Скользящий по коридору гостиницы сквозняк заставил Матвея спрятать озябшие руки в карманах и застегнуть верхнюю часть куртки. Странно, но до всех недавних событий он обращал внимание не на холод, а лишь на стрелки часов. Теперь же, когда всё это осталось позади, ледяные ногти вновь резали кожу и царапали горло.

Скрипели половицы под ногами. Из оставшихся позади комнат доносились приглушенные стенами голоса. Из триста первого номера донеслась музыка, играли на гитаре.

Матвей добрался до конца коридора, к самому дальнему номеру 312. Постучал костяшками пальцев два раза и приоткрыл дверь.

— Это я, Матвей.

Ответа не последовало.

Матвей без приглашения зашёл внутрь и увидел нового постояльца «Берлоги» на эту ночь — Лейгура Эйгирсона. Исландец сидел на стуле и смотрел в окно, не шевелясь, словно мёртвый. На койке рядом стояла нетронутая тарелка с жареной рыбой и картошкой.

Собиратель закрыл дверь, взял за спинку один из стульев и поставил рядом с Лейгуром. Взглянул на его профиль — угрюмый и задумчивый. Пускаться в слова благодарности за спасения он явно не горел желанием, но Матвею этого было и не нужно.

Тогда он проследил за взглядом исландца в попытке выяснить, что же так приковало его внимание. Понять это не составило труда. Лейгур наблюдал за Эребусом, из жерла которого валил густой пар, растворяющийся высоко в ясном небе полярного дня.

Не отрывая взгляда от горы, Лейгур спросил:

— Как всё прошло?

Матвей наклонился вперед и сцепил руки в замок, размышляя, с чего бы начать?

— Тео будут судить жители «Мак-Мердо». Кейт собирается выступить завтра перед всеми, рассказать, как всё было на самом деле…

— И как же оно всё было на самом деле?

Матвей набрал воздуха в лёгкие, собираясь с силами. Страшно ему не хотелось вновь погружаться в гущу всего этого кошмара, но сейчас это было необходимо.

Как можно короче он рассказал другу обо всех причинах, побудивших Тео Эллери на этот ужасный поступок.

Выслушав всё до конца, молча, без единого комментария, Лейгур долго не отвечал, словно впал в забытие. Матвей хотел было его растормошить, но этого не понадобилось.

— Выходит, вчера в камере я сказал правду.

— Правду? — не понял Матвей.

— Что я убил Вульфа и его дочь. — Голова его опустилась ниже. — Я должен был простить его, Матвей. Перестать быть для него угрозой. Но я не смог заставить себя, не смог.

Глаз исландца дернулся, и собиратель заметил это.

Несогласие Матвея норовило вырваться наружу. Ты не прав! Ты не убивал их! Ты не мог знать, что творилось на душе Вульфа Кольтера! Ты…

Но зачем? Во имя чего пытаться убеждать его в обратном? Все пережитое за эти месяцы помогло понять Матвею одно: когда смерть взмахивает своей роковой косой и пожинает чью-то жизнь, растущие подле колосья станут винить себя в том, что росли чуть дальше, что судьбоносный ветер отклонил их в миллиметре от лезвия, что не смогли отвести удар, предназначенный другому. Винить в том, что видели, как заносится коса, но ничего не смогли сделать. В том, что выжили, когда другие — пали.

Матвей решил поступить проще и просто сменил тему. Взглянув на дымящуюся гору, он спросил:

— Твои… боги всё еще хотят твоей смерти?

Впервые с начала их разговора глаза исландца повернулись к нему, но всего лишь на короткий миг.

— Полагаю, — произнёс он, — у них ещё имеются на меня планы.

— Надеюсь, в их планы входит дорога со мной и остальными дальше, на юго-восток?

Уголок его рта дёрнулся в унылой ухмылке.

— Безусловно.

— Рад это слышать, — Матвей встал со стула. — Остальные скоро подтянуться к ужину. Будет хорошо, если ты спустишься. Нужно как следует подкрепиться и выспаться перед завтрашним днём.

Лейгур кивнул:

— Я приду.

Взгляд его вновь устремился к Эребусу, на идущие от него клочки дыма, и на где-то расположенный у его подножия курган, под которым покоилась его Сольвейг.

* * *

На утро следующего дня рядом со входом в «Берлогу» стоял огромный внедорожник, не оставшийся без внимания проходящих мимо макмердовцев. Бредущие по своим делам местные непременно останавливались поглазеть минуту-другую на чудо техники, несмотря на кусачий холод. Некоторые осмеливались подойти ближе, в желании получше рассмотреть «Титан». Забавно в эти минуты смотрелись детишки, подкрадывающиеся к внедорожнику, будто тот был спящим драконом.

Команда как раз заканчивала с упаковкой продовольствия в дорогу, когда в «Берлогу» зашла её хозяйка. Кейт тщательно вытерла подошвы своей обуви о щетинистый приходной коврик.

— Патрик, сделай чаю, — бросила она, вешая свою тяжелую зимнюю куртку на крючок.

— Да, мэм, — послышался голос из кухни.

Матвей подошел к мэру и прочистил горло.

— Ну? Что они решили?

От Кейт отдавало приятным холодом, когда она прошла мимо него.

— Жить будет, — ответила она буднично, словно речь шла о каком-то пустяке. — Угроза его внучке, безвыходное положение, всё это сыграло как смягчающее обстоятельство. Но убийство есть убийство, а потому Тео Эллери будет сидеть за решеткой, и сидеть очень долго. Возможно, до конца своих дней.

Кейт села за стол и размяла шею.

— Увидела вашу махину у входа, — сказала она с прикрытыми глазами. — Надеюсь, к открытию таверны вы уберете её оттуда?

— Через полчаса мы уедем, — ответил Матвей.

Она натянула на лицо вежливую улыбку.

Патрик подошел к ней с алюминиевой чашкой, из которой змейкой вился дым. Мэр сделал глоток и облегченно выдохнула.

— Кейт, нам нужно поговорить. — Матвей сел напротив неё.

— Вот как? О чём же это? — Она облизала губы.

— О Дэне. — Он посмотрел в сторону шерифа, стоявшего рядом с остальными. — Он едет со мной.

Кейт осклабилась и издала короткий смешок.

— Ты сейчас это серьезно?

— Серьезнее некуда.

Её лицо помрачнело.

— И речи быть не может. Он мой пленник и будет расплачиваться за содеянное до конца…

— Да за что я должен расплачиваться⁈ — взъерепенился Дэн, шагнув вперед. — Я прибыл на эту станцию в середине прошлого года, и…

— Дэн, заткнись, — одернул его Матвей, взглядом велев сесть на место.

Кейт оставалось невозмутимой.

— Короткий срок на посту шерифа, мистер Шутер, — сказала она, — не служит оправданием вашей непричастности ко всему злу, которое творили законники, находясь в вашем подчинении. Они убивали и пытали моих людей, делали маленьких детей сиротами, насиловали женщин…

— Я ничего этого не знал…

Кейт ударила по столу. Из кружки выплеснулся чай, оставив чёрное пятно на деревянной поверхности.

— Нет уж, мистер Шутер. — Её костлявый кулак сжался, а глаза сверлили опешившего шерифа. — Незнание не делает вас невиновным.

«Всё складывается куда хуже, чем я рассчитывал, — подумал Матвей».

— Дэн, вернись на место и не открывай рот, пока я тебе не велю, — грозно произнёс Матвей и обратился к мэру: — Я не собираюсь просто так брать его с собой, а хочу предложить тебе обмен.

Кейт заинтересованно сложила руки на столе.

— Корабль, на котором мы приплыли. Он твой. — Матвей ощутил некоторую вину перед покойным хозяином «Тумана», отдавая его в чужие руки. Но всё же, в глубине души он верил: Макс не стал бы возражать.

— Забирай его на нужды «Мак-Мердо» и всех его жителей, используй как вздумается, — продолжал Матвей. — Но Дэн пойдёт со мной.

— Нет, — твердо объявила она, покачав головой, — этого недостаточно для искупления его вины.

Вполне возможно хватило бы и корабля, до тех пор пока Дэн не открыл рот, разозлив её.

— Кейт. — Матвей говорил ровно, взвешивая каждое слово. — Он помог раскрыть преступление, нашел настоящего убийцу Кольтеров и спас невиновного…

Кейт молчала, и всем своим видом демонстрировала неприступность в своём окончательном решении.

Дэн вновь нарушил наказ Матвея и открыл рот:

— Госпожа мэр…

Матвей обязательно заткнул бы его снова, не прозвучи его голос любезно.

— Меня обманули… — Дэн осёкся и посмотрел в сторону. — А к чёрту это всё. Знаете, что, госпожа мэр? Да, я приложил руку ко всему тому злу. Следовал по указке вашей предшественницы, делал то, для чего и был приглашен на станцию — найти и уничтожить подполье. И до вчерашнего дня был глубоко убеждён, что я всё делал правильно. До вчерашнего дня…

Повисла долгая пауза.

— Я как будто превратилась в безразмерную копилку на паперти, — произнесла Кейт с горькой усмешкой. Она покрутила в руках чашку с остывшим чаем. — Один закидывает корабль, другой — пародию на раскаяние…

Её взгляд, холодный и оценивающий, на мгновение остановился на Дэне, заставив того невольно выпрямиться.

— А толку? — она поставила чашку с неожиданным стуком. — Копилка до сих пор легкая как пёрышко.

— И что может сделать её тяжелее? — без надежды спросил Матвей.

Мэр откинулась на стуле, скользнула взглядом по всем собравшимся, напоминая строгую мать, готовившую выволочку детям.

— Возможно, есть одна вещица, способная убедить меня распроститься с мистером Шутером.

— Какая?

Кейт предпочла начать издалека:

— До тебя дошли новости о захвате «Палмера» людьми Братства?

Матвей ухмыльнулся.

— Хочешь верь, хочешь нет, но все мы сбежали как раз оттуда.

— Значит, ты видел, на что способны эти фанатики. — Как именно они спаслись с лайнера, Кейт, по всей видимости, не особо интересовало. — Если им удалось взять одну из крупнейших станций Антарктиды всего лишь за одну ночь, значит ничто им не помешает явиться сюда, в «Мак-Мердо». Но я не собираюсь отдавать на растерзание свой народ каким-то вшивым пиратам во главе с этим психом Морганом. — Её рука крепко сжала край стола. — Только через мой труп.

— И что ты намереваешься сделать?

— Мы будем готовиться, все макмердовцы до единого, дети, женщины и старики. Мы будем ждать Братство и вгрызёмся им в глотки ещё прежде, чем те коснуться своими подошвами берега моей станции. Но для обороны мне нужно много оружия, взрывчатки, кораблей и… — Подушечки её пальцев сомкнулись друг на друге. — Вездеходов.

У Матвея застрял ком в горле.

— «Титан»⁈ — Маша не осталась в стороне. — Но мы должны…

Матвей жестом призвал её к тишине.

Он посмотрел на Кейт, в её расчётливый взгляд и железное лицо.

— Этот вездеход стоит пяти обычных, Кейт.

— Знаю. Именно поэтому и пошла тебе навстречу, Матвей. Эта громадина может сыграть важную роль в грядущей битве за «Мак-Мердо». И попрошу тебя заметить, мой дорогой… — Она наклонилась немного вперед и ласково прошептала: — Я могла бы отнять вездеход у тебя силой, прямо сейчас, как конфету у ребёнка! — Она щелкнула пальцем. — Но я всегда действую по принципу: сначала переговоры, а если не вышло… — Снова щелчок, на этот раз прозвучавший более угрожающим. — Поэтому теперь не ты, а я предлагаю тебе сделку.

Её раскрытая ладонь протянулась к нему.

— Я забираю твой корабль и вездеход, а ты берешь с собой мистера Шутера. И тогда мы сойдёмся на том, что моя копилка достаточно тяжелая и… довольная.

В нависшей над их головами напряженной тишине Матвей чувствовал, что как будто бы у него не было выбора. Как ни крути, Кейт О’Салливан хитрая стерва, хитрая и расчётливая. Думается ему, что она всё это задумала сразу, как только увидела «Титан» на борту «Тумана».

— Нам всё равно нужен вездеход, — сказал Матвей.

— Я отдам распоряжение. Вам подыщут что-нибудь в гараже.

Собиратель смотрел на ладонь мэра, взвешивая все за и против.

— Ладно, — он сомкнул её ладонь в мягком рукопожатии, закрепив сделку. — Будь по-твоему.

По лицу Кейт расплылась улыбка победительницы.

* * *

— Ну вот на хера ты это сделал, Матвей⁈ — Рука Дэна стиснула плечо собирателя.

Вся команда поднималась на борт «Титана», готовясь к последней короткой поездке внутри его просторного салона. Каждый имел при себе пухлый рюкзак с купленной провизией: еда, патроны, тёплая одежда.

— Я обещал тебя вытащить отсюда. — Матвей коснулся поручня и подтянулся на последнюю ступень. — И я сдержал своё слово.

— Да, но…

— Лучше бы тебе прикусить язык и залезть внутрь, — холодно произнесла Надя, возникнув за спиной американца. Она бережно прижимала к груди малыша Йована, завернутого в толстые меховые шкуры. — И еще я крайне настоятельно советую тебе с этой самой минуты начать оправдывать этот обмен между мэром и Матвеем, желательно действиями.

Пихнув ошеломлённого Дэна в плечо, она поднялась внутрь.

— Постой-ка… — прошептал он, голос его сорвался до едва слышного хрипа. — Это у неё там в руках… — Он судорожно сглотнул, словно сама мысль застряла поперек горла, не желая превращаться в слова: — … младенец?

Матвей кивнул.

— Откуда чёрт подери… — выдавливал из себя шериф.

— Расскажу всё по дороге, — предугадал его вопрос Матвей и протянул руку. — Но если тебе и дальше хочется вывозить тонны дерьма за местными, я тебя не держу, можешь идти.

Дэн взглянул на протянутую ему ладонь, обернулся в сторону жилых блоков, проходящих мимо зевак, кружащих в небе поморников.

Не сказав ни слова, он принял предложение Матвея и залез внутрь.

— Эй, мистер Шутер, — окликнула его Арина внутри вездехода. — Кажется, это принадлежит вам.

Веки Дэна слегка дрогнули при виде его шестизарядного револьвера, лежащего на маленькой ладони Арины, из-за чего он казался ещё более угрожающим.

Медленно протянув руки к оружию, Дэн принял его из рук девушки с выражением неподдельного трепета.

— Только он разряжен, — объяснила Арина.

Дэн понимающе кивнул.

— Спасибо.

Матвей тем временем последовал к водительскому месту. Усевшись поудобнее, он коснулся пластикового руля и провёл пальцем по приборной панели, оставив чистую дорожку среди тонкого слоя пыли.

— Поехали? — послышался голос Лейгура сбоку. Исландец уже занял место на переднем сиденье.

Матвей нажал на кнопку старта, и «Титан», протяжно зарычав, пробудился от длительного сна. Одна за другой загорелись панели: загруженная во внутреннюю память карта местности, радиолокатор для обнаружения расщелин, индикатор заряда аккумулятора, застывший на отметке 34% и ещё много других, неизвестных ему своим назначением экранов.

«Жаль, здесь нет Домкрата, он объяснил бы за что здесь отвечает каждая кнопочка — пронеслось в голове собирателя».

Он перевел рычаг автоматической коробки в режим DRIVE и нажал на педаль газа. Медленно и, не спеша, они ехали по улицам «Мак-Мердо».

Десять минут спустя, прошедшие в гробовой тишине, они прибыли к гаражам. Там их уже ждала собравшаяся в кучку толпа механиков, разглядывающая «Титан» словно диковинного зверя, прибывшего с далеких земель. Один из них, уже знакомый Матвею старший механик Генри Хикс, махал ему рукой, указывая место для парковки в гараже.

Матвей осторожно въехал куда показали и заглушил двигатель.

— Ну, вот и всё… — выдохнул он и обернулся через плечо к сидевшим позади. — Выходим. Ничего не забудьте.

Лейгур взял на себя ношу в виде трёх винтовок и ящика магазинов, оставшихся в вездеходе ещё с тех времен, когда они бросили его неподалеку от Медвежьегорска.

Встретивший их снаружи мистер Хикс в окружении своих подчинённых вяло поприветствовал Матвея, при этом не отрывая очарованного взгляда от неожиданно преподнесённого ему подарка.

— Да это ж чёртов танк, ей-богу. Сроду таких не видывал!

Матвей почувствовал, что самым лучшим решением будет скорее со всем этим покончить и отправиться в путь.

— Где вездеход? — спросил он.

— Так вот он стоит, ждёт вас.

Хикс указал в сторону гусеничного вездехода, чьи размеры были в два, а может, и во все три раза меньше «Титана». На передней части корпуса виднелись уродливые разводы ржавчины. Покорёженный передний бампер выглядел хлипко и наверняка мог отвалиться от лёгкого толчка ногой. Но самым неприятным была длинная трещина, рассекавшая лобовое стекло от края до края — бессовестно залатанная толстыми полосами почерневшей от мороза изоленты, которая, казалось, была приклеена там ещё со времен Адаптации.

— Её звать Марта, — горделиво произнёс старший механик. — Понимаю, видок у неё слегка потрепанный…

— Слегка? — Арина нахмурила брови. — Да она хоть сможет за пределы станции выехать и не сдохнуть?

— Не говори так! Я тебе больше скажу: если завтра вдруг ледниковый период накроет всю нашу планету и все воды на планете покроются коркой льда, Марта без единой поломки доберется отсюда до самой Гренландии! Говорю вам, не нужно судить её по внешности. Главное — что внутри!

— А мы туда вообще все влезем? — послышалось сомнение Дэна позади.

— Мы с ребятами уже её приготовили, провели техосмотр, зарядили на соточку. Ах да, и еще положили две батареи, по приказу мэра. В мешке, на переднем сиденье.

— Как щедро с её стороны… — прыснула сарказмом Арина.

— Что на счёт кислородных баллонов? — вмешался Матвей.

— Всё сделано. С кислородом у нас всё очень строго.

Матвей сделал себе пометку в голове: прямо сейчас проверить датчики давления в кислородных баллонах. Без этого они просто не пройдут через Антарктическое плато. Высота там — свыше трёх тысяч метров, и кислорода в воздухе ощутимо меньше.

— Ну… — Хикс хлопнул его по спине. — Если ко мне вопросов больше нет, желаю тёплой дороги!

И поспешил к остальным механикам, которые, подобно стервятникам, окружили «Титан». Наблюдая за их возней, Матвей не мог избавиться от щемящего его сердце чувства святотатства: ступая внутрь вездехода, все эти люди словно нарушали неписаный траур, оскверняли капище скорби. Их суетливые руки, громкие голоса и тяжелое дыхание безжалостно изгоняли призраков прошлого из салона вездехода, ставшего для Матвея чем-то большим, чем просто транспортным средством — молчаливым свидетелем событий, которые он ещё не скоро забудет. А может быть, и вовсе не забудет никогда.

— Ну что ж, — с горькой досадой произнёс Матвей. — Идём.

Внутри «Марты» было два ряда сидений, разделенные узким проходом. Восемь мест, не считая водительского и переднего, тесно прижимались друг к другу. У входа находилось несколько оружейных шкафчиков. Крышу и стены покрывал дополнительный утеплитель.

Матвей сел на корточки и проверил наличие баллонов под сиденьями — на месте. Коснулся сенсорного и исцарапанного экрана каждого из них, всех восьми штук, и проверил показания. Хикс не соврал, все они были под завязку наполнены кислородом, давление в норме.

— Я эту рухлядь им в задницы затолкаю, если она сейчас не заведется, — предупредил Дэн.

Когда внутрь зашла Надя, Матвей коснулся её локтя.

— Слушай, я должен тебе кое-что сказать.

Он указал ей на ближайшее сиденье. Женщина села, придерживая плотно укутанного малыша. Его большие и выразительные глаза смотрели на Матвея, отражая тёплый свет лампы.

— Что такое? — сказала Надя.

Матвей немного помедлил, подбирая слова.

— Путь к «Прогрессу», который нам предстоит преодолеть, проходит через Полярное плато, расположенное на высоте от двух с половиной, до трёх тысяч метров. — Он оглядел всех собравшихся рядом. — Все мы, так или иначе, почувствуем нехватку кислорода. У кого-то это пройдёт быстро, а кто-то не сможет даже уснуть. Некоторые из нас, как мы с Ариной, перенесем её проще, поскольку всю жизнь провели на высоте более трёх тысяч метров, тогда как у других может возникнуть одышка, тяжесть в голове, шум в ушах…

Его взгляд медленно упал на малыша, как бы намекая на причину всего этого разговора.

— Йовану будет особенно тяжело, Надь. Ему может не хватать воздуха, а потому… — он хлопнул по баллону под сиденьем, — ему придётся дышать через маску.

Надя отвела взгляд в сторону, её челюсть дрогнула.

— Может, нам стоит переждать здесь ещё немного? — предложил Эрик. — И добраться до этого самого «Прогресса» по воде?

— Я обдумывал эту возможность, ещё вчера, — сказал Матвей, ожидая подобный вопрос. — Но единственный на сегодня корабль в порту «Мак-Мердо», способный преодолеть путь отсюда до «Прогресса», это наш «Туман». Но, как вы все наверняка слышали, он нуждается в капитальном техобслуживании, а на это уйдёт уйма времени. Времени, которого у нас нет.

Матвей прочистил горло и продолжил:

— Кейт права, совсем скоро сюда заявиться Братство. Может это случится уже завтра, кто знает? В любом случае, сидеть и ждать их здесь я не намерен. Смею предположить — никто из вас не намерен.

Все тихо кивнули.

Матвей положил ладонь на малыша и почувствовал его тепло. После он взглянул в глаза Нади:

— Мы не сдвинемся с этого места ни на метр без твоего согласия. Если ты не хочешь подвергать риску Йована, то мы останемся здесь, попробуем поискать другие пути…

— Другие пути… — прошептала Надя и пальцем коснулась по лбу малыша. — Думаешь, здесь где-то неподалёку завалялся вертолёт? Потому что как по мне, единственный «другой путь» мог бы пролегать только по воздуху.

Матвей ухмыльнулся. Да уж, сейчас бы вертолёт им пришёлся бы как раз кстати. Жаль только ни одна станция в Антарктиде ими не владела.

— Плыть по морю — риск. Ехать на вездеходе — риск, — продолжала Надя, поглаживая большим пальцем малыша. — Скажи мне честно, Матвей, когда любой наш путь не сопрягался с риском?

— Пожалуй, никогда, — не задумываясь, ответил он.

— Никогда… — подтвердила она.

В салоне нависло понимающее молчание. Все расселись по местам и выглядели так, будто погрузились в глубокие воспоминания.

— Эти баллоны в норме? — Надя взглядом указала на один из них.

— Да, — ответил Матвей.

— А маски?

Собиратель взял одну из них, повертел в руке, осмотрев со всех сторон. Другие тоже взяли с него пример, и каждый проверил баллон под своим сиденьем.

— Всё в порядке, — заключил он и посмотрел на остальных, в ожидании замечаний. Никто не сообщил ни о каких дефектах.

Надя набрала воздуха в лёгкие.

— Ну раз так… — выдохнула она, — предлагаю выдвигаться.

Матвей подошёл к месту водителя, сел и нажал на кнопку старта. К счастью, «Марта» издала уверенный и грохочущий звук. Волна ощутимой вибрации пронеслась по салону.

Матвей взглянул на панель управления: никаких наворотов. Только спидометр, шкала заряда (Хикс не обманул, она показывала 100%) компас на торпеде и закреплённая на цепочку бумажная карта восточной части Антарктиды с нанесёнными карандашом метками.

Лейгур вновь занял переднее место, предварительно проверив наличие в мешке двух батарей.

— Заряжены полностью, — ответил он на вопросительный взгляд Матвея и втиснулся в крохотное пространство, подперев ноги в коленях.

Маша подошла к Матвею и положила руку на плечо.

— Как думаешь, доберемся мы на… «Марте» до «Прогресса»?

— Надеюсь, — не скрывая сомнения, произнёс Матвей. — Но поскольку нам по пути, сперва мы зайдём домой. На «Восток».

Матвей оглянулся через плечо. Арина стояла позади, и в её карих глазах он увидел тихое, но твердое согласие.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.