– Парочку жареных паучьих лапок? – спросил папа несколько часов спустя, соблазнительно размахивая над обеденным столом широкой миской.

Изабелла подняла руки и покачала головой.

– Нет, спасибо! Я пас.

– Жаль, ты себя многого лишаешь. Они сегодня на редкость хрустящие. Я жарил их восемьдесят раз. Сначала на новом гриле, затем в термофиксе. – Он вернулся к столу, облетев робота-пылесоса, который парил перед зеркалом.

До сих пор отец уклонялся от ответа каждый раз, когда я заводил разговор о счёте, но теперь я был полон решимости прижать его к стенке. Мне было необходимо знать, что происходит и почему он никак не пойдёт со мной в банк.

Пылесос с тихим гудением облетел обеденный стол. Мама нахмурилась.

– Ты же знаешь, что мне это не нравится, Роберт.

– Да, давай лучше перейдём в режим распределения пыли, – поддержал её дедушка, полируя старинную прогулочную трость.

– Знаю, знаю. Но это только в виде исключения. Моя учительница собирается зайти к нам послезавтра.

– Какой же он шикарный. Вы правда сделали отличный выбор, вы двое, – сказала мама, проводя пальцем по металлическому корпусу КЛИНФЛАЙ. – Мне нравится его цвет, кроваво-красный, как моё свадебное платье… – она мечтательно вздохнула.

– Рад, что он тебе нравится, дорогая, – рассеянно согласился с ней папа и в ужасе распахнул глаза. – Что? Ты только что сказал, что твоя учительница зайдёт к нам послезавтра? Значит, нам придётся принять форму?

– Ага. Фрау Ватанабэ посетит всех учеников класса, – объяснил я.

– Это ненадолго, всего на четверть часа или около того, – вмешалась Изабелла, пододвигая к себе миску с картофелем фри. – Моя мама тоже не в восторге, но что поделаешь.

– Я подумал, что будет неуместно, если фрау Ватанабэ придётся продираться сквозь паутину и… облака пыли. – Я огляделся по сторонам. – Вы же понимаете, Управление по делам несовершеннолетних и всё такое.

– Ты прав. – На мамином лице отразилось беспокойство. Она через стол подтолкнула Изабелле бутылку.

– Это простой кетчуп? – Изабелла с подозрением посмотрела на этикетку.

– Я заказал по интернету, – успокоил её я и налил себе на тарелку огромную лужицу.

Изабелла с облегчением макнула в неё картофель фри.

– Где Лоренцо? – с набитым ртом спросила она. – Он же был здесь.

– Он вместе с Озорником собирался осмотреть городские достопримечательности, – объяснил я. – Но, по-моему, он хочет до смерти напугать прохожих.

– Я его понимаю, – усмехнулся папа. – Иногда полезно выпустить пар. Когда-то я был таким же.

Мне в это верилось с трудом.

– И до тех пор, пока он не играет в азартные игры… – продолжил папа, бросив на дедушку строгий взгляд.

Кстати, о деньгах.

– Что с нашим золотом, пап? – спросил я. – Нам нужно срочно сходить в банк!

Папа поднял руки, давая понять, что не настроен это обсуждать, но меня вдруг поддержала Изабелла.

– Это срочно. К сожалению, пришло уведомление об исполнении.

– Что? – Мама нервно теребила свой кружевной воротничок.

– Они заберут деньги, – объяснил я. – Если мы, наконец, не оплатим кучу счетов.

– Но мы не можем постоянно воплощаться, – возразил папа. – Ещё и твоя учительница вот-вот нагрянет.

– Это важнее. – Как, ну как мне вбить это в его тугую голову?

Мама наклонилась и опустила ладонь на папину руку.

– Давай разделимся, Генри. Мы с твоим отцом останемся здесь и примем госпожу Ватанабэ. А ты послезавтра пойдёшь с Робертом в банк. Тогда тебе не придётся воплощаться дважды.

– Отлично. – Дедушка одобрительно хлопнул в ладоши. – Офелия, ты супермозг семьи.

Папа встал и глубоко вздохнул.

– Так и быть. Я кое в чём признаюсь.

– Генри? – встревоженно спросила мама. Мы с Изабеллой переглянулись, и внутри меня зазвенели все тревожные звонки.

Папа летал по комнате и беспокойно приглаживал волосы.

– Послушайте: я не МОГУ пойти в банк.

– Но мы же только договорились, – выпалил дедушка. – Всё складывается превосходно.

– А вот и нет! – в отчаянии вскричал папа. – У нас больше нет денег. Они закончились, исчезли. Всё, конец, ноль!

– Как это НОЛЬ? – ледяным тоном спросила мама.

Папа опустил голову.

– Мой волшебный трюк в прошлую рождественскую ночь… что-то пошло не так. Совсем не так.

Мама подняла брови. Папин голос сорвался.

– Я уничтожил практически все наши резервы. И обратно мне их не вернуть! Хотя я каждый день стараюсь!

Оконные стёкла зазвенели. КЛИНФЛАЙ подал звуковой сигнал, но его заглушило доносившееся снаружи жужжание.

– На мой взгляд, Офелия – единственный взрослый в этом доме, у которого есть мозги, – проворчал дедушка. Жужжание стало громче, и вся комната наполнилась гулом.

– Это что? Гроза собирается? – удивилась мама, словно забыв о том, в чём только что признался папа. Интересно, это от шока?

КЛИНФЛАЙ снова пришёл в движение.

– Что тут делает этот пылесос? – недоумевал дедушка.

– Чистит, – объяснила Изабелла. – Стирает с комода слой пыли и грязи.

– Стой! Остановись!! Он же засосёт всю пыль! – Мама в отчаянии схватилась за голову.

В окно что-то врезалось. Что-то чёрное. Может быть, ворона?

Я встал посмотреть, и тут появились ещё три тени. Мы с Изабеллой переглянулись, дружно бросились к окну и выглянули наружу.

К нашему дому отовсюду слетались какие-то тёмные штуки.

– Что это за птицы? – спросила Изабелла.

– Это не птицы, – сказал я. – Это…

Я повернулся к ней, но договорить не успел. КЛИНФЛАЙ внезапно вспыхнул красным и как шершень заметался по комнате. Его маленькие всасывающие рукава, как хоботки, вытягивались всё дальше и обшаривали обивку кресел.

– Ох, по-моему, это уже чересчур, – заскулил папа. – Достаточно почистить для фрау Ватанабэ одно кресло!

На его слова никто не обратил внимания. К нам подошли дедушка и мама.

Раздался глухой удар, за ним ещё один. Мгновение – и эти штуки врезались в окна. Грохот стоял оглушительный.

– Это дроны! – крикнул я. – Целая армия дронов. – Они выглядели так же, как те, что уже несколько раз попадались мне на пути.

– Дроны? – мама посмотрела на меня в недоумении. Дроны продолжали врезаться в окна. Стёкла задрожали, зазвенели, на них появились первые трещины. Ещё немного – и они треснут!

– Они хотят проникнуть в дом!

Нужно было их срочно остановить, но как? Пока я осматривал комнату в поисках чего-нибудь подходящего, дроны будто бы отступили.

Я нервно прикусил губу и стал наблюдать, как они собираются над садовым прудом. Они выстроились в ряд и сформировали… огромную букву V!

– Как же стало тихо, – прошептала мама. И она была права.

Жужжание прекратилось, дроны бесшумно зависли в воздухе.

Тишину нарушил писк КЛИНФЛАЙ за моей спиной, и ответ последовал незамедлительно. Дроны сорвались с места и понеслись к нам огромной стаей. Их было не меньше сотни! Они закрывали собой всё небо и держали курс точно на наш дом.

Я оторопело смотрел в окно на угрожающий рой дронов. Что они задумали?

Стоявшая рядом Изабелла громко ахнула. Острый угол буквы V двигался прямиком на нас, и я понял: дроны нацелились на одно окно. То самое, возле которого стояли все мы. Я хотел предупредить остальных, но не успел: раздался треск, и стекло разлетелось на миллионы осколков.

– Дети, в укрытие! – взревел дедушка, и мы с Изабеллой метнулись под стол.

Дроны гудели и кружились по салону. Краем глаза я увидел, как КЛИНФЛАЙ дёрнулся, высунул хоботок и стал неистово засасывать всё подряд. Дольки картофеля фри взлетели и скрылись в одной из его бесчисленных присосок.

– На данный момент визит твоей учительницы – наша наименьшая проблема, – простонал папа и ловко уклонился от летательного аппарата, взявшего на него курс. Слишком поздно!

Дрон пронёсся сквозь него. Папа согнулся и сдавленно булькнул.

Я испугался. Как правило, предметы пролетали сквозь моих призрачных родственников, не причиняя боли.

– Всё… всё хорошо, сынок, – прошептал папа. – Просто… чуток неприятно. Но всё уже прошло.

Его искаженное от боли лицо свидетельствовало об обратном. К тому же, рядом с нами образовался новый рой дронов.

– Осторожно! – заорал я, но они уже окружили его со всех сторон.

На него были нацелены десятки дронов. Шланг КЛИНФЛАЙ перешёл в режим турбо. Папа сопротивлялся, как мог, но оказался бессилен. КЛИНФЛАЙ сантиметр за сантиметром затягивал его в себя. Ещё пара секунд, и папа исчез бы в чёрной дыре сосущего хобота.