Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в наших библиотеках:
BAR "EXTREME HORROR" 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)
https://vk.com/club10897246
BAR "EXTREME HORROR" 18+
https://vk.com/club149945915
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ. НЕ ДЛЯ ТЕХ, КТО ВПЕЧАТЛИТЕЛЬНЫЙ.
Это очень шокирующая, жестокая и садистская история, которую должен читать только опытный читатель экстремальных ужасов. Это не какой-то фальшивый отказ от ответственности, чтобы привлечь читателей. Если вас легко шокировать или оскорбить, пожалуйста, выберите другую книгу для чтения.
Посвящается Арону Борегару
Мередит Дэннер распахнула дверь дома в лесной глуши и бросилась бежать, спасая свою жизнь, ныряя в окружающий темный лес с головокружительной скоростью. Она чувствовала себя слепцом, преодолевающим полосу препятствий, придуманную садистом, который спотыкался о деревья и низко свисающие ветки, которых не мог видеть, и снова и снова падал на неровную землю. Иногда нижние ветки били ее по лицу, нанося повреждения. Острые камни впивались в ее босые, кровоточащие ступни, вызывая боль, которая заставляла ее желать остановиться или замедлить шаг, но она этого не делала, потому что знала, что это означало бы смерть.
Весь день она ждала возможности сбежать, но, к сожалению, такая возможность представилась только после наступления темноты. Вдали от огней ближайшего города единственным источником освещения был полумесяц луны, висевший в частично затянутом облаками небе, но даже он был скрыт за густым пологом покрытых листвой ветвей. Время от времени на бегу ей попадались места, куда сквозь просвет в листве проникал рассеянный лунный свет. Когда это случалось, она изо всех сил старалась сориентироваться и выбрать направление, которое могло бы оказаться более удобным для побега. Проблема была в том, что во время каждой вспышки света у нее была лишь доля секунды, чтобы оценить ситуацию и принять решение. В такие моменты движение вперед могло замедляться на миллисекунду, но никогда не прекращалось, даже когда она падала. Каждый раз, ударяясь о землю, она подбрасывала себя вверх, и ее ноги снова начинали двигаться.
Звуки погони давали ей необходимую мотивацию, чтобы не сбавлять темп. Она не переставала слышать, как уродливые кретины ломятся за ней через чащу, гогоча как сумасшедшие и издавая дикие вопли и улюлюканье. У одного из преследовавших ее мужчин был боевой рог викингов, и он периодически издавал резонирующие звуки, от которых воздух сотрясался и по телу девушки пробегали дезориентирующие вибрации. Звук был похож на блеяние какого-то огромного первобытного зверя.
Через несколько минут она почувствовала, что они играют с ней и наслаждаются погоней. Вот почему все они перекрикивались так, словно весело проводили время. Они не беспокоились о том, поймают ли ее. Это было само собой разумеющимся. Она оказалась на незнакомой территории при самых неблагоприятных обстоятельствах, какие только можно вообразить. Даже если бы каким-то чудом ей удалось найти дорогу, что тогда? Это была бы просто какая-нибудь пустынная сельская трасса без движения. Они схватили бы ее там так же легко, как и в лесу.
Ситуация была безнадежной.
И все же она не могла сдаться и смириться со своей судьбой, не после того, что эти монстры сделали с Энджи и Кейт. Они заставили ее наблюдать за всеми этими мерзкими вещами. Надругательства над телом. Избиения и пытки. Безжалостный процесс запугивания. Она пыталась закрыть глаза, чтобы не видеть этого, но они наказали ее за это, заставив держать глаза открытыми, не отводя взгляда. Боль сделала сопротивление невозможным. Ее плоть все еще горела от боли в тех многочисленных местах, где они вонзили в нее свои лезвия. Все это было ужасно, в каждом своем проявлении, но не все было одинаково. Ужас был на разных уровнях. Для Мередит самым ужасным из всего этого был треск молотка, этот тупой и жестокий звук, раздирающий плоть и кости.
Почти так же плохо, как и то, что произошло после.
Эта... ликвидация.
Прошло еще несколько минут, пока она неслась сквозь темноту. Ее преследователи не отставали, но и не приближались. Она добралась до участка дикой природы, где в лиственном пологе были большие просветы, пропускающие больше молочного лунного света. Откуда-то слева от себя она услышала слабый и отдаленный гул автомобильного двигателя. Ее сердце затрепетало от отчаянной надежды. Может быть, она была ближе к дороге, чем думала.
Может быть, кто-нибудь все-таки остановится и спасет ее.
Она слегка изменила курс, следуя туда, откуда, по ее мнению, доносился звук двигателя автомобиля, но вскоре после того, как она двинулась в этом направлении, ее ноги запутались в каком-то подлеске, и она снова растянулась на земле. На этот раз она не смогла подняться на ноги и двигаться так же быстро, как в предыдущие разы. Чтобы освободиться от лиан, в которых она запуталась, потребовалось несколько попыток, и к тому времени, когда ей это удалось, было уже слишком поздно.
С ее губ сорвался стон, когда она подняла глаза и увидела их уродливые лица, собравшиеся вокруг нее. У одного из мужчин на голове был джутовый мешок с прорезью для глаз. Это зрелище пробудило в ней смутные воспоминания о злодее из какого-то старого фильма-слэшера, который она смотрела давным-давно. У другого на голове была вырезанная тыква, с раскосыми треугольными глазами и широким ртом с острыми зубами. Тыква напоминала о том, что до Хэллоуина осталось всего несколько дней. Она вспомнила, как обещала своей маленькой племяннице, Джейми, сходить за конфетами. Если бы все шло по плану, она бы вернулась домой в Огайо как раз вовремя, чтобы это произошло.
Теперь она никогда больше не увидит маленькую девочку.
Другие мужчины, возможно, менее стесняющиеся своего уродства, не носили масок или головных уборов. Тот, кого звали "Джед", оскалил зубы и придвинулся ближе, заставив ее съежиться, когда новые слезы покатились по ее щекам. В его руке на ржавой цепочке болталось устройство для фиксации головы, которое, как она видела, они использовали уже дважды за сегодняшний день.
Джед хихикнул.
- Пора, маленькая мисс. Твоя очередь отказаться от сладкого.
Мередит снова захныкала и попятилась назад, качая головой и говоря:
- Нет. Нет-нет-нет! Пожалуйста!
Они все рассмеялись над этим.
Один из них повторил то, что она сказала, насмехаясь над ней бессердечным тоном, проникавшим в безнадежные глубины ее увядающей души. Он говорил с резким и язвительным южным выговором, который был гораздо более заметен, чем более теплые и культурные интонации, с которыми она сталкивалась в больших южных городах. В его речи чувствовался привкус жареного во фритюре психоза.
Ее взгляд метнулся к прозрачному пластиковому пакету, который нес один из них, и ее желудок сжался при виде того, как он растянулся под тяжестью органических веществ, набитых в него. Она знала, что они еще не закончили набивать пакет.
Твоя очередь отказаться от сладкого.
- Нет!
Вскрикнув, она вскочила на ноги и предприняла последнюю отчаянную попытку убежать от них. На одно мимолетное мгновение она поверила, что у нее действительно получится. Дурно пахнущие мужчины в гниющей одежде стояли вокруг нее плотным кольцом, с большими промежутками между ними. Она проскочила через один из таких промежутков, слишком быстро, чтобы кто-то мог ее поймать и удержать, но, в конце концов, это не имело значения. Что-то просвистело в воздухе и ударило ее в спину. Она споткнулась и тяжело упала на землю, больно ударившись коленом о камень, из-за чего на ее теле появилась еще одна кровоточащая рана.
После того, как она упала лицом вниз, она попыталась перевернуться, но один из мужчин остановил ее, упершись ногой в тяжелом ботинке в поясницу. Она повернула голову и увидела, что на земле на боку лежит головной брекет[1]. Его ржавая металлическая рама имела четыре ножки и по форме напоминала миниатюрную нефтяную вышку. Из нижней части каждой наклонной ножки торчали острые наконечники. Это позволяло вбивать ножки в землю или в деревянный пол. Внутри рамы на спиралях была подвешена металлическая лента, которую можно было регулировать с помощью маленькой рукоятки в верхней части устройства. Лента была мокрой от крови ее погибших друзей.
С запозданием Мередит поняла, что удар в спину был нанесен брекетом. Она извивалась под ботинком, удерживающим ее на месте, наблюдая, как Джед поднимает устройство с земли. Из ее горла вырвался еще один испуганный вопль, когда она ногтями вцепилась в грязную землю. Она отказалась от этого и попыталась упереться ладонями в землю, собрав все оставшиеся силы, пытаясь приподняться достаточно сильно, чтобы сбросить ботинок со спины, но это было бесполезно. Мужчина, удерживавший ее, был шести футов ростом и весил больше трехсот фунтов. Рост у нее был пять футов два дюйма, а вес - чуть больше ста фунтов. Никакая непреклонная решимость не могла изменить это жалкое соотношение в ее пользу, но это не помешало ей попытаться.
Мужчины посмеивались над ее стараниями, воспринимая их не более серьезно, чем протесты непослушного ребенка. Они еще громче рассмеялись, увидев, как она закричала и забрыкалась, когда один из них, встав на колени за ее спиной, вне поля ее зрения, начал стаскивать с нее джинсовые шорты. Вся остальная ее одежда уже исчезла, брошенная в яму для костра за домом, присоединившись к уже сожженным остаткам одежды ее подруг. Один из мужчин, предположительно тот самый, который снял с нее шорты, хлопнул ее по заднице и захихикал, услышав пронзительный визг, вызванный шлепком. Она безутешно рыдала в ожидании насилия, которое, как она знала, еще предстояло.
Джед опустился перед ней на колени и начал поправлять брекет. Зловещее приспособление было примерно пятнадцати дюймов в высоту, как раз столько, чтобы на выступающих наружу ножках поместилась голова человека нормального размера. Мередит снова закричала и попыталась отмахнуться от этой штуки, когда Джед попытался поставить ее на место.
Кривозубая ухмылка мужчины сменилась сердитым выражением лица. По его указанию двое других уродов схватили ее за руки и вытянули их, крепко прижимая к земле, подальше от ее туловища. Эти мужчины были почти такими же крупными, как тот, что стоял у нее за спиной. Их огромные руки сжимали ее тонкие запястья с такой силой, что хрупкие кости под кожей хрустнули.
Мередит захныкала, когда Джед закрепил брекет на голове и вонзил острые наконечники ножек в мягкую податливую почву. Ее мочевой пузырь опорожнился, окрасив землю ее мочой, когда он начал надевать ленту на голову, вращая рукоятку, чтобы затянуть ее и зафиксировать голову. Он повернул ее голову так, что рот оказался прижат к земле, но это не помешало ей еще отчаяннее умолять о пощаде.
Как всегда, единственной реакцией был новый взрыв смеха.
Ее глаза вращались в поисках чего-нибудь, напоминающего выражение сочувствия. Она знала, что спасения не будет. Только не для нее. Не сегодня. Никогда. Все, на что она могла надеяться, - это на какой-нибудь небольшой жест человечности, каким бы незначительным или мимолетным он ни был. Все, что она увидела, - это отвратительный вид эрекции Джеда, выступающей из-под грязного комбинезона.
Он встретился с ней взглядом и ухмыльнулся.
Затем он посмотрел на одного из мужчин, все еще стоявших вокруг нее.
- Иди сюда со своим инструментом, Джей-Джей.
Мередит издала жалобный стон полного отчаяния, услышав приближающийся топот ног в ботинках. Она продолжала умолять, когда услышала металлический скрежет старого железнодорожного шипа, просовываемого в отверстие в верхней части крепления для головы. Внутренний голос кричал ей заткнуться, не доставлять этим ужасным людям удовольствия слышать ее жалкие мольбы, но первобытный ужас, заставлявший ее сердце так сильно биться, подавлял любые попытки проявить стоицизм.
У нее не осталось чувства собственного достоинства, которое можно было бы спасти.
Она снова застонала, когда почувствовала, как острие железнодорожного шипа сильно уперлось ей в макушку.
Джед протянул руку.
- А теперь дай мне этот молоток.
Захныкала Мередит.
- Нет! Нет-нет-нет! Этого не может быть! Этого не может быть!
Джед усмехнулся.
- Боюсь, что может, мисси. Тебе лучше помолчать. Это не принесет тебе никакой пользы, ни в коем случае. Кроме того, это дело служит высшей цели. Как я уже сто раз пытался объяснить вам, девочки, это ради науки. Ваш вклад в общее дело поможет спасти нашего старого Дедулю. Утешай себя этим знанием. А теперь приготовься исполнить кладбищенскую джигу.
Мередит полагала, что большая часть сказанного им была бредом сумасшедшего, но она знала, что он имел в виду под последней частью.
То же самое он сказал ее друзьям прямо перед тем, как отправить их на произвол судьбы.
Мередит крепко зажмурилась и пробормотала несколько последних молитв, когда Джед поднял молоток в воздух. Глаза тут же распахнулись, когда Джед опустил молоток, ударив им по головке шипа. Боль была невыносимой. Устрашающий. Этот ужасный, тупой металлический звук, с которым молоток ударяет по шипу, тоже был неприятен. С одной стороны, это был такой банальный звук, издаваемый человеком, выполняющим работу. Однако в сочетании со звуком раскалывающегося черепа это стало саундтреком к ни на что не похожему шоу ужасов, в котором она была звездой.