Как только я услышал ее последнюю фразу, я резко сдвинул Мику к своим бедрам. Сел, придерживая ее за талию. Взял в руку влажный после шикарного минета член и уперся им в ее дырочку.

– Майкл, ну…

– Сдаешься? – сил моих не было уже терпеть, но я не мог остановить эту игру.

– Не сдаюсь, но… – она сама начала опускаться на меня, и тут уже у меня отключился разум. Черт возьми, какая узкая. – Умоляю тебя, возьми меня.

Мика очень пожалеет о своих словах. Знаю, что пожалеет. Возможно, она сделает вид, что не говорила их. Плевать.

Одним мощным ударом я вхожу в нее по самые яйца. Она кричит, принимая в себя мои размеры.

– Твою же мать… – нет слов, одни ругательства и комплименты этой девушке. – Такая горячая.

– Да…мне так приятно, – щебечет она, сквозь рванные стоны, от чего мне самому хочется стонать. Но я рычу и единственное, о чем жалею, когда хватаю ее за упругие сиськи, так это то, что не вижу, как они трясутся, и ее…глаз. Я хочу видеть лицо Мики. Хочу видеть, как она кончает на моем члене, захлебывается от удовольствия, которое я ей доставил.

– Малыш, давай, попрыгай хорошенечко, – я толкаюсь в нее, чувствуя, как она вращает своими бедрами, а потом разгоняется и двигается на мне так быстро, что я понимаю, что долго не протяну.

– Да, вот так, маленькая… – я хлопаю ее по заднице, а затем поглаживаю бедра, живот, груди, все до чего могу дотянуться. Все, что попадается под мои пальцы. Она выгибается в моих руках, я чувствую, что она на грани, по ее крикам и вздохам.

Я выскальзываю из нее, от чего она разочаровано хнычет, но через две секунды ставлю ее на корточки и снова погружаюсь в влажную горячность.

– Быстрее, Майкл…быстрее…

– Да, вот так. Все для тебя, моя девочка, – слова вырываются сами собой, и после них Мика с криками начинает сжиматься вокруг моего члена.

Она орет мое имя, ее губы ласкают его, я нагибаюсь к ее лопаткам и захватываю кожу на них зубами, чувствуя, как энергия копится во мне, чтобы взорваться.

– Майкл, Майкл… – спускаю в нее все до последней капли, прижимая ее попку к себе медленными последними, но четкими толчками.

Из груди вырывается хриплый протяжный стон, я не контролирую себя, пока изливаюсь в нее.

Наши тела содрогаются в унисон, пот струится по нашим обнаженным скользким телам.

Несмотря на весь мой многолетний опыт, мне кажется, это самый охренетительный оргазм в моей жизни. Настолько, что я даже выходить из нее не хочу сразу.

Мне кажется, если я этого не сделаю, я снова стану твердым, и мы сможем повторить это…