытаюсь насладиться отпуском! - огрызнулся я.
- Уммм... ты был отстранен, придурок. Не то же самое!
- Как угодно.
Джимми, бармен, поставил шот передо мной, и я достал сигарету из мягкой пачки на стойке.
- Слушай, я до сих пор пытаюсь понять как. Но ты хорош в своем деле, поэтому у тебя все еще есть работа.
По паузам и звуку льда, скользящего в стакан, я понял, что он тоже пьет.
- Сколько платят?
- Черт возьми! Тебе только это и важно? - заорал он.
Я рассмеялся, услышав раздражение в его голосе.
- Какого черта ты так часто вешаешь мне лапшу на уши, Джек? Знаешь, мы когда-то были друзьями? На случай, если забыл!
Жаркая перепалка привлекла внимание посетителей, сидевших справа от меня. Джимми не двигался с места, неловко пялясь на меня. Не желая быть грубым сo стариком, я развернул барный стул, растянув шнур телефона.
Он не ответил сразу, как раньше. Пауза была не для выпивки. Я слышал его дыхание; оно было тяжелым.
- Эдди, мэр Томпсон позвонил мне пару часов назад. Шеф Сазерленд мертв, а его жена и дети пропали.
- Берт мертв? - xотя я был лицензированным журналистом, сначала я был частным детективом. Мэр и шеф полиции долгое время были на моей стороне, и, честно говоря, шеф полиции стал для меня кем-то вроде отца. Новость о смерти шефа Сазерленда была ужасающей сама по себе. То, что его жену и детей забрали, делало все еще хуже. - Как?
Тон Джека смягчился. Он вздохнул перед тем, как заговорить.
- Тебе не захочется знать.
- Какого хрена, еще как хочу! - заорал я в телефон.
На этот раз не только люди в баре повернулись и уставились на меня. Столики передо мной тоже повернулись.
Хоть этот парень и утверждал, что ненавидит меня, он знал, что новости меня доконают.
- По тому, что мне сказали, его пытали и... - он помолчал и шмыгнул носом, - ...и ему отрезали голову.
Я замолчал, глядя в никуда, ошеломленный воспоминаниями о теперь погибшем друге. Слеза набежала на глаз. Я моргнул, и она скатилась по щеке. Затем до меня дошла другая новость.
- Есть идеи, кто это сделал? Кто забрал Венди и детей? - спросил я с дрожащими губами.
Я слышал, как Джек допил свой напиток.
- Ну, это деликатный вопрос.
- Деликатный?
- У нас есть предположения, кто мог это сделать. Слушай, можешь доковылять до офиса, чтобы поговорить лично? - спросил он.
В любой другой раз я сказал бы Джеку отвалить. Но эта ситуация была личной.
- Да, увидимся через тридцать.
Положив трубку, я заказал Джимми еще выпивки. Он отошел к другому концу бара обслуживать парочку только что пришедших, пышногрудых дам. Поскольку он меня не услышал, я перегнулся через стойку и схватил бутылку, из которой Джимми наливал мне, оставив ее в нескольких дюймах. Плевать на шоты. Я приставил бутылку к губам и сделал несколько глотков, пока Джимми не заметил и не бросился ко мне вдоль бара.
- Эй, так не пойдет! Hадо платить за целую бутылку, раз ты приложил к ней губы! - заорал он, потрясая кулаками.
- Успокойся, Джим, у меня деньги есть.
Я бросил ему горсть наличных, встал со стула и направился к двери.
Я слышал Джимми за собой, когда дверь закрылась.
- Спасибо, Эдди! Увидимся завтра!
Он был прав. Скорее всего, увидимся.
Когда я наконец добрался до офиса, Джек ждал меня, слезы лились из его глаз, а он наливал себе скотч. Поставив бутылку на стол, он поднял взгляд, не говоря ни слова. Я видел, как скотч на него подействовал, когда он шатаясь подошел ко мне.
- За пять минут до твоего прихода мне снова позвонили. На этот раз это был Коди из морга. Нет легкого способа это сказать, так что скажу прямо... - oн взял пару секунд, чтобы собраться. Я никогда не видел его таким разбитым. - Тело Пата Сазерленда. Ему вспороли живот, и внутри что-то зашили. Это была полароидка с Венди и детьми, - я боялся следующих слов из его рта. - На фото все трое связаны и с кляпами.
- Господи Иисусе! - я рухнул на диван в его офисе и закрыл лицо руками. Джек побрел обратно к столу и рухнул в кресло. - Что тебе от меня нужно? Мы должны поймать того, кто это сделал, - пробормотал я.
- Есть еще кое-что, и это пока не оглашалось. За последние три месяца произошло еще четыре убийства. Копы не хотели, чтобы мы что-либо говорили. Шеф полиции Сазерленд велел мне пока держать все в секрете, поэтому я ничего не объявлял.
Он отхлебнул из своего стакана.
- Так есть идеи, почему это произошло? - спросил я, вытащив сигарету из пачки в кармане куртки.
- Мы предполагаем, что шеф слишком близко подобрался к чему-то, и кто-то хотел его заткнуть.
Его выражение говорило, что он знает что-то, чего не говорит.
- Есть что-то, что ты от меня скрываешь, Джек. Я вижу это по твоей чертовой роже! Я - взрослый мальчик, могу выдержать, чего ты боишься мне сказать!
Я сделал длинную затяжку сигаретой, выдыхая в его сторону.
- Было кое-что, что мне сказал мэр Томпсон, - oн откинулся в своем коричневом кожаном кресле и растянул руки, опуская их на подлокотники. Джек вздохнул. - Очевидно, единственная зацепка по этим недавним убийствам - похоже, подозреваемый может быть в нескольких часах отсюда, - oн взял стакан и отпил. - Доказательств недостаточно, чтобы правоохранители поехали и стали беспокоить людей из-за предположений.
Я подошел к его столу и затушил сигарету в металлической пепельнице.
- Дай угадаю, мэр Томпсон думает, что я - тот, кто нужен для дела?
- Ну, да. Я сказал ему, что ты отстранен, и что не уверен, как ты отнесешься к поездке. Он настоял, чтобы тебя наняли отправиться туда, где нужно, поразнюхать и доложить, что найдешь, - прежде чем я успел ответить, Джек продолжил: - Так что да, тебе заплатят. Хорошо заплатят.
По его словам я понял, что он разозлен, что я раньше спрашивал о плате. Но, честно говоря, я спросил до того, как узнал о шефе Сазерленде и его семье.
- Понимаю, что моя репутация не ахти, но дай передышку. Моего друга только что зверски убили, и его семья следующая. Не доставай меня из-за денег, когда ты знаешь, что в последнее время у меня были трудности.
Если бы я не закрыл глаза и не сделал глубокий вдох перед тем, как продолжить, мог бы перегнуться через стол и задушить босса.
Понимая, что обидел меня, Джек поднял руки и ухмыльнулся.
- Только потому, что случилась трагедия, не значит, что я дам тебе поблажку с придирками.
Он открыл ящик слева и достал блокнот, тут же бросив его на передний край стола.
- Что это? - спросил я, глядя на нацарапанные слова и цифры.
- Это вся информация, которую ты хотел знать, - ответил Джек, глядя на меня с поднятыми бровями, ожидая моей реакции.
Я прочитал вслух.
- Найти Эдди, - этот пункт был зачеркнут. - Кантри Спрингер, - это было название чертового места, куда я собирался отправиться. - Плата: двадцать тысяч долларов! - это меня выбило. - Я правильно понял?
Вздохнув, Джек встал с кресла и подошел к пиджаку, висящему на крюке на стене.
- Да, - oн бросил мне конверт, который я поймал, прежде чем он пролетел мимо. - Томпсон велел своей секретарше, Лейси, передать это. Также сказал сообщить, что остальное получишь, когда вернешься с достаточно хорошей информацией.
Фактически, моя челюсть упала на пол. Я не жаловался. Меня озадачило, почему они платят столько вперед, чтобы я поехал в какой-то город и и засыпал людей предположительными вопросами. Я открыл большой конверт. Внутри действительно были деньги, очень плотно упакованные.
- Сколько здесь?
- Не уверен. Знаю, что приличная сумма. Хватит на поездку и на что еще нужны бабки. Представь, сколько пойла сможешь заглотить, когда все закончится, - oн рассмеялся - этот ехидный ублюдок. - Там не только деньги в конверте. Должна быть бумажка с названием отеля, где будешь жить, и ключ от номера.
Переоткрыв конверт, я заметил, что все плотно упакованные купюры - сотни. Там также была сложенная бумажка и серебряный ключ.
- Да, все здесь.
- Эдди, смотри, знаю, что мы с тобой сейчас не ладим, но я не шучу, когда говорю, что желаю тебе всего наилучшего, и я знаю, что ты найдешь что-то стоящее. Ты - свинья, как человек, но чертовски хороший журналист, и еще лучший частный сыщик.
Джек хихикнул, понимая, что сказал.
Я закатил глаза, не комментируя его слова.
- Что ж, я ценю это, Джек. И, учитывая, что ты страдаешь манией величия, это должно означать, что я делаю что-то правильно.
Джек уставился на меня.
- Тебе не пора идти?
- Кстати об этом. Когда мне нужно уехать?
- Как можно скорее. А что? - спросил он, подняв бровь.
Я потянулся руками над головой и зевнул.
- Честно говоря, я ни черта не буду стоить, если не посплю несколько часов перед тем, как отправиться в путь.
Джек бросился ко мне и, ткнув меня в грудь, сказал:
- Иди домой и выспись как следует. Надеюсь, сможешь уснуть, зная, что где-то женщина и двое детей, напуганные до смерти, и каждая секунда на счету.