Утром в академию мы едва не опоздали, а всё потому, что до упора ждали курьера с документами от Ясенева. Еще вчера я связался с ним и озвучил проблему по поводу ношения знака Чёрной Сотни. Нужно отдать должное начальнику ОМЧС: он с пониманием отнёсся к моей просьбе и оформил соответствующие документы о включении меня внештатным консультантом его ведомства и о прохождении мной альтернативной военной службы. Причем принятие на службу было обозначено задним числом, с момента моей первой командировки в Попигайский кратер.

Но, что меня ещё больше удивило, так это то, что мне передали сразу два комплекта документов. Когда я открыл второй конверт, оказалось, что Эльзе также подтвердили право ношения на соответствующий знак. Я отдал сестре бумаги и наблюдал за тем, как меняется её выражение лица: в глазах сестры плескался восторг, она едва на месте не подпрыгнула от новостей.

— Ты представляешь, за то, что наша больница во время нападения австрийцев на столицу принимала раненых и аристократов, и обычных жителей, её включили в имперский стратегический резерв лечебных и рекреационных ресурсов, а всем участвующим лекарям сделали пометку в личных делах о прохождении альтернативной военной службы!

Меня, честно говоря, подобное не радовало. Это означало, что в случае начала войны Эльза так или иначе тоже должна будет служить. Другой вопрос, что лекари в любом случае призывались на военные действия, но в первую очередь всё-таки мужчины.

Правда, здесь больше решал не пол, а уровень личной силы: если Эльза станет лекарем-архимагом, она даст фору любому, и её будут призывать в первую очередь. Оставался только один вариант, как избежать постоянных рисков — это сделать её императорским лекарем, в крайнем случае личным лекарем принцессы. Обдумывая эту мысль и так и этак, я решил, что со временем нужно будет походатайствовать на сей счёт.

С другой стороны, подобный комплект документов мог означать и кое-что другое: что принц каким-то образом узнал о нашем демарше со знаками Чёрной Сотни и решил защитить кандидатку в невесты. Мы с бабушкой пока не сообщали Эльзе о подобном варианте, не желая её к чему-либо обязывать.

Так из особняка в академию мы летели на всех парах. Нет, можно было, конечно, открыть портал, но подобным образом афишировать собственную возможность телепортации я не хотел, ведь мне ещё с принцем как-то нужно было пообщаться.

В итоге на первую лекцию по МИМу (Магической истории мира) мы с Эльзой чуть не опоздали, вбежав в аудиторию едва ли не за секунду до звонка, обозначающего начало занятия. Стоило сесть на своё место, как тут же в аудитории материализовался никто иной, как Капелькин. Уж не знаю, как так вышло: он будто из воздуха соткался, а вернее, из небольшого облачка, собравшись каплями перед замершей в шоке аудиторией.

— Молодые люди, как вижу, знаки у вас на месте, — обратился он к нам. — Прошу документы, подтверждающие их ношение.

Отдышавшись, мы с Эльзой передали соответствующие конверты, которые Капелькин вскрыл сразу же на месте, пробежался взглядом, кивнул кажется самому себе, а после улыбнулся — даже как-то светло и радостно, что ли.

— Очень рад, что у нас появилась достойная смена, — кивнул он. — Если не против, это я передам в ректорат для того, чтобы не возникло дальнейших вопросов.

Мы с Эльзой кивнули, и Капелькин исчез тем же способом, что и появился, буквально разлетевшись на множество брызг.

— Обалдеть, — произнесла Эльза, отмерев. — А он точно перестал быть архимагом?

Впечатление наш куратор произвёл не только на Эльзу, но и на всех остальных. Кажется, если и до этого к нему относились с соответствующей толикой уважения, то после подобной демонстрации силы — и подавно. Я же напомнил себе, что необходимо поговорить с бабушкой насчёт Капелькина. Всё-таки личность весьма интересная, и мне хотелось знать его историю.

Тем временем Магическую историю мира к нам явилась преподавать длинноногая блондинка в обтягивающих брючках и корсете поверх белой блузы. Тонкие высоченные шпильки цокали по мрамору, а вслед за дробным перестуком нас накрыло сладковатым цветочным ароматом её духов. Будто в летнюю ночь в степи решил заночевать.

Выглядела блондинка с гривой мелких кудряшек столь сногсшибательно и сексапильно, что мужская половина курса принялась ронять слюну, а женская — окидывать её ревностными взглядом. Даже Эсрай и та с восторгом произнесла:

— Вот это женщина! У нас бы такую горцы оторвали с руками и ногами. Да даже бы украли! Такая нарожает дюжину богатырей и с лёгкостью станет матриархом клана!

Чувствуя искреннее восхищение, я, тем не менее, не мог соотнести миниатюрную блондинку с дюжиной богатырей, потому перешёл на магическое зрение.

— Вот это да! — тихо присвистнул я от открывшейся картины.

Оказалось, что под столь сногсшибательной внешностью скрывалась личность не менее оригинальная, чем тот же Ражев. Интересно, они не родственники, если выбрали одинаковые иллюзии внешнего вида?

А тем временем преподавательница представилась:

— Иллюмова Маргарита Семёновна. Под моим чутким руководством вы будете узнавать некоторые скрытые страницы Магической истории мира. А их, поверьте, хватает.

— Ой, да что вы нам можете рассказать такого, чего не рассказали нам клановые историки? Уж такой предмет, как МИМ, вообще непонятно, для чего было включать в учебную программу! — выкрикнул кто-то из средних рядов, где уселась основная когорта аристократов.

— Сударь, представьтесь, пожалуйста, — спокойно ответила Маргарита Семёновна, присев на край стола, позволив одежде ещё более соблазнительно обтянуть её стройные бедра.

Я вновь вернулся на обычное зрение, чтобы всё-таки картина была более приятной — видеть, как стопятидесятикилограммовая барышня подобным образом присаживается на стол, было несколько сложновато. Причём я бы не сказал, что Иллюмова была толстой, грузной либо имела лишний вес. Нет, скорее просто складывалось ощущение, что где-то в её родословной отметились тролли. То есть она явно на несколько голов была выше меня и всех присутствующих здесь студентов, если не сказать, что вообще выше всех. И уж не знаю, как она входила в аудиторию, но в оригинальном облике ей необходимо было бы слегка присесть на входе. Посему уж не знаю, кто у неё числился в предках и почему именно так сработали гены и магическая наследственность. Возможно, это и была та самая магическая плата за силу. Но как иллюзионистка, и довольно сильная — я бы сказал, в районе уверенной семёрки по рангу, то есть уверенного магистра, — Маргарита Семёновна вполне имела право выбрать облик, более всего ей нравящийся. Ну, нравилось девушке видеть себя такой в зеркале, никто ей не мог это запретить. А то, что на всю империю сотни три магов видели её настоящую, так воспитание на то и было воспитанием аристократическим, что никто не ходил с транспарантами и не пытался раскрывать её секреты.

— Стеблев Иван Григорьевич, — представился выкрикнувший, однако же при этом горделиво встал и кивнул окружавшим его однокурсникам.

— Так вот, Иван Григорьевич, если вы мне ответите хотя бы на один вопрос из последующих обстоятельно, я готова зачесть вам данный предмет и предоставить вместо моих занятий возможность заниматься профильными магическими дисциплинами.

— А давайте, — хмыкнул Стеблев.

— Когда мир последний раз находился на грани всемирной магической войны?

Стеблев вращал глазами по сторонам, явно сопоставляя имеющиеся у него знания, хмурился, а после ответил:

— Это вопрос с подвохом. За всё время мы ни разу не находились в подобном состоянии. Региональные и даже континентальные магические войны имели место быть, самые крупные из которых касались передела сфер влияния в колониях Северной и Южной Америки. Но войны в обеих Америках никак нельзя было отнести к всемирным магическим, как минимум потому, что та же Российская Империя в них не участвовала.

— Если опираться на официальные текущие исторические источники, то в целом сударь Стеблев ответил верно. Однако же вы потому и обучаетесь в столичной магической академии, что здесь даётся несколько более широкое понимание внутренних мировых магических процессов. Так вот, судари и сударыни, на пороге последней мировой магической войны мы с вами находились примерно век назад.

В аудитории зашумели. Эсрай лишь вздёрнула бровь. Я же, отчего-то, вспомнил совсем недавно посещённый кошмар Светлова с запечатыванием границ империи от некой ядовитой дряни.

— Кто мне сможет сказать, что происходило в этот период в истории нашей империи?

— Конец Эпохи завоеваний!

— Экспансия в Пустоши!

— Стычки с японцами!

— Отстаивание Аляскинских североамериканских колоний…

Студенты высказывали предположение одно за другим.

— Создание могильников и кратное уменьшение количества русских архимагов, — произнёс я едва слышно, но Иллюмова меня услышала.

— Вы все абсолютно правы, но один из вас высказал ключевую для Российской империи тенденцию, и я повторю её: кратное уменьшение количества русских архимагов вследствие создания системы оборонительных рубежей на границе с пустошами в виде могильников.

— Но это касалось только нашей Империи. О какой всемирной магической войне могла идти речь? — возмутился всё тот же Стеблев, так и не севший на своё место.

— А как вы, сударь, думаете, оказавшись на краю пустошей, мы продолжили экспансию туда? Либо же пустоши попытались осуществить экспансию вглубь нашей Империи?

— А какая разница?

— Большая, — заметила Иллюмова, а после создала визуальную иллюзию.

Выглядело это как мираж, очень качественный, однако же показывающий накатывающую волну за волной ядовитую хмарь, которая пожирала, разъедала тела самых обычных людей; как воевали с ней архимаги; как за ними оставалась тактика выжженной земли; как они отступали к горам и вновь отвоёвывали с помощью магов воздуха крупицы земли, выстраивали оборонительные сооружения; как из хмари появлялись всевозможные твари, одна страшнее другой — химеры Кхимару были по сравнению с ними лапочками.

— Официально об этом не упоминается нигде, но около века назад подобная дрянь начала накатывать волнами не только на Российскую империю, но ещё и на китайцев, персов и османов…

— И всё равно это тянет только на континентальную магическую войну, — упёрся Стеблев рогами, которых у него не было. Но, боюсь, если он будет и дальше выводить Иллюмову, они вполне могут у него появиться её стараниями.

— Соглашусь с вами, сударь. Однако же очаги подобной дряни появились не только на границе с Российской империей. Подобные очаги были и в Африке, со стороны Сахары; в Южной Америке, со стороны Атакамской пустыни; и в Северной Америке, со стороны пустыни Чиуауан.

— Но почему об этом нигде не сообщается? — послышались возмущённые выкрики студентов.

— Именно потому, что тогда же, не только в Российской Империи, но и во всём мире произошло кратное уменьшение количества архимагов. По неподтверждённым данным от общего числа осталась только треть. Сейчас в общей сложности в мире насчитывается порядка двухсот пятидесяти архимагов. Последнее резкое уменьшение их количества произошло не далее как несколько месяцев назад. Их уменьшилось ровно на десять процентов. Никто из вас об этом не знал и не узнал бы, не будь вы студентами столичной магической академии.

При этом Иллюмова взглянула на меня.

— Ну… почти никто.

— Так погодите… — Стеблев не сдавался, обдумывая полученную информацию, — под мировой магической войной имело в виду не борьба между империями, а… с общим врагом что ли?

— Верно, сударь Стеблев. Лучше всего вечно воюющие между собой империи примиряет общий враг. Однако, кто он мы так и не знаем. Существует теория о том, что наш мир самостоятельно регулирует количество архимагов на своей территории, таким образом регулируя общий мировой магический фон. Существует также альтернативная теория о том, что в нашем мире чередуются эпохи развития — магическая и безмагическая, иначе мы бы пришли к застою и магической тирании. Также существует теория, что наш мир является местом для обкатки различных схем развития, как некая песочница, на которой обучаются. Именно поэтому у нас с вами нет ярко выраженных религиозных культов. А те, что есть, обожествляют либо некое явление природы и первостихию, либо некий элемент общей картины мира, как-то: металл, энергия, свет, солнце, вода, тьма и прочее. На следующую лекцию я предлагаю вам поразмышлять над этими теориями и высказаться, написав небольшое эссе о том, какая из теорий вам ближе. Ну а пока, раз всемирная магическая история всё ещё может вас удивить, сударь Стеблов может присесть, а мы же начнём с темы нашего первого занятия.

Иллюмова для преподавания не нуждалась в доске, меле либо чём-либо ещё. Всё это у неё было в голове, и обладание даром иллюзий позволяло ей едва ли не напрямую транслировать всё, что она хотела нам сказать и показать. В воздухе появлялись слова, термины, закономерности; визуализировались таблицы и всевозможные взаимосвязи, схемы. Это было весьма наглядно. Если же кто-то что-то не понимал, тут же появлялась визуализация с разъяснениями. И, как ни странно, к концу занятия увлеклись все. Причём увлеклись настолько, что даже не заметили, как прозвенел звонок.

— Что же, жду ваше эссе на следующее занятие, — завершила свою речь Маргарита Семёновна. — Надеюсь, у вас получится меня удивить.

Блондинка с кровью троллей в родословной царственно выплыла из аудитории. Мы же остались ожидать следующего преподавателя. Пятнадцатиминутный перерыв был достаточен для того, чтобы студенты вновь разбились на несколько групп.

Та же Эсрай тихо прошептала мне:

— От тебя пахнет кровью, смертью и чем-то родным мне, но пока я не могу определить, чем. Предполагаю, что у тебя была весьма плодотворная ночка.

Мы с Эльзой переглянулись, однако же я не стал вдаваться в подробности.

— Что есть, то есть. Провёл вечер в лаборатории у бабушки, — попытался я слегка перевести тему.

— Считай, что поверила, — хитро блеснула глазами Эсрай.

А тем временем передо мной материализовались сразу два конверта, опустившись прямо на парту.

«Да, я сегодня чертовски популярен», — мелькнула у меня мысль.

— Любовные записки от поклонниц? — хмыкнула Эльза.

Я же вскрыл сперва один конверт, запечатанный магической меткой, и оттуда вывалилась всего одна карточка с обозначениями луны и солнца. Теневая гильдия напомнила мне о том, что, вообще-то, я взял заказ на лишение кого-то из их клиентов ночных кошмаров. И поскольку других пояснений не прилагалось, предполагалось, что я должен буду явиться к полуночи для выполнения взятых на себя обязательств.

Что же, я убрал карточку в карман формы, а сам взглянул на второй конверт, который был запечатан старинной сургучовой печатью с оттиском феникса. А вот это уже явно было из канцелярии Его Императорского Величества либо же Его Императорского Высочества.

Вскрыв конверт, я прочитал короткую записку, написанную рукой Андрея Алексеевича:

«Рад, что вы воспользовались подвернувшимся шансом. Загляните ко мне на вечерний кофе. Скажем, в 18:00».

Сие недвусмысленное приглашение означало, что пора мне отчитаться по проведённой операции в разрезе устранения Светлова и Юкионны. Хотя бы в этот раз за мной не явились с группой быстрого реагирования, и на том спасибо.

Ещё одно занятие по теории оказалось не менее интересным, чем магическая история мира. Нам рассказывали про экономические базисы развития империй и о необходимости сохранения стратегических имперских ресурсов, за которые так или иначе периодически возникали войны. Передел сфер влияния обычно был не столь критичным, однако же, в разрезе той же мировой истории приводились примеры разорванной на части Скандинавии и постоянного передела колоний в двух Америках. Наши постоянные стычки с Японией также приводились в пример.

— Кто мне сможет сказать, почему Курильские острова так важны для нашей империи? — задал вопрос сухонький старичок, совершенно лишённый каких-либо магических сил.

Я, честно говоря, не ожидал увидеть подобного преподавателя в столичной магической академии. Однако же, вспомнив про Костомарова, который весьма успешно вёл раскопки на чужие средства, защитил несколько диссертаций и был известным учёным, подумал, что в принципе и такое имело место в нашей империи. Всё-таки определённое равенство возможностей не просто декларировалось, а предоставлялось для подданных, стремящихся заниматься наукой. Причём я заметил, что самородки из простых, небогатых слоёв населения с восторгом взирали на старичка, едва ли не заглядывая ему в рот, ведь для них он был примером того, что в люди можно выбиться, даже не имея магического дара. Что уж говорить про них, которых судьба одарила гораздо более щедро, чем его.

Что же касается Курил, то наш курс принялся предлагать всевозможные варианты ответа, начиная от рыбного промысла, стратегических военных баз и даже банальной территории для жизни. Земли в Японской империи всегда не хватало, сколько бы ни занимались маги земли расширением территории страны восходящего солнца, наращивая острова из-под воды… Однако же это явно были не те ответы, которые предполагал от нас услышать преподаватель по международной ресурсной экономике.

— Что ж, все ответы безусловно интересные и даже имеющие под собой некое зерно истины. Поэтому вот вам задание: каждый на следующее занятие должен предоставить небольшое эссе на тему основных ресурсов Курильских островов, являющихся предметом извечного спора между Российской и Японской империей. В исторический экскурс вдаваться не стоит, одной странички будет достаточно. Если вы сможете заглянуть на перспективу от обладания данным ресурсом в контексте ближайшего полувека либо века, было бы прекрасно.

Вот что мне в целом импонировало в процессе местного преподавания: что, кроме того, что нам что-то рассказывали и показывали, нас заставляли думать, отстаивать собственную точку зрения. И, надо сказать, за всё время обучения, во всяком случае за первый день, я ни разу не слышал, чтобы кто-либо нас осадил либо полностью отверг то или иное мнение. Наши мнения принимались, но нас продолжали стимулировать к размышлениям. И если в начале у меня были мысли попросту взять индивидуальное задание у преподавателей и после сдать экстерном те или иные предметы, то сейчас я заинтересовался всё-таки нахождением в академии. Тем более что теоретических занятий у нас было всего два в день, после обеда — одно или несколько практических, но в моём случае одно, после чего я мог отправляться домой и заниматься делами, в том числе занимаясь с Кхимару и бабушкой дома.

В этот момент я даже слегка запнулся: а ведь у Эльзы, вполне возможно, занятия будут заканчиваться значительно позже. А это значит, что ей необходимо будет выделить дополнительную охрану, чтобы она всегда чувствовала себя под защитой. Сегодня же я подумал, что дождусь её, а уже на завтра озабочусь этим вопросом.

Направляясь на обед в общий ресторан, располагающийся в отдельной башне с прозрачными стенами и потолком, больше напоминающей зимний сад с обилием зелени, всевозможных цветов и журчащих фонтанчиков, я задумался над тем, что как-то всё происходящее обучение происходило слишком «лампово».

Боги, откуда вновь такие слова в памяти всплывают?

А где же попытки выделиться, где же попытки спровоцировать, установить иерархию? Ведь здесь количество аристократов на квадратный метр било все рекорды столицы. Я в принципе не мог поверить, что всё и дальше будет проходить спокойно. Однако же то ли наша группа в составе Эльзы, Эсрай с собственной свитой и парочки оборотней Эраго, постоянно находившихся в зоне видимости, действовала отпугивающим образом, то ли пока, получив подтверждение ношения наших знаков Чёрной Сотни, от нас решили временно отстать и подыскать других жертв для травли.

К сожалению, второе предположение оказалось верным.

* * *

Трай смотрел на сына и не мог выдавить из себя и слова ругательств — как минимум потому, что это его воспитание сделало Юрдана таким, какой он есть. Сын вырос на историях о том, как отец выкручивался и выживал не раз, жертвуя собой ради близких. И потому Юрдан последовал примеру отца.

«Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива», — всплыла в памяти Трая поговорка из соседнего мира. Да и Юрдан тоже прекрасно осознавал, какой будет реакция отца, поэтому даже не пытался оправдываться.

А ведь самому Траю было ой как не по себе, когда он почувствовал, что оборвалась нить жизни сына. Более того, всем его жёнам пришлось выдержать нешуточный напор озверевшего отца. И когда спустя долгих восемь минут Юрдан открыл ошалевшие глаза, Трай готов был задушить сына собственными руками. Но ничего делать не стал, просто плюнул и ушёл сперва разбираться с Ковчегом, получив самый простой ответ:

— Принцип рациональности. Ты сам его во мне воспитал, создав из собственной крови. Предложенный Юрданом вариант был рациональным и, самое главное, осуществимым — в отличие от твоих вариантов и вариантов твоих друзей. Поэтому да, я на это согласился.

— А если бы он не вернулся?

— Оставалась копия души, которую я должен был подселить в тело твоего сына. Он специально прошёл повторное сканирование памяти перед уходом. Он знал, на что шёл. И никто бы не заметил подмены. Никто.

— Я! Я бы заметил подмену! — Трай рычал, даже не пытаясь сдерживать эмоции. — Я почувствовал, как оборвалась нить жизни собственного сына. Я покинул Чертоги Высших, словно пробка из бутылки с игристым вином, думая, что кто-то покусился на Юрдана. Мало мне было тебя, так ещё и Тэймэй, Света и даже Ольга — все на его стороне.

— Потому что это реально сработало, — был короткий ответ Ковчега.

Вот и сейчас Трай смотрел на Юрдана, который сидел напротив него в кабинете в Башне Крови. И мужчины рода Эсфес сверлили друг друга взглядами. Не хватало Райо, но он не стал вмешиваться в разборки Трая с сыном, высказав всего лишь и без того очевидный факт:

— Он весь в тебя, чего ты хотел? Чтобы он продолжал бездействовать? Не только ты можешь сворачивать горы. Ты слишком недооцениваешь сына.

Поэтому Трай с Юрданом вот уже несколько минут играли в гляделки. Трай внутренне признавал правоту своей семьи, но никому бы не пожелал пережить то, что он пережил, находясь в Чертогах Высших и ощутив смерть сына. Задавив в себе все рвущиеся наружу упрёки, Трай задал всего один вопрос:

— Как он там? — которым, кажется, прорвал плотину. Взгляд Юрдана засветился восторгом, и он принялся рассказывать в подробностях и красках всё, что успел заметить за короткую четырёхминутную встречу с неожиданно обретённым «братом».