– Потом я кинула в Соломона яблоко и попала по попе, – щебетала Дафна. – А он, представляешь, даже не повернулся!

– Дафна! – Мадам Буше всплеснула руками. – Как можно?

– Что не так? – насупилась девочка.

– Хорошие девочки так не поступают, – сказала мать. – Кидаться яблоками – как можно?

Дафна слегка опешила.

– Мам, ты чего? Соломон – это слон! Помнишь, мы с тобой ходили его смотреть? Я хотела его угостить, вот и бросила ему яблоко. А он не заметил, эх…

И она сокрушенно вздохнула.

– Слон? – растерялась мадам Буше. – Ох, прости, дорогая, я задумалась. Столько работы: счета, счета, счета. И со всем надо разбираться, у меня от этого мозги набекрень.

Она протянула руку к дочери, но замешкалась и вместо нее погладила лежащую на коленях кошку. Они сидели в номере, за маленьким столиком, заваленным скопившимися квитанциями. Уже битый час мадам Буше пыталась навести порядок в бумагах, но ничего у нее не получалось. Возможно, из-за приставаний дочери, а скорее всего, потому, что она была просто не приспособлена к этой работе. Все, что смогла, – это разложить счета по датам, и теперь ломала голову, стоит ли оплачивать квитанции трехлетней давности или пустить их на растопку. Белые кошки – одна на коленях, еще две на спинке дивана – урчали в унисон. Клара, притаившись в уголке кресла, пила чай из маленькой чашки. Настолько тихая, что в какой-то момент мадам Буше перестала ее замечать. На тонком лице девушки застыло выражение тревожной задумчивости.

– Ты вообще меня не слушаешь! – обиделась Дафна. – Лучше я все Максу… дяде Максимилиану расскажу!

– Обязательно расскажи, – кивнула мадам Буше.

Дафна сердито фыркнула, бросила недовольный взгляд на Клару и вышла из номера. Разве что дверью не хлопнула. Мадам Буше задумалась, переложила пару квитанций с места на место, а затем повернулась к Кларе.

– А тебе, дорогая, понравился слон? – Она натянуто улыбнулась, словно задала этот вопрос исключительно из вежливости и очень того стеснялась.

– Слон? – Клара вздрогнула. – Ах да… Он был большой и… серый.

Она уставилась в чашку. Встреча с Радиком-Цыганом и то, что он рассказал, настолько выбили ее из колеи, что остальной поход в зоологический сад прошел для нее как в тумане. Клара смотрела на тощих тигров в клетке и не видела их, ела сахарную вату и не чувствовала вкуса. Если Дафна ее о чем-нибудь спрашивала, отвечала невпопад. Кажется, сестра на нее даже обиделась, хотя Клара и не помнила, за что конкретно.

Все ее мысли крутились вокруг одной новости: Антуан Варгас жив, и сейчас он здесь, в этом городе. Совсем рядом. Быть может, она даже видела его – среди прохожих на улице, среди людей на вокзале или пассажиров в трамвае.

То, что убийцу ее родителей не повесили, то, что он смог избежать наказания за все свои преступления, казалось какой-то дикостью. Его спасли, вытащили из петли, но кто и ради какой цели? Кому вообще могло понадобиться спасать такого человека? Впрочем – тут она поджала губы – подлецы и убийцы всегда ко двору, а сейчас на них особый спрос.

Оставалось понять, что ей теперь делать. Вот почему она не родилась на сто лет раньше? Тогда бы у нее, как у катлинки, не осталось бы выбора. Либо она перережет Варгасу горло, либо той же навахой вскроет себе вены и навеки покроет свое имя позором. Жить, когда убийца твоей семьи ходит с тобой под одним небом, невозможно.

Но времена меняются… Сейчас нельзя так просто, как раньше, выйти на деревенскую площадь с навахой в руке и вызвать врага на поединок. Божий суд уступил место суду человеческому. Теперь убийца отвечал перед законом – слепой бездушной машиной, перед которой якобы все равны. Старые же порядки уходили в прошлое. Ее собственный отец называл обычай кровной мести не иначе как диким пережитком Средневековья. Клара хорошо запомнила эти слова, сказанные много лет назад, хотя тогда и не понимала, что они означают. Что бы сказал полковник Сильва, если б узнал, перед каким выбором окажется его дочь? Наверное, что-нибудь вроде «иди ослиной тропой» – это старая катлинская присказка о том, что на опасной дороге нужно трижды подумать, прежде чем делать следующий шаг. На ослиной тропе оступиться проще простого, а, сорвавшись в пропасть, назад не вернешься.

Клара сделала небольшой глоток из чашки и поняла, что чай совсем остыл. Иди ослиной тропой… В любом случае, первое и главное – она должна найти Антуана Варгаса, где бы он ни прятался. Хоть во дворце Президента Республики. Найти хотя бы для того, чтобы увидеть его глаза. А дальше катлинская кровь подскажет ей, что делать.

– Ирма…

– Да, дорогая? – Мадам Буше оторвалась от квитанций и, щурясь, посмотрела на Клару.

– Можно вас спросить? Об отце.

– Конечно, милая, – сказала мадам Буше, но при этом явно напряглась.

– Вы же были в его отряде и воевали с роялистами.

– Да. Хотя это была еще та война… Там, на юге, не было больших сражений. Мы больше ползали по горам – от перестрелки до перестрелки, стычки то здесь, то там. Одна шайка бандитов гоняла другую шайку, а потом они менялись местами. И все отличия между ними были только в том, как они себя называли. Роялисты, республиканцы… Некоторые из отрядов по пять раз на дню меняли сторону. Отец твой, правда, был не из таких. Он действительно верил в то, за что сражается.

– Вы знаете, как он погиб?

Губы мадам Буше вытянулись в ниточку.

– Его застрелил Антуан Варгас, роялистский ублюдок, который… Ты же и сама это знаешь. Почему ты спрашиваешь?

– А вы его видели?

– Варгаса? – Мадам Буше покачала головой. – Нет, дорогая, мне повезло. Только на фотографиях из суда. Он выпрыгнул как чертик из табакерки в конце войны, уже после того, как мне пришлось перебраться на север. Объединил под своим началом дюжину недобитых отрядов, и они затеяли какое-то безумное наступление на Лос-Франка. Я не понимаю, зачем? Все уже было решено, у них не было никаких шансов. Но твой отец с отрядом… Им не повезло. Они встретили их первыми, сражались до последнего патрона, но, когда подошло подкрепление, все было уже кончено.

Она замолчала. Было видно, что воспоминания причиняют ей боль, и Кларе стало немного стыдно за то, что она разбередила старую рану.

– А почему ты спрашиваешь?

– Просто вспомнила. Дафна… Она так похожа на папу, вот и…

Мадам Буше кивнула.

– Очень похожа. И такая же упрямая. Если бы не она, не знаю, как бы я пережила смерть Роландо. Утопилась бы в канале, наверное.

Она усмехнулась, но смешок прозвучал слишком мрачно. Клара посмотрела на мадам Буше поверх чашки – та не глядя перекладывала квитанции на столе. Порядок вновь обращался в хаос. Может, стоит сказать ей, что Антуан Варгас на самом деле жив? Наверное, мадам Буше заслужила право это знать… Но Клара промолчала. Не сейчас, потом. Она тряхнула челкой.

– А квартал Мон-Флер далеко отсюда?

Мадам Буше несколько опешила от столь неожиданной смены темы.

– Порядочно. Это на том берегу реки, рядом с доками. Зачем тебе?

Клара пожала плечами.

– Просто услышала: кто-то про него говорил. В трамвае, кажется. Мне название понравилось – красивое.

Мадам Буше хмыкнула.

– Ну да. Только название у них и есть – это такая шутка. Мон-Флер! Там находится пара больших скотобоен, так что запах стоит тот еще. Да и в остальном – настоящая клоака. Там рядом доки и порт, и публика соответствующая: бандиты, шлюхи, контрабандисты, матросы… Даже не думай туда ходить.

– Почему?

– Не хочу искать твой труп на городской свалке, – ответила мадам Буше. – Это если тебе повезет и тебя просто изнасилуют и прирежут, а не продадут в какой-нибудь бордель.

– Приму к сведению.

Клара не стала говорить мадам Буше, что все равно пойдет туда. И пойдет сегодня. Это была единственная ниточка, которая могла привести ее к Варгасу, и упускать ее она не собиралась. Она бы пошла туда, даже если бы это было самое пекло ада. Вот оно – отцовское упрямство во всей красе. Но, похоже, Радик-Цыган не шутил, и ей действительно не помешает компания. Не то чтобы она боялась, но… Ей нужно быть очень и очень осторожной. Идти ослиной тропой. Пока Варгас жив, она не имеет права оступиться. И, кроме того, она не знала дороги.

Клара поставила чашку на столик. Все это выглядело хорошо на словах, на деле же упиралось в одну существенную проблему. Если не одна, то с кем? В Столице Клара не знала никого, к кому могла обратиться за помощью. Кто отважится ради незнакомой девушки на столь рискованное предприятие?

Клара прикрыла глаза. Если подумать, был один вариант. Весьма сомнительный, но попытаться стоило: ночные гуляки, заявившиеся к ней в номер. В конце концов, за ними имелся должок… А если откажут? Тогда Кларе было чем их припугнуть. Старый добрый шантаж – проверенное оружие любой девушки. Гуляки, конечно, не выглядели как надежные телохранители, для этой роли скорее бы подошел кочегар Гюнтер, но чем черт не шутит? Все-таки один из них не побоялся бросить банку с краской в портрет Президента на глазах у жандармов и зеленых рубашек. Чтобы решиться на такой поступок, надо обладать недюжинной смелостью или быть круглым идиотом. И тот и другой расклад Клару вполне устраивал. Ну а его приятель… Это ведь он вчера на ужине заметил дурацкую выходку Шильке и предупредил ее. Клара не могла объяснить почему, но ей казалось, что на него можно положиться и в таком деле, как путешествие на городское дно. В любом случае – два телохранителя лучше, чем один. Предстоящий поход в квартал Мон-Флер обретал зримые очертания.

– Засыпаешь? – с участием спросила мадам Буше.

– Что? – встрепенулась Клара.

Мадам Буше покачала головой.

– Похоже, ты так и не отдохнула с дороги… Или Дафна тебя утомила? Маленькие девочки бывают очень надоедливыми, уж я это знаю.

– Нет, что вы! Нисколечко она меня не утомила! С ней очень легко.

Мадам Буше улыбнулась так, будто не поверила ни единому ее слову.

– Шла бы ты лучше в номер. Тебе нужно отдохнуть. Поспи немножко, это всегда помогает.

– Но я… – Клара задумалась. – Я лучше посмотрю, куда запропастилась Дафна. За этой девчонкой нужен глаз да глаз.

Мадам Буше засмеялась низким грудным смехом.

– Быстро ты освоилась. Из тебя получилась хорошая гувернантка.

– Надеюсь, из меня получится хорошая сестра.

– Даже не сомневайся. – Мадам Буше вздохнула. – Я рада, что ты здесь. Мне сложно объяснить, но у меня такое чувство, что, когда ты появилась, все встало на свои места… Словно у меня были сломавшиеся часы, а потом в них поставили нужную шестеренку, и они пошли заново.

– Спасибо, – сказала Клара.

Честно говоря, она не ожидала таких откровений. Несмотря на радушие и заботу мадам Буше, Клара все еще ощущала некую неловкость. У нее не было выбора, но неприятно чувствовать себя обузой. А слова мадам Буше будто освободили ее – на мгновение она даже подумала, что все и впрямь складывается самым лучшим образом. Но потом она вспомнила о Варгасе.

Клара убрала посуду, погладила напоследок пару кошек и вышла, оставив мадам Буше разбираться со счетами.

Перед лестницей она остановилась – сразу пойти наверх или это терпит? Как ни крути, а с этого шага и начнется ее путешествие в поисках Антуана Варгаса… Но, видимо, она подсознательно оттягивала этот момент. Клара постояла немного, но, вместо того чтобы подняться по ступенькам, пошла по коридору к номеру майора Хенкеля. Старик ведь приглашал ее в гости, хотел что-то показать, так почему бы не навестить его сейчас?