Однажды Роберт Льюис Стивенсон подозвал своего пасынка Ллойда.

— Смотри-ка, что я нашел! — он развернул перед мальчишкой карту острова.

— Что это? — спросил Ллойд шепотом, и глаза его заблестели. Он давно привык к выдумкам отчима, но сейчас почти поверил в подлинность карты.

Роберт Льюис Стивенсон (1850–1894)

— Остров сокровищ! — тоже; шепотом произнес Стивенсон. И, как последний штрих, начертил на карте крестик. — Здесь зарыты сокровища знаменитого пирата — капитана Флинта!

Так началась упоительная игра, захватившая всю семью писателя и послужившая толчком к созданию книги.

Это было далеко не первое приключение, которое Стивенсон переживал в своем воображении, а затем и наяву. С детства он был болезненным мальчиком

и, лежа в постели, постоянно разыгрывал путешествия и битвы с помощью игрушечных кораблей и солдатиков. В книжке «Детский цветник стихов» он писал:

В Шотландии хорошо знали семью Стивенсонов — дед писателя, его отец и дядя были известными инженерами — строителями маяков. Они построили свыше ста маяков, которые стоят, а некоторые и служат поныне. Отец, Томас Стивенсон, часто объезжал с инспекциями построенные маяки и брал с собой сынишку. Мальчик с жадностью слушал рассказы стариков-смотрителей о морских приключениях и, конечно, о пиратах.

Льюис постоянно спорил с судьбой. Хронический бронхит, а позднее туберкулез — неизлечимая тогда болезнь, с частыми кровохарканьями, — были своего рода «черной меткой», посланной самой смертью. Несмотря на тяжкий недуг, юноша блестяще окончил Эдинбургский университет. В студенческие годы он даже погружался на морское дно в водолазном костюме, чтобы обследовать фундамент маяка. Двадцатилетний выпускник опубликовал в научном журнале статью о маяках. Отец был уверен, что сын пойдет по его стопам, но… Льюис уже ощутил в себе призвание писателя. Он сочинял тайком, вел двойную жизнь, посещал мрачные закоулки шотландской столицы, где собирались люди богемы, темные личности и проститутки. Устроившись в углу за столиком, он записывал свои впечатления. Есть свидетельства, что Льюис полюбил певичку из таверны, тяготившуюся своим положением, и даже хотел жениться на ней. Но викторианские нравы, царившие в семье Стивенсонов, не оставляли ему надежды на одобрение этого брака, а Льюис в ту пору полностью зависел от отца. Однако, скандал в благородном семействе назревал давно: юноша был атеистом, а когда он, вдобавок, объявил о решении стать писателем, отец надолго обиделся на сына.

Капитан Эдвард Ингленд, «гроза Индийского океана» — один из пиратских вожаков, упомянутых в «Острове сокровищ»

С тех пор Стивенсон жил на скромные заработки «подающего надежды литератора», лишь иногда получая денежные переводы из дома. Его болезнь обострилась, в поисках более здорового климата Льюис жил в основном во Франции. Там он познакомился с будущей женой — замужней американкой Франсес Осборн, приехавшей в Европу с двумя детьми. Фанни, как звали ее друзья, была женщиной самостоятельной и отчасти загадочной. В частности, она всегда носила в сумочке револьвер. Таинственность и авантюрность в женщине всегда волновали Стивенсона. Они полюбили друг друга. Но муж Фанни требовал ее возвращения в Сан-Франциско, и ей пришлось подчиниться. Не прошло и года, как Стивенсон поехал за любимой в Калифорнию, а это было по тем временам тяжелое путешествие даже для здорового человека. И он добился своего: Фанни развелась с мужем и стала, наконец, миссис Стивенсон.

Родители нескоро смирились с жизненным выбором сына, отношения долго оставались натянутыми. Только дядя поддержал племянника: «Я сам женился на чертовке и ни разу о том не пожалел».

Лето 1881 года все Стивенсоны провели вместе в горах Шотландии. Туманы на родине предков опять расстроили здоровье писателя, к тому же, шли непрестанные дожди. Вот тогда и возникла таинственная карга Острова сокровищ.

Впоследствии Стивенсон вспоминал, что однажды, разглядывая карту, он словно прочитал названия глав будущей книги. До сих пор он писал только очерки и эссе, несколько раз принимался за романы, но… скоро бросал. Ему как будто не хватало долгого дыхания. Теперь же замысел предстал пред ним так ясно! Да, писателю нужен план, так же как мореходу карта.

Теперь игра и творчество шли параллельно: Льюис и его приемный сын Ллойд фантазировали над картой, обсуждали детали поиска сокровищ, а по вечерам писатель работал над первыми главами рукописи под названием «Судовой повар, или Остров сокровищ. Рассказ для мальчишек». Утром после завтрака он читал написанное всему семейству.

Пиратская карта и замысел новой книги окончательно примирили старого и молодого Стивенсонов — отец с молодым азартом включился в игру. Он и сам любил пиратские истории (да и какой британец их не любит!). Когда писатель дошел до содержимого сундука Билли Бонса, старший Стивенсон схватил перо и с дотошностью морского инженера составил точную опись предметов. Этот список без изменений был включен в рукопись.

Ллойд тоже принимал непосредственное участие в сочинении книги. Еще бы! Он отождествлял себя с главным героем, Джимом Хокинсом. С мальчишеским максимализмом Ллойд потребовал, чтобы в «его» истории не было «девчонок». Исключение было сделано только для одного женского персонажа — матушки Джима.

Во время обсуждения первых глав припоминали, кто что слышал или читал о пиратах. Иногда старый и малый — Томас Стивенсон и Ллойд — спорили, кто из пиратских капитанов был лучшим: Робертс или Морган? С чем идти на абордаж — с кортиком или с абордажной саблей?

Стивенсон сочинял по главе в день, корабль его воображения несся на всех парусах. Главы рукописи печатались с продолжением в журнале для юношества «Янг фолке» — это был первый контракт писателя с солидным изданием. И вдруг — словно попутный ветер сменился мертвым штилем, и судно потеряло ход: писатель, по его собственному выражению, «позорно споткнулся», образы в его воображении потускнели, слова сделались тяжелы, фразы неповоротливы…

Осенью, измученный физически и душевно, Стивенсон переехал в Швейцарию, в знаменитый ныне Давос, который тогда был бедным селением. В швейцарских горах здоровье Льюиса поправилось, дух окреп, и вдохновение вновь посетило его. Он, как прежде, писал по главе в день, и вскоре книга «Остров сокровищ» была окончена.