Все изменилось.

Я был зол, да куда там…в настоящей ярости, когда узнал, что мне сделали операцию. Узнал, что моя жизнь изменится, превратиться в жалкое подобие прежней жизни.

Но я, черт возьми, ошибался. Я не мог испытывать ничего кроме благодарности, когда трахал Мику, и не только…

Каждый раз, когда это происходило, я обещал себе, что это в последний раз. Думаю, она тоже.

К тому же считал себя настоящим обманщиком и даже тем, кто отчасти причастен к потери Мики – она не рассказывала мне о Доминике. Но я видел, что она носит его кольцо.

Носит. Звучит жутко, но я ревновал ее даже к человеку, которого больше нет, и чье сердце теперь стучит у меня в груди.

Нет, это не чувства. Это эгоизм. Я просто хочу девушку и пока хочу – получаю ее. Хотя, конечно, Мика ведет себя так, будто в любую секунду может встать и уйти. И она может сделать это.

Она не как все эти телки, которых и ботинком из дома не выгонишь. Несмотря на то, что слабая, очень уверенная в себе и самодостаточная.

Она – девушка с характером.

Я пришел в больницу к моему врачу Эрику Старку – на этот раз не на плановую проверку. В последние разы, когда я приходил он был очень доволен моим здоровьем и тем, как мое сердце прижилось в грудной клетке.

А я в очередной раз ему нагрубил, вел себя, как последний ублюдок…винил его в том, что он спас меня.

У меня до сих пор двоякие чувства по-поводу всего этого, но теперь, когда я понял, что я живу…

Я дышу, я занимаюсь любим делом, я трахаюсь с самой охеренной девушкой в мире…как я мог жаловаться?! Как я мог вести себя, как такое дерьмо? Думать, что без дозы «белого» и травы в затхлых притонах, моя жизнь никчемна?

Она была никчемна до дня, когда мое сердце остановилось. Кажется, все самое гнилое в тот момент во мне умерло, но «зерно» – осталось. Я был прежним. Но я мог держать себя в рамках, во всем, что не касалось Мики и боев.

Я был сильнее.

– Был не прав, – сказал Старку, залетев в его кабинет. Линдси, его медсестре, которой от меня тоже досталось, подарил цветы. Ему оплатил номер люкс на озере Тахо. Я знал, что у доктора Старка есть семья – будет повод выбраться куда-нибудь вместе. Джек вечно жаловался, что у него почти нет выходных…кажется, некоторым врачам нужен основательный повод, чтобы передохнуть хотя бы пару дней.

И мистер Старк, и Линдси смотрели на меня так, будто перед ними теперь стоял призрак. Находиться тут больше у меня не было сил. Это была моя благодарность.

За спасение моей жизни.

В коридоре больницы я встретился с Джеком. Он выглядел очень обеспокоенным, впрочем, неудивительно: он же врач.

– Джек, встретимся в «Арене»? – спросил, останавливая его в холле.

– Да…знаешь, конечно, – растерянно ответил он, оглядываясь по сторонам. – Вот черт…

– Что-то случилось?

– Нет. Все в полном порядке, – быстро отозвался он, но тут к нему подлетели две маленькие девочки.

На вид им было лет пять обоим. Похожи, как отражение друг друга. На первый взгляд они не имели ничего общего с Джеком, но глаза…

– Папочка! Возьми нас с собой!

– Да, мы очень хотим посмотреть, как наш папочка спасает дядь и теть!

– Папуляяяяя, ну, пожалуйста, – канючили девочки, прижимаясь к его ногам.

Я не мог скрыть своего удивления. ДЕТИ?! Что они делают в больнице?

– Пэм, Кейси…вы же обещали слушаться медсестру Маргарет…куда вы от нее убежали? У меня очень много дел, – он обратился к девочкам, а потом посмотрел на меня, пожав плечами. – Няня заболела. Не смог оставить их одних дома.

Одних?! А их мать?!

Не тактичный вопрос не посмел слететь с моего языка.

Ситуация мгновенно усугубилась, когда в коридоре больницы появилась Лили – оделась она сюда так, будто собралась на свидание, а вовсе не на прием к врачу.

– Ох, доктор, я не ожидала вас здесь увидеть… – она с вежливой улыбкой подошла к нам и смерила меня взглядом, который я мог перевести, как «держись подальше от моей подруги, мразь, или сделай ее самой счастливой.»

– Как вас зовут, тетя? – спросила одна из малышек в синем сарафане. Девочек можно было отличить только благодаря их одежде разных цветов и разным прическам.

– Лили… – девушка переводила взгляд то на меня, то на Джека, то на девочек.

– Ну, что ж, мне пора, – я решил не мешать этой парочке. У Джека я потом узнаю, почему он скрывал, что у него есть две дочки. Может, он этого и не скрывал, но по крайней мере не трубил об этом всем подряд. Я не видел кольца на его пальце, да и судя по тому, что он иногда позволяет себе ходить в клуб…он точно не женат. Джек – отец одиночка?

Вполне может быть.

Лили схватила меня за рукав, когда я попрощавшись, намеревался уйти.

– У меня к тебе есть разговор, Миллер, – она взялась за меня мертвой хваткой и поглядела так, будто я враг номер один в ее жизни. – Если она прольет из-за тебя хоть одну слезинку…

– Уже пролила, – усмехнулся, одернув руку. Какого черта, она учит меня жизни?

– Я серьезно, Миллер. И не вздумай натворить глупостей. Лучше вообще их не начинай. Мика потеряла мужа, а ты раскромсал ее сердце на кусочки в школе. Слишком много несчастий для такой прекрасной девушки, не находишь?

– Разберусь сам. Отвали, хорошо? Я знаю, что делаю.

– Я не сомневаюсь. Я слежу за тобой, Миллер.

– Лучше устрой свою личную жизнь, – парировал я, от чего Лили прищурила веки.

– Завтра у нее день рождения, празднуем в конце недели. Это я так. Считай, что тебе помогаю, – она хмыкнула и с очаровательной улыбкой, повернулась к Джеку.

– Так это твои малышки? – нежно пролепетала она, и это было последнее, что я услышал.

Вот черт! День рождения. Не умею делать подарки, да и некому было их делать. Единственное, что я могу подарить Мике – это несколько оргазмов за ночь. Озадаченный этой новостью, я уселся в машину и посмотрел на дату.

Пятое мая. Ее день рождения.